December 13th, 2010

вторая

9.13. Ну, понеслось...

 

На юго-востоке Москвы группа молодежи убила выходца из Центральной Азии.
Нападение произошло на Судостроительной улице. Как сообщает «Интерфакс», около 15 человек атаковали мужчину азиатской внешности. Его били руками и ногами, смертельным стал удар ножом. Милиция пока не комментирует эту информацию.
Фотографу «Известий» Анатолию. Жданову сломали ключицу на разрешенном митинге оппозиции в Москве.
Об этом сообщил сам пострадавший в интервью сетевой газете Газете.ру. По его словам, на выходе с митинга на Пушкинской площади всех почему-то встретил ОМОН. Жданов сообщает, что в настоящее время находится в больнице, у него двойной перелом ключицы. Фотографу потребуется несколько дорогих операций стоимостью сотни тысяч рублей. В митинге оппозиции с требованием отставки Владимира Путина на Пушкинской площади участвовали несколько сотен человек. После того, как акция закончилась, некоторые ее участники направились к столичной мэрии для проведения там пикета. 12 человек были задержаны, некоторые из них, в том числе и Сергей Удальцов, ночь проведут в отделении.

И видимо, прислушавшись к моим сетования по поводу молчания сладкой парочки, одна ее половинка отреагировала. «По Манежной. В стране и в Москве - все под контролем. Со всеми, кто гадил, разберемся. Со всеми. Не сомневайтесь», написал глава государства в своем Твиттере.
Вот уж, воистину, бывают ситуации, когда человеку лучше жевать, чем говорить.




вторая

ночное

   Прошли вчера на программу «Центральное телевидение» трое парней, бывших до того на Манежной площади. Сковали, что не понимают, почему Россия не может быть для русских. Ну, не понимают, и ладно. Но все трое в скрывающих лицо марлевых повязках. Смотрится довольно смешно, хотя понимаю, что в данной ситуации смех не без истерической нотки. Вид свой объяснили с обескураживающей наивной прямотой. Мы, мол, служим в приличных местах и опасаемся, что начальство станет ругаться. Такие вот «Россия, вперед!». Прямо в этих самых масках, и вперед.
    Я никогда не был особо физически бесстрашным человеком. То есть, патологическим трусом, видимо тоже, но так, мягко скажем, моя смелость всегда ограничивалась весьма значительной долей рассудительности. И я в своей жизни не очень часто выходил на площадь. Но если выходил, то последним, что мне могло прийти в голову, это надеть маску. Потому, что как раз главным для меня и было — показать свое лицо. А, в противном случае, зачем тогда вообще выходить? Нашкодить изподтишка и смыться? Странные какие-то ребята.
   Есть на самом деле что-то безумно трогательное в этом маленьком, глубоко нсчастном, беззащитном человеке, который судоржно пытаеся уцепиться за первое попавшееся, кажущееся ему надежным и незыблемым в таком враждебном и не надежном мире. За сильного лидера, за друзей-единомышленникоы, за собственный разрез глаз, цвет кожи и форму носа. А потом этот маленький человек идет убивать, и от безумно трогательного в нем остается одно безумное. Но не уходит тоска по единению хоть с кем-то. «Ведь мы же с вами белые люди», - сказал шерифу, наверное, самый бесчеловечный фолкнеровский убийца.


 


 

вторая

Моего младшего сына зовут Александр Александрович.

У него день рождения. Для меня это очень важное событие. Поэтому нынче не хочу писать ничего неприятного.

Мой сын - хороший человечек и настоящий герой. Он читает практически все, кроме того, что пишет его отец. Подарил ему ридербук.

А теперь пойдем куда-нибудь, отметим