Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Categories:

Бессонница

Дело ясное, что дело темное. Точный сорокалетний маршрут Моисея с группой товарищей из Египта в Землю обетованную до сих пор вызывает большие споры и сомнения. Да что там говорить о каком-то маршруте. К самому месту расположения истинного Иерусалима отношение у многих, предельно мягко формулируя, весьма скептическое. Но если даже отбросить все лукавые мудрствования, то и у самого спокойного, доверчивого и неконфликтного человека могут возникнуть определенные вопросы.

С самой ранней юности, когда я ещё не знал истины и всех нюансов той трогательной истории, то тоже испытывал некие сомнения. В частности, каким образом команда Моисея оказалась в Васане до того, как проникнуть в Ханаан. Ведь, как будто, совсем не по дороге, а даже, можно сказать, совсем с противоположной стороны. Это теперь мне известно, что, когда Амрамыч тянул время и мыкался в поисках наиболее оптимального способа осуществления своих планов, то бродил вдоль всей грубо примерно границы нынешнего Израиля с юга, востока и севера. Потому и Голанские высоты не обошел своим вниманием.

Хотя народ там был, конечно, изначально несколько своеобразный. Особенно женщины отличались изысканным вкусом. Предпочитали крутить шашни с падшими ангелами, игнорируя приличных местных ребят, в результате чего расплодились отпрыски этого легкомысленного поведения, некие рефаимы, очень крупные господа, прямо-таки исполины. Кстати, небезызвестный Голиаф был из их рода. Но они не прошли генетико-эволюционного отбора, не вынесли климатических катаклизмов и вымерли. А евреи исхитрились приспособиться и достаточно большую часть своих подлых замыслом реализовали. В том числе при царе Давиде полностью и окончательно присоединили Голаны к Израилю.

Подробную дальнейшую историю этого довольно мрачноватого каменистого плато к востоку и северо-востоку от озера Кинерет мы здесь излагать не будем, она длинная, запутанная, но не такая уж исключительная, подобных мест на карте мира не счесть. Достаточно упомянуть, что ещё при Османской империи в конце девятнадцатого века евреи предпринимали определенные попытки вернуться на Голаны, однако, несмотря даже на помощь барона Ротшильда, не слишком успешные. А потом в тех местах с окрестностями начали хозяйничать уже англичане и французы, и евреев совсем рядом не стояло, их в расчет никто вовсе не принимал. Когда же после Второй мировой джентльмены и мусью из штабов начали по линейке на картах поводить государственные границы, то территорию приписали к не так давно созданной или воссозданной, тут уж как хотите, Сирии. И сирийцы с этой во многих отношениях, но прежде всего стратегических, очень важной и удобной территории начали израильтянам пакостить.

Несколько раз там происходили весьма крупные сражения, в результате которых евреи сначала высоты оттяпали фактически, а потом уже, отчаявшись хоть как-то договориться по-хорошему, а, может, в глубине души и не очень этого желая, в восемьдесят первом в одностороннем порядке и юридически провозгласили свой суверенитет над высотами. Конечно, никто в мире этого наглого безобразия не признал, а ООН даже отдельную резолюцию приняла, осуждающую израильскую военщину и всё такое прочее. Но военщина по обыкновению положила на резолюцию с прибором и так оно потихоньку тянулось долгими десятилетиями.

Но вдруг в Штатах приходит человек, который безумно любит свою дочку, а у той муж еврей. И США для всех абсолютно неожиданно признают, что Голаны израильские. Прогрессивное человечество в полном ужасе и недоумении, даже Европа растерянно опускает руки, не зная, как ей дальше продолжать бороться со всё усиливающимся антисемитизмом, если у антисемитов появился такой непобиваемый козырь. Однако хуже всех оказывается мне.

Признаюсь, и до того у меня не всё было в порядке со сном. Слишком радикальная я с детства «сова», и заснуть всегда столь же большая проблема, как и проснуться. Но после американского демарша на счет Голан окончательно сна не в одном глазу до самого позднего утра. То есть, захватить исконную сирийскую территорию ради каких-то «стратегических соображений и интересов» вопреки мнению и протесту всего мирового сообщества, это можно, а по поводу нашего родного Крыма, политого русскими потом и кровью, тут нужно устраивать вселенскую истерику?

Однако, если бы только это. Сработало как спусковой крючок и обиды всплывают одна за одной. Разбомбили тихую, мирную, никого не трогающую Югославию, растащили её на кусочки, это ничего, это гуманно и рукопожатно, а попытка защитить от геноцида русских людей на Донбассе почему-то называется агрессией? Демократ Ельцин расстрелял из танков собственный парламент под аплодисменты либералов, а если случайно кто-то из полицейских якобы автократического путинского режима не так коснется плеча демонстранта, то сразу нужно выть от боли как симулирующий Неймар да Силва Сантос? Американцам вводить войска в Панаму можно, а нам в Венесуэлу нельзя? Их ракеты в Польше – это прекрасно, а наши на Кубе – ужасно? Тем же евреям выкрасть с другого конца света из суверенного государства несчастного стfрика Эйхмана и убить разрешается, а предателю Скрипалю уже и дверную ручку ничем на помажь?

Ну, да ладно, если бы это только в последнее время началось и касалось хоть к относительной современности. Вот в той же Англии один король кровавее и омерзительнее другого, а прозвища у них в истории остались какие-то довольно спокойные и нейтральные, типа Безземельный или Заячья Лапа. А наш ничем особо на этом фоне не выделявшийся Иван Васильевич, уважительно прозванный народом Грозным, оказался переведен как «the Terrible», что означает на самом деле совсем другое, страшное и отвратительное. Где справедливость.

Но неприятнее всего, что мешают заснуть не только такие серьезные, высокие и реально значимые вопросы. Они перемежаются с какой-то совсем вроде бы незначительной, но мучительно раздражающей чепухой. Например, вы видели когда-нибудь телепередачу Никиты Михалкова «Бесогон»? Я случайно наткнулся и обнаружил, что съемка происходит в каком-то, видимо, его собственном кабинете, и там на столе вокруг режиссера стоят четыре телефонных аппарата. Нет, не специальных, правительственных, спутниковых или ещё каких экзотических, а четыре самых обычных советского ещё вида стандартных зеленых пластмассовых телефона. Может мне кто-нибудь объяснить зачем и что это значит?

Вот и не сплю. Таблетки предлагать бесполезно. Во-первых, они практически не помогают, а, во-вторых, я после них весь день дурной хожу и плохо соображаю. Сами видите.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments