Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

По направлению к Свану -2

(Окончание. Начало здесь)

Хотя я и обещал в прошлом тексте, что со жратвой закончено, но, прошу прощения, забыл упомянуть пару нюансов, которые, возможно, кому-то окажутся практически полезны, потому дополню несколькими строчками.

Я и сам обычно против того, чтобы, находясь в каком-то месте с собственной глубокой культурой, питаться пришлой экзотикой, обычно стремящейся по качеству к «фаст-фуду». Действительно, не слишком умно в Париже есть «хот-доги» или гамбургеры, а в Лиссабоне покупать китайскую лапшу. Но в Лондоне мне в силу обстоятельств несколько раз пришлось оказаться именно не в совсем английских заведениях и, как ни странно, я совсем не пожалел. И если то, что французская или итальянская кухня там весьма приличная, не сильно уступающая по качеству оригиналам, это довольно понятно при нынешней европейской «жидкой экономике», то вот, например, малазийская меня приятно удивила и даже порадовала.

Хотя, наверное, специалисты-гурманы могли бы найти множество недостатков по части аутентичности и покритиковать некий явный британский налет, то я, как человек простой и непосредственный, способен лишь искренне поблагодарить, что было очень вкусно, и посоветовать не придерживаться особо строгих правил, а рисковать пробовать в Лондоне и не совсем как бы естественное и ожиданное для этих мест.

И точно уже последнее на эту тему, про чаевые. Почти во всех заведениях они добавлены в счет и зачастую весьма немаленькие, доходят до процентов пятнадцать, где-то встречал и больше. Поэтому, особенно, если расплачиваетесь карточкой, сделайте то, чему я за жизнь так и не смог себя приучить, посмотрите счет. И, скорее всего, увидите там вполне нормальную сумму чаевых, так что спокойно прощайтесь и не тянитесь за дополнительными наличными. Да, при уж очень большом желании можете немного добавить, никто вам деньги с презрением обратно в лицо не швырнет, но в принципе и без этого абсолютно никаких проблем. Сам по себе оплаченный счет вполне всех устраивает.

Ну, а теперь о чуть менее плотском. Хотя, как сказать. Чувственные удовольствия здесь тоже довольно серьезные. Я имею в виду парки. Мой отель стоял практически на краю одного из самых известных, Гайд-парка, потому я проводил там более всего времени, но успел приобщиться и ко многим прочим. И это стало для меня очередным ударом по стандартному предрассудку относительно «лондонского смога» и прочей подобной чепухи.

Я сейчас не буду и пытаться морочить вам голову какими-то никому не нужными и не интересными цифрами. Да, вполне вероятно, что если начинать жонглировать процентами и соотношениями площадей и жителей, то в Москве зеленых насаждений может оказаться не меньше, а то и значительно больше. Но это то же самое, как мы в СССР выпускали больше всех в мире «чугуна и стали на душу населения в стране». Сравнивать, скажем, ЦПКиО с тем же Гайд-парком вместе с примыкающими к нему Кенсингтонскими садами совершенно невозможно, хотя чисто формально наш и будет несколько поболе.

У них невероятное количество самых экзотических растений со всего мира, а каждое дерево уникально и находится в музейно-коллекционном состоянии. Как я объяснил постоянно удивляющейся супруге, откуда такая разница, тут за любой веткой чувствуется восемьсот лет английского парламентаризма. Полная чепуха, конечно, но, когда произносишь её на берегу озера Серпентайн, поверьте, она начинает приобретать определенный смысл.

И этот парк отнюдь не самый роскошный или грандиозный. Например, Ричмонд-парк, это вообще нечто феерическое и за пределами понимания подобного мне среднего российского горожанина. В чистом виде сошедший со старинных гравюр лес времен Робин Гуда с настоящими королевскими оленями, многовековыми дубами и прочей литературщиной. Но дело отнюдь не только в перечислении названий знаменитых парков или подсчёте их количества. Главный фокус совсем в ином. И его нельзя что понять, что ощутить даже при самом подробном и внимательном исследовании какой-нибудь самой продвинутой Гугл-карты. Только собственными ногами и легкими.

Сказка в том, что практически по всему городу, во всяком случае по центральной старой его части, окраинные районы и рабочие пригороды, понятно, меня не сильно привлекали, можно пройти из конца в конец, переходя из парка в сквер, из сквера в скверик, потом на лужайку, а оттуда по газонам, газончикам и площадкам с клумбами снова в парк. И воздух при этом совершенно фантастический, то ли как в самом лучшем ботаническом саду, то ли как в джунглях, в которых я никогда не бывал, но в мечтах представлял себе нечто похожее.

Отдельно считаю необходимым упомянуть предрассудок, касающийся «Уголка оратора» в этом самом Гайд-парке. К нему почему-то сложилось настолько стойкое пренебрежительное отношение, что уже давно и само название парка стало почти синонимом некоего закутка, где позволено, как в загончике, нести любую чепуху, на которую всё равно никто не обращает внимание, и это к истинной свободе слова никакого отношения не имеет. Так вот, про свободу я сейчас не буду, но меньше всего «Уголок оратора» напоминает загончик. Это на самом деле вообще ничем отдельно от парка не огороженное и отмеченное только вывеской пространство практически в центре города с роскошным газоном размером, точных данных не нашел, но, на мой взгляд никак не меньшим, чем та ещё, старая, незастроенная Манежная площадь, на которой произошла самая многочисленная демонстрация, собравшая примерно миллион человек.

Я, правда, в Гайд-парке демонстраций или митингов не видел вообще никаких, в основном народ просто отдыхает в прокатных шезлонгах, только раз какая-то кучка арабского вида товарищей пошумела, и то не слишком громко и не в самом «Уголке», а чуть поодаль. Но в принципе, действительно, здесь в любой момент имеет право собраться сколько угодно народу по любому поводу и я не вижу тут никаких оснований ёрничать и относиться что к месту, что к обычаю хоть с малейшей снисходительностью. Всем бы и всегда такие «загончики».

Коротко ещё об одной серии предрассудков относительно туристов и вообще «понаехавших». Мне многие приятели говорили, мол, чего ты прешься туда в августе, жара несусветная, а от туристов никакого прохода и продыха, самый наплыв, только ноги тебе оттопчут. Так вот, что касается погоды, тут, видимо, мне просто повезло, она была идеальная для пеших прогулок, около двадцати градусов и всего пару раз слегка поморосил ненавязчивый освежающий дождик. А туристов действительно немало. Но только в самых центральных и стандартно-популярных местах, типа у Биг Бена или Тауэра. Но тоже не чрезмерно, не сказал бы, что сильно и принципиально больше, чем в районе Красной площади.

Однако, например, в самый час пик в Victoria Tower Gardens, на самом деле, несмотря на солидность названия всего лишь довольно небольшом сквере, примыкающем к Вестминстерскому дворцу, там, где, кстати, установлена лондонская реплика «Граждан Кале», вполне можно без проблем найти свободную лавочку, чтобы спокойно посидеть на берегу Темзы и полюбоваться прекрасными речными видами. А буквально за сотню-другую метров от культовых попсовых мест, так и вовсе не ощущаешь какого-то излишнего столпотворения, даже вовсе наоборот, свободного пространства чувствуется много больше, чем у нас в среднем в Крылатском, месте, как вы понимаете, отнюдь для Москвы не самом многолюдном.

Относительно же прочих пришлых мне непосредственно перед отъездом говорил один бывалый и опытный человек. Мол, Европе в любом случае скоро кранты, вот будешь в Лондоне, сам увидишь, что там одни негры и педики, белые люди давно не размножаются, а Англия уже практически мусульманская страна. К этому мнению можно было бы прислушаться, человек сам бывший советский армянин, давно живет в Берлине по еврейской квоте и в таких вещах понимает.

Но лично я не увидел в Лондоне никаких особых признаков упадка белой расы. Да, и негры есть, и мусульман, а особенно мусульманок, немало, и, кстати очень заметно присутствие китайцев и японцев, последние почему-то отличаются здесь высочайшим, уникальным качеством роскошных вечерних костюмов в любое время суток, но, скорее всего, это просто мне везло на таких постоянно нарываться. Но ничего чрезмерного для современного динамичного мегаполиса я не обнаружил.

Это у нас в Грибках иногда выйдешь прогуляться по проулкам, так за пару часов вполне можешь не встретить ни одного славянского лица, исключительно товарищи из Туркмении, Таджикистана и Узбекистана. А здесь всё-таки преобладают британские или похожие на них физиономии. Так что извините, особого вырождения одних и катастрофического засилья других пока особо не заметно.

А педики есть. Но тоже не сильно больше, чем у нас в центре. Впрочем, тут я совсем не специалист, не сильно различаю и концентрируюсь. Могу только отметить, что особой тревоги по данному поводу я лично не ощутил.

И теперь, всё-таки, несмотря на изначально высказанное нежелание и понимание полной убогой и ущербной обреченности такового занятия, я не могу отказать себе в желании хоть несколько строк написать о том, что относится к чисто туристическим субъективным впечатлениям. Остается смириться и только ещё раз попросить прощения за тривиальность и пошлость.

