Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Augustus divi filius

Как всегда почти незаметно уже который раз на моем веку произошло основное, самое главное мировое событие, на которое, естественно, из-за этой самой незаметности никто толком и не обратил внимания. Практически закончилось подмосковное лето.

Конечно, это не повод так уж резко прекращать сопутствующее сезону усиленное разгильдяйское бессистемное пьянство и снова возвращаться хоть изредка более к хоть более серьезным занятиям. Но всё-таки в виде предварительной разминки хочу написать несколько слов без стандартного для прошедшего жаркого времени ленивого шутовства.

Сегодня я случайно наткнулся в Фейсбуке на реплику, написанную женщиной, с которой когда-то был знаком. Ганна Оганесян, на мой взгляд, очень неплохой, вполне успешный сценарист и драматург, давно уехала из России:

«Утро в Торонто, наконец, прохладное. Вчера кризис в моей работе, который долго изводил меня, завершился. Я еду по потрясающе красивому городу к своим чудесным внукам. Уже знакомый мне водитель-сириец, фанат Рахманинова, поставил мне мою любимую часть его третьего концерта ( концерт Рахманинова, не водителя). Значит, погода дивная, город красив, будущее мое светло, музыка гениальная. Настроение паршивое. Из-за напряженной ситуации в Крыму. Ну, почему, мне, известному нацпредателю, никак не удается предать Родину? Почему?!»

И там дальше ещё всякие комментарии читателей. Свидетельствующие о том, что подобное настроение если не разделяется многими, то, во всяком случае, вызывает и понимание. И сочувствие. Я же обратил на это внимание ещё и потому, что среди моих вполне отечественных знакомых и некоторых приятелей наблюдаю нечто такое же. Явный оттенок депрессии, а если совсем проще и без излишней дурацкой психоаналитики, то люди просто боятся войны, больше всего в жизни её не хотят и очень нервничают.

Всё понятно, я не собираюсь тут на пустом месте разводить умствования и прикидываться шлангом. Когда разбаливается зуб, и человек записывается к врачу, прекрасно осознавая необходимость пусть даже не сильно болезненного, однако всё же достаточно неприятного хирургического вмешательства, настроение от любой степени сознательности отнюдь не улучшается.

Но, с другой стороны, а что делать? Я сейчас уже не про зубы. Что делать с остальным? Болезнь, несомненно, запущена, причем во всех смыслах. Надеяться, что само рассосется? Пустое, шансов никаких, слишком поздно.

Опять же, как нормальный человек без особых суицидальных наклонностей, к тому же отец троих детей, никак не могу видеть ничего радостного в перспективе самого серьезного риска глобального смертоубийства с непредсказуемыми последствиями.

И уже никогда никуда не уеду, кроме как в Востряково. Но вот настроение почему-то отличное, и постоянно растет уверенность, что с задачей предать Родину я всё-таки справился вполне успешно.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments