Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Categories:

Анестезия

Это на самом деле наша общая даже не столько вина, сколько беда. Мы часто столь лаконичны, особенно в письменной речи, рассчитывая на гораздо большую сопричастность собеседника к нашему образы мышления и ещё многому личному, вплоть до настроения в данную минуту, что оказываемся недостаточно внятны и потому недопоняты. Впрочем, я и с себя ответственности не снимаю в том. Что сразу не врубился в смысл вопроса одного из читателей, заданных в комментарии к предыдущему тексту. Но после уточнения, видимо, всё-таки сообразил, что человек имеет в виду. И, если я прав, то, похоже, следующее: «Когда степень надрыва и оскорбленности по поводу Крыма сойдет на нет, аналогично иным историческим событиям, остро воспринимаемым в момент совершения, но с течением времени становящимся всего лишь исторической данностью?»

Решил сказать несколько слов по этому поводу. И тут, думаю, следует изначально отметить некоторую двойственность моей позиции (прошу не путать с раздвоением, это как раз явление прямо противоположное).

С одной стороны, я сам постоянно подчеркиваю, что прямые аналогии во многих вопросах между государством и семьей (хоть она в какой-то степени и в самом деле является первичной ячейкой общества или, по крайней мере, эта мысль не столь абсурдна, как иногда нынче некоторым кажется) часто ложные и обманчивые. Например, относительно бюджета. В смысле, как формировать, на что тратить и у кого тут какие права и обязанности. Всё-таки у семьи и государства совсем разные цели, задачи и способы функционирования. Но, самое главное, принципиально различные основы создания, формирования и несоизмеримые исторические масштабы бытия. И то, что, скажем, для семьи может быть полезным, справедливым и по большому счету честным, то для государства иногда способно обернуться глупостью до степени вредительства. И наоборот.

А с другой – я столь же категорический противник позиции, что недопустимое в личных человеческих отношениях вполне может быть приемлемо в межгосударственных. Мол, мораль и нравственность тут работают иначе, обман, убийства, корысть и прочие подобные прелести, когда речь заходит о глобальных «геополитических» процессах приобретают совсем другое значение, а обычные персональные ценности неприменимы. Считаю это самоуспокоительным лицемерием и примитивным высокомерно-туповатым желанием навести тень на плетень.

Может показаться, что у меня здесь явная логическая, переходящая в психолого-психиатрическую неувязка. Но это обманчиво и предельно легко устранимо при минимальном присутствии доброй воли и самого обычного бытового здравого смысла, если ничто не абсолютизировать, не утрировать и не доводить до абсурда. Но я сейчас не стану углубляться в эту совершенно необъятную и бесконечную тему, а таким, возможно, несколько странным образом оговорившись и извинившись, попробую всё же пояснить своё отношение к «крымнашу» на конкретном житейском примере.

У меня уже почти лет тридцать назад сочинские бандиты отжали при помощи довольно наглой аферы маленькую, но весьма приличную квартирку в Останкино. Я тогда жутко злился, сумел наделать им массу пакостей, устроил очень крупные неприятно и со временем практически полностью умудрился минимизировать потери. Но если совсем честно и объективно, то та квартирка мне в тот момент действительно была нужна и не только по чисто материальным соображениям, а в конце концов она осталась у них, или, не знаю точно у них ли, однако мне всё равно не обломилась. Потому довольно долго ощущение продолжалось омерзительное вместе с самыми дурными помыслами. Однако с годами всё это, естественно, если и не забылось полностью (вот видите, даже сейчас к случаю вспомнил), то сильно притупилось. Я с теми людьми с тех пор никогда и нигде не пересекался, даже физиономии их из памяти стерлись, встретил бы на улице, вряд ли узнал бы. Хотя тогда, казалось, убить бы готов и обида навсегда. А сейчас по сути уже никаких претензий не имею. Другое время, другая жизнь, другие интересы. Всё другое и сам я другой. Не нужна мне та квартирка. Пусть в ней спокойно живут, зла не желаю.

И есть у меня сосед Виталик. Лет десять назад спер из сарая очень хорошую и дорогую немецкую штыковую лопату. За руку я его не поймал, но точно знаю, что он. Правда, честно говоря, хоть и знатная лопата, и жутко жалко было, но я спокойно купил себе на соседнем строительном рынке не хуже и такого уж материального урона не понес, не смертельно. Короче, с квартиркой не сравнить.

Однако Виталик продолжает пакостить. То доску от моего забора оторвет, то перекинет через него какую-нибудь гадость, то всю ночь со своими дружками по пьяни слушает шансон на полную громкость. Я уж на него и с монтировкой ходил, и дрыной по полю гонял, но по большому счету всё бесполезно. Съехать он в любом случае не съедет, просто некуда, я тоже от своего куска леса уже до смерти не откажусь. Разве что, взорвать его дом к чёртовой матери или ещё что кардинальное, но я всё-таки не уголовник, не хочу брать грех на душу.

Однако самое смешное, что Виталик очень хочет со мной дружить. Как выпьет, так прямо постоянно и лезет чуть не с объятьями, колотится в калитку, кричит о вечной дружбе и просится к столу, особенно, если пахнет шашлыками. И супруга моя, святая женщина, иногда не выдерживает, мол, да забудь ты эту лопату, Бог с ней, сосед всё-таки, он же не столько по подлости, сколько дурак, прости ты его убогого, налей рюмку…

Вообще-то, клянусь, хоть память у меня хорошая и доброты, возможно не чрезмерно, но в целом я человек не особо злопамятный, а лет прошло много и, действительно, можно было бы уже плюнуть на ту лопату. Если бы Виталик вел себя по-другому и в принципе был бы другим человеком. Или всё-таки переехал бы куда, пусть недалеко, в деревню поблизости, но не присутствовал бы постоянно у меня за забором. А в описанной ситуации я просто и не знаю, что сказать. И супруге и вам. Когда я перестану злиться по поводу лопаты? Сколько ещё должно пройти лет и что со всеми нами произойти?

И ещё, прошу прощения за занудство, буквально несколько строк по поводу «силового захвата территории чужого суверенного государства», который до четырнадцатого года тоже происходил неоднократно, например, в 1783-м, когда Катя просто и незатейливо хапнула Крымское ханство без особых разговоров и сантиментов. Оно всё, несомненно, так. И тут всего лишь мельчайший частный случай. Какой-то смешной полуостров на задворках, который бесчисленное количество раз переходил из рук в руки. Великие мировые столицы цивилизаций возникали, меняли хозяев, процветали, умирали, стирались с лица Земли, были там какие-то народы, следа от них не оставалось, так, нелепые капризы археологии. А уж про то, какая при всем этом может быть «легитимность», я писал столько раз, что самому надоело. Но есть всё-таки какие-то в моем личном понимании объективные понятия.

Ещё в начальной школе несколько удивлялся, когда на уроках истории слышал про Петра, который «прорубил окно в Европу» и про то, что России «нужен был выход к Балтийскому морю» или, например, к Черному. Никак не мог взять в толк, что значит «нужно», и что, там просто везде была какая-то ничейная стена, в которой можно по собственной нужде прорубать отверстия? И если так, серьезно, то не очень справедливо, что самая большая по территории в мире страна не имеет толком морских курортов. Наши всё-таки, как не упражняйся в патриотизме, убогая помойка, надо бы прорубить окно на Средиземное, ну, хоть небольшое окошко где-нибудь в районе Лазурного побережья.

А что касается «нужно» в принципе, то ведь группы животных тут особо не рефлексируют. Изменяется климат, ещё как-то трансформируется среда обитания, возникают проблемы с едой, появляются некие враждебные и опасные для популяции факторы. Стая волков перебирается в соседний лес, в более далекую долину, может освоить даже совсем новый экзотический ареал. Они при этом не вступают в переговоры не только со своей будущей потенциальной едой, но и с другими волками, которые, возможно, уже раньше там обосновались. Они не пытаются хоть как-то обосновать свое поведение. Им просто «нужно» и, если есть силы, то захватят, нет, так погибнут. И никаких особых проблем, даже чувство обиды неведомо, звери, одним словом.

Люди, конечно, не сильно в этом отношении отличались, да и по большому счету сейчас отличаются от животных. Кому-то нужен выход к морю, кому-то полезные ископаемые, кому-то элементарно жизненное пространство. Но если в принципе что-то в истории человечества и можно считать хоть предельно условно прогрессивным, то это путь, описанный в Книге, почему, собственно, она, несмотря ни на что, и оказала столь принципиальное и значительное влияние. Это когда на смену инстинктам и естественным потребностям приходит Закон. Пусть не на смену, а в какое-то дополнение. Пусть не приходит, а всего лишь ставится цель прийти. Но во всяком случае возникает хоть какой-то ориентир.

А иначе так можно вечно «прорубать окна» только потому, что тебе нужно, а потом терпеливо ждать, когда просто за давностью лет тебе свыше выдадут свидетельство о собственности на перепланировку.

Кстати, тоже ничего страшного. Я люблю зверей. Ещё и за отсутствие у них упомянутого чувства обиды.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments