February 21st, 2014

вторая

Прощание с Ходорковским – 4. ТАЛДЫСАЙСКИЕ СТЕПИ

(Продолжение. Смотри начало)

ТАЛДЫСАЙ

Я так и не стал большим специалистом в области овцеводства.

Теперь заниматься какими-то теоретическими научными изысканиями поздновато, да и, честно говоря, лень, потому, сразу прошу прощения за то, что могу малость напутать по прошествии почти сорока лет. Впрочем, я и тогда не особо заморачивался. Мне вполне хватало общих сведений. И сам этот род человеческой деятельности представлялся организованным очень рационально и как-то даже по-особому изысканно автономно.

Огромные толпы овец, они же отары, почти весь год в сопровождении всего нескольких задумчивых старцев с деловыми собаками бродят где-то там, то ли по степям, то ли по предгорьям, на коих питаются чем-то съестным в естественных условиях и без всякой помощи человека растущим на земле. Нагуливают шерсть и мясо, а потом с благодарностью отдают все это заботливым хозяевам.

Collapse )
вторая

Прощание с Ходорковским – 5. «ОХОТА ЖИТЬ» НА КАРЕТНОМ

(Продолжение. Смотри начало)

БОЛЬШАЯ КАРЕТНАЯ

Родители Никиты Трушина к тому времени, как я узнал его, умерли, а сам он заканчивал режиссерский факультет ВГИКа и единолично владел роскошной квартирой в угловом доме на Каретном, рядом с садом «Эрмитаж», месте знаменитом, но не о том нынче речь.

Меня с Никитой познакомил Сережа Устинов, мой друг с первого институтского дня, пятый десяток лет пошел, как мы общаемся, сын знаменитого советского драматурга-сказочника Льва Ефимовича и сам давно человек весьма известный. Я почему и сейчас так подробно, возможно, на чей-то взгляд совсем излишне, рассказываю, и сразу должен предупредить, что собираюсь поступать так же впредь, о том кто есть кто, и каким боком я там рядом оказался? Исключительно дабы снять подозрения во вранье и сделать для желающих более легкой возможность проверки правдивости моих слов.

Довольно естественно, когда у одинокого парня в таком возрасте оказывается в полном распоряжении подобного рода жилплощадь, случай и сейчас не частый, а тогда и вовсе уникальный, на ней довольно быстро образуется большая компания сверстников, живущих жизнью интересной, яркой и даже бурной, но не всегда абсолютно нравственной. Народу постоянно собиралось очень много и весьма разношерстного. Сейчас уже, конечно, не то, что всех, а и большинства не упомню, разве что тех, с которыми потом ещё по жизни привелось общаться, или ставших впоследствии людьми популярными, чьи имена не дали забыть средства массовой информации. Заходили Саша Липницкий, живший в том же доме, и Петя Мамонов, Наташа Галаджева и Никита Тягунов, которого мы тогда называли по фамилии отца Мамлиным, всем из моего поколения известный по знаменитым папиным рассказам Денис Драгунский…

Collapse )