Сверкая блеском стали
Уже в тот момент, как только я услышал о «деинтенсификации наступления российских войск в киевском направлении» якобы как проявлении доброй воли в период переговоров, я сразу, даже не знаю, что больше, понял или почувствовал, подготовку к большой подлянке.
Внимательно с тех пор следил, смотрел и слушал (а я, в отличие от некоторых моих друзей и читателей с повышенным уровнем чистоплюйства не стесняюсь с большим интересом и даже своего рода извращенным удовольствием потреблять официальные отечественные СМИ), пытаясь понять цель и методы этой подлянки, и вот сегодня, наконец, обнаружил четкую формулировку на Первом канале.
В ближайшие дни произойдет решительная битва за Донбасс. И когда находящаяся там наиболее боеспособная группировка ВСУ будет триумфально разгромлена, «местные украинские элиты начнут сдавать города». Блистательная стратегическая операция!
Я, естественно, представления не имею, действительно ли там есть такие элиты и будут ли они «сдавать города». Я больше пятнадцати лет не был на Украине, у меня нет там близких, и информацию я черпаю исключительно из открытых общедоступных источников, а на этих основаниях делать какие-то серьезные обобщенные выводы, конечно, невозможно.
Да, что там Украина. Я никак не могу считать, что объективно представляю картину в собственной стране. Вот, например, у меня впечатление, что подавляющее большинство населения единодушно поддерживает путинскую благотворительную гуманитарную спецоперацию. А многие, в том числе читатели этого Журнала, что видно из комментариев, с мной категорически не согласны и утверждают, что поддерживает отнюдь не большинство. И я, понятно, не могу привести какие-то абсолютно объективные и репрезентативные факты. Но тут у меня имеются хоть какие-то личные наблюдения. Например.
На днях приятель Миша заходил. Когда-то считался младшим товарищем, но это имело смысл в то время, как ему было двадцать три, а мне тридцать. Сейчас ему стукнуло шестьдесят, так что возрастные различия потеряли значения. Он имеет традицию уже несколько десятилетий еженедельно по выходным ходить играть в любительский футбол с определенной компанией, а потом они все вместе посещают баню и там такое нормальное стандартное мужское общение. Компания довольно стабильная и монолитная, в основном, как и Миша, выпускники Бауманки или с похожим образованием предприниматели среднего звена, связями с которыми он оброс за годы плодотворной работы в бизнесе.
После одного такого «банного дня» Миша ко мне и заехал. В полной панике и ужасе. Я, говорит, просто не знаю, что делать. Они всё непрерывно клянут украинских нацистов. Я не могу находиться с ними в одном помещении. А это ведь много лет мой основной круг общения, обзаводиться принципиально новым уже поздновато. Какая-то безвыходная ситуация.
Звонит родственница. Она очень опытный и известный врач-реаниматолог. Женщина абсолютно стального характера с фантастическим самообладанием. Почти плачет. Говорит, прихожу в свою клинику на суточное дежурство, а весь кабинет заклеен плакатами с патриотическими лозунгами и буквами Z и V. Я очень спокойно и вежливо их сняла, аккуратно сложила в углу и сказала, что в мою смену этого не будет. Прихожу на следующее дежурство, плакатов ещё вдвое больше. А ведь на мне жизни десятков людей, я в таком психическом состоянии не могу надежно работать. Не представляю, что делать.
Очень близкая нам семнадцатилетняя девочка почти бьётся в истерике. Она перестала разговаривать с собственным дедушкой, который её очень любит, заявившим, что всех хохлов надо убивать. Он ей звонит, она не берет трубку, так он через нас пытается с ней связаться, мол, скажите ей, что «она не совсем верно меня поняла». Не совсем верно! Видимо, хочет уточнить.
И таких историй множество каждый день. Да, что там истории. У нас район в принципе не самый бедный, и на стоянке у «Перекрестка» машины выстраиваются довольно заметные. Так вот на днях вижу, даже среди них выделяется блеском и размером роскошный «Хаммер». И на нем нарисована огромная буква Z.
Но, ещё раз повторю, вполне возможно, что мои впечатления и наблюдения пристрастны и субъективны. На полную правдивость и не претендую. Вероятно, кто-то живет и в совершенно ином мире и имеет другой опыт. Спорить бессмысленно.
Но всё-таки это я говорил о стране, в которой, пусть относительно, но живу. А, возвращаясь к Украине, тут моё мнение и понимание уж вовсе не значимы и никак не могут восприниматься серьезно. Потому всё последующие – исключительно пустые досужие теоретические рассуждения не самого мудрого и прозорливого старика, являющиеся результатом всего лишь того, что у него в силу определенных обстоятельств есть ещё силы и возможности для этого.
Разговор о существовании отдельного украинского народа и всё к этому относящееся – нелепые колебания воздуха и занятие для свихнувшихся дегенератов. Но вот что лично для меня несомненно, это более чем реальное существование советского народа. И отнюдь без возрастных или культурно-географических границ. Я тут недавно читал студенческие чаты нынешних студентов МГИМО, так вот это такие дистиллированные советские люди, что моему поколению и не снилось. И я вижу этих советских людей и среди грузин, и среди армян (вообще какое-то зашкаливающее количество), и среди среднеазиатов и казахов и прочих наших. И украинцы тут, кем бы они сами себя ни считали, совсем не составляют исключения.
Это не кремлевские пропагандисты и не я, ничего не знающий, а люди из самой гущи киевской территориальной обороны рассказывают, что есть среди них те, и не так уж и мало, которые фотографируют расположения украинских войск и скидывают по мобильной связи российским военным. И они совсем не за «русский мир». Они за «мороженное по двадцать две». И готовы рисковать жизнью.
Смотрю репортаж. Не сильно подготовленный, практически «с колес». Российская армия только что заняла Волноваху. К солдатам бросается женщина лет сорока с небольшим: «Спасибо родненькие, мы вас заждались, а то три дня электричества и воды не было, магазины не работали, просто ужас!»
У неё отчего не было воды и электричества, почему не работали магазины? Это украинские нацисты пошли захватывать Волноваху и практически стерли её с лица земли?
Вот это для меня символ настоящего советского человека. И сколько на самом деле их сейчас на Украине, я, ещё раз повторю, совершенно не представляю. Потому, кто его знает, может, и будут сдавать города.
А, может, я просто старая брюзжащая сволочь.
Хотелось бы.
Внимательно с тех пор следил, смотрел и слушал (а я, в отличие от некоторых моих друзей и читателей с повышенным уровнем чистоплюйства не стесняюсь с большим интересом и даже своего рода извращенным удовольствием потреблять официальные отечественные СМИ), пытаясь понять цель и методы этой подлянки, и вот сегодня, наконец, обнаружил четкую формулировку на Первом канале.
В ближайшие дни произойдет решительная битва за Донбасс. И когда находящаяся там наиболее боеспособная группировка ВСУ будет триумфально разгромлена, «местные украинские элиты начнут сдавать города». Блистательная стратегическая операция!
Я, естественно, представления не имею, действительно ли там есть такие элиты и будут ли они «сдавать города». Я больше пятнадцати лет не был на Украине, у меня нет там близких, и информацию я черпаю исключительно из открытых общедоступных источников, а на этих основаниях делать какие-то серьезные обобщенные выводы, конечно, невозможно.
Да, что там Украина. Я никак не могу считать, что объективно представляю картину в собственной стране. Вот, например, у меня впечатление, что подавляющее большинство населения единодушно поддерживает путинскую благотворительную гуманитарную спецоперацию. А многие, в том числе читатели этого Журнала, что видно из комментариев, с мной категорически не согласны и утверждают, что поддерживает отнюдь не большинство. И я, понятно, не могу привести какие-то абсолютно объективные и репрезентативные факты. Но тут у меня имеются хоть какие-то личные наблюдения. Например.
На днях приятель Миша заходил. Когда-то считался младшим товарищем, но это имело смысл в то время, как ему было двадцать три, а мне тридцать. Сейчас ему стукнуло шестьдесят, так что возрастные различия потеряли значения. Он имеет традицию уже несколько десятилетий еженедельно по выходным ходить играть в любительский футбол с определенной компанией, а потом они все вместе посещают баню и там такое нормальное стандартное мужское общение. Компания довольно стабильная и монолитная, в основном, как и Миша, выпускники Бауманки или с похожим образованием предприниматели среднего звена, связями с которыми он оброс за годы плодотворной работы в бизнесе.
После одного такого «банного дня» Миша ко мне и заехал. В полной панике и ужасе. Я, говорит, просто не знаю, что делать. Они всё непрерывно клянут украинских нацистов. Я не могу находиться с ними в одном помещении. А это ведь много лет мой основной круг общения, обзаводиться принципиально новым уже поздновато. Какая-то безвыходная ситуация.
Звонит родственница. Она очень опытный и известный врач-реаниматолог. Женщина абсолютно стального характера с фантастическим самообладанием. Почти плачет. Говорит, прихожу в свою клинику на суточное дежурство, а весь кабинет заклеен плакатами с патриотическими лозунгами и буквами Z и V. Я очень спокойно и вежливо их сняла, аккуратно сложила в углу и сказала, что в мою смену этого не будет. Прихожу на следующее дежурство, плакатов ещё вдвое больше. А ведь на мне жизни десятков людей, я в таком психическом состоянии не могу надежно работать. Не представляю, что делать.
Очень близкая нам семнадцатилетняя девочка почти бьётся в истерике. Она перестала разговаривать с собственным дедушкой, который её очень любит, заявившим, что всех хохлов надо убивать. Он ей звонит, она не берет трубку, так он через нас пытается с ней связаться, мол, скажите ей, что «она не совсем верно меня поняла». Не совсем верно! Видимо, хочет уточнить.
И таких историй множество каждый день. Да, что там истории. У нас район в принципе не самый бедный, и на стоянке у «Перекрестка» машины выстраиваются довольно заметные. Так вот на днях вижу, даже среди них выделяется блеском и размером роскошный «Хаммер». И на нем нарисована огромная буква Z.
Но, ещё раз повторю, вполне возможно, что мои впечатления и наблюдения пристрастны и субъективны. На полную правдивость и не претендую. Вероятно, кто-то живет и в совершенно ином мире и имеет другой опыт. Спорить бессмысленно.
Но всё-таки это я говорил о стране, в которой, пусть относительно, но живу. А, возвращаясь к Украине, тут моё мнение и понимание уж вовсе не значимы и никак не могут восприниматься серьезно. Потому всё последующие – исключительно пустые досужие теоретические рассуждения не самого мудрого и прозорливого старика, являющиеся результатом всего лишь того, что у него в силу определенных обстоятельств есть ещё силы и возможности для этого.
Разговор о существовании отдельного украинского народа и всё к этому относящееся – нелепые колебания воздуха и занятие для свихнувшихся дегенератов. Но вот что лично для меня несомненно, это более чем реальное существование советского народа. И отнюдь без возрастных или культурно-географических границ. Я тут недавно читал студенческие чаты нынешних студентов МГИМО, так вот это такие дистиллированные советские люди, что моему поколению и не снилось. И я вижу этих советских людей и среди грузин, и среди армян (вообще какое-то зашкаливающее количество), и среди среднеазиатов и казахов и прочих наших. И украинцы тут, кем бы они сами себя ни считали, совсем не составляют исключения.
Это не кремлевские пропагандисты и не я, ничего не знающий, а люди из самой гущи киевской территориальной обороны рассказывают, что есть среди них те, и не так уж и мало, которые фотографируют расположения украинских войск и скидывают по мобильной связи российским военным. И они совсем не за «русский мир». Они за «мороженное по двадцать две». И готовы рисковать жизнью.
Смотрю репортаж. Не сильно подготовленный, практически «с колес». Российская армия только что заняла Волноваху. К солдатам бросается женщина лет сорока с небольшим: «Спасибо родненькие, мы вас заждались, а то три дня электричества и воды не было, магазины не работали, просто ужас!»
У неё отчего не было воды и электричества, почему не работали магазины? Это украинские нацисты пошли захватывать Волноваху и практически стерли её с лица земли?
Вот это для меня символ настоящего советского человека. И сколько на самом деле их сейчас на Украине, я, ещё раз повторю, совершенно не представляю. Потому, кто его знает, может, и будут сдавать города.
А, может, я просто старая брюзжащая сволочь.
Хотелось бы.