Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Записки демшизы. Часть вторая.

     Ну, ладно, это, хоть и очень важные, и мы к ним еще вернемся, но все же частности, а сейчас обратимся напрямую к полному ужасу, катастрофе, перед которой стоит Запад и к неизбежному краху США в самое ближайшее время. Одновременно продолжая тему Сингапура, Юлия Леонидовна на эту тему выступила тоже весьма развернуто и программно, я попытаюсь донести только часть наиболее интересующих в данный момент ее мыслей, цитирую по-прежнему сокращенно, но также по-прежнему предельно точно, для удобства читателей еще и разбив сказанное по пунктам:

    «1. Один из слушателей (передачи «Код доступа». А.В.) присылает мне вопрос: «мне совсем не по душе сингапурская модель.  я полностью согласен с тем, что жизненно необходимо повышать уровень дохода населения, но мне претит от страны, где все как муравьи слушаются приказов сверху, и единственный мудрый руководитель решает, как всем жить. Вместе с тем нельзя не согласиться, что Ли Куан Ю очень мудр». Собственно, эти слова полностью отражают мое собственное ощущение от Сингапура, это очень печальная проблема, потому что, в общем, то поколение российских интеллектуалов, к которым я принадлежу, они выросли с оглядкой на современный Запад и на 2 главные ценности, - демократия и свобода слова.

    2. Сейчас в результате всеобщих выборов и свободной прессы возникает несколько проблем. Потому что в результате свободной прессы оказывается, например, что где-то там 30% американцев думает, что правительство может быть как-то причастно к 11 сентября. Другой пример. Россия, которую никто не называет свободным и справедливым государством. Вот, есть в России некая группа людей, которая искренне считает, что каждый сидящий на скамье подсудимых невиновен. С точки зрения этих людей Путин взрывал дома в Москве, лично убил Политковскую, разбил самолет Качиньского, устроил резню в Кущевке. Там возникает вопрос: где кончается критика коррумпированного диктатора и где начинается паранойя?

    3. И когда нам говорят «Говорите все – правда найдет дорогу», вот, не получается. Потому что история науки, действительно, состоит из того, что приходит человек, говорит, что земля не плоская, а круглая. И рано или поздно это пробивает себе дорогу. А, вот, история человеческого общества состоит из того, что приходит фанатик и навязывает свою идею людям. И проблема заключается в том, что система не регулируется сама Демократия – это не устойчивая вещь.

    4. Теперь вы меня спросите «А что вместо этой системы? Есть некоторые другие системы. Первая называется «представительный образ правления», когда голосуют собственники и, причем, этих собственников много. Потому что 2-е не менее важное, чем 1-е. Есть вторая система – просвещенный абсолютизм. Вы мне скажете «А как же отличить просвещенного деспота от тирана?» Ответ: «Глазами». отличие Ли Куан Ю от Путина заключается в том, что первый поднимает ВВП на душу населения в 40 раз, а второй строит дворец в Геленджике. Это, вот, как вопрос, да? «А как отличить чемпиона мира от наркомана, который валяется в канаве?» Ответ: «По результатам соревнований». А наркоман, вот, тоже говорит, что он – чемпион. Ну, хорошо, кроме него это кто-то говорит?

    5. И вы мне скажете, что эти 2 режима тоже неустойчивы, что просвещенный абсолютизм увеличивает число собственников, смягчается и переходит в демократию. У нас почему-то считается, что хорошо бы, чтобы все человечество было едино, чтобы все друг с другом не воевали. история человечества как раз заключается в том, что саморегуляция системы возможна только на надгосударственном уровне.
Еще раз, ни одно из более или менее хорошо устроенных обществ – то есть это просвещенный абсолютизм, это богатая демократия – не являются устойчивым, потому что в своем развитии они отрицают сами себя. Но поскольку кроме внутреннего развития общества есть еще и внешняя конкуренция, то пока человечество двигалось вперед. И, похоже, в ближайшие несколько десятков лет оно будет двигаться вперед не на Западе».

    Ну, что же, давайте прямо по пунктам. Только начнем сразу со второго, потом объясню почему.

    2. Тридцать процентов американцев не думают, что их правительство причастно к 11 сентября. Это просто неправда. Латынина пользуется теми же источниками, которые и утверждают, что оно причастно. Если бы треть Америка считало свое правительство убийцами, то Америка расчехлила бы Винчестеры. И Латынина это прекрасно знает, просто на мгновение подзабыла в быстроте разговора. Но ставим пока в покое американцев. Как быть с отечественными параноиками, утверждающими, по мнению Латыниной, несусветную чушь про Путина? Опять же опустим слишком больную почему-то для Юлии Леонидовны тему под условным названием «КГБ взрывает Россию» и по порядку пройдемся по прочим упомянутым наветам. Естественно, Латынина публицистически утрирует, говоря, будто кто-то обвиняет Путина в том, что он лично сбил самолет или убил Политковскую, я о таких не слышал, да и Латынинина таких не называла. Но вот относительно причастности Владимира Владимировича…

    «Код доступа». Суббота, 17.04.2010 (Кратко пересказываю, на сей раз, почти без цитирования, своими словами.) Все было в русско-польской истории, но не было ненависти к полякам. Появилась она и начала разогреваться при Путине и по указанию Кремля. От назначения государственным праздником якобы дня якобы победы над якобы поляками 400 лет назад, через избиение польских дипломатов до мерзостей в отношении катынской истории. После чего в Польше нашли сланцевый газ, и Путин решил с поляками замириться, но демонстративно именно с Туском, чтобы показать, что поддерживает его, а не ненавистного Качиньского. Путин с Туском полетели в Катынь за три дня до дня памяти, чтобы не взять с собой Качиньского и унизить его. «И всё было бы хорошо, если бы пилот не стал садиться в туман. Потому что представьте себе не только состояние Качиньского, но и состояние пилота во время этой истории.  И тогда, и теперь, конечно, не только для Качиньского, но и для всех пассажиров этого злосчастного рейса не было такого природного понятия, как туман. Они считали, что это туман политический».  

    Да, конечно, Латынина не параноик и не утверждает, что Путин лично сбил самолет. «То, что случилось, это, с одной стороны, дикая случайность. С другой стороны, все случайности являются проявлением каких-то символических закономерностей нескольких столетий истории». Но если иметь в виду сказанное выше самой же Латыниной, что из всех этих нескольких столетий истерия против поляков, не против Польши, что бывало, а именно против поляков, началась только при Путине, и что последствия этой истерии во многом обусловили и состояние, и поведение Качиньского перед полетом в Катынь, то как я, человек умеющий читать, могу сделать вывод, что Путин совершенно не причастен к гибели Качиньского? По мнению Латыниной, имею в виду.

    Относительно прочих двух, упомянутых Латыниной обвинений:

    «ЕЖ» 8 октября 2007 г. «День рождения Путина и день смерти Политковской». «На мой взгляд, президент Путин сейчас знает, кто убил Политковскую. А мы не узнаем никогда или, по крайней мере, до конца режима. Как назвать режим, при котором оппозиционного журналиста убивают, и главе государства искренне интересно, кто это сделал - его левая рука или его правая нога, я не знаю».

    «Код доступа». Суббота, 20.11.2010 «Нам говорят – лихие 90-е. Нет, ребята.. В лихих 90-х реформаторы столкнулись с рядом объективных проблем. Одна из объективных проблем заключалась в том, что в России разрушена вся экономика, Но это была реальная проблема, это была проблема, с которой реформаторы ничего не могли сделать, но не они ее породили. А история, которая сейчас происходят с Чичваркиным, история, которая произошла с г-ном Чечелем, история, которая произошла в Кущевской, это совсем другие истории. Нет никакой объективной данности, согласно которой обязательно нефть и газ страны должны находиться в распоряжении людей, близких премьеру Путину, и страна должна работать на фирму Gunvor. Это не объективная данность. Это решение тех людей, которые правят страной».

    Так, у кого, прошу прощения, паранойя? И как ее отличить от критики?

Да никак. И не требуется отличать. Просто надо не допустить, чтобы вся критика сосредоточилась в руках одного параноика.

    3. Мысль о том, что демократия не устойчивая вещь на том основании, что вся история человечества состоит из навязывания очередным фанатиком своих идей людям, конечно, очень интересна. Но, такого рода навязывание, это отличительна особенность именно демократий? Это точно? А всё остальное от этого более застраховано? Хорошо, будем думать на эту странную тему. Пока пойдем далее.

    4. А далее Латынина предлагает нам вместо неустойчивой демократии две других системы, на ее взгляд гораздо более устойчивые. «Представительный образ правления» и просвещенный абсолютизм. Сразу о втором. Понимая некоторую уязвимость своего ноу-хау, у которого, есть, вообще-то уже несколько лет истории и несколько случаев применяя, о которых Юлия Леонидовна прекрасно осведомлена, нам дается сразу в комплекте и способ, которым можно отличить просвещенного деспота от тирана. «Отличие Ли Куан Ю от Путина заключается в том, что первый поднимает ВВП на душу населения в 40 раз, а второй строит дворец в Геленджике».

    То есть, если Путин перестанет строить дверец и поднимет ВВП, то будет полный порядок, пусть он тогда остается навечно? И это всё? И за эту чечевичную похлебку я должен отдать свое право первородства? Не жирно будет, ни у кого не слипнется? А если меня совершенно не волнует дворец Путина и сегодняшний ВВП вполне устраивает, или устраивает рост этого ВВП вполне себе спокойными темпами, который может обеспечить просто время и самый средненький, убогонький демократический режим, типа финского или датского? А если столь гигантскими и богатыми территориями подобные режимы управлять не могу, может, претензии тогда стоит предъявлять не к режимам, а к богатствам и территориям? Шучу, шучу, не надо торопиться звонить «куда следует». Я не собираюсь призывать к развалу нашего государства на множество мелких финляндий. 

    Я вообще ни к чему не собираюсь призывать. Я очень боюсь, когда меня начинают призывать. Что за Путина, что за Ли Куан Ю Я хочу жить в своей собственной стране сначала при Горбачеве, потом при Ельцине, а потом при любом другом обормоте, отвечающем всего двум требованиям. Чтобы он не был в прошлом офицером КГБ, и чтобы через 4-8, ну пусть, если уж их так жаба душит, через 5-10 лет сел в свой вертолет и растворился в небесной лазури без следа, и чтобы я о нем больше никогда не слышал. Будет ли мне от этого счастье? Нет. Но мне и не нужно счастья. Мне и того, что есть хватает. Мне начинает хватать всё меньше и меньше с каждым годом пребывания Путина у власти. А в Сингапуре я бы просто сдох. Ради каких таких великих целей и идеалов?

    Да и, кстати, при абсолютизме, даже самом просвещенном возникает масса чисто практических проблем, например, только одна из множества, система смены власти в ситуации, когда думали, что «просвещенный», а вдруг, ап! и оказалось, что тиран. У нас, да и далеко не только у нас, уже был большой опыт самодержавия, абсолютно ничем не ограниченного, кроме одной такой простой штуки – табакерки в висок. Ну, это всё, конечно, хаханьки, но как-то даже не совсем удобно в нынешнем веке серьезно обсуждать великие преимущества абсолютизма. Это совсем уже что-то из области досужих игр лукавого ума получается.

    А, между прочим, смогла бы сама Латынина жить в Сингапуре? Да, ладно, фантазии это всё…

    А вот что касается «Представительного образа правления», тут, собственно, какие особые проблемы? Это ведь, по сути, всё та же демократия, только с другой избирательной системой. Да, с принципиально другой структурой, требующая во многих вопросах и принципиально иных подходов к решению огромного количества проблем. Но это все же отнюдь не «смена системы», а всего лишь настройка и совершенствование. И к этому мы еще как-нибудь вернемся.

     5. И вот завершающий аккорд. Внутренне прекрасно и чувствуя, и осознавая некую ущербность даже этих, названных систем, Латынина приходит к выводу, что существовать они воистину устойчиво смогут только при условии, если разогнать ООН, Евросоюз и прочую пакость, мешающую государствам реально конкурировать друг с другом, а попросту и не темнить, то воевать между собой. Тогда межгосударственная конкуренция заменит отсутствующую при абсолютизме внутреннюю политическую конкуренцию, и развитие человечества не остановится.

    Идея, конечно, богатая. С реализацией имеются некоторые сложности. Не знаю, как на счет Евросоюза, там ребята самостоятельные, пусть без меня решают. А вот ООН я бы и сам разогнал давно к чертовой матери, но отнюдь не потому, что она чему-то мешает, а как раз потому, что уже давно потеряла всяческое значение смысл и влияние. И конкуренцию в виде войн сдерживает отнюдь не она, а ядерное оружие и созданные на его основе иные системы взаимного страхования, да, возможно плохонькие, но пока хоть как-то работающие. А вот если и их уже разрушить, то, конечно, может, настоящая конкуренция и начнется. Но представьте себе такого рода «конкуренцию» между самыми, что ни на есть просвещенными абсолютистскими режимами в условиях сегодняшних военных технологий. Несомненно, она будет бурной и очень продуктивной, только, боюсь, достаточно короткой.

    Ну, что же, выходит, Латынина дура, что ли полная. Конечно же, нет. Она умница и красавица, вообще не существует, пожалуй, никого из пишущих нынче, к кому бы я относился с такой теплотой и приязнью, на грани обожания. Но вот тут мы и возвращаемся к пункту первому декларации Латыниной – «поколение российских интеллектуалов, к которым я принадлежу»…  

    У мятущийся души русского интеллигента часто наступает такой момент, когда принципы и воззрения входят в конфликт с естеством. Обычный человек послал бы этот конфликт куда подальше, но русскому интеллигенту не позволяют слишком большие запасы совести, принципов, нравственности и жертвенности. Отсюда трагическое противоречие, боль, зияющая рана и катастрофичность что мышления, что ощущений. Я же существо несколько более примитивно организованное и уж интеллектуалом точно не являюсь. Потому посылаю, куда подальше, с безмятежной душой и спокойным сердцем. Вообще, не надо меня подвешивать вниз головой только на том основании, что, по вашему мнению, я уже полностью выработал свой ресурс развития в стоянии на ногах.

    Ну, вот, собственно я и обрисовал примерно схему, по которой населению моей страны, вне зависимости от предполагаемого образовательного или интеллектуального уровня, возраста, пола, национальности, темперамента и даже политических убеждений, широким фронтом, в массовом порядке, вольно или невольно, корыстно и подло или же абсолютно бескорыстно и искренне с самыми лучшими намерениями, пытаются втюхать несколько довольно простых идей и якобы фактов:

1.     В России все хорошо, а если пока не очень, то будет лучше, а если и совсем не очень и не будет очень, то всё остальное в, любом случае, хуже.

2.     Мир стоит на грани всех возможных катастроф, финансы поют романсы, рынок рушится, капитализм в кризисе, западная демократия загнила до вони, и ща все ваще накроется.

3.     Америка, сволочь, грохнется первой, задрала уже своим проклятым долларом. Но и Европа не сильно лучше

4.     Обвинять во всех российских бедах Путина – признак демшизы.

5.     Потому что – см. п.1

    Иногда намеренно, иногда по эмоциональному настроению, иногда по простодушию, а иногда и вовсе по безразличию и полному презрению к населению страны, которое это вынуждено постоянно кушать со всех возможных информационных полей, смешивается в одну кучу всё, что только под руку попадется. От культурных кодов до биржевых котировок, от цивилизационных конфликтов до избирательных технологий, от Божьего дара до тупого пиара.  

    Вот, и я тоже, не смея выходить за рамки предложенной методологии, чтобы особо не выпендриваться, точно в той же стилистике предложу вниманию читателя и несколько собственных замечаний по затронутым темам.

    Это не кризис экономический, финансовый, политический и даже не культурный. Это кризис человека как такового, как биологического феномена, творения Божьего, этапа или точки эволюции, результата случайно занесенной из космоса болезни, чего хотите из бесчисленного еще количество вариантов, выбирайте что ближе. Человека и человечества. Кризис, который возник одновременно с возникновением этого самого человечества и не имеет никаких шансов благополучно закончиться. Попытки как-то это понять и каким-то образом с этим разобраться, применительно именно к практике обыденного существования, а не абстрактным высоким материям, делала, как ни странно, религия, конкретно, сначала иудаизм, потом и христианство, особенно подробно и предметно занимался этим Кальвин, что, кстати, дало не самые плохие практические, и даже экономические с финансовыми, результаты. Но все равно изобразить что-нибудь более оптимистическое и утилитарно полезное, чем Страшный суд, особо не получилось.

    Мне тяжелее, как человеку неверующему. Но, на самом деле, весь экспериментальный проект под названием «человечество» не вызывает у меня большого восторга даже не зависимо от результата. Сам процесс эксперимента столь, мягчайше говоря, не симпатичен, что сложно надеяться на построения светлого града любви и справедливости на земле. Так что, мне почему-то кажется, выбирать в любом случае придется, как и сейчас приходится, всё равно из зол, и отнюдь даже не двух, а не из хорошего, прекрасного и великолепного. И это в ситуации, когда выбор из зол, сам по себе является злом, он изначально обречен на неудачу, потому как делает выбирающего неизбежно сообщником зла. Но если в своей личной жизни человек, не желающий участвовать в подобном выборе, может себе в подавляющем большинстве случаев это позволить или даже, в крайнем варианте, просто прекратить насильственно собственное существование, то в отношении больших сообществ, в том числе и государств, сделать это несколько сложнее.

    То есть, хорошо бы перейти от мечты о всеобщем счастье к попыткам наладить хоть относительно нормальное сосуществование. И именно модель, очень условно называемая демократией западного образца, дает на то хоть какую-то надежду.

    Когда часто, до стертости уже, повторяют фразу, что демократия – это ужасно, но всё остальное еще хуже, то делают обычно акцент на второй, как бы всё оправдывающей части, про «остальное хуже». Но сначала надо до конца понять и прочувствовать, сможешь ли ты смириться с тем, что сказано в части первой, что она ужасна, несовершенна, мерзка и зловонна, особенно потому, что вынуждает учитывать интересы и тех, кого ты ненавидишь, и тех, кто ненавидит тебя.

    Пока мы не поймем, что все равно, в конце концов, всё будет плохо, мы станем постоянно придумывать что-то для всеобщего абсолютного счастья, и ничего хорошего из этих придумок получаться не будет. Можно к такому счастью призывать под самыми расистскими лозунгами, можно под самыми красивыми, про свободу, равенство и братство, все равно получится или третий рейх или первое в мире государство рабочих и крестьян.

    Вся это нескончаемая и часто довольно кровавая чехарда будет происходить до тех пор, пока мы будем стремиться сделать «отлично» или хотя бы «очень хорошо». Только если поймем и признаем, что более чем достаточно просто «удовлетворительно» и относительно пристойно, только тогда сможем обрести достоинство. Это не то случай, когда чтобы занять хоть пятое место, надо обязательно стремиться к первому. Это тот, когда, ставя бревно вместо планки для прыжка на высоте трех метров, обязательно разбиваешь себе голову.

    Понимание неизбежности собственной смерти приходит к каждому человеку в свой срок и с разными последствиями. Ко многим, кстати, так до конца и не приходит. Но любой ребенок довольно долго живет с ощущением всеобщего бессмертия. Потом он узнает, что могут умирать другие. И только затем, в зависимости от жизненного опыта, мудрости и особенностей психики, рано или поздно осознает, что лично сам тоже смертен. Отнюдь не для всех это проходит безболезненно. Кто-то внешне спокоен, но, на самом деле, переживает глубокий душевный кризис. Кто-то впадает в истерику. Кто-то полностью погружается в религию, кто-то кидается в различные мистические практики, кто-то в вегетарианство, а кто-то и вовсе башкой едет. Но, всё же, большинство здравомыслящих людей смиряются с этим, по сути единственно страшным, единственно важным, и, вообще, единственным, имеющим реальное значение фактом: Да, я, в конце концов, если не погибну в результате несчастного случая, то все равно заболею и умру.

