Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Category:

Me too

И всё-таки не могу удержаться от этой идиотской темы, хотя, прекрасно понимаю, что не надо бы, не моё это, да и вообще бред собачий. Но уж очень чисто на бытовом и мелочном, но очень раздражающем уровне бесит эта очередная бессчетная дикая волна всеобщего лживого лицемерия зажравшегося нынешнего мирового быдла.

Я про все эти «сексуальные домогательства» и массовое эксгибиционисткое помешательство под замечательным названием «me too», эдакое постоянное тиражирование «я не боюсь сказать» в виде заразного саморазвращающего психоза.

Только изначально, чтобы попусту не уводить тему в сторону, повторю то, что говорил навязчивое количество раз. Для меня вообще любое физическое насилие неприемлемо абсолютно и безусловно, а личное пространство неприкосновенно на самом инстинктивном, животном уровне, и это не обсуждается вне зависимости от пола, возраста или вообще чего угодно. Меня самого ещё подростком из одной из школ выгнали за совершенно непроизвольную реакцию на жест директрисы, которая с самыми добрыми намерениями положила мне руку на плечо. Так что, об оправдании даже малейшего покушения на личную безопасность и речи быть не может. Это свято и вне сферы допустимого. Дело совсем в другом.

Просто нужно понимать, что сейчас имеет в виду современный западный человек, когда говорит об «изнасиловании». Это чаще всего не дубиной по голове или нож к горлу (хотя и это, несомненно, бывает всегда и в любом обществе, но в данном случае тема совершенно другая). Здесь обычно «я была растеряна и не понимала, что делаю», «не знала в панике, как реагировать», ну, и прочее подобное. Да, конечно, имеющее отношение к каким-то моральным и этическим нормам, к порядочности человеческого поведения, много ещё к чему от педагогики до психологии, но всё же не стоит истерически путать Божий дар с яичницей.

И я не столь наивен, чтобы совсем сбрасывать со счетов моральное давление. Однако и тут следует различать реалии. Не надо даже вспоминать самого Берию, но когда любой чекист в свое время говорил девушке, что или она немедленно с ним ляжет, или неминуемо вместе со всей семьей превратится в лагерную пыль, то тут было одно более чем реальное «моральное давление». А если режиссер актрисе угрожает тем, что не даст ей роль в своем фильме, это, видимо, тоже очень неприятно и подловато, но, согласитесь, несколько иное «давление».

И, кстати, я лично знал женщин, которые отказывали и шли в лагеря. Как, впрочем, знал тех, что не отказывали, но всё равно шли в лагеря. А знал и тех, кто не отказывал и становился весьма успешным или во всяком случае проживал далее долгую, спокойную и счастливую жизнь. И упаси меня Господи судить кого-либо из них.

Это мысль, конечно, не моя, да, возможно, и не Шаламова, просто им лично для меня выражена наиболее обосновано и убедительно. Что человек не может знать при жизни предела своих сил. Сколько он способен продержаться без воздуха под водой выяснятся только когда задохнется и утонет. Межу прочим, именно этим занимались некоторые фашистские «врачи» в концлагерях, когда замораживали в ледяной воде заключенных отнюдь не из чистого садизма. Они исследовали таким образом, например, сколько может продержаться летчик, спрыгнувший из подбитого самолета с парашютом в холодное море. Но и при этом данные получались очень общие, конкретных параметров выяснить не удалось, уж очень многое зависело от личных свойств подопытного.

Но зачастую и этих самых общих данных вполне достаточно. Когда ты голосуешь на собрании или подписываешь какое-то открытое письмо, или даешь нужные показания следователю под угрозой пыток, расстрела, боязни за жизнь близких, это один уровень и пласт человеческой трагедии. А сейчас я знаю множество случаев, когда альтернативой было или сделать подлость, или ты не сможешь в этом году обновить модель автомобиля и съездить отдохнуть за границу. И люди эту подлость совершали и искренне были уверены, что на них оказывалось «давление», вина за которое полностью на «давивших».

Нет, я, клянусь, с полным сочувствием к тяжелой женской судьбе, особенно тонких артистических натур Голливуда. И жирный омерзительный Вайнштейн мне противен не меньше, чем всем его несчастным жертвам. Но когда некая более чем успешная дива начинает рассказывать, что двадцать лет назад Харви принудил её к интимной близости, а потом, чтобы молчала, заплатил ещё и сто тысяч долларов под расписку о неразглашении, но она всё-таки не выдержала и вынуждена теперь рассказать всю правду, то я, как простой советский человек, всё-таки не могу искренне воспринимать эта как «изнасилование».

А так-то понятно, все мужики козлы и свиньи, с ними надо построже, а то все одного хочут. И главная беда, не все могут заплатить сто тысяч долларов за молчание. Хотя и те, кто может, ни от чего не застрахованы. Так им и надо, мерзавцам.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments