Она обворожительно повела плечиком, улыбнулась с гримасой Мадонны с сорока семью хромосомами , слегка прищурилась и спросила: «Я могу Вам чем-нибудь помочь?». Меня убили наповал. Ну, скажите на милость, чем может помочь профессиональному алкашу на седьмом десятке восемнадцатилетняя нимфа в винно-водочном отделе супермаркета в десятом часу вечера? То есть, видимо, в чем-то может. Только, боюсь, ей и в страшном сне не приснятся подобные извращения. Вернее, надеюсь. Но она ведь спрашивает на полном серьезе. И точно ни о чем таков в этот момент не думает и даже не подозревает. Скажите, пожалуйста, кто и с какой целью их всех этому учит? Я мягко и бессмысленно ей улыбаюсь, изображаю предельную доброжелательность, беру бутылку какого-то европейского самогона и наблюдаю, как она прямо-таки расцветает от восторга: «Прекрасный выбор!» Ну, слава тебе, Господи. Наконец, получил одобрение. Дожил. Не зря столько лет шел к этой цели.