    Но это большинство, еще раз настойчиво подчеркиваю, именно здравомыслящих людей, далее, после осознания всей трагичности ситуации, пытаются как-то достойно и приемлемо обустроить отведенный им отрезок жизни, а не тратят его на то, чтобы как-то вывернуться, исхитриться и придумать некую волшебную хреновину, чтобы всё-таки и не заболеть и не умереть.

    Но почему-то, кода речь идет о человечестве в целом или даже хотя бы об отдельных цивилизациях, мы готовы поменять собственное достоинство на химеру неких идеальных моделей, которые, в нашей фантазии должны привести… А к чему, собственно, они должны привести?

    Вот тут мы и подходим к, лично для меня, самому главному. А, ради чего, ради каких великих целей, поставленных перед собой и всем обществом, но, прежде всего, перед самим собой, я должен отказаться от свободы, или хотя бы от большей части свободы, что, опять же лично для меня, не большая разница? Если все и всегда, патетически и публично в полемическом запале задаются вопросом: «Свобода чтобы делать что?», то я тоже вправе спросить, «А несвобода, чтобы делать что?» Ради каких немыслимых благ и высоких идей я должен передать основную часть моих человеческих, гражданских, любых других полномочий некому или неким, объявившим, что они всё лучше знают и сами сделают, как надо, обойдутся без таких сопливых, как я?

    А рынок, этот чертовый, со всеми его постоянными кризисами и лихорадками… Вон египтяне еще пять тысяч лет назад пытались тупо отнять у ливанцев кедры для своих кораблей, а не получалось ничего втупую, убегали трусливые и слабые ливанцы, прятались в зарослях по горам, а без них ничего не клеилось. Пришлось договариваться, вступать во все те же рыночные отношения и как-то так пошло потихонечку, тоже с кризисами, с падениями спроса, с дефицитом сырья, со всеми обычными примочками, но строили египтяне свой могучий флот из ливанского кедра, наверняка сетуя на несовершенство механизмов регулирования кедрового рынка.

    Ну, еще кочевники некоторые пытались уйти от рыночных отношений, взять город, всё, что не можешь унести, сжечь, жителей убить и порядок. Но тоже на достаточно кратковременные периоды. Когда дело хоть чуть в исторических масштабах затягивалось, начинали давать ясак на правление кому-нибудь из местных. Торговаться за его цену в форме величины налога, то есть дани, вели переговоры с разными претендентами. Возникала конкуренция, и опять потихонечку втягивались пусть в самый косой, кривой и своеобычный, но тот же проклинаемый и ненавидимый рынок.

    Я представляю себе, как дергался какой-нибудь руководитель египетской верфи пять тысяч лет назад, когда задерживался очередной корабль с лесом из Ливана, срывались графики ввода в эксплуатацию, казалось, рухнет сейчас вся экономика к матери и немедленно надо придумать  какую-то принципиально новую систему торговли, а заодно транспорта, государственного устройства и всего прочего. Интересно, через пять тысяч лет взгляд на проблемы нашего сегодняшнего экономического и финансового устройства, вместе с политическим, будет столь же умилителен?..

    Но тут возникает совершенно другой, гораздо более важный вопрос. А проживет ли человечество еще пять тысяч лет?  Вот это зависит совсем не от экономики, финансов, политики и прочих умных вещей. Когда человечество заболеет и умрет, нам лучше бы не знать, как не очень полезно для человека знание точной даты его собственной смерти.

    И вообще, не надо так уж сильно умничать и нервничать. Тогда, я вам обещаю, все будет нормально. Хотя бы относительно и некоторое время.

Как очень убедительно успокоил нас всех Батька, мы будем жить плохо, но недолго.  

    P.S. Да, чуть не забыл главный вывод из этого текста для утверждения себя как демшизы: «Путин - не бяка. Это ужас, летящий на крыльях ночи».

Tags: Демократия, Латынина, Радзиховский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments