August 22nd, 2012

вторая

Популярная, легко узнаваемая и юридически защищённая символика…

С моей точки зрения и с точки зрения таких людей, как я, Михаил Андреевич Суслов и такие люди как он, являются попросту дураками.

Но я, такой умный, максимум, чьей идеологией в своей жизни руководил, так это собственной головы. А он, такой глупый, больше тридцати лет, по сути, руководил идеологией всей великой страны. И пока он был жив, даже намека на опасность её распада никто видел, несмотря на все сложности и противоречия, казалось, непреодолимые именно и прежде всего на идеологическом уровне. А вот как-то он их преодолевал.

А когда Михаил Андреевич умер, то с этого момента и началось движение к краху. Да, можно говорить и о совпадении, и об исторической исчерпанности эксперимента, и ещё о многом другом. Но факт остается фактом. Суслов мог ничего не понимать, но нутром чуял, с какой стороны идут главные угрозы и всегда умудрялся возвести необходимые укрепления на основных танкоопасных направлениях.

В частности, какие бы колебания линии партии не происходили, можно было, пусть и крохотным по тем временам, а по нынешним, так просто гигантским, тиражом допустить издание Кафки, можно было хоть и каким-нибудь третьим экраном, но показать «Андрея Рублева», можно было даже Солженицына в какой-то момент в «Новом мире» напечатать, но были запреты незыблемые и не обсуждаемые. Скажем, «Левис» или «Кока-кола».

Люди типа Суслова ощущали всеми фибрами души, что штаны и газировка неизмеримо опаснее любых философов и художников. С чуждыми мыслями можно бороться встречным оболваниванием. С брендами так бороться нельзя, поскольку они сами и есть высшая мера и степень именно этого вот оболванивания.

То есть, с мировыми брендами вообще бороться нельзя иначе, как чисто волевым и силовым путем не допустить их проникновения и на определенную территорию, и в определенные мозги.

Вокруг понятия «бренда» давно существует целая наука, не говоря уже о мощнейшей практике и индустрии. Но каждый, кто всерьез этим занимался, прекрасно знает, что даже самые профессиональные усилия по созданию и продвижению бренда, это всего лишь максимум сорок девять процентов успеха. А пятьдесят один – это удача плюс некая историческая предопределенность.

Алла Борисовна Пугачева, на мой вкус, действительно когда-то была неплохой певицей, а в какие-то моменты, так даже и просто хорошей. А уж о размерах всенародной любви к ней на определенных этапах, и говорить нечего, вряд ли с кем можно сравнить и тогда и сейчас. Но вот бренда с её именем не получилось. От чипсов и конфет до обуви и парфюма – всё провалилось с треском, и следа не осталось. Качество плохое, менеджмент неудачный? И это несомненно. Но всё же на те самые, упомянутые сорок девять процентов. А в остальном – просто не сложилось. Не судьба. И не время. Что-то не совпало.

А с «Pussy Riot» всё совпало. Это уже предельно быстро ставший мировым, пожалуй, уникальный и единственный отечественный бренд. Его даже пока зарегистрировать не успели, никто из реально финансово заинтересованных толком раскруткой и продвижением не занялся, а вот Лагутенко предлагает на Уэмбли собрать под этим брендом концерт суперзвезд, и ни у кого нет сомнения, что не будет никаких проблем, уже прикидывают, куда и на какие благотворительные цели деньги распределить.

Это пока ещё не пойманных членов группы разыскивают и они скрываются. Но помяните мое слово, недалеко то время, когда среди плясавших и в Храме, и в клипе окажется не пять человек, а много больше, с ними произойдет то же самое, что и тащившими бревно на субботнике с Лениным. Множество людей станут с пеной у рта, возможно даже в судебных процессах, доказывать, что это именно они скрывались за двумя вакантными «балаклавами».

Самое смешное, что этот бренд создали не экстравагантные, довольно нелепо и не в такт дергающиеся под примитивную музыку женщины. А серьезный такой мужчина, искренне считающий себя исполнителем воли Всевышнего. Ну, что же, ему виднее. Он, наверное, знает, как можно бороться с мировыми брендами. Мы с Михаилом Андреевичем представления не имели.

А теперь я один не имею.
вторая

Протестантская этика?..

В Польше проходит так называемый «марш примирения», в котором принимают участие потомки нацистов и их жертв. Порядка 300 человек идут от концлагеря Освенцим к другим лагерям смерти – Майданек, Белжец, Хелмно и Собибор. Акция была организована протестантской церковью с юга Германии совместно с польскими активистами.

«По словам одного из немецких участников марша, люди пришли принять участие в акции, потому что они являются потомками преступников, и таким образом хотят извиниться за деяния своих предков».

Они уже не первый раз ездят. До того и на Украину приезжали, и в Белоруссию, ещё куда-то… И это не какие-то официальные мероприятия на государственном уровне. Чистая самодеятельность. Вот выяснила пожилая уже женщина, что её дед работал в концлагере. Сам никого не сжигал и даже не охранял. Всего лишь электрик, устанавливал на заборе колючую проволоку под напряжением. И стоит эта женщина, и рыдает, и просит прощения у потомков жертв за своего деда.

Среди моих прямых предков я не знаю особых преступников или палачей. Так, всё больше по другую сторону рва или колючей проволоки они оказывались. Но никогда нельзя зарекаться, вдруг, не дай Бог, конечно, что-то такое позорное в моей родословной вскроется?

Вот относительно одного из «двоюродных» дедов, к примеру, имеются у меня некоторые подозрения. Уж очень большим человеком в погонах и уж в очень узкоспециализированной области он был, вполне к чему-то такому, крайне неблаговидному, мог иметь отношение. Как-то и мысли у меня в любом случае не возникло бы просить за него прощения у кого бы то ни было, даже если бы что-то совсем ужасное выяснилось, и даже если бы он был не двоюродным, а самым что ни на есть родным.

Ну, так это я. С одной стороны, существо довольно нравственно примитивное и совсем не верующее, а с другой – слишком зацикленное на идее абсолютно и исключительно личной ответственности. А эти протестанты, видать, как-то совсем по-другому устроены. Вот и ездят повсюду, и продолжают просить прощения за мерзости, совершенные их предками.

Или делать им совсем нечего, или мучает чего… Не знаю. Не понимаю я их совсем. Но, вы знаете, иногда ловлю себя на том, что немного завидую этим странным протестантам. А ведь я практически вообще никогда и никому не завидую…
вторая

«Идущая по трупам»

Случайно наткнулся на фотографию роскошной люстры. То есть, ничего в ней роскошного нет, полное убожество, но просто, действительно, она предназначена для какого-то помещения общественного назначения, директор которого одновременно и обладает каким-то серьезным психическим заболеванием, связанным с абсолютной потерей вкуса, и явными деловыми способностями в области откатов и освоения бюджетных средств.

Но при этом купила такую люстру женщина для своего собственного дома, от чего даже продавцы несколько прибалдели.

И написано, что покупательница, это писательница Юлия Шилова.

Я, вообще-то, несколько книжек в своей жизни прочел, но относительно существования такого художника слова и крупной литературной величины был не в курсе. А зря. Заинтересовавшись понял, что большую часть жизни просуществовал попусту. Этот классик есть даже в Википедии. Не говоря уже об огромном количестве иных мест. Она автор пятидесяти пяти (!) книг, большинство из которых романы (!!) и почти все они – бестселлеры(!!!).

Многие в интернете в открытом доступе. Я открыл одну и начал читать.

Вот, вредно получать такую информацию перед сном. Невольно начинаешь потом ворочаться в ожидании бессонницы, думая, какой же хренотой ты всегда занимался, если даже такой люстры не можешь себе позволить…