?

Log in

No account? Create an account

Верхняя запись Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Читать дальше...Свернуть )

Всё напрасно

… И вот сижу я без самого малейшего греха, а кидаться камнями, ну, совершенно не хочется. Удивительно дурацкое состояние и положение.

Свет

Я тут наткнулся на свою недавнюю реплику относительно того, что знаю, как строить церковь, и понял, что несколько погорячился, впав в непозволительную гордыню. То есть, я точно знаю, как и на каких основаниях строить не надо, но, естественно, сам универсального и несомненно верного рецепта не имею. Так что, хочу одновременно и покаяться, и, заодно, поделиться некоторыми соображениями по поводу произошедшего совсем последние годы, практически только что.

Только не надо, пожалуйста, копаться сейчас в исторических и теологических подробностях, показывая свою эрудицию. Оставим в стороне все вопросы, типа, кто такие греко-католики, чем они отличаются от католиков римских и какое при этом имеют отношение к Ватикану, как и когда они оказались в Белоруссии и при каких обстоятельствах частично перебрались в Лондон. Не это для меня здесь важно и достаточно предельно простой констатации.

В одном из ничем особо не примечательных районов на севере британской столицы довольно компактно проживает небольшая белорусская диаспора. И там у них была эта самая греко-католическая община.

А в самом начале восьмидесятых, тогда ещё в совсем британском Гонконге родился мальчик Цзыавай Со. Он учился архитектуре в местном университете, успешно окончил его уже в начале этого века при новых властях КНР, однако, благодаря мудрой политике «одной страны при двух системах» и преимуществам британско-китайского договора о статусе территории, а так же, конечно, в большой степени своим способностям, перебрался для продолжения образования в Кембриджский университет. После магистратуры которого остался в Англии и организовал собственно, поначалу очень маленькое и скромное архитектурное бюро.

И вот как-то этот английский китаец бродил по городу и забрел в нечто типа молельного дома, приспособленного белорусской общиной для своих нужд. Постоял на службе, покрутил головой, послушал какие-то обрывки разговоров прихожан, а потом подошёл к священнику. Хорошо, говорит, тут у вас, я человек не слишком верующий и воцерковленный, но определенное представление о католицизме имею, настроение и обстановка очень понравились, только не подскажите, а что такое Белоруссия? Настоятель, отец Сергий Стасевич сказал в ответ несколько общих фраз и дал какую-то популярную книжку. Я, вспоминает, был уверен, что больше никогда этого человека не увижу, китайцы вообще очень любознательные и их везде можно встретить, но любознательность тут довольно поверхностная, более туристического толка в отношении всего, что им фундаментально не слишком близко.

Однако через некоторое время Цзыавай появился снова. Вернул книжку, сказал, что ещё кое-что почитал о Белоруссии, и неожиданно предложил, а что, если попробовать построить настоящую церковь вместо приспособленного и не слишком для этой цели годного строения? Показал даже несколько предварительных набросков. Отец Сергий серьезно поначалу не воспринял, но из вежливости посмотрел и сказал, что это всё как-то не очень, мягко говоря не слишком вдохновляет. Однако упорный китаец не отставал и начал носить священнику всё новые и новые эскизы. Когда их количество перевалило за пару десятков, настоятель не выдержал: «Слушай, мужик, не обессудь, но чепуха у тебя полная получается. Раз уж ты так завелся, то поезжай в Белоруссию и попытайся понять, о чем идет или в принципе может идти речь».

И Цзывай поехал. Он там сперва увидел фильм Элема Климова «Иди и смотри», а потом стал ходить и смотреть. Был и в Хатыни, добрался даже до Чернобыля в соседней Украине через белорусский сегмент зоны катастрофы, но больше всего времени провел просто, перебираясь от деревни к деревне, от села к селу. И рисовал, рисовал, рисовал… А когда после этого приехал в Лондон и показал священнику свои новые эскизы, тот впервые посмотрел на архитектора серьезно: «Ну, что же, с этим, пожалуй, уже можно работать».

Я опущу последующие практические и финансовые подробности. Но в результате церковь построили. Первую и единственную деревянную в городе после Великого пожара более чем трехсотлетней давности. Она очень небольшая, меньше семидесяти квадратных метров, стоит, конечно, не три копейки, но моя квартира вдвое просторнее, да и минимум во столько же дороже.

Я не знаю, стал ли английский китаец истинным белорусским греко-католиком. Сам он на эту тему особо не распространяется, хотя четко и однозначно объявил себя прихожанином этой Церкви Святого Кирилла Туровского и всех святых заступников белорусского народа. И люди туда ходят. С каждым годом всё больше и больше. А по ночам она освещает окрестности.

Надеюсь, несколько оставшихся у меня постоянных читателей не сомневаются, что, если я чего не знаю или в чем не разбираюсь, так сразу без заминки в этом и признаюсь. Выглядеть смешным опасаюсь много более, чем невежественным.

Так вот, о лично Петре Порошенко я почти ничего не знаю. Множество людей, к мнению которых прислушиваюсь, настроены по отношению к нему очень критически. Те, кто был бы в восторге, мне практически не известны. И среди основных претензий то, что он использовал власть в корыстных коммерческих интересах. Не в должной мере отказался от финансовых и производственных активов, короче, не слишком чист на руку, короче, рыльце в пуху вплоть до степени возможного последующего уголовного преследования.

Повторю, у меня самого по данного поводу никакого аргументированного мнения нет. Имеются определенные соображения относительно общего, в том числе и экономического положения за прошедшие пять лет на Украине, но по уже много раз объясненным причинам я их оставляю при себе. А оценку конкретно Порошенко я дал, исходя исключительно из его поведения при передаче власти, и этим всё исчерпывается.

Но зато я очень неплохо информирован относительно личности и деятельности Майкла Блумберга и, особенно конечно, основанного им информационного агентства. Не то, что я ему абсолютно доверяю, таковых, к сожалению, нет и даже чисто теоретически не очень может быть, но это, при всех оговорках, для меня достаточно уважаемый и авторитетный источник. И вчера я наткнулся там на сообщение, что по их подсчетам Порошенко за время своего президентства потерял почти половину состояния, ну, минимум процентов сорок.

Прекрасно понимаю, что тут причиной и множество объективных причин, не слишком зависящих от самого Петра Алексеевича, скажем, и Ахметов деньги потерял, и даже Коломойский. Но всё-таки, согласитесь, что-то в этом есть. И как-то не очень монтируется с массовыми обвинениями в корыстолюбии и использовании служебного положения в личных целях.

Только не нужно мне тут начинать объяснять, что он и хотел бы украсть, просто у него не очень получилось. Вот в этом я как раз кое-что понимаю. Так на президентском посту обычно не бывает даже в самой нищей и разваленной стране. Но и никаких дифирамбов бескорыстию Порошенко не пою. Всего лишь обращаю внимание, что, похоже, не всё там так однозначно.

Как оно на самом деле

Вот вы всё: «Украина, Зеленский, Коломойский…»

Один из самых опытных и наиболее надежно внедренных агентов гуманоидов из системы Проксимы Центавра Жиль де Монморанси-Лаваль, граф де Бриен, сеньор д’Ингран и де Шанту, более известный как просто Жиль де Ре, однажды утром то ли с глубокого похмелья, то ли слишком увлекшись своим проектом «Жанетта из Домреми» в рамках многоходовой аферы по созданию национальных государств в Европе и излишне задумавшись, не успел вовремя подкорректировать природный и более чем естественный для его родины цвет своей бороды.

Нет, конечно, он практически мгновенно опомнился и всё исправил, даже любых возможных свидетелей ликвидировал с большим запасом, но каким-то мистическим образом, так до конца и не изученным самыми великими учеными вселенной, некоторые слухи относительно «синей бороды» просочились. Как будто полная чепуха, но для самого маршала де Ре в конце концов привело это к самым плачевным последствиям.

Таким образом очередной раз напомнила о себе проблема необходимости инопланетянам маскироваться под землян. Пришельцы, обладавшие слишком большим разнообразием внешностей, сексуальных предпочтений, эстетических, нравственных и прочих подобных представлений были вынуждены постоянно изображать из себя хоть относительно стандартных и обычных людей. Что с увеличением количества агентов, усложнением их задач и развитием коммуникаций становилось всё труднее и грозило неприятными разоблачениями. И тогда Высший координационный совет пришельцев разработал и запустил программу под условным названием «толерантность» с девизами, типа «все разные, все равные», «ничего не слишком» и «нормы не существует».

Работа была долгой, сложной, утомительной и не всегда абсолютно успешной, со своими взлетами, провалами и довольно продолжительными периодами застоев с рецессиями. Но в результате они своего практически добились. Бородатые женщины выигрывают международные музыкальные конкурсы, а несколько синих хвостатых полисексуалов с раздвоенными языками спокойно уже баллотируются в Европарламент с весьма неплохими шансами туда пройти. Скрываться и даже хоть немного маскироваться уже совершенно не нужно, никого ничего не удивляет, а только наоборот восхищает и радует своим бесконечным разнообразием.

Остаются, конечно, ещё несколько заповедников, последних крепостей обороны истинных землян. Но и они всё больше теряют бдительность, соблазняемые сладкоголосием инопланетных гадов. Пропадает боевой дух и взоры затуманиваются развращающей ложью потенциальных захватчиков.

Вот вам и Зеленский с Коломойским…

Крейцерова частушка

Предельно кратко и пунктирно, как-то уж слишком ослабло желание писать подробно и максимально аргументировано. Так, легкий мотивчик на тему.

Из «Коммерсанта» уволили несколько журналистов. Руководство утверждает, что за нарушение профессиональных норм, сами они настаивают, что по политическим мотивам. Я же не вижу смысла в данном случае разбираться в конкретных причинах, это представляется мне абсолютно не принципиальным.

Десяток коллег этих журналистов в знак солидарности с товарищами тоже подали заявления об уходе. Алексей Навальный написал, что по большому счету это должны сделать и все остальные, хотя они и замарали себя неучастием в его конфликте с Усмановым, а уж те, кто придет на место уволенных, точно должны считаться нерукопожатными и публично предаваемыми остракизму штрейкбрехерами. Галина Тимченко очень резко ответила Навальному, сказав, что он не имеет право предъявлять подобные требования к журналистам, которые, да, возможно, не идеальные, но стараются честно делать свою работу и вообще, все мы люди со своими ежедневными заботами и проблемами, нельзя никого ставить перед столь категорическим черно-белым выбором. И даже Михаил Ходорковский, прямо не вступая в дискуссию, не удержался и сформулировал свое мнение о границах возможного в сотрудничестве с властью.

Что-то, видать, постоянно чешется и зудит в районе предполагаемого местонахождения совести. Вот и Виктор Шендерович недавно, несколько по иному, но косвенно сходному поводу пустился в рассуждения о системе взаимоотношений лагерного врача с администрацией концлагеря. И тут, при всем уважении к таланту писателя, мне хотелось бы заметить, что это всё-таки художественное образное преувеличение и не стоит перебарщивать. Как внук настоящего лагерного врача, отсидевшего на Колыме больше двадцати лет, смею заметить, что всё же условия со всех сторон были совсем другие и не надо оскорблять память настоящих лагерников такими сравнениями. Мы сейчас не на урановых рудниках баланду хлебаем. Я бы предложил несколько иные, более мягкие аналогии.

Представим себе электрика в публичном доме. (Только совсем уберем за скобки, что в определенных ситуациях и при соблюдении массы условий лично я считаю публичные дома вполне приемлемыми и даже в чем-то полезными заведениями, тут совсем другая тема, потому примем стандартное и массовое морально-этическое отношение к этому). Он никакого участия в основной профильной деятельности учреждения не принимает, занят исключительно состоянием и обслуживанием осветительных и прочих необходимых приборов, честно делает свою работу, кормит семью и вообще во всех отношениях крайне порядочный человек. Но при этом несет ли он хоть какую-то чисто абстрактную ответственность за то, что трудится всё-таки именно в публичном доме?

В семидесятых я работал в «Московском комсомольце», органе горкома ВЛКСМ. В восьмидесятых в «Крестьянке», журнале издательства ЦК КПСС «Правда». Один мой приятель, находившийся в состоянии «отказника перед отъездом», неоднократно тогда говорил мне, что я являюсь прямым пособником репрессивных и портящих ему жизнь властей. Я по большей части просто вяло отмахивался, но иногда, под настроение, позволял себе слегка возразить. И говорил, что никогда не писал ничего прославляющего советскую власть или порочащего её противников, мне за свои тексты не стыдно, занимаюсь исключительно практическими вопросами, типа строительства или техники безопасности, стараюсь по возможности помогать конкретным людям, попавшим в сложные жизненные обстоятельства, и всё такое прочее. А если уже быть совсем бескомпромиссным, то любая учительница начальной школы или сельский библиотекарь, не говоря уже о слесарях на заводах, большая часть которых в той или иной степени связаны с производством оружия, не менее, а то и много более, чем я, повинны в существовании нынешней системы.

Я из журналистики в конце восьмидесятых ушел резко и окончательно. Но отнюдь не по каким-то политическим или нравственным соображениям. Так просто сложилось в стране и личной судьбе. Не жалею. Но и не горжусь. Точно также не стану каяться, что при всех оговорках, но чисто формально довольно долго и достаточно успешно не без явной определенной материальной выгоды, проработал в советской прессе. Но смогу ли я и сейчас с той прежней юношеской уверенностью сказать, что так уж чист и невинен по большому счету? И совсем нет на мне греха и вины за происходившее тогда?

На определенном этапе своей жизни Толстой пришел к выводу, что, к огромному сожалению, полная физическая девственность не достижимы в реальной жизни и даже, к ещё большему сожалению, порой секс необходим для продления рода человеческого, но при этом невинность должна существовать как идеал, к которому надо стремиться.

Я вряд ли осмелюсь высказывать свое мнение по данному поводу. И уж тем более не рискну кидать в кого-то камни и призывать к остракизму или общественному презрению. Могу всего лишь крайне осторожно и ненавязчиво посоветовать единственное. Вы можете придумывать любые оправдания для себя и окружающих. Начиная от того, что все и самые уважаемые люди в ой или иной степени так делают, и заканчивая трогательными историями про необходимость кормить малых детишек и старых больных родителей. Только вот именно себя обманывать не стоит. И если вы работаете пусть и всего лишь честным электриком в публичном доме, то неизбежно имеете отношение к проституции.

А вы работаете в публичном доме.

Творительность

У этой медали, как и у практически любой, есть две стороны. (давно я не начинал с подобной пошлости и банальности, самому весело стало).

С одной – я сам, мягчайше говоря, без особого пиетета отношусь к ому, что нынче называется благотворительностью. Говорю об этом, конечно без всяческой гордости и вызова, даже с некоторым смущением, но такова реальность, а хочется быть честным. И дело тут даже не в каких-то явных стилистических и эстетических диссонансах, когда меня навязчиво склоняют называть совершенно незнакомую мне женщину на пятом десятке Нютой. И не только в тотальном дурновкусии общего фона и настроения. И с для меня явным налетом лицемерия тоже готов был бы смириться. Но тут всё несколько глубже, на инстинктивном, почти физиологическом уровне.

Я к самому понятию святости и особенно к тем, кто позиционирует себя или объявляется другими святым, отношусь не то, что негативно, а просто сильно с опаской. Дело не в недоверии, а в элементарной боязни. Страшновато. Все эти «матери терезы», «доктора лизы» и прочие «нюты хаматовы» вызывают у меня некоторый непреодолимый ужас, особенно когда выходят в публичное поле. Хочется зажмуриться и держаться подальше.

Возможно, кощунственное сравнение, потому изначально прошу прощения, но что-то тут для меня сродни порнографии. То есть, в принципе я не против и никаких принципиальных возражений не имею. И да, полностью согласен, что секс как таковой штука более чем естественная, уже не говоря о том, что иногда весьма приятная, и стесняться тут особо нечего, особенно в наше просвещенное и снимающее всяческое ложное табуирование время. Но всё-таки лично для меня это дело слишком частное и интимное, и я никак не хочу превращать его в публичное и общественное. Вот так примерно и с благотворительностью. Особенно с профессиональной и широко пропагандируемой.

Но с другой стороны – меня не менее раздражает и вызывает отчуждение, когда начинается мелочное и придирчивое фырканье в сторону благотворителей. И тут тоже нужно принципиально различать. Если деньги чужие, пожертвованные, то, понятно, необходима полная прозрачность, отчетность и открытое обсуждение. А также максимальный учет мнения жертвователей, типа, не согласен с этим мнением, не бери, как и он в праве будучи не согласен с твоим, не давать. Но если деньги совершенно личные конкретного человека, то тут гадко и неприлично копаться в его кармане и приставать с советами.

Вот, например, мужик с нуля создал одну из самых успешных торговых сетей. Много заработал, хорошо и удачно продал свой бизнес и отошел от дел. Кстати, редчайший случай в такого рода деятельности, никто ему за всё время работы никаких претензий не предъявлял, начиная от партнеров и заканчивая правоохранителями. Но это так, попутно и в сторону. Человек получил несколько миллиардов долларов и уехал в свой небольшой город, где вырос. Начал там заниматься футболом, о чем, оказывается, мечтал с детства. Всерьез и очень дорого. Построил стадион, создал клуб, открыл детские спортивные школы, ну, и тому подобное. И сразу же стал подвергаться массовой критике. Мол, в городе обычные школы разваливаются, поликлиники закрываются и по дорогам невозможно проехать, а он своим спортсменам формы покупает стоимостью с автомобиль каждая.

И сколько раз я с подобным сталкивался. Не так, сволочь, тратит, не на то и не столько, сколько нужно. Мне всегда в таких ситуациях жутко хочется дать критикам по голове. А ты сам, гад, когда последний раз голодному подростку на вокзале пирожок купил? Человек никому ничем не обязан. Распоряжается собственными деньгами как хочет. Даже «спасибо» от тебя не требует. И при этом отдает, а не забирает. Заткнись и не мешай. Твоих советов никто не просил.

Но я, естественно, понимаю, насколько всё эти мои рассуждения абстрактные и теоретические. В реальности почти всем невероятно трудно удержаться от излишних, но представляющихся верными душевных и следующих за ними прочих суетливых движений. Ведь так приятно ощущать себя хорошим и мудрым. Особенно, когда это не так уж и дорого стоит.

Крестный ход

Очень хочется надеяться, что ни у кого не может возникнуть и малейших сомнений, насколько мне по барабану, где построят и построят ли вообще очередную церковь в главном городе Свердловской области. Лично моё крайне слабо заинтересованное внимание привлек всего лишь один частный момент.

Кроме, конечно, Андрея Кураева, который, при всей его значимости и интеллекте, всё-таки уж слишком штатный заштатный enfant terrible РПЦ, не нашло ни одного хоть сколько-то влиятельного и авторитетного православного деятеля, который бы высказал публично самую примитивную мысль: «Окститесь, христиане! Так церкви не возводят. А если пытаются, то они плохо стоят. То есть, возможно и прочно, но именно плохо».

С другой стороны, прекрасно понимаю, что мне вполне обоснованно могут возразить. Мол, откуда тебе, нехристи жидовской, знать, как и для чего строить нашу церковь? Так вот в том-то и проблема, исключительно ваша, а отнюдь не моя, что последняя жидовская нехристь знает и понимает, а вы, судя по всему, и малейшего представления не имеете.

Даже не подло. Просто глупо. Ну, да и Бог с ним.

Доброго всем здоровья

Ну, вот я и вернулся домой.

К моему большому сожалению, некоторые обстоятельства, о которых мне не хотелось бы подробнее распространяться, сложились так, что не все мои планы на поездку оказались реализованы, и, среди прочего, не удалось встретиться с теми израильтянами, которые любезно выразили такое желание. Искренне прошу прощения и очень надеюсь, что такая возможность ещё представится. Пожалуйста, извините.

Но зато я получил и некоторое количество вовсе неожиданных для себя впечатлений. В квартире, которую я снимал, было на телевизоре более двухсот каналов, многие из которых я видел впервые и вынужденно имел достаточно времени для ознакомления с некоторыми. В частности, там оказался CBS Reality, весьма любопытный и познавательный, хоть и не без довольно сильного налета желтизны. Но и в этом есть своя прелесть, так как китч иногда дает даже больше информации о сути процессов и явлений, чем самое утонченное и стилистически выверенное искусство.

Так вот на этом канале я посмотрел множество передач по общим названием «Судья Джуди». Оказывается, это очень популярное на американском телевидении шоу. В принципе, и у нас данный формат давно куплен и весьма распространен на некоторых телеканалах. Правда, даже в самом лучшем и наиболее достоверном из отечественных вариантов Елена Дмитриева, хоть и кандидат юридических наук, но по профессии всё-таки именно актриса и телеведущая и никто не скрывает, что всё это постановка, хоть и «основанная на реальных событиях». А «Судья Джуди» - это настоящая нью-йоркская судья Джуди Шейндлин, и американцы настаивают, что все действующие лица и процессы тоже настоящие и подлинные. Но тут, честно говоря, у меня имеются некоторые сомнения, однако данный нюанс считаю совершенно не принципиальным. Суть в другом.

Даже если присутствуют фантазии сценаристов, то всё равно они обязаны быть в контексте реального бытового существования людей и воспринимаемы зрителями, иначе всё бессмысленно и просто никто не станет смотреть. А у Джуди рейтинги зашкаливают. Значит, цепляет, следовательно, по делу. И вот что во всем этом обратило на себя мое внимание. Как я уже когда-то писал про «Свою игру». Восемьдесят-девяносто процентов ответов на отечественный вариант я обычно знаю. Ну, иногда меньше, однако по крайней мере половину точно. А в западных аналогах в подавляющем большинстве случаев не только не знаю ответа, но и не очень понимаю вопрос. Хотя, казалось бы, там всё построено на общечеловеческой информации среднего уровня, доступной для рядового обывателя, а не для какого-то узкого специалиста. Так и тут. Практически ни одного сюжета из суда Джуди невозможно себе представить в российской передаче. Поскольку такого не может быть и в нашем реальном суде.

То есть, какие-то сюжеты, нет, тоже не многие, но всё-таки некоторые, в реальной жизни как таковой возможны. Но с ними люди никогда не пойдут в суд, и никакой судья такое дело не примет к рассмотрению. Это предмет для ссоры, скандала, максимум мордобития, но никак не для юридического разбирательства. Я даже не буду ничего пересказывать, в интернете достаточно материала, каждый может познакомиться самостоятельно. Очень рекомендую. Любой заинтересовавшийся соотечественник сразу и быстро поймет, насколько это абсолютно иной, непредставимый мир. А каждый американец, даже самый русскоговорящий, не поймет вовсе о чем я говорю и что имею в виду.

Кстати, это началось ещё ближе к концу шестидесятых. До того Америка представлялась чем-то неизмеримо далеким и непонятным, наподобие Марса, а тогда начались разговоры, что на самом деле американцы на нас похожи даже более, чем европейцы и находилось постоянно всё больше общего. Так вот, чтобы понять, насколько это полнейшая иллюзия, достаточно хоть немного посмотреть «Судью Джуди». Не только ничего общего, а совершенно и полностью ничего. Категорически параллельно. Никак и нигде не пересекающиеся вселенные.

Кстати, слегка рифмованная история. В аэропорту Тель-Авива на каждом шагу стоят кабинки для курения. Они маленькие и простенькие, всего две пепельницы на четыре человека. Там мощнейшая вентиляция, воздух идеально чистый и никто никому не мешает, однако в принципе дело копеечное, но полностью решившее проблему. Не только нет очередей, но отнюдь и не все постоянно заполнены. И в одной такой кабинке рядом со мной оказался парень лет тридцати, разговаривавший по телефону, видимо, со своим приятелем, который ещё только собирается перебираться я Израиль. Не люблю слушать чужие беседы, но тут был вынужден. Текст примерно следующий:

«Здесь в паспорт печать о въезде и выезде не ставят, дают отдельную бумажку. А это потому, чтобы не было у людей неприятностей в странах, где не любят побывавших в Израиле. Например, в ту же Турцию могут не пустить. Да, вот так, странновато, но они вообще думают не всегда сразу понятно. Ты вообще, особенно первый месяц, когда тут окажешься, каждый день с утра до вечера будешь удивляться, насколько для нас многое чудаковато. Нет, я нормально, не жалею. Попривык немного. Хотя, конечно, сначала было совсем мутно…»

И напоследок очень хочу порекомендовать. Посмотрел довольно непривычный американский фильм «Приходи пораньше». Случайно нарвался и уже минут через десять хотел переключиться, показалось типичной голливудской слюнявой мелодрамой с протестантской нравоучительностью, чего терпеть не могу. Но по счастью задержался и получил огромное удовольствие. Искренне всем советую. Но, понятно, дело вкуса, так что, прошу прощения, если тут вкусы наши окажутся разными.

Вот пока и всё. Но я уже дома и постараюсь потихоньку втянуться в работу. Всё-таки главную свою цель поездки я достиг, надеюсь, это окажется достаточно полезным.

Посыл

Не так давно, но ещё в Москве, как реакцию на свою реплику относительно результатов социологического опроса по поводу отношению к Сталину, я получил комментарий от одного читателя:

«Это ужасный текст. И уж конечно никак не может претендовать ни на объективность, ни на спокойствие. Это называется ненависть. Мне сложно судить о литературных достоинствах вашего текста, но расчеловечивание это недопустимый прием, по моему мнению».

Я, не имя настроения особо дискутировать, постарался предельно мягко ответить: «Несомненно. Только я подозреваю, что по поводу того, кто, когда, в каких ситуациях и какими методами занимался и занимается расчеловечеванием, у нас несколько различные мнения и точки зрения».

И далее последовало разъяснение читателя: «Вы хотите сказать что это не расчеловечивание?
Абсолютно идиотский опрос о роли Сталина, с манипулятивно составленными вопросами. Вот какой смысл был в осуждении "израильской военщины" на страницах печати в советские времена? И кто бы сказал, в здравом уме "я осуждаю израильскую военщину"? Конечно всем было плевать.
Я, лично, даже Ельцина и Гитлера не осуждаю. Просто потому что это глупо. И потому считаю, что люди абсолютно правильно послали социологов, адекватно ответив на их дурацкий опрос».


Продолжать разговор смысла я особого не увидел, каждый высказал свою точку зрения и, думаю, этого вполне достаточно. Но, оказавшись на теплом море, я, к сожалению, получил значительно больше свободного времени, чем хотел и предполагал, потому, особенно на фоне информации, идущей сейчас с русскоговорящего экрана, невольно несколько раз возвращался к затронутой теме и вот решил поделиться некоторыми дополнительными соображениям по данному вопросу.

Мне видится во всем этом некоторая доля суесловия и лицемерия. Да, конечно, идеально объективно и отстранено гораздо более прилично и уважаемо выглядит человек, который воспринимает исторические личности, так же, кстати, как и большинство так называемых «фактов» совершенно нейтрально в плане эмоциональной вовлеченности, просто как данность. Ну, и, естественно, несколько нелепым и наивным будет восприниматься человек, который испытывает некие личные чувства по отношению к Тутанхамону или цезарю Юлию. Вне зависимости от качественных показателей этих чувств. Всё правда, всё так, но есть несколько нюансов, которые и позволяют мне говорить о доли суесловия и лицемерия.

И прежде всего то, что все люди слишком разные, особенно по части нервной системы, и всё равно бесполезно сводить их реакции к пусть и общепринятым, очевидным, но слишком общим правилам условно приличия. Вот конкретно я. Прекрасно понимаю, сколь смешон и уязвим в своих позициях, но ничего с этим поделать не могу. К Чингисхану отношусь с личной неприязнью до уровня ненависти, а Александр Филиппович мил моему сердцу и в основном вызывает исключительно положительные эмоции. Признаю всё величие Наполеона, его вклад и значение для европейского мыслеустройства вплоть до нынешнего дня, но ряд его поступков, связанных с жестоким массовым убийством людей, пусть порой и вынужденным и как угодно тактически обусловленным, до сих пор заставляют меня содрогаться от ужаса и омерзения, и это человек мне чужд и неприятен. И нечто подобное я могу сказать об очень многих «исторических персонажах». Естественно, с одной стороны, только о тех, о которых знаю достаточно, чтобы такого рода эмоциональная личностная реакция могла сложиться в принципе, а с другой – понятно, что это в любом случае субъективно и исходит лишь из доступной мне и освоенной мною информации, никаким образом не претендуя на абсолютную истину.

Однако историческая удаленность, несомненно, имеет значения для степени этой самой «эмоциональной причастности и вовлеченности». Элементарные законы природы и человеческой психики. Потому, и тут нечего кокетничать, одно дело Аттила или Тамерлан, а совсем другое Гитлер и Сталин. Многие мои родственники, которых я не знал, но совсем близкие, типа родной бабки, погибли от деятельности и того и другого. Не меньшее, если не большее количество родственников и хороших знакомых, в среде которых я родился и вырос, пострадали и пострадали очень серьезно от результатов деятельности обоих. И потому мне совсем тяжело полностью «выключать эмоциональную составляющую», относясь к ним исключительно как к неким историческим феноменам. Более того, основную часть жизни я прожил, а в некоторой степени живу и до сих пор в том мире, который был сформирован под влиянием Гитлера и Сталина, последствия деяний которых до сих пор для меня отнюдь полностью не исчезли.

Однако, думаю, всем прекрасно понятно, что при самой большой личной субъективной пристрастности, я не столь простодушен, чтобы зацикливаться на частных биологических объектах, именующихся Иосиф Виссарионович или Адольф Алоисович. Конечно же, и Гитлер и Сталин – это более всего имена с маленькой буквы и в кавычках, олицетворяющие и символизирующие слишком многое, чтобы можно было даже хотя бы просто перечислить в небольшой реплике. Но там и Германия с СССР того времени, и народы-население тех стран, и явления под крайне условными названиями гитлеризм и сталинизм, и философия, и психология, и даже чистая биология с физиологией, и ещё бесчисленное количество из подобного круга и слоя. Но в том числе и именно поэтому, а, может быть, в основном поэтому, меня совсем не интересует мнение по данному вопросу того нынешнего населения России, которое с определенного времени я перестал воспринимать и ощущать, как народ. И обращаю я внимание на действительно почти вовсе не значимые факты каких-то социологических опросов исключительно в связи с чисто технической мелочью. Меня просто слегка смешат и немного умиляют разные высокомудрые рассуждения, типа «они на самом деле не хотят Сталина, а это…», и дальше огромное количество вариантов в зависимости от интеллектуального уровня и мировоззрения самого рассуждающего. Не надо лицемерить, валять дурака и обманывать самих себя. Они хотят Сталина, то есть во всех подробностях конкретно «сталина» и ничто другое.

Отдельный момент, насколько они хотят его для всех, то есть в том числе и для себя, или более всё-таки для других. Но и тут не всё так просто и однозначно. Да, наверное, тут имеет места примерка каких-то отдельных репрессивных сторон и методов явления более к окружающим, никто в хоть относительно здравом уме не мечтает сам оказаться в колымском лагере, но очень многое от «сталина» они хотят и для себя тоже, это мир, в котором им уютно, комфортно и надежно. Он им родной. И не стоит так одновременно и высокомерно, и сочувственно придумывать всякие фантазии, мол, ответив определенным образом на вопрос о Сталине, люди таким образом просто послали идиотов-социологов.

Мне как раз буквально минут за десять до отлета позвонила очень вежливая и милая девушка и попросила поучаствовать в социологическом опросе по поводу мобильной связи. Я обычно крайне лояльно отношусь к такому, мне искренне жаль несчастных клерков, вынужденных зарабатывать таким для меня странноватым и даже несколько унизительным способом, но тут действительно она была совсем не ко времени, и я вынужден её мгновенно прервать: «Простите, лапонька, сейчас не могу, как-нибудь в другой раз». То есть, есть масса самых разных способов «послать». Но сказать, что ты хочешь «сталина», это не «послать». Как было сказано в древнем анекдоте, «слишком тонкая шутка для нашего цирка». Не надо. Уважайте себя и окружающих. Это та самая утка, которая выглядит как утка и крякает как утка.

И, наконец, к вопросу о «расчеловечивании». Штука и вправду страшноватая, лежащая обычно и зачастую в основе самых страшных и омерзительных зверств. Но и тут, думаю, не стоит излишне мудрствовать и пытаться воздействовать на публику излишне эмоциональными эпитетами. На нашем бытовом уровне, на мой взгляд, всё гораздо проще и удобнее для обыденного употребления. Эти люди всю жизнь говорили о высоком, стремились к справедливости, всеобщему равенству и таким образом понимаемой ими свободе. Они замучили и убили часть моих родственников, исковеркали жизнь другой части и сделали большую часть моего собственного существования плохо выносимой. А я ни разу в жизни пальцем никого первым не тронул, не написал ни единого доноса, ни у кого ничего не украл и никого не предал. И ненависть моя чиста, как слеза ребенка, она никому не принесла зла, кроме, может быть, меня самого, но уж это, простите, мое личное дело.

И напоследок, ещё раз о собственном несовершенстве. Тут по поводу очередной годовщины трагических событий в Одессе добрейший и талантливейший Дмитрий Быков (тысячу лет ему жизни и здоровья) написал: «Когда в Риме происходит пожар, нужно ужаснуться пожару Рима. А потом уже решать, кто там прав. И главное, не кричать все время: "Нет, это христиане подожгли!", "Нет, это Нерон поджег!". Нельзя превращать скорбь в беспрерывный предлог для новых катастроф».

К огромному сожалению я не только не столь талантлив, но и не столь великий гуманист. Поэтому, не собираясь в принципе что-то «кричать всё время», считаю, что, если подожгли христиане, то надо так и говорить, что подожгли они. И то же самое относительно Нерона. И предлогом, а даже не предлогом, но основной причиной для «новых катастроф» становятся отнюдь не говорящие об этом, а снова и снова поджигающие, но остающиеся не только безнаказанными, но и не осужденными и даже не названными.

До свидания

В декабре четырнадцатого я вернулся из командировки в Израиль, куда сам себя отправил. И начал писать основной труд своей жизни «Земля О», который, конечно, является вовсе не текстом, а конкретным определенным деянием и исполнением миссии.

Однако некоторые из совсем немногих оставшихся со мной постоянных читателей не только обратили внимание, но даже уже устали укорять меня в том, что я затягиваю работу и последнее время явно манкирую своими обязанностями. И это, к сожалению, правда. Я действительно уже какое-то время не обращаюсь к основному корпусу, а ограничиваюсь достаточно второстепенными и попутными соображениями.

Тому есть и субъективные причины, вроде возраста и физических сил, которые, естественно, меня вовсе не извиняют, но хотя бы дают повод и основания попросить прощения. Однако главное, конечно, не в этом. Имеются и совершенно объективные обстоятельства, большая часть которых от меня никак не зависят. Потому мне потребовалось совершить ряд дополнительных поступков.

Так что, я снова еду в Израиль. Думаю, что не больше, чем на месяц. А там уж как получится. Жить буду в основном в Тель-Авиве, так что, если кто из израильтян захочет выпить со мной кружку пива, а я буду в состоянии, то пишите мне на почту. Не знаю, будут ли силы и желание там писать в интернете, но на всякий случай беру компьютер с собой, потому на связи.

В любом случае, надеюсь, что до встречи и всем удачи.

Всемирная хохляндия

Нет, не бойтесь, я не собираюсь продолжать про Украину, несколько строк совсем по другому поводу. Хотя навеяла косвенно действительно она, незалежна.

Просто днями во время очередного шабаша на одном из федеральных телеканалов наткнулся на обсуждение, где все наши «эксперты» хором орали, что основное там не какая-то там демократия или независимость, а тарифы на газ и это единственное, что реально волнует население. Мол, решить проблему без России с этими тарифами невозможно, а потому Украина всё равно вынуждена будет приползти к нам на коленях с воплями о помощи и спасении.

Я тогда слегка рассмеялся, а вот сейчас решил в нескольких словах пояснить причину того моего смеха. Возможно кто-то просто не особо в курсе этих самых тарифов у нас, поскольку, особенно в крупных городах, проблема сейчас действительно не сильно заметная. Но для деревни до сих пор вопрос имеет значение.

Когда я ещё пару десятков лет назад только строил дом, то выбор отопления у меня был стандартный. Дрова, электричество или газ. От дров я по понятным логистическим и субъективным причинам отказался сразу, хотя у этого способа и имеются свои большие преимущества. А вот между газовым и электрическим котлами какое-то время выбирал. И в конце концов остановился на электрическом. Основную роль сыграли, конечно, чисто личные причины мнительности в отношении газа, не очень рациональные, а больше психологические, хотя у электроотопления есть и свои именно технические преимущество. Однако присутствует и самый главный недостаток. Это цена. Я платил в три-четыре раза больше за свой сто с небольшим метровых дом, чем мой сосед с газовым котлом за метров триста пятьдесят. Но меня устраивало, спокойствие и удобство дороже, а денег, слава Богу, пока хватало.

Но несколько лет назад проблема вышла из поля моего зрения, поскольку я зимой перестал жить в деревне, возраст, здоровье и всё такое, дом консервирую и котлом не пользуюсь вовсе. А летнее потребление электричества вполне умеренное, мы большую часть времени вообще проводим на улице, так что я на платёжки полностью перестал обращать внимание. И вот недавно встречаю упомянутого своего соседа с трехсотпятидесятиметровым домом, и он вдруг говорит, ну, мол, ты, Васильев, опять как всегда оказался самым хитрожопым. Я не особо удивился, привык за жизнь к подобным обвинениям, но всё-таки ради любопытства поинтересовался, чем в данном случае заслужил такую честь. И сосед объяснил, что цену за газ задрали уже на столько, что, хотя цена электричества тоже растет, но в пересчете на кубометр отапливаемого объема стоимость газового и электрического отопления стала практически одинаковой. Так что, он уже начинает жалеть, что в свое время меня не послушался и заморочился с газом, эксплуатация и обслуживание которого всё-таки требует большей головной боли, а по безопасности в любом случае уступает, особенно при длительном отсутствии хозяев.

Да, и тут ещё несколько нюансов. Следует иметь в виду, что речь идет о деревне в пяти километрах от Кольцевой, где вообще никаких технических проблем с газом и имеется даже собственная деревенская ГРС. И при этом подключение к самой трубе с не самым дорогим оборудованием почти официально, но без особых вариантов стоит от двенадцати до пятнадцати тысяч долларов (!), в зависимости от марки котла. И без разницы, какого размера дом, естественно, у большего будет и более дорогая внутренняя разводка, но мы сейчас её вообще не имеем в виду.

Так что, спасти украинские газовые тарифы у нас, возможно, и получится, когда они на коленях приползут. Вот только жители моих родных Грибков не знают куда ползти. А так бы уже давно отправились в путь на карачках, можете не сомневаться.

Правила бегства

Всё-таки дурная кровь не дает покоя и возможности полностью удержаться в рамках правил приличия. Потому вынужден после вчерашней своей чисто эмоциональной реплики относительно украинских выборов написать еще несколько строк, хотя и постараюсь быть предельно кратким.

Вот тут мне в комментариях одно читательница не без ехидного остроумия написала: «Еврей Зеленський співає "І покажемо, що ми, браття, козацького роду"...» Ну, в принципе, после того, как одним из главных не только исполнителей, но и сочинителей казацких песен у нас самих стал Розенбаум, тут нет даже никакой особой экзотики. Однако мне любопытно другое. Когда избирали Порошенко, да и довольно долго после, тема еврейства Петра Алексеевича обсуждалась довольно живо. Помню, я тогда ещё провел нечто вроде собственного исследования. Естественно, меня интересовала не национальность Порошенко как таковая, а откуда вообще пошла вся эта история про Вальцмана. И выяснил, что кроме уверенного заявления Станислава Белковского и ещё одного киевского раввина, никаких серьезных документальных опровержений «порошенковскости» отца Петра Алексеевича не существует. А намеки на еврейскую маму были уж и совсем слабые.

Относительно же Зеленского никаких сомнений и вовсе не имеется. Там всё чисто, и речь, насколько я понимаю и если не ошибаюсь, не о наличие еврейской крови, а об отсутствии какой-либо другой. И вот что мне любопытно. Я сам не настолько внимательно следил за украинской предвыборной кампанией, потому судить не могу, а то, что мне доступно в интернете не дает достаточно оснований для выводов. Но в принципе, в этом нацистском бендеровском государстве при действующем премьер-министре Гройсмане в процессе обсуждения кандидатуры президента затрагивался вопрос о жидовстве Зеленского? Любопытно было бы услышать мнения и впечатления самих украинцев.

Но написать, собственно, хотел, конечно не об этом. Просто в свое время каждый раз, когда при мне кто-то начинал поливать Ющенко или Саакашвили и спрашивать, а что хорошего они сделали для страны, я всегда отвечал, что они сделали главное. И тот, и другой проиграли выборы, будучи действующими президентами, и без особой истерики или, уж тем более, попытки пролить кровь относительно спокойно передали власть. Это высочайшее достижение, которое может быть доступно главе государства, особенно на постсоветском пространстве.

В этом отношении и поведение Порошенко представляется мне безупречным. То есть, ещё раз, прошу понять меня правильно. Упреков к нему может быть сколько угодно. У всех, в том числе и у меня. И я их никогда не высказывал не за отсутствием, а по иным причинам, которые неоднократно объяснял. Но именно в смысле выборов и передачи власти лично у меня практически никаких, кроме мелких стилистических и чисто технологических, не стоящих особого внимания, вопросов не имеется.

Хочу только отметить, что российская пропаганда всё это время захлебывалась от злобы и апокалиптических предсказаний. Порошенко устроит провокацию и введет военное положение. Отменит выборы. Совершит покушение на Зеленского. Купит избирателей. Запугает их, фальсифицирует итоги голосования. И ещё миллион всего подобного. Ничего не произошло. Участвовал. Агитировал. Вышел на дебаты на условиях соперника. Проиграл. Ушел. Спасибо.

Так что я именно об этом. Спасибо, Петр Алексеевич. А Зеленский пусть поет про свои казацкие корни, пусть не поет, а пляшет, пусть делает что угодно. Главное, чтобы в схожей ситуации поступил не хуже Порошенко. Всё остальное второстепенно.

Слава Украине!

Ну, не знаю. А мне понравилось. Естественно, по мере возможностей, но достаточно строго и в рамках правил приличий.

То есть, чисто эстетически по моим понятиям вполне красиво. Спасибо хохлам. Успехов и удачи!

За Родину, за идите на!

Даже странновато. Меня, если не с детства, то с самой ранней юности эта тема редко оставляла равнодушным. Помню, у тогда ещё большой и в значительной степени еврейской семьи был один из основных столпов, весьма значительный военачальник, который на своей роскошной по тем временам трехкомнатной квартире на Кутузовском пару раз в год собирал пышные застолья. Обычно в свой день рождения и День победы. Кроме родственников там всегда присутствовало множество высших офицеров, вплоть до маршалов, всегда в мундирах, увешенных орденами и сверкающих золотом. И даже если первый тост произносился за здоровье хозяина, то, начиная уже максимум с третьего, пили только стоя «За Родину, за Сталина!» Даже в те времена, когда официально это не слишком поощрялось, этим фронтовикам после ста пятидесяти граммов становилось абсолютно наплевать. И далее разговоры продолжались в основном о нашем могуществе и о великом вожде.

Не скажу уже точно, но, по-моему, лет в пятнадцать-шестнадцать, я крайне вежливо, но предельно твердо сказал своей маме, которая меня туда таскала, что больше не пойду. Хотя жрать мне тогда хотелось жутко и постоянно, а кормили там фантастически. Но меня трясет, тошнит и никаких моральных сил больше нет. И это была чистая правда, а не какие-то детские нервические фантазии. Просто физиологически именно трясло. Видеть и слышать их не мог, действительно выворачивало. И это не было даже особо осознанным или выстраданным, слишком ещё мал, исключительно на рефлекторном уровне бунтовал крепкий растущий организм.

Я это почему, собственно, именно нынче вспомнил? Прошло полвека и очередной, бесчисленный уже раз поднялась шумиха не ту же тему. Какие-то социологи опять провели исследования и выяснили, что всё больше и больше народу любят Сталина, желают Сталина, славят Сталина и цифры поклонников уже зашкаливают. Тут же множество самых умных и просвещенных людей со всех сторон кинулись обсуждать и анализировать эту тенденцию. Чрезвычайно мудро и эмоционально. А я читаю, слушаю и вдруг обнаруживаю, что мне совершенно по барабану. Ну, то есть вообще никакой реакции. Даже проезжающие иногда под окном мотоциклы без глушителей вызывают большее раздражение. Неужели настолько постарел, в такой степени морально и этически оглох?

Но быстро понял и успокоился. Конечно, и постарел, и со слухом любого вида проблемы. Но основная причина в другом. Мне глубоко наплевать на мнение этого «народа». Не могу даже пожелать, чтобы он сдох вместе со своим Сталиным. Поскольку он и так уже давно сдох. Нет никакого народа. А что думает и чувствует оставшееся деградировавшее и выродившееся население, ну, никак не может представлять для меня интерес и затрагивать хоть какие-то чувства.

А замерять ради интереса можно что угодно. Но даже размеры черных дыр, противоречащие всем знаниям человечества о фундаментальных законах физики, в этом отношении более любопытны. И уж точно менее омерзительны.

«Видящий победу»

К моему большому удивлению, когда я недавно в своей реплике о идее присоединения к РФ Калифорнии обмолвился, что американцы грохнули нашего Императора, мне несколько человек написали на почту, а пара приятелей даже позвонила по телефону, чтобы похвалить, мол, как я удачно пошутил по поводу цареубийства. Меня прямо оторопь взяла.

Во-первых, я, конечно, циничный мерзавец, но всё-таки думал, что уж в таких делах меня заподозрить нельзя, в смысле, что я буду шутить на столь деликатную кровавую тему. А, во-вторых, и это главное, поскольку лично ко мне уже не имеет никакого отношения, я тут не совершаю абсолютно никаких открытий. Практически все факты давным-давно прекрасно и достаточно широко известны. На основании многих написано несколько книг, в том числе такими талантливыми и популярными писателями, как Юрий Давыдов и Борис Акунин.

Но, поскольку возникла такая странная реакция о, казалось бы, по крайней мере для меня, более чем очевидном, я решил предельно кратко напомнить читателям о некоторых фактах. Только сразу хочу предупредить, что это максимально пунктирные заметки без малейшего желания здесь и сейчас писать подробное исследование. Возможно, когда-нибудь я этим займусь или хотя бы просто более детально систематизирую и объясню, но пока только чрезвычайно поверхностный набросок в расчете на дальнейшую собственную вашу любознательность и сообразительность.

И всё же, несмотря на столь скромную задачу, я вынужден начать несколько издалека. И прежде всего следует отметить, что, по каким-то не совсем ведомым мне причинам, отнюдь не только у нас, но и во всем мире каждый считает себя специалистом по богомерзким и ужасным американским спецслужбам. Это второе по значимости знание после способов очистки политуры для не имеющих представление от чего умер Пушкин. Но на самом деле это, мягко говоря, несколько ложное ощущение. Основанное в том числе и на бардаке, творящемся с самими понятиями «специальные», «секретные», «тайные», «разведывательные» и прочие подобные службы. А это далеко не одно и то же. Специальные совершенно не обязательно должны быть секретными, секретные, в свою очередь, разведывательными, а действительно тайные вообще ничего никому не обязаны. Но я сейчас не собираюсь наводить ни в чьих головах порядок, а ограничусь только поверхностными замечаниями.

Грубо говоря, речь идет о своего рода в определенной степени силовых структурах, деятельность которых в той или иной мере ограниченно публична, задачи направлены в основном на обеспечение так называемой «государственной безопасности» в самом размытом значении, а методы работы далеко не всегда полностью соответствуют что юридическим, что этическим и нравственным нормам. Никто даже толком не может сказать, сколько точно такого рода в США организаций и по каким принципом кого куда включать. Совершенно произвольно называют цифры от пятнадцати до двадцати, главное произнести с уверенностью. Скажем, ту же полицию или прокуратуру обычно спецслужбами не именуют, но ФБР иногда к ним причисляют, хотя там нередко весьма пересекающиеся поля деятельность и сильно схожие методы.

Однако тут есть ещё один момент. Опять же, далеко не только в России, но и очень многие европейцы находятся под влиянием стандартов и шаблонов нашего континента, потому не совсем понимают Америку. А там слишком многое по-другому. Начиная от устройства всей страны в целом, которая и не федерация, и не конфедерация, и даже не нечто среднее, а вовсе иначе сшитое формирование из взаимозависимых, но довольно суверенных государств, которое очень хитро функционирует, иногда вовсе не имея европейских аналогов или эти аналоги слишком отдаленные.

Среди прочего это, в том числе, относится и к спецслужбам. Структура и система подчиненности которых представляется зачастую для многих в нашей части Света слишком экзотичной и запутанной. Но при том на самом деле очень четкая, строгая и достаточно эффективная. И есть один факт как бы бесспорный, с которым практически все согласны. Что первой и долгое время единственной такой организацией была United States Secret Service — USSS, то есть федеральное агентство США, в две тысячи втором переподчиненное министерству внутренней безопасности, а до того относящееся к Минфину. Она была создана буквально в день своего смертельного ранения Линкольном с очень узким кругом задач, сводившимся по сути почти исключительно к борьбе с фальшивомонетчиками, а охраной президентов стала заниматься аж только с девятьсот второго, после убийства Мак-Кинли и по той примитивной причине, что и тогда ещё оставалась единственной федеральной спецслужбой. И по этой же причине именно USSS оказалась своего условной прародительницей и «материнской платой» всех остальных спецслужб, которые от неё не то, что напрямую «отпочковывались», но создавали при той или иной мере её участия или хотя бы влияния.

Всё это, несомненно, так, но одновременно и не совсем. И тут опять нужно учитывать американское своеобразие. USSS действительно тогда была единственной федеральной. Но чисто государственной. В США же многое изначально не как у людей. Вот, например, у них нет Центробанка. Часто так автоматически называют ФРС. Но это не совсем соответствует действительности, хотя определенные и даже многие функции классических центробанков Федеральная резервная система исполняет и под значительным государственным влиянием находится, но одновременно в некоторой степени является и частным акционерным обществом с массой своих специфических особенностей. Впрочем, и в эту тему, понятно, я сейчас особо углубляться не собираюсь, нас здесь интересуют всего несколько моментов.

Само это независимое федеральное агентство с особым статусом, имею в виду ФРС, было создано только чуть больше ста лет назад, в девятьсот тринадцатом. А до того там были различные и весьма даже иногда экзотические периоды и системы, вплоть до на наш сегодняшний, да и многих тогда, совсем уж диких, когда существовала так называемая «Эра свободных банков» или вовсе ничего подобного Центробанку вовсе не имелось. Но всё-таки, несмотря на внешний кажущийся хаос и неуправляемость, ФРС возникла не совсем на пустом месте. Её основу заложил великий Александр Гамильтон, ещё в семьсот девяносто первом, учредив Первый банк Соединенных Штатов с некоторыми отчасти государственно регулирующими функциями. На восемьдесят процентов учреждение совсем частное. Но с определенными государственными функциями и полномочиями. Но, ещё раз, практически частное. В определенных ситуациях сложно сочетается. Особенно, если ещё и сами государственные, в том числе силовые и контролирующие, структуры и институты не слишком развиты и не особо мощны.

И для смягчения этого парадокса именно лично Гамильтон создал первую реальную, правда, тоже практически частную, но спецслужбу с не только частными, а и более широкими задачами и, главное, с самым серьезным финансированием. Это было одновременно и коллекторское агентство, и третейский арбитражный суд, и финансовая разведка, и сходка «по понятиям» для решения приватных щекотливых проблем, и ещё множество всего нынче даже невообразимого, однако в той ситуации не только очень полезного, но даже иногда необходимого, в ином виде в обществе и государстве не имеющегося. Официального названия у организации не было, да и изначально она задумывалась как предельно тайная, на самом краю законности и легальности, но глава и основатель иногда, когда по крайней необходимости требовалось упомянуть, именовал её как Office «Nicanor», так оно в какой-то степени и прижилось в максимально узком кругу посвященных.

Первый банк в таком виде, как «протоцентро», детище первого же министра финансов США, просуществовал всего двадцать лет. Потом ему просто по ряду больше политических, чем экономических причин, не продлили соответствующую лицензию, к тому времени сам Гамильтон не только перестал руководить денежной системой страны, но и скончался, однако и после восемьсот одиннадцатого Office «Nicanor» (ON) не исчез вместе с «материнской» организацией. Его продолжили финансировать крупнейшие банкирские дома, включая, в том числе, естественно, Морганов и Рокфеллеров, однако уже не как чисто собственное подразделения, а как относительно самостоятельный, но очень удобный и эффективный инструмент прогнозирования, проектирования и решения тех вопросов и проблем, которые по большей части находились в некой «серой зоне» и которым не особо благоприятствовала публичность.

Но тут нужно особо и отдельно подчеркнуть, что неглупые люди с деньгами и возможностями хорошо поняли, насколько разные вещи «финансировать», «пользоваться» и «руководить». То есть, если ты хочешь действительно иметь реальный результат от использования, то финансировать полезно, а лезть в руководство, особенно оперативное, не стоит и даже обычно вредно, а следует доверять это специалистам и профессионалам. Потому во главе организации по традиции ставился человек как бы посторонний и независимый, нередко достаточно известный, но совсем в других областях. Так в интересующий нас период эту должность или пост, или не очень понятно и совсем не важно что, но занимал небезызвестный Александр Белл. Для чего его даже специально, тихонько, настойчиво переманили и переправили из Шотландии через Канаду в США, где полностью натурализовали.

Опять же, понятно, не стану вдаваться в подробности биографии этого неординарного человека, внешняя канва широко известна и доступна, упомяну лишь несколько нюансов важных для нас именно в данном случае. Когда Путин несколько раз не без определенного раздражения отмечал, что интернет был создан американскими военными совместно с ЦРУ, то он, конечно, не был так уж абсолютно точен, а просто повторял, что ему докладывали бывшие сослуживцы определенного уровня. Но некоторая часть правды в этом есть, кое-какие спецслужбы имели и имеют к разработке интернета достаточно серьезное отношение. Однако сама по себе идея создания сети как «спецсредства» для «спеццелей» зрела давно, ещё со времени появления систем сигнальных огней до нашей эры, а первым подобием относительно современного уровня с использованием уже каких-то достаточно продвинутых технологий стал телеграф.

Одним из наиболее известных по литературе истинных прародителей хакерства является граф Монте-Кристо. Который, как вы помните, взломал базу данных и запустил своего рода вирус в телеграфную сеть, разорив таким образом своего врага. Но, конечно, реальной сетью в её нынешнем понимании стала только телефонная. И у истоков её создания стоял именно Александр Бел во главе ON. Причем, надо отдать ему должное, он никогда особо не настаивал, что является изобретателем самого телефона и спокойно отдавал пальму первенства Меуччи, впрочем, если так уж требовалось, а в принципе не сильно заострял внимание на подобных мелочах. Главное, что им была создана эффективная и работоспособная сеть, заложившая идейные основы всей сегодняшней системы.

На этом затянувшееся предисловие заканчиваю и постараюсь его излишний объем компенсировать краткостью изложения фактов по уже конкретно интересующей нас теме. Охота на императора Освободителя началась ещё в шестидесятых, задолго до создания «Народной воли». И продолжалась сколь долго, столь и безуспешно. Только широко известных и публично признанных неудачных покушений не меньше семи. Но как-то у ребят всё не складывалось, то холера, то понос, иногда осечки происходили по совершенно нелепой, почти смешной случайности. Эти великие теоретики, гениальные террористы и конспираторы никак не могли толком организовать убийство человека, которого на самом деле охраняли очень плохо и слабо, но всё-таки люди чуть более практически умелые и способные, чем революционеры. А в семьдесят восьмом в среде народовольцев появляется артиллерийский штабс-капитан Сергей Петрович Дегаев.

И его биографию, как общедоступную, я, естественно тоже пересказывать не стану. Отмечу лишь основные наиболее туманные моменты. Считается в стандартном толковании и объяснении, что Сергей Петрович имел слишком большие амбиции и считал себя достойным претендовать на самые высокие посты в организации, но оказался товарищами недооценен, его даже не включили в «Исполнительный комитет», а поручения давали только второстепенные. Потому он решил убрать основных лидеров «Народной воли» и таким образом расчистить себе путь к руководству. С какой целью в роли провокатора и тайного агента охранки вступил в сговор с подполковником Отдельного корпуса жандармов Георгием Порфирьевичем Судейкиным и действительно значительно способствовал разгрому тайного общества. Был разоблачен товарищами, но сумел купить себе жизнь участием в убийстве своего куратора Судейкина и сбежал из России.

Думаю, тут даже саму мало сведущему о незаинтересованному читателю понятно видно, насколько многое шито белыми нитками. А если еще учитывать, что, несмотря на разницу в показаниях по поводу дат, но в любом случае на Судейкина Дегаев начал работать не раньше восемьдесят второго, то есть только после убийства Императора, то концы с концами вовсе не сходятся. Самый основной и ключевой момент деятельности организации Дегаев для себя пропустил, когда действительно мог напакостить народовольческому начальству. Так легко и просто пошел на сотрудничество с жандармерией якобы за совсем небольшие деньги, которые сразу же взял у предложившего их Судейкина. Да и вообще сама идея возглавить революционную организацию путем уничтожения её основной части представляется несколько экзотичной.

Но я не стану продолжать далее подробно разбираться во всем этом, любой желающий может самостоятельно познакомиться с жизнью и деятельностью Сергея Петровича. После чего, уверен, хоть сколько-то непредвзятый взгляд сразу и без труда определит, сколько там натяжек и нестыковок. Как всего лишь один из бесчисленного количества примеров, сюжет о том, как уже вроде бы полностью разоблаченный в качестве предателя товарищами Дегаев добровольно приезжает на их «партийный суд» в Париж и удивительно удачно для себя решает там все проблемы. Вся история выглядит просто нелепой до маразма и анекдота.

Но на самом деле там не было ничего смешного и глупого. Одной из самых сильных сторон работы ON было умение найти в нужном месте, в нужное время нужных талантливых и наиболее способных для решения определенных задач людей. И ещё в семьдесят восьмом году агенты Александра Белла обратили внимание на двадцатилетнего обер-офицера, которого вырастила многодетная вдова врача и который умудрился к этому возрасту окончить кадетский корпус, артиллерийское училище, отслужить в Кронштадте и поступить в Михайловскую артиллерийскую академию, одно из старейших и авторитетнейших технических военных учебных заведений империи. Имея неограниченные материальные ресурсы и весьма серьезные связи во всех российских кругах вплоть до самых высших, специалисты ON сначала устроили Дегаеву подлянку. Блестящего и подающего огромные надежды слушателя академии уволили из неё как «политически неблагонадежного» и отправили в отставку практически без средств к существованию и малейших перспектив. После никаноровцы чего сделали предложение, от которого Сергей Петрович не столько не смог, сколько не захотел отказаться. Да, конечно, по большому счету его купили. Но не за деньги, а за возможность той «жизни мечты», которая, казалось, уже безвозвратно потеряна навсегда.

Дегаев безупречно выполнил свою часть договора. Он сумел, даже не будучи на первых ролях в «Народной воле», организовать, наконец, успешное убийство Императора. Таким образом все вопросы, касающиеся любых возможных российских финансовых и территориальных претензий к США, были окончательно решены и в буквальном смысле похоронены. Но это ещё далеко не всё. Контора Белла не собиралась оставлять в Европе, а Россия тогда воспринималась, хоть это сейчас может звучать и странновато, именно европейской, причем крайне важной составляющей, серьезную эффективную боевую террористическую революционную организацию, способную самостоятельно менять государей. Поэтому вторым этапом задания Сергея Петровича стало полное уничтожение «Народной воли» вместе с метастазами за границей (для чего, собственно, Сергей Петрович и ездил в Париж, хотя внешне этот поступок и выглядел нелепо), с чем Дегаев тоже отлично справился. Одновременно зачистив все концы и организовав убийство начавшего догадываться о его истинной роли одного из самых талантливых профессионалов российских спецслужб Георгия Порфирьевича Судейкина. (К счастью, это произошло уже после того, как у подполковника успел недавно родиться сын Сергей, благодаря чему мир получил изумительного художника).

И, наконец, полностью решив все поставленные задачи, Дегаев не столько договаривается с жалкими остатками уже практически безвредных террористов, сколько просто ставит их в известность, чтобы особо не дергались и не морочили ему хоть в какой-то степени голову, что навсегда покидает Россию и уезжает в Южную Америку. Но едет, естественно, в США.

А там уже наступает время ON расплачиваться. И надо признать, что контора не подвела. Его сначала устраивают на отличную высокооплачиваемую должность в химической корпорации, потом дают гражданство, в процессе чего Дегаев уже официально получает имя, до того используемое им в качестве псевдонима в честь своего основного руководителя, лишь слегка его подправив. Теперь он Александр Пелл. Затем Пелл становится аспирантом университета Джонса Хопкинса в Балтиморе, защищает докторскую диссертацию по дифференциальной геометрии и начинает преподавать математику в Университете Южной Дакоты. Далее он декан инженерного колледжа этого университета, а потом, уже в двадцатом веке, профессор математики в Институте Армора в Чикаго, нынче это Иллинойский технологический. Счастливо и успешно дожил до двадцать первого года и упокоился на баптистском кладбище в Пенсильвании. В Университете Южной Дакоты до сих пор наиболее одаренным студентам-математикам вручается именная стипендия Александра Пелла.

Александр Грейам Белл, хоть и был на десять лет старше одного из лучших своих агентов, но пережил его на год. А Office «Nicanor» прекрасно существует до сих пор в своем пограничном до конца не проясненном и даже принципиально не проясняемом статусе. Организация настолько реально тайная, что подавляющее большинство работающих в ней и на неё людей вовсе не подозревают о её существовании. Финансирование в основном, хотя и не только, идет через ФРС, а ресурсы используются самые разнообразные, вплоть до любых пентагоновских, но без излишнего контроля со стороны государственных структур.

Самая большая проблема с системой управления и постановки задач, поскольку даже президент США не имеет возможности дать конкретный приказ именно ON, так как тоже ничего точно о нем не знает. Но эти коммуникативные сложности как-то решаются, механизм выработан достаточно эффективный, хотя и не слишком простой, но все эти технологические детали и мелочи я сейчас подробно описывать не стану, возможно, когда-нибудь в другой раз, когда придет пора и возникнет необходимость.

Метки:

Закрывая тему

Ладно, надо категорически прекращать это дело, а то создается комическое впечатление нашей реальной причастности к общеевропейскому бытованию, что, естественно, хоть и простительная, почти трогательная, но, конечно же, полна иллюзия и не очень ловкая имитация.

Хотя понятно, из Мухосранска всегда проблемы Парижа воспринимаются ближе, понятнее и болезненнее. Но мне всё-таки, чтобы не выглядеть совсем уж скоморохом, хочется закончить со вчерашнего вечера вяло перекатывающимися в голове строчками. По сложившейся в последнее время традиции из-за не совсем цензурной лексики убираю их «под кат».

Можно дальше не читатьСвернуть )
Конечно, такой повод, каждый счел своим долгом отреагировать. А я что, хуже других?
Хотя, если совсем честно, то получается сильно хуже. Очередной раз проявилась моя грубость, тупость и бестактность. Сегодня всю ночь, когда на фоне пылающего Собора гуманное и прекраснодушное человечество пело молитвенные гимны, звонило в колокола, рыдало и произносило трагические речи про то, насколько это великая беда для целого мира, как она нас всех сплотила и каким образом мы должны с ней справиться, я монотонно и тоскливо матерился.

А потом стали появляться чрезвычайно мудрые рассуждения о знаках свыше, о каре и Божьей воле, о забвении истинных ценностей и неминуемой расплате. Очень продуктивно и изысканно. И, конечно, много полезнее, чем заниматься примитивным соблюдением противопожарной безопасности.

Я, когда строю какой-нибудь паршивый сарай, то изначально ставлю перед собой два основных вопроса. Всё ли я сделал, чтобы эта штука не загорелась? И, если всё-таки какая-нибудь сволочь подпалит, то как буду тушить? Это, естественно, как и ничто другое, не дает никаких абсолютных гарантий. Но если неприятность произойдет именно по причине моего плохого ответа на эти вопросы, то винить я буду исключительно себя, а не искать знаки высшего промысла.

Здесь не было какой-то вселенской катастрофы или нашествия инопланетян. Элементарное разгильдяйство. Кроме того, что это восемьсотпятидесятилетний величайший архитектурный и вообще культурный шедевр всемирного уровня, это просто не такая уж и гигантская строительная конструкция в самом центре современного европейского мегаполиса, да ещё и совсем рядом с довольно большой рекой. В двадцать первом веке пожар на такого рода объекте принципиально не может и не должен стать катастрофическим. То есть, по большому счету его в принципе не может и не должно быть. Но если всё-таки какая-то роковая случайность, то минимизировать потери нет никаких проблем.

А тут, совершенно очевидно по процессу и результату, люди, которые занимались эксплуатацией здания и отвечали за его безопасность, просто совершили ряд последовательных глупейших преступлений. Десятки тысяч гениев могут столетиями что-то создавать, а потом несколько или даже всего один придурок способен за час всё уничтожить.

Да, понятно, встанем плечом к плечу, сплотимся, вспомним о культурных корнях, восстановим Собор… Ага. Только хорошо бы, если не сначала, то одновременно, определить этих придурков и дать им пожизненное. Хотя я бы подвесил вверх ногами на ближайшем мосту и пусть висят в виде напоминания. А на их должности назначил бы людей, у которых руки растут откуда следует и не задница вместо головы. Только откуда ж таких взять, если даже Господь не может сохранить результаты подвига во славу Его?

Дальше только нецензурное. Да, опять не получилось посочувствовать умно и красиво…

Свобода, бля

Постоянно слышу и читаю как многие искренне удивляться, а чего это, мол, в Венесуэле никак не произойдет смена власти. Чего они тянут? Ведь как будто давно уже всё готово, условия созданы идеальные, низы не хотят, верхи не могут, будто по учебнику наизусть.

И бесчисленное количество теорий с объяснениями. Любые на выбор. От того, что Гуайдо просто не хочет лишнего кровопролития и потому не спешит, бережет народ, до каких-то тайных планов или России, или США, а то и совместных. Но на самом деле всё гораздо проще и очевиднее. Так называемое прогрессивное мировое общественное мнение тупо поддалось на гнилую либеральную западную разводку и поверило, что там «низы действительно не хотят». А в реальности венесуэльцы искренне любят свою Мадуру.

И никакая пресловутая туалетная бумага здесь не поможет. Представьте, даже не при Сталине, а при Брежневе вы призываете кого-то сменить власть потому, что в магазинах нет туалетной бумаги. Да вас бы сразу сдали в дурилку. Собственно, и сдавали. Хотя Брежнева у нас любили сильно меньше, чем у них Мадуру.

Ведь он за бедных. А они бедные. Как же можно его не любить?

Война и миф

Сразу скажу, что я отнюдь не являюсь поклонником этого режиссера, хотя что-то в его ранних работах и было мне близко и любопытно. Но давно творчеством Павла Лунгина не интересуюсь, а уж этот фильм, посвященный афганской войне, точно смотреть не буду, слишком не моё.

Но просто сильно смеялся, когда только что наткнулся в интернете на фразу, что «ветераны-афганцы признали кино "Братство" ложным и клеветническим».

Сразу представил себе в свое время высказывание: «Ветераны войны двенадцатого года признали ложным и клеветническим роман Льва Толстого».

Кстати, имели полное право. Там Лев Николаевич много чего наврал. Правда, госфинансирования не получал. Хватало.

Великоросс

Конечно же, как очень относительно приличный человек, но внутри самого себя иногда пытающийся на таковое звание надеяться, я просто обязан попросить прощения у тех, нежные струны души которых задел, назвав Ассанжа глупым клоуном.

Тут снова как с уже неоднократно цитируемой мною фразой Турбина: «Я не люблю Маяковского, но люблю людей, которые любят Маяковского». Могу как угодно относиться к самому Ассанжу, но те, кто ему искренне сочувствует, мне по большей части достаточно милы для того, чтобы я хотел их хоть сколько-то обидеть. И, если они хотят вместе с Марией Захаровой и Джулианом бороться за свободу слова в Америке, не видя в том никакой клоунады, то успехов им и, главное, большого удовольствия. А я, несомненно, пристрастен и субъективен, да и сложно оставаться объективным, когда смешно. Так что, ещё раз прошу прощения.

Но сейчас по сложной ассоциации несколько о другом. С юности не дающем мне покоя и постоянно тревожащем. Ну, с Аляской тут обсуждать нечего, всем всё прекрасно известно. Договор юридически ничтожный, в котором даже и речи никакой о продаже не идет, а упоминается только какая-то то ли уступка, то ли передача без обозначения сроков и реальных условий с последствиями, так что там любые разговоры бессмысленно. Ну и, плюс к тому, на самом деле вообще ничего не заплатили, а все деньги до последнего цента украли ихние масоны в доле с нашими, абсолютно откровенная афера без малейших нюансов и оправданий. Единственное, что, возможно, не столь широко всем понятно, это американцы грохнули императора нашего Освободителя, чтобы уж совсем точно некому было с них долги стребовать. А потом свалили на наших отечественных патриотов, которые только хотели землю крестьянам и ничего дурного. Правда, там ещё Великий князь поучаствовал, тоже гнида масонская, но это уже отдельная история. Короче, тут никаких вопросов, то, что Аляска наша, и пьяному ежу ясно.

Чуть сложнее с другой территорией. Но сложнее не сильно. Это Калифорния. Причем недобросовестные и продажные историки чаще называют её Северная Калифорния, хотя это совершенно искусственное ограничение и следует иметь в виду весь условный штат. Без малейших сомнений исконно российские земли. Причем, если англичане, испанцы и прочее подобное европейское отребье захватывало и колонизировало Америку путем истребления индейцев, то русские люди с ними сотрудничали и дружили, у местных до сих пор остались самые лучшие воспоминания. Отжали же у наших крепость Росс с окрестностями совсем подло, в результате наглого финансового мошенничества и подделки бухгалтерских отчетов, практически один к одному по схеме лихих девяностых, на бумаге разорив эффективно и прибыльно функционировавший хозяйствующий субъект и задурив нашим властям голову.

То, что америкосы вояки никудышные и супротив нашего солдата минуты не продержатся, это каждому прекрасно известно. А бомбу применять не рискнут, кишка тонка. Нам восстановить права на Калифорнию проще простого. Проведут референдум, выйдут из США и вступят в РФ. Всё по закону и на чистом сливочном масле.

Да, и ещё Гавайи. Но там совсем примитивно. За пару часов можно управиться. Короче, хватит размазывать манную кашу по белому столу. Время пришло.
Проблема, и даже не проблема, особой проблемы там вообще нет, но так, небольшой и не самый принципиальный вопрос отнюдь не в том, является ли Ассанж великим борцом за свободу информации или врагом демократии, действующим на пользу всем её противникам, от перебравших леваков до оборзевших тоталитаристов.

Гораздо нелепее, смешнее и обиднее то, что этот жуткий цифровой разбойник, знамя и символ для одних и страшный сон для других, оказался глупым клоуном самого низкого пошиба. Даже не Че Гевара. Хотя и тот большим умом не отличался, но хотя бы что-то, пусть на уровне картинки на футболках, уже результат.

А этот какой-то абсолютный ноль. Полная деградация всего возможного. Но, с другой стороны, можно себя успокоить и слегка повеселить тем, что лучше уж такой, чем бен Ладен.

Кино

Прошлой ночью десятый уже, если не больше, раз пересмотрел относительно старый фильм Прошкина «Трио». Ту, сильно подозреваю, что исключительно субъективно для меня, абсолютная магия искусства. Естественно, не собираюсь писать ничего даже подобного рецензии, картина давно обсуждена и благополучно, видимо, прочно забыта. Но я, каждый раз, когда случайно с ней сталкиваюсь, не могу оторваться до последних, на мой взгляд, совершенно изумительных щемящих кадров.

Одно только замечание захотелось сделать. Панин из самых близких мне и любимых мною российских актеров. Пореченков безусловный придурок и засранец. А Звонареву я вообще от стенки не отличаю. Но здесь все трое играют потрясающе. Хотя, как будто, и играть особо нечего.

Не знаю. Глупость, наверное, и каприз вкуса. Но почему-то именно подобная чепуха уже давно только и придает мне возможность тактильного ощущения жизни.

Мама мыла маму

Очередной раз одна из читательниц задала мне вопрос и разряда тех, которые всегда ставят меня в тупик: «Хочу уточнить, чтобы понять даже не второй, а самый очевидный уровень вашего текста, надо "Зависть" Олеши прочитать, да? Я не читала, хотя книжка дома у родителей была. Но, видимо, пора читать».

Прежде всего, я сам всю жизнь терпеть не мог, если кто-нибудь говорил мне что-то вроде, мол, обязательно прочти такую-то книжку и всё поймешь, или в другом варианте, типа, что с тобой вообще на эту тему разговаривать, если ты даже эту книжку не читал. Это ведь, на самом деле полная чепуха и просто неправда. Нет такой книжки, которую «прочтешь и всё поймешь». Не придумано и не написано. Естественно, речь о художественной литературе. Какое-то техническое устройство и вправду можно и даже много проще понять по специальной соответствующей литературе. И оставим в стороне религиозные книги, это совсем отдельная статья. Но любой, даже самый великий роман…

Нет, конечно, не надо меня подозревать в каким-то радикальном нигилизме, я, естественно, уверен, что лучше читать, чем не читать, вообще лучше что-то знать, чем не знать, лучше быть сытым и выспавшимся, чем ходить голодным и тереть глаза. Чтобы прийти к такому мудрому выводу не требуется быть семи пядей во лбу. Так что дело не в каком-то моем демонстративном призыве к невежеству.

Но в том, чтобы не то, что навязывать, но и всего лишь рекомендовать кому-то какую-нибудь конкретную книгу мне видится некоторый излишний налет дидактики и назойливого наставничества. Да и откуда мне знать, что именно вам лучше читать и в какую очередь? Я и относительно самого себя тут на сто процентов во многом не уверен и постоянно сильно сомневаюсь. «Зависть» Олеши в свое время была очень знаковым и влиятельным текстом не только для меня, но и для нескольких поколений меня окружавших по времени «до» и «после». Но и тогда её читали далеко не все. И не могу утверждать, что так уж четко делились на читавших и нет. Были и более распространенные вещи. Когда-то считалось хорошим тоном вставить в разговоре с девушкой хотя бы непрямую, но цитату из Ильфа и Петрова, позднее на смену им пришел Булгаков. Но это всё так, более наносное, а по сути…

Мне ещё нередко в комментариях пишут что-то, типа «а вот тут эта мысль сформулирована наиболее точно и подробно», и дают ссылку. Я до сих пор иногда, чаще из вежливости, кликаю и читаю. В подавляющем большинстве случаев тексты оказываются мне совершенно не интересны. Но ведь кого-то они искренне трогают, значит, видимо, что-то есть, просто мне недоступно.

Короче, не берусь кому-то советовать что-то прочесть. Я на самом деле сильно удивляюсь, что и меня ещё кто-то читает, хотя всё меньше и меньше, что как раз очень понятно.
Когда девушка, слегка скося глазки, подкатывает к юноше с вопросом, правда ли она такая плохая, то понятно, что это просто или приглашение к началу сексуальной ролевой игры, или ещё проще, способ получить в ответ комплимент и подробное разъяснение, насколько она в самом деле хорошая. Это как с вопросом: «Я толстая?». Ни одна даже самая тупая и простодушная баба не пытается таким образом выяснить величину своих параметров. Для этого существуют весы и сантиметр. А хочет всего лишь, чтобы ей рассказали, какая она изящная. Обычное милое кокетство, ничего страшного.

И это даже не от половой принадлежности идет, а больше из детства. Любому нормальному ребенку хочется, чтобы его приласкали и похвалили. Потому он иногда на себя специально наговаривает и преувеличивает свои недостатки. Чтобы взрослые лишний раз погладили по головке и рассказали, как его любят и какой он хороший. Но я давно вырос, а девушкой никогда и не был. Потому, когда предполагаю, что являюсь, ну, пусть не очень плохим, всё-таки, пытаясь быть объективным, подозреваю, есть немало и сильно хуже, но явно слишком далеко не самым хорошим человеком, то вовсе не рассчитываю на опровержение. Мол, ну, зачем так, Васильев, ты такая лапочка… Какая я лапочка, сам прекрасно знаю. Но есть вещи и факты слишком очевидные.

Например, знаю множество самых разных людей, большинство из которых считаю вполне добрыми и порядочными, которые вчера искренне обрадовались, когда Серебрянникову отменили домашний арест. А мне почему-то безразлично. Нет, то есть абсолютно против него ничего не имею и в принципе, теоретически, в подобных делах досудебная мера пресечения всегда должна быть минимальная. Но никаких положительных эмоций в данном случае не испытываю. Очень неприятная эмоциональная и нравственная глухота.

Однако это ещё ничего, поскольку тут реакция совсем нейтральная и хоть как-то потому простительная. Гораздо хуже со всякими благотворителями и гражданскими активистами, особенно женского полу. Во-первых, тут проявляется очевидный сексизм, но даже отбросив его, остаток получается чрезвычайно отвратительный. Ведь если логически и беспристрастно, то люди вроде занимаются самыми благородными и полезными делами. Помогают больным детям, нуждающимся старикам, инвалидам, борются с точечными застройками и вырубкой зеленых насаждений, предотвращают несанкционированные мусорные свалки и тому подобное, реально мешающее жить.

Но когда я смотрю на этих вальяжных дам, со слезой в краю глаза рассказывающих о том, как они помогают несчастным, и настаивают на необходимости смягчения нравов и повышении уровня сердобольности, когда вижу активисток с горящим взором, встающих на пути страшного бульдозера перед трогательным кустиком, меня почему-то охватывает жуткое раздражение. Иногда аж трясет. Это противоестественно и болезненно. Так быть не должно. Ведь всегда же считал себя добрым, гуманным и отзывчивым. А тут будто какой-то узколобый злобный жлоб. Зубы сжимаются и хочется по голове им настучать, хотя я в жизни ни одну женщину даже цветком не ударил.

Категорически непонятно почему, но все они, практически без исключения, мне просто отвратительны. Не верю ни единому слову. И тут даже не имеют значения какие-то мысли о их корыстности или лицемерии. Во-первых, мне не жалко. А, во-вторых, какое имеет значение чистота помыслов, если результаты полезные? Но в данном случае никакие самоувещевания не помогают. Тошнит, и всё. При сильной качке себя не уговоришь, что морская болезнь не имеет достаточных оснований.

А они такие гордые, независимые, благородные и, несмотря на все постоянно преодолеваемые гигантские трудности, очень успешные в своем деле. Делают мир лучше, помогают человечеству и им совершенно наплевать на таких, как я, ничтожных злопыхателей, не способных на высокие мысли, чувства и деяния. Да ещё, плюс к тому, они, в основном, моложе и сильно симпатичнее.

Так что, похоже, элементарная зависть и комплекс неполноценности. От осознания чего мне ещё обиднее и больнее.

Кто пасется на лугу?

Вопреки некоторым легендам и более просто слухам, и его родители, и сам Закари Тейлор отнюдь не были крупными плантаторами-рабовладельцами. Скорее, так, в нынешнем понимании довольно средненькие и даже не слишком успешные фермеры. Но действительно, Закари происходил из очень авторитетной семьи с глубокими южными корнями, ведущей свою родословную чуть ни от самых первых поселенцев, и, естественно, рабство для него являлось обычным, привычно воспринимаемым и экономическим, и чисто бытовым фактором.

Впрочем, я не стану вдаваться в подробности биографии этого весьма любопытного и неординарного человека, с ней каждый может легко познакомиться самостоятельно. А упомянутые нюансы происхождения отметил лишь вот по какой причине. Сам Тейлор большую часть жизни не занимался и даже особо не интересовался политикой. Потому особо дотошно и четко публично не формулировал свои взгляды по многим вопросам. В основном занимался или хозяйством, или, в перерывах, военной службой. Причем последней много эффективнее, чем первой, особенно во время Мексиканской войны, блестяще накрутив хвоста Санта-Анне. Стал практически национальным героем, виги решили воспользоваться ситуацией, приложили ему баллотироваться от них, и в сорок восьмом Тейлор был избран двенадцатым президентом США.

Для северян сыграла свою роль популярность победителя, а южане проголосовали за него почти автоматически, по умолчанию, предполагая, как само собой разумеющееся, что человек с такими корнями их не подведет. Но он поступил довольно неожиданно. Нет, конечно, он не был радикальным сторонником отмены рабства и не на какие фундаментальные основы не покушался, но высшим приоритетом для него оказалось единство страны, а не экономические или даже самые принципиальные идеологические различия. Потому в очень в тот момент болезненном и важном вопросе по поводу рабовладения на новых территориях, особенно это касалось Калифорнии, он занял сторону даже не то, что северян, а поиска компромисса и отказа от южного догматизма.

Южане очень обиделись. Ну, то есть, совсем серьезно. Такое предательства они не ожидали. Нравы были ещё вольные до диковатости, пошли разные разговоры, иногда в нашем сегодняшнем понимании весьма опасные и почти экстремистские, но президент гнул свою линию довольно непреклонно. Однако недолго. Всего через шестнадцать месяцев своего правления на День независимости он произнес речь у строящегося монумента Вашингтону, перекусил, пошел отдохнуть и плохо себя почувствовал. Заболел живот, затошнило, поднялась температура. Лег, позвали врачей, те определили «бактериальную инфекцию», дали микстуру прочистить желудок, но Тейлору становилось всё хуже, и через пять дней он умер.

Шестьдесят пять лет, особенно по тем временам, не такая уж и молодость, но мужик был внешне мощный, абсолютно здоровый и никаких слабостей особо не проявлял. А тут вдруг совершенно неожиданно всего за несколько дней. Пошли очень упорные слухи. Что это южане ему так отомстили. Ну, и, понятно, на масонов тоже валили, куда же без них. Но доказательств не нашлось, президента похоронили, и история пошла своим чередом.

Однако подозрения оказались уж очень стойкими. Даже сложилось конкретное мнение, что симптомы слишком похожи на отравление мышьяком. И, ребята упорные, там плюс ко всему ещё и несколько писателей с журналистами нагнали эмоций, короче, добились, что почти через полтора века, в девяносто первом произвели эксгумацию, благо фамильный склеп сохранился в неприкосновенности и материал имелся. Но мышьяка не нашли. Пришлось смириться с диагнозом, что всё-таки «бактериальная инфекция», да плюс микстуру для прочистки желудка тогда использовали с участием ртути, не зная ещё о её опасных свойствах, так что, жалко, конечно, но, типа, несчастное стечение обстоятельств, ничего не поделаешь. Особо упертые, ясно, не сильно поверили и до сих пор грешат на убийство рептилоидами, но это уже из другой оперы, тут наука бессильно, по крайней мере современная в моем понимании.

Я же обо всем этом сейчас пишу, отнюдь не поехав мозгами и не собираясь вступать в ученые дискуссии с медицинским или криминологическим уклоном. А исключительно желая дать практический совет с житейским стариковским предостережением. Это довольно редкий случай, когда через столько лет сохранились такие подробности. Закари Тейлор после произнесения речи не просто абстрактно перекусил, а конкретно поел вишен с мороженным и запил приличным количеством молока. Если вы посмотрите самые подробные нынешние таблицы сочетаемости продуктов, то обнаружите, что на эту тему до сих нет единого мнения. А кто-то даже, наоборот, считает, что именно со сладкими ягодами (или фруктами, не будем занудами, в данном случае без разницы), вроде вишни, молоко сочетается особенно хорошо. Опять же, не собираюсь высказывать своего мнения по этому поводу, притворяясь сильно сведущим в химии, медицине или чем-то подобном. Особенно в ситуации, когда слишком многое зависит от каждого конкретного организма, я видел, как у нас в деревне некоторые за милую душу уплетают банку огурцов под крынку молока, а финны или норвежцы запивают им пару селедок, и ничего.

Но просто хочу мягко порекомендовать. Ну его. Людям нашего с Тейлором возраста лучше в молоке себя вообще несколько ограничивать, впрочем, с ягодами и фруктами, особенно свежими, тоже не переусердствовать и уж точно стараться на всякий случай не совмещать. А если всё-таки начнется расстройство желудка, то не использовать какие-то сомнительные микстуры, слава Богу ртутью уже никто давно не злоупотребляет, но дряни и без неё до сих пор хватает, а помнить, что нет ничего лучше в таких ситуациях кипяченой воды, на крайний же случай, к счастью, придуманы антибиотики.

И в принципе, думаю, обязан в конце заметить, что никогда в жизни меня не подводило сочетание с любой растительной закуской (да и прочей почти тоже) водки или вина. Плохо бывало. Но не от качества, а от количества.

А ведь я даже не президент.
СССР, пусть вместе с союзниками, но именно в таком порядке «СССР с союзниками» победил Германию, которая тоже была не без союзников, и в Отечественной и в Мировой войне. И я, как раз вовсе не считающий, что «история не имеет сослагательного наклонения», а полностью наоборот, уверенный, что никакого иного наклонения у истории и нет, не вижу в данном случае никаких возможностей «фальсификации» или «дискредитации» чего угодно, к этому факту относящегося.

Другое дело, что когда я недавно заметил, что, по моему мнению, нападение Германии на СССР было изначально обречено на провал в любом случае, и Союз, пусть и с другими результатами и потерями, в другие сроки и вообще во многом по-другому, но всё равно выиграл бы ту войну и без союзников, уж слишком несоизмеримы были ресурсы и территории, то мне многие возразили, занимая совсем иную позицию. В этом нет ничего странного или, тем более, ненормального. Один человек, ну, например, тот же я, прожив уже достаточно долгую жизнь, обращаясь к доступным фактам, документам, воспоминаниям, впечатлениям и прочему подобному, на основании своего опыта и мировосприятия пришел к определенным для себя выводам. Другой человек на других, а, возможно, и на тех же самых основаниях, но в связи со своими личностными особенностями пришел к иным. Вполне естественно.

Но существует некоторое, очень ограниченное количество слишком явных и общеизвестных событий, относительно которых сложно дискутировать. В частности, что после Победы в отношении одного из основных победителей практически невозможно было провести объективное расследование и впоследствии не менее объективный судебный процесс, скажем, в отношении Катыни или чего подобного. Просто чисто физически не существовало такой силы, которая была бы на это способна. Так что, понятно, вину возложили на немцев и вопрос закрыли. Однако существовали слухи, молва, кто-то случайно выжил, какие-то бумажки по недосмотру оказали не до конца уничтожены. Долгие десятилетия многие люди пытались установить истину. Но принципиальную роль сыграло другое. Социалистический лагерь распался, и Польша стала суверенным государством, не зависимым от России. Открыли архивы, нашли документы и вроде бы установили, кто виноват.

Но на самом деле, конечно же, нет. Кто был уверен, что это немцы, тот в этой своей уверенности не только остался, но и утвердился. Документы и экспертизы подделаны, свидетельства ложные, вся история – сплошная вражеская пропаганда. Спорить и доказывать бессмысленно. Это машина Стелькина, а он взяточник.

С Куропатами оказалось много проще. И не только потому, что Белоруссия сама была частью империи, а, став самостоятельной, всё-таки не столь категорично отмежевалась и от России, и от совместного с ней прошлого. Но ещё и потому, что Лукашенко никак не Валенса или Вайда. Так что, тут валить всё на немцев вообще никаких особых проблем. Можно доказывать что угодно и приводить любые аргументы с уликами, но «коммунистическая общественность» в любом случае останется абсолютно уверена, что это преступление гадов-фашистов. Не просто машина Стелькина, но и с зафиксированной взяткой внутри. Любые разговоры бесполезны.

Но вот что лично мне в подобных случаях любопытно. Я встречал огромное количество доказательств и мнений, что конкретно эти и такого рода массовые убийства совершили именно немцы. Но, как ни странно, ни разу не услышал и не прочел чего-нибудь, вроде «советская власть вообще и чекисты в частности не могли быть причастны к подобному». Ведь даже Лукашенко что дословно утверждает: «Там (в Куропатах. — БелаПАН) убивали людей, допустим, при Сталине в тридцатые годы. А вы уверены, что там на этом месте фашисты не расстреливали — евреев, белорусов, поляков, украинцев, русских? Вы уверены? Не уверены. Ну, так давайте будем объективными!»

Если отбросить подловатое и лукавое «в тридцатые годы», то по сути речь не идет о том, что коммунисты в принципе этого не могли, а лишь о том, что и «фашисты тоже могли». С такой постановкой вопроса вообще невозможно не соглашаться. Конечно, они могли что угодно. И стоит ли разбираться, кто виноват именно в данном случае? А могли НКВДшники в конце войны или после неё кого-нибудь расстрелять на месте Бабьего яра? Там в принципе место для этого довольно удобное, и Сырецкий концлагерь под боком, использовавшийся, по-моему, года до сорок шестого. В основном, видимо, всё-таки для немецких военнопленных, но что там в подробностях на самом деле происходило, можно тоже трактовать по-разному.

В процессе прокладки лондонского метро неоднократно натыкались на массовые захоронения. Иногда очень крупные и весьма интересные, причем зачастую со следами насильственной смерти. Некоторые из них ученые относили ещё к римским временам, некоторые к средневековью, периодом разного рода «черной смерти». Но всем прекрасно известно, что технологии датировки пока весьма далеки от совершенства, зато подкупить, запугать или перевербовать любых учёных теоретически, да и в большинстве стран и случаев практически, не слишком сложно. Но почему-то нигде я не встречал даже предположения о том, что тут английские спецслужбы поучаствовали в отношении «врагов государства» или ихние власти таким образом разбирались с евреями. А, между тем, с врагами там на самом деле боролись порой весьма жесткими методами, и антисемитизм, вопреки декларативным заявлениям многих весьма уважаемых мною британских политических деятелей, на острове реально существовал и был достаточно распространен вплоть до самых верхов.

И снова всё та же несправедливость. Поневоле начнешь завидовать людям верующим. Насколько всё же им легче, уверенным, что в конце концов высший суд всё расставит по своим местам.
По моему абсолютно субъективному мнению, без малейшего оттенка иронии, истинно великий человек, политик и государственный деятель Горбачев искренне не хотел и совершенно не предвидел почти ничего из того, что в реальности стало результатом его деятельности.

Ведь в произошедшем на самом деле есть два основных момента, которые хоть и совпали по времени, и оказались вроде бы неразрывно взаимосвязаны, но теоретически могли бы и обойтись друг без друга. Это империя и социализм. Вопрос, может ли существовать империя при капитализме, даже не стоит. И опять же чисто теоретически СССР вполне мог сохраниться и с рыночными отношениями, тут никаких принципиальных противоречий нет, если отставить в сторону конкретную историческую ситуацию.

С социализмом несколько сложнее. Но, если отбросить всю пустую шелуху, то самые догматичные и туповатые преподаватели научного коммунизма низшего уровня были совершенно правы, когда говорили о собственности на средства производства как о ключевом и основополагающем моменте. И тут уже начинается дискуссия о мере и степени. Булочную и кафе можно, а нефтяную скважину нельзя? Получилось бы создать суверенные государства из частей Союза, оставив их социалистическими? По большому счету во всяком случае часть из них так и остались государственными образованиями старого, прежнего образца, естественно, со своими трансформациями и спецификами, но опять же, если отбросить реалии времени и занудную конкретику, в теории тут нет ничего несовместимого.

Но для меня является несомненным факт, что по обеим этим позициям Михаил Сергеевич Горбачев был настоящим имперцем и социалистом. Он не хотел распада СССР и кардинального изменения экономического уклада. А как раз наоборот мечтал о модернизации всего этого исключительно ради сохранения и усиления.

Его ненавидят. Но когда я кого-нибудь спрашивал «в лоб», а что, собственно, лично тебе плохого сделал Горбачев, то подавляющее большинство, исключая совсем уж отмороженных, уверенных, что он совершил диверсию по заданию американцев (иногда вариант – вместе с КГБ), начинали со слов: «Горбачев позволил, чтобы…» То есть, понимаете, он не сделал сам, а позволил кому-то. И это правда. Он всего лишь по сути немного отпустил вожжи и приоткрыл крышку. После чего застоявшиеся ошалевшие кони понесли, а подгнившая и перебродившая брага рванула и разнесла к чертовой матери казавшийся безупречно надежным автоклав.

Но это всё для массового сознания пустая болтовня и никому не нужные мудрствования. А всё сложилось и произошло так, как произошло и сложилось. Мы жили в великой ядерной космической стране с полной и непоколебимой уверенностью (и тут я без малейшей иронии) в завтрашнем дне, получали чаще всего относительно весьма скромную, но твердую зарплату, не очень зависящую от практических результатов нашего труда, знали, что на водку нужно скидываться по рублю, восприняли как вселенскую катастрофу, когда потребовалось по полтора, и привычно ворчали, но особо не парились. А тут пришел какой-то мужик с пятном на лбу, начал что-то там чудить и всё это разрушил. Мир развалился, и жизнь многих пошла под откос. Ко виноват? Ответ совершенно естественный.

Восемьсот лет назад в Англии правил король Иоанн, по причинам даже, не очень имевшим лично к нему отношение, получивший прозвище Безземельный. Но вот всё остальное в своей репутации мужик честно заработал сам. Может быть не исключительно, но действительно редкостно был бездарный правитель. Провалил и испакостил всё, что только смог, хотя судьба ему иногда откровенно и улыбалась, в том числе и по главному в его случае поводу, так как трон он занял, имея на него не самые большие права. Но, повторю, даже непосредственная удача обычно не шла во благо что ему самому, что основной массе подданных, ковбой был уж очень неловкий и попадал из одной передряги в другую.

Однако во время и в результате одной из такого рода неприятностей он подписал документ, впоследствии получивший название «Великой хартии вольностей». Текст, скажем откровенно, не самый гениальный и в момент своего появления касавшийся довольно частных проблем взаимоотношений весьма ограниченного круга заинтересованных товарищей на не слишком большой территории. Но так случилось, что именно он стал краеугольным камнем не только английской, но и всей мировой демократии как системы взаимодействия институтов. И какова бы не была дальнейшая реальная и практическая судьба и самой Хартии, и Иоанна, и Британии, и всей этой самой демократии, если вы сейчас спросите любого хоть немного действительно образованного человека в какой угодно стране, с чем у него ассоциируется Иоанн Безземельный, то он автоматически ответит, не разбираясь ни каких нюансах личности бездарного короля, что с наиболее эффективным современным мироустройством и основоположением нынешней свободы.

А Борис Федорович Годунов, по моим понятиям, был одним из самых талантливых и мудрых русских царей. И можете меня расстрелять, к смерти царевича Дмитрия он не имел никакого отношения. Но не сложилось, не пофартило. Конечно, истинной фундаментальной причиной дальнейшей смуты стала деятельность обожаемого Ивана Васильевича, но, как ни крути, и если даже не считать довольно длительного фактического правления, у Годунова имелось семь лет только чистого формального царствования. Почти два нынешних президентских срока большинства цивилизованных стран. А в результате страна оказалась ввергнута в одну из самых страшных и кровавых заварух в своей истории, еле удержалась и так толком после этого в себя и не пришла. Никакой справедливости. Которую, собственно, никто и не обещал. Осталось лишь гениальное: «нельзя молиться за царя Ирода - Богородица не велит».

А великий Ельцин гениально довершил начатое Горбачевым. Умудрился доломать коммунистического монстра и почти похоронить. Сделал что мог по максимуму. В душе моей нет к нему ничего кроме безграничной уважительной благодарности. Но результатом его правления стал Путин. А лично для меня ещё и исчезновение России, как страны, и русских, как народа. Вот такая, понимаешь, загогулина.

Одна искренняя и, наверняка, по-настоящему душевно болеющая за Украину читательница написала мне по поводу Зеленского и моей реплики о десакрализации власти: «Все это очень хорошо в теории. А на практике президентом воюющей страны может стать голограмма из телека, которая двух слов связать не может. И это страшно, мерзко и стыдно одновременно». Сочувствую. Я вообще всегда инстинктивно и непроизвольно сочувствую людям с тонкой нравственной организацией, они меня глубоко трогают своей ранимостью.

Но вот приятель из Штатов позвонил, он там уже лет тридцать, однако до сих пор посматривает русскоязычные телеканалы. И начал мне излагать свои претензии, что ему не нравится в Зеленском, мол, это несерьезное шоу, стилистически моему приятелю чуждое и неприятное. И тут я уже не удержался и заржал. Говорю, Аркаша, милый, ты последние съезды республиканской или демократической партии страны твоего нынешнего гражданства давно смотрел? Представь, я тебе позвоню и начну рассказывать, какое на меня производят впечатление подобные мероприятия с шариками и хот-догами. Да это не демократия великой страны, а убогий пионерский утренник в колхозе под Рязанью. Хочешь, я эти свои мысли изложу в отдельном подробном письме в конгресс США? Возьмешься лично доставить представителю своего штата?

Так что, господа, не надо себя излишне накручивать. Гому маст, а кому и гоу он. Скромнее надо быть. Хотя понимаю, что многим ещё долго жить. Мне легче.

Под знаком единонога

А ещё я люблю некоторые анекдоты за то, что иногда они практически буквально воплощаются в жизнь. В данном случае, естественно, первым автоматически вспоминается старый и далеко не самый лучший, но просто удивительно точно попавший в цель про то, что следующим президентом США должна стать незамужняя многодетная одноногая негритянка, лесбиянка больная СПИДом.

Лори Лайтфут, пятидесятишестилетнюю негритянку, открытую лесбиянку ростом «метр с кепкой» избрали мэром Чикаго, третьего по численности населения города Америки. И сразу должен сказать, что её цвет кожи, пол, рост и сексуальная ориентация обратили на себя лично мое внимание исключительно в связи с упомянутым анекдотом. Единственное немного не понравилось, что сама она в своей приветственной лечи, пусть и слегка, полушутливо и мимоходом, но отметила эти собственные несколько экзотические для занятого поста свойства, но не стану придираться к нюансам не родной для меня политической культуры.

А вообще-то Лори очень непростой человек с весьма интересной биографией, которая отнюдь не исчерпывается и не определяется всяческими политкорректными примочками. Я не стану останавливаться на всяких любопытных подробностях, благодаря интернету каждый свободно может познакомиться с ними самостоятельно. Отмечу только, мое сердце она покорила, когда я узнал, что старшеклассницей она играла за баскетбольную (!) сборную школы. Ну, да ладно, это всё лирика. Я, собственно, решил написать эти несколько строк совсем о другом.

Карьера, опыт, политические, жизненные и прочие подобные взгляды Лори Лайтфут свидетельствуют о том, что она может оказаться очень приличным и эффективным мэром. А может и совершенно ужасным, полностью провальным. Но и то, и другое не имеет абсолютно никакого отношения к её названным «анекдотическим» свойствам. То есть, когда пол, раса, сексуальные предпочтения, понятно, если они в рамках закона, становятся препятствием для занятия какого-либо вида деятельностью, то это очень плохо и несправедливо. Ни ничуть не лучше, когда то же самое становится конкурентным преимуществом. Тут баланс очень тонкий, но необходимый и принципиальный.

Скажем, если говорить на примере нашего советского бытия, то я знаю множество примеров сломанных судеб и даже почти трагедий, когда людей не допускали до какой-то должности или работы в связи с неподходящим «пятым пунктом». Но, хотя и реже, однако ничуть не лучше случалось, когда человеку давали работу или назначали на определенную должность только потому или хотя бы ещё и потому, что у него был тот самый показавшийся в данный момент уместным «пятый пункт».

Идиллия

Вот организовали и выпестовали вполне себе благополучную и во всех отношениях современную страну. Нет, понятно, что не без массы самых серьезных проблем, однако по земным реальным понятиям вполне оптимально. Технологии одни из лучших в мире, экономика мощнейшая, государственные структуры и общественные институты достаточно, по возможности, работоспособные, правоохранительные и силовые структуры весьма надежные и мощные, короче, из того, на что нынче в принципе способно человечество, один из лучших вариантов.

Но, естественно, в любой, особенно крупной стране, имущественное и социальное расслоении хоть в какой-то степени, но неизбежно. И среди массово весьма благоустроенного государства начали дополнительно возникать ещё и такие островки повышенной комфортности. Чаще всего недалеко от мегаполисов, но в экологически благоприятных районах, городки обычно на несколько тысяч, реже максимум на несколько десятков тысяч населения, где и вся инфраструктура, и цена недвижимости, и ещё множество чисто экономических факторов проводили своего рода селекцию и в результате получились такие анклавы стабильной обеспеченной жизни с собственным очень определенным и характерным микроклиматом. Там прекрасно работающее самоуправление, крайне низкий уровень преступности, почти все друг друга знают, по крайней мере или в лицо, или слышали от кого-то из знакомых. Опытные, избранные, авторитетные шерифы посылают время от времени своих сильно разленившихся помощников прокатиться по тихим улочкам, те поводят по сторонам осоловевшими глазами, но практически никогда не обнаруживают ничего, достойного их внимания.

И в одном из таких городишек жили по соседству три семьи. Обычного для этих мест сословия и достатка. Врачи, адвокаты, риелторы, инженеры. У каждой семьи по одной чудесной дочке примерно одного возраста. Такое там не слишком распространено, чаще детей больше, но тут вот так получилось. Девочки с детства были ближайшими подругами, вместе ходили в одну, кстати, очень хорошую местную школу и так без малейших проблем продолжалось до тех пор, когда им исполнилось лет по шестнадцать-семнадцать. И вдруг одна из девочек исчезает. Просто не приходит домой и не оставляет никаких следов.

Её ищут всем городком, потом подключаются добровольцы из окрестностей, силовые структуры самого высокого уровня, но всё безрезультатно. Две подруги, естественно, принимают в поисках самое активное участие, максимально морально поддерживают родителей пропавшей, постоянно бывают в их доме, успокаивают, в общем, делают, что могут. Так проходит пара лет.

А потом случайно в глухом лесу довольно далеко охотники находят останки. И выясняется, что та самая девочка. За дело берутся самые серьезные ребята, привлекают лучшие силы и довольно быстро всё выясняют. Доказательная база железная до мельчайших подробностей, даже орудие убийство нашли со всеми необходимыми следами. Оказалось, что её зарезали те самые две ближайшие подруги. Улики абсолютно неопровержимые, девушки сознались, их судили, несмотря на возраст, как взрослых, имеется такая юридическая возможность, и дали по пожизненному без права досрочного освобождения, что там является максимальным наказанием.

Единственное, чего в процессе и следствия, и суда не удалось узнать, это мотива. То есть, что-то такое обвинители сформулировали ради порядка и внешнего приличия, присяжным и судье для приговора хватило, но всем было ясно, что это чисто формально. А там прокурором была очень опытная и уважаемая женщина, к ней на прием пришла мать убитой. Я, говорит, к вам сейчас не как к должностному лицу, а как к самой многодетной матери и уже даже бабушке, помогите, пожалуйста, спать не могу, да и жить по большому счету тоже. Попытайтесь выяснить, за что же всё-таки убили мою дочь, какая могла быть на то причина?

Прокурор сказала, что ничего не обещает, тем более, что все процессуальные действия полностью завершены, но по-человечески попытается помочь по мере сил. И действительно честно потратила на это несколько месяцев. Потом зовет к себе несчастную мать. «Сделала, что могла. Часами беседовала с каждой, всячески пыталась к себе расположить и войти в контакт с доверием. Одного шоколада перетаскала тонну. Мы в конце концов даже начали довольно оживленно и близко общаться. Но единственное, чего мне удалось добиться, это что они больше не хотели дружить с вашей дочерью».

Ошарашенная мать не сразу поняла: «То есть, вы хотите сказать, что мою дочку убили за то, что они с ней больше не хотели дружить? И по этому поводу отвезли в лес и там зарезали двумя десятками ударов кухонного ножа?»

Прокурор бессильно развела руками: «Ну, да, выходит так».

Между прочим, очень рядовая и обычная история, ничего особо сенсационного. Максимум на несколько дней сообщений пусть и на первых полосах, но местной прессы. Там, конечно, эмоционально профессиональные провинциальные журналисты не удержались и употребили пару раз выражения, типа «После этой трагедии жизнь в нашем городке уже никогда не станет прежней». Но это, естественно, лицемерная чепуха. Прекрасно себе живут. Всё лучше и лучше.

Profile

вторая
auvasilev
Васильев Александр Юрьевич
http://vasilev.su

Latest Month

Май 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by yoksel