Жизнь в принципе давно отучила меня чему-то удивляться. А уж последние годы и вовсе почти до нечеловеческого уровня притупила подобные чувства. Выхожу утром на кухню и спрашиваю жену, которая встала раньше и успела послушать новости: - Ну, было что-нибудь интересное? - Как будто нет. Беспилотник со взрывчаткой в Кремль врезался, Каховскую ГЭС взорвали, в Краматорске в пиццерии семьдесят украинских генералов уничтожили. Короче, мелочи. Садись завтракать. Но так бывает, что даже на фоне постоянного всеобщего кровавого бреда какой-то вроде мелкий и не очень значительный факт не то, что особо сильно задевает, но довольно неожиданно обращает на себя внимание. Например, вчера в вечернем итоговом новостном выпуске федерального Пятого телеканала показали видеозапись Саакашвили. Это, похоже, отрывок съемки, которая велась тамошними правоохранителями во время какого-то дистанционного общения ихнего суда с заключенным. Кадры жуткие, людям со слабой психикой смотреть не рекомендую. Мишико даже трудно назвать живым мертвецом, поскольку слово «живой» тут будет явно неуместным. Но меня больше поразил редакционный закадровый текст: «К этому спектаклю подключился и киевский режим, который потребовал у Грузии вернуть им Саакашвили». Ещё раз – СПЕКТАКЛЮ. То есть, понятно, Буча – это постановка, Мариуполь снесли с лица Земли собственной артиллерией, а если какая российская ракета упала на жилой дом, то исключительно про криворукости хохляндских ПВО. Тут всё предельно логично. Но с Саакашвили даже при всём этом несколько странновато. Можно его как угодно ненавидеть и желать ему смерти в самых страшных мучениях. Можно быть уверенными в любых предельно подлый преступлениях этого самого киевского режима. Но при чем тут спектакль, кто его поставил? Сам Саакашвили, чтобы только напакостить России и задружившейся с ней грузинской власти? Зеленский, как сюжет для своей юмористической передачи? Это как же нужно презирать российского зрителя и слушателя, чтобы совсем уже перестать обращать внимание, какого уровня дерьмо ты ему скармливаешь. В полной уверенности, что сожрут любое и ещё будут чавкать от удовольствия.