September 24th, 2010

вторая

6.24

Уже не первый раз, только более развернуто, господин Злобин, среди прочего, выразил свою мысль о том, что в голове Путина довольно давно сформировалась и с тех пор мало изменилась некая целостная и непротиворечивая, «системная» картина мира, сила которой в простоте и идеальности, «все на своих местах и все тесно взаимосвязано». Что касается лично Путина, то данное мнение о нем политолога следует, скорее всего, просто принять к сведению, Злобин человек наблюдательный и не глупый, с Путиным он достаточно много общался и еще более наблюдал его в общении с другими, потому данные наблюдения вполне можно принять как показания свидетеля, заслуживающего доверия. Что отнюдь, разумеется, не подразумевает принятия изложенных им сведений как абсолютную истину. Но я хотел сказать несколько о другом, только лишь уточнив определенные понятия. Что есть целостная и непротиворечивая картина мира, откуда она берется, и как функционирует? Если не брать совсем клинических случаев, примем, что человек изначально с ней не рождается. И сам Злобин говорит, что у Путина она сформовалась «если не в 2000-м, то достаточно давно». То есть, до какого-то момента там все же, видимо, присутствовала некоторая раздробленность, и имелись определенные противоречия, но все это под влиянием неких и внешних (скорее всего сам факт президентства) и внутренних (конкретно от меня полностью скрытая часть) факторов сформировалось в уже не меняющуюся далее структуру. Можно представить себе это в двух вариантах. Один – нечто в роде игры « в пятнашки». Такая, если кто помнит, плоская коробочка с пятнадцатью нумерованными квадратиками, изначально расположенными хаотично. Их следует выстроить по порядку, перемещая внутри коробочки, для чего существует некая степень свободы в виде пустого места размером в один квадратик. Когда играющему удается добиться поставленной цели, у него два дальнейших варианта поведения. Либо, похваставшись перед окружающими полученным результатом, вновь смешать квадратики в произвольном порядке, чтобы он сам или кто-то другой мог продолжить игру, либо чем-нибудь заклинить пустой квадратик, сделав дальнейшие манипуляции в игре не возможными. Да, как игра это штука станет тут же бесполезной, но за то превратится в предмет полностью упорядоченный, или «целостный и не противоречивый». Есть другая модель. Она несколько напоминает другую игру – «колыбель для кошки». Из ниточки или веревочки на двух ладонях создается все более сложная конструкция. Теоретически трансформация может продолжаться до бесконечности. Но практически, по чисто субъективным причинам для играющего, он останавливается на каком-то узоре, который кажется ему наиболее или красивым, или предельно усложненным, или просто оптимальным для данного конкретного этапа, и вот тогда именно этот узор и становится именно тем, где «все на своих местах и все тесно взаимосвязано». Заметьте, я ничего не говорю о третьей модели. Самым простым примером которой является обычный мыслящий человек, который представляет из себя постоянно усложняющуюся и за счет этого меняющуюся систему. Она цельной и непротиворечивой может быть только духовно и нравственно, а вот интеллектуально эту цельность и непротиворечивость человек может видеть перед собой только как изначально и принципиально недостижимый ориентир. Путь которому и составляет жизнь, а прерывает смерть. Но Злобин считает, что Путин завершил составление собственной картины мира, а поскольку Владимир Владимирович еще жив (и многия ему лета, совершенно искренне), следовательно, остановка произошла по одной и первых двух названных моделей, и причина тому или глупость («пятнашки»), или усталость («колыбель»). Скорее всего, политолог прав, не имея возможности знать Путина лично, по видимым и общеизвестным результатам его деятельности я прихожу к сходным выводам и готов согласиться с мнением Злобина. Естественно, сразу оговариваясь, что тут может быть очень серьезное упрощение, и что нам обоим просто могут быть не известны какие-то крайне значимые факты. Но если все это принять, то тогда не очень понятно, почему такую «картину» Злобин считает основной силой Путина и, наоборот, основной слабостью аппозиции ( у которой и на самом деле огромное количество реальных слабостей, но речь сейчас не о них)? То есть получается, что она «должна «предложить системную, целостную и взаимосвязанную картину России, которая была бы альтернативной путинскому видению». Или проще – другие заклиненные «пятнашки», либо вконец запутанную «колыбель». Да, возможно Злобин прав в том, что так больше шансов придти к власти. Действительно повести за собой людей обманывая их, обманываясь самому, или и то и другое вместе, простыми и непротиворечивыми картинами, намного легче, чем предлагая смотреть на картину реальную, где цельности мало, а противоречий без счета. Но нужна ли той же России такая пришедшая к власти аппозиция с собственными «пятнашками» и «колыбелями», пусть и «альтернативными путинским»? Вот тут у меня большое сомнение в правоте господина Злобина. И последнее мелкое замечание. На основании своего жизненного опыта я склонен считать, что самая «целостная и непротиворечивая» картина мира существует в головах людей, подверженных заболеванию, которое условно, за неимением пока более точного определения, принято называть шизофренией. Впрочем я не врач и заранее готов, под давлением каких-либо новых фактов или разъяснений профессионалов, мнение свое видоизменить или поменять вовсе.