Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

И она к тебе не раз еще вернется

После того, как Юлию Латынину облили дерьмом, а я выразил свое к этому отношение, получил от читателя комментарий: «Так Вы противник акционизма?»

И сразу очень реалистично представил себе гордую улыбочку этого человека, чрезвычайно довольного тем, как тонко, точно и удачно он меня поддел.

Впрочем, несмотря на краткость и надменную насмешливость его вопроса, смысл сказанного мне предельно понятен. Мол, вы, либералы, высказываете свое одобрение акционизмом, когда он направлен на ваших противников, чего же тогда возмущаетесь, если под его потоки попадают с вашей точки зрения приличные люди, уж будьте последовательны, или всем можно, или никому нельзя.

Я давно уже не реагирую на подобное, причем не только публично, но и в прямом смысле никак не реагирую, просто скучно. Но в данном случае решил воспользоваться исключительно как поводом сформулировать несколько мыслей, которые действительно время от времени занимают меня самого.

Нравится мне акционизм или нет спрашивать столь же глупо, как интересоваться, нравится ли мне живопись, мясо или спиртное. То есть, тут можно, конечно, повилять хвостом и позанудствовать, типа, мол, эта картина мне не нравится потому, что она не имеет отношения к живописи, а так-то, понятно, я большой любитель. Но ведь это слишком наивное лицемерие, замешанное на пустой гордыне, ничего более.

Гораздо честнее признаться, и прежде всего самому себе, что какая-то живопись, какое-то мясо и определенное спиртное мне нравится, а какое-то нет. И не только в зависимости от их объективного качества (при вообще условности понятия объективности для многих, если не подавляющего большинства, случаев), но и по ряду абсолютно субъективных причин, среди которых несовершенство моего собственного вкуса занимает не последнее место.

Да, так случилось, что в условно «классическом» искусстве существует неизмеримо больше произведений, совершенство и ценность для меня более бесспорны, чем в искусстве ещё более условно «современном». Но только тут вынужден слегка отвлечься и сразу уточнить один принципиальный момент. Не изображаю из себя искусствоведа и великого знатока, потому прошу здесь и сейчас не заострять внимания на том, каковы различия или, наоборот, схожести иногда до полной идентичности понятий типа «современное искусство», «актуальное», «contemporary art», «акционизм» «модернизм» и даже «modern art» - для меня, хоть что-то может и показаться странным, это все вещи разные, но тут речь совсем о другом, потому попрошу временно наплевать.

Так вот, в мире моих субъективных ощущений шедевров классического искусства больше. Но это само о себе ровно ничего не значит. Ну, примерно, как в американском суде присяжных, кроме очень строго оговоренных случаев и ситуаций, нельзя на процессе говорить о предыдущих преступлениях подсудимого. Определяется виновность или невиновность только в конкретном преступлении, остальное не должно и не имеет права влиять на приговор.

Ничего кроме достаточно до определенного момента безобидного мелкого хулиганства в действиях группы «Война» я никогда не видел. Но появилась их динамическая инсталляция с встающим на посту органом против здания КГБ, и я сразу же воспринял это как великолепное произведение искусства. Более того, после крымских и вообще украинских событий выяснилось, что почти все ребята из этой группы в моем понимании придурки и подонки. Но это совсем никак не повлияло на мое и восприятие, и оценку упомянутого произведения, которое имеет для меня совершенно самостоятельное значение.

Полностью нейтрально и безразлично реагировал на, опять же исключительно с моей точки зрения, причуды Петра Павленского. Но потом он создал на мой вкус два шедевра. Горящую дверь Лубянки и свидетельские показания проституток на собственном процессе. Всё, теперь предыдущее и последующее, хотя я и желаю художнику дальнейших творческих успехов, уже не как не могут повлиять на сделанное им.

А Олег Кулик и вовсе был мне неприятен. Виноват, но порой даже чисто физиологически противен. Однако пару лет назад зашел на Винзавод, долго бродил откровенно скучая, пока вдруг не оказался случайно в зале того самого Кулика. И там простоял в восхищении полчаса, если не больше, перед композицией из зеркал. Великолепно. Пересказать или описать нельзя. Нужно смотреть. То есть, это я теперь считаю, что нужно, мнения своего никому не навязывая.

Теперь, наконец, о поливании натуральным дерьмом политического, духовного, какого угодно иного противника, как произведении акционизма.

Убийцу можно убить. Естественно, «можно» не в том смысле, что я даю кому-то разрешение, у меня просто нет таких полномочий, и не то, чтобы высказываю одобрение, не имею тому соответствующей наглости, но просто это «можно» не выходит за границы моих личных представлений о морали и нравственности.

Точно так же можно ответить ударом на удар, оскорблением на оскорбление, унижением на унижение и тому подобное. То есть, классическое и стандартное «око за око, зуб за зуб» в истинном изначальном понимании не как побуждение к обязательному действию, а как, наоборот, установления соразмерности ответной реакции.

Но нельзя (в том же самом значении, что и до того «можно) отвечать подлостью на подлость. И не будем сейчас копаться в оттенках и видах подлости, какой можно, а какой нельзя и в отношении кого, и в каких ситуациях. Никакой нельзя в отношении кого угодно и в любой ситуации.

А ещё отвратительнее, если тут вообще существует сравнительная степень, совершать подлость против человека по большому счету беззащитного и при уверенности в собственной безнаказанности.

Здесь я вынужден волевым усилием приостановиться, поскольку тема слишком обширна. Мне есть ещё много что сказать по данному поводу и, если получится, ещё неоднократно скажу, однако, чтобы не превышать воспринимаемый без особого труда типичным читателем объем, ограничусь пока всего ещё одним замечанием.

Я никогда не утверждал, что нахожусь «над схваткой», не претендовал на особую исключительную объективность и не изображал из себя холодного стороннего наблюдателя с повышенным выражением умудренности на морде кирпичом. Да, для меня существуют очевидные и несомненные враги, и существуют люди, с которыми могут быть и самые серьезные разногласия, но являющиеся полностью «своими». И отношусь я к этим двум категориям совершенно по-разному, и переживаю за них по-разному. Даже не пытаясь врать о каком-то «едином подходе».

Так вот, мои «свои» таким дерьмовым акционизмом не занимаются. И не улыбаются с не сильно скрываемым удовлетворением, когда этим занимается кто-то другой. Так поступают только мои враги.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 68 comments