Конечно, многовековой великой империи в облике столицы не удалось вовсе не проявить своей природно подлой, агрессивной сути. Биг Бен действительно массивен и огромен, Тауэрский мост своей гигантской державностью нависает над всем окружающим, включая, кстати, и сам Тауэр, который от того, правда, не становится сильно менее мрачным и свирепым, а колонну на Трафальгарской площади они не удержались, засадили в небо такой высоты, что стоящего на ней адмирала даже толком не разглядеть.

Но, во-первых, следует согласиться, что даже последние попытки учудить что-нибудь эдакое, грандиозное, пусть и порой на грани аляповатости, всё же довольно давние.

И, во-вторых, их количество отнюдь не чрезмерно, и они не довлеют над городом и не сгущают излишне его достаточно легкую и непринужденную атмосферу. А современные монстры, хоть и не всегда идеально скромны и пропорциональны в размерах, однако неизменно несут на себе черты определенной слегка дурковатой насмешки, ту нотку английского юмора, что не позволяет испытывать от них серьезного раздражения. Но я не стану далее пыжиться в попытках подробного архитектурного обзора, а ограничусь лишь несколькими краткими замечаниями относительно более мелких форм.

На одном из самых престижных и многолюдных мест столицы стоит довольно крупная черная фигура, однако вовсе не излишней величины. Старик раскорячился в позе, нелепее которой трудно придумать, разглядывает всё и всех с большим скептицизмом, в котором есть место и строгой презрительности, и вовсе брезгливости, при этом, несомненно, на мой взгляд, пребывает под хорошей дозой и совершенно не собирается этого скрывать или, уж тем более, стесняться. А внизу, на небольшом белом камне, который даже трудно назвать постаментом, написано всего одно слово. CHURCHILL. Почти карикатура на грани издевки. Но, честно говоря, много посмотрев монументов по всему миру, я вряд ли видел памятник государственному деятелю, который бы выражал большую любовь, теплоту и величайшее уважение народа своему лидеру.

А немного дальше по Уайтхоллу, на тротуаре стоит стройная юношеская фигурка немного больше человеческого роста, под которой тоже просто написано MONTY. И начинаешь мучительно вспоминать, что же такого совершил этот солдатик «Монти», что его увековечили прямо напротив здания Министерства оборону? И лишь всмотревшись в совсем мелкие, полустёршиеся буковки ниже, соображаешь, что это великий фельдмаршал империи Бернард Лоу Монтго́мери, 1-й виконт Монтгомери Аламейнский. Вот такой простенький парнишка Монти. И больше ничего не нужно.

Но, лично для меня, наверное, лучшим воплощением современного британского восприятия стилистики памятной благодарности является монумент там неподалеку, посвященный женщинам Второй мировой войны. Вообще нет никаких фигур и ещё что-то объясняющих надписей. Четырехгранный постамент, по периметру которого развешены комплекты одежды, которые носили английские женщины во время войны. От рабочих спецовок и костюмов медсестер, до военных морских и сухопутных форм. Женщины совершили свой подвиг, отстояли страну, переоделись и пошли дальше заниматься обыденными делами. А бушлаты и шинели их остались висеть и напоминать без всяческой излишней визгливой истеричности. Но мало что я видел более пронзительное по эмоциональному воздействию. И одновременно безупречное, и строгое по стилю и вкусу.



А на Мемориальных воротах Constitution Hill, улицы, ведущей от Букингемского дворца к Арке Веллингтона, посвященных странам и государствам, которые в разных статусах, но воевали вместе с Англией в Первой и Второй мировых войнах, выбиты слова, принадлежащие, между прочим, нигерийскому по происхождению, на самом деле конечно же британскому современному поэту Бену Окри, которые я для себя перевожу как «Наше будущее более величественное, чем наше прошлое». Да империя всё помнит и ни от чего не отказывается. Но не испытывает никакого болезненного чувства неполноценности из-за происходящих изменений и с достоинством смотрит вперед. И я в них верю и им верю. А вы как хотите.



Всё, больше не буду испытывать ваше терпение, хватит о высоком, ограничусь всего лишь ещё несколькими практическими замечаниями. Про лондонское метро я подробно писать не буду, в сети сколько угодно вполне внятного материала на эту тему, вряд ли добавлю что полезное. Только повторю, что, несмотря на свою кажущуюся сложность и не совсем безупречную, особенно с точки зрения москвича, логичность, за пару дней пользования любой горожанин без труда разберется во всех хитросплетениях. Надо только внимательно читать надписи на стенах, на светящихся табло платформ и на самих поездах. А ещё лучше, для совсем уж полной надежности, предварительно посмотреть свой маршрут на схеме метро в интернете, понять где и на какую линию делать пересадки, тогда вообще никаких проблем не возникнет.

Единственный момент, Кассиры имеются очень на мало каких станциях, в основном билеты продаются через автоматы. Это занятие не для всех элементарное, особенно в соответствующем возрасте. Правда, обычно поблизости ошивается кто-нибудь из служащих подземки, которые с готовностью помогут. Но по какой-то неизвестной причине в этих автоматах часто зависает система приема наличных. А вот с карточками такого не происходит почти никогда. Так что очень рекомендую при поездках всегда держать кредитку под рукой, иначе можно получить головную боль.

Я, собственно, вот почему о метро заговорил. Улетал уже из Хитроу. Туда тоже, как и в Гатвик, ходит экспресс, но с вокзала Паддингтон. Идет всего минут пятнадцать, да и у вокзала есть своя станция метро, так что, можно воспользоваться и этим способом. Но я считаю, что проще и спокойнее, хоть и немного дольше, доехать на метро непосредственно до аэропорта, это из центра не больше получаса. Туда идет «синяя» ветка «Пикадилли лайн», попасть на неё никаких сложностей.

Один нюанс. В аэропорту пять терминалов и три станции метро. Да, между терминалами имеется собственное внутреннее, в основном автобусное, сообщение, но лучше себя излишне не морочить и сразу приезжать туда, куда вам нужно. Аэрофлот из Хитроу улетает обычно из четвёртого терминала. Поэтому вам нужно дождаться именно того поезда, на котором написано, что он идет в терминал четыре, а только потом в «1,2,3». Тот же, который идет сначала в «1,2,3», а потом в пятый, он в четвертый совсем не заходит, и вы потеряете время. Но там всё это написано и постоянно предупреждают, так что промахнуться можно только сильно специально.

А тут попрошу минуту внимания. В аэропорту на регистрации вам дают посадочный талон, на котором нет номера гейта. И только внутри, пройдя контроль безопасности, вы окажетесь в зале, где есть табло вылета, на котором будет написано, когда объявят номер гейта, это обычно минут за тридцать до времени рейса. И относительно этого не врут. Минута в минуту, даже если сам рейс задерживается, на табло высвечивается необходимый номер и вся соответствующая информация.

На упомянутом контроле безопасности в отличие от Шереметьево босоножки жены не привлекли никакого внимания. Зато от меня потребовали снять туфли. И одноразовые бахилы предоставлять отказались, несмотря на неоднократные просьбы. Когда они перешли почти в требование, снизошли до успокоительного объяснения, что, мол, у них в Англии полы чистые. Полы и вправду чистые, но это всё-таки полы аэропорта, а не будуара герцогини, потому я поматерился, однако стражи сделали морды кирпичом и не отреагировали. Хорошо ещё, носки были без дырок и не получилось, как у Зощенко. Редкий случай, когда горжусь тем, что не уронил репутации России.

А, кстати, то, что мы именно русские, здесь почему-то все и всегда мгновенно и безошибочно определяли еще до того, как нас выдавал чудовищный отечественный акцент. То есть, ихнее «Здрасьте» и «Как деля?» звучало обычно прежде, чем мы выдавливали свое «Рlease…»

Но вот зато пограничного контроля при вылете у них практически нет. То есть, при входе в коридор «Все гейты» ты прикладываешь к турникету, как в метро, код посадочного талона, но на этом всё и заканчивается. На контроле безопасности твой паспорт лежит в корзине вместе с компьютером, сигаретами и мобильным телефоном, он проходит просветку вместе со всеми вещами, но внутрь никто даже не заглядывает. А дальше вообще смотрят только посадочный талон.

Нет, конечно, если кого надо поймать, то, наверное, умудрятся сделать это и по данным авиакомпании. Но как таковых пограничников со сверлящим взглядом, ставящих какие-то отметки-печати, не существует вовсе. Даже несколько обидно. А вдруг ты злостный алиментщик, за квартиру не заплатил или, не дай Бог, штраф просрочил? Но тебе как бы снисходительно, а то и почти презрительно говорят, мол, дорогой, это к нам попасть определенные проблемы и сложности, а если хочешь свалить, то тут мы тебе и малейших препятствий чинить не станем, скатертью дорожка, не поминай лихом…

И всё-таки закончить мне хочется упоминание ещё об одном произведении как бы монументального и якобы искусства. Не стану подробно рассказывать, что такое проект «Четвертый постамент» на Трафальгарской площади. Каждый может при желании ознакомиться в интернете самостоятельно, надоело поощрять совсем уж ленивых. Во всем надо меру знать. Но даже из тех, кто в курсе, не все успевают следить за постоянной и регулярной сменой объектов на этом постаменте. Так вот, сейчас там установлен кулак с поднятым большим пальцем. И именно этим жестом мне хочется попрощаться с Лондоном.



Поднимаю свой палец в ответ. Всё в порядке. Удачи и счастья великому острову.
Tags: Англия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments