February 28th, 2014

вторая

Прощание с Ходорковским – 16. «МОСКВА» - «ДОМОДЕДОВО»

(Продолжение. Смотри начало)

ГОСТИНИЦА МОСКВА

НАЦИОНАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ГЛОБАЛЬНОЙ ЭКОНОМИКИ И МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ.

На этом, собственно, саму историю, как таковую, или, по крайней мере, тот её раздел, который имеет непосредственное отношение только ко мне, можно считать завершенной. Мне остается только уточнить кое-какие чисто технические детали. И тут нам придется ещё раз вернуться к статье, которая в сокращенном виде приведена в начале данного повествования.

Дело в том, что первый её вариант, наиболее полный и местами перегруженный чисто техническими, экономическими, юридическими, финансовыми и прочими далеко не всем интересными подробностями, был написан лет пять назад, даже до начала «второго дела» Ходорковского. И тогда ещё по поводу причин первой посадки высказывалось бесчисленное количество мнений, даже не в форме предположений, а более чем уверенным тоном. Часть таких мнений была мною перечислена, но эта часть была совсем крохотной, океан плескался неисчерпаемый. И в этом океане моя мысль о какой-то там попытке сделать прозрачной структуру собственность, как основе вины Ходорковского, являлась совершенно маргинальным экзотическим вариантом, никем всерьез не рассматриваемым.

Но сразу после освобождения Михаила Борисовича подавляющее большинство считающих себя специалистами по названному вопросу, причем самых далеких друг от друга, от Латыниной до Пионтковского, иных причин, кроме пресловутой «прозрачности», уже и не называли. Это стало как бы общим местом, даже не требующим пояснений. Но очень хочу подчернить и с не меньшей настойчивостью прошу мне поверить, что говорю об этом не в том смысле, будто я первооткрыватель или самый умный. А просто, поскольку никуда не спешу и корысти сказать как можно больше и как можно быстрее не имею, то не лишен возможности спокойно посмотреть и увидеть самое очевидно, лежащее на поверхности и никак не маскирующееся. А именно это простейшее и очевидно неизбежно через какое-то время становится упомянутым общим местом. Вот и весь фокус, в котором нет никакого фокуса, а уж, тем более, ни малейшей моей заслуги.

И сейчас я не собираюсь делать никаких открытий. Но всего лишь считаю полезным, перед заключительной речью на этом процессе, ещё раз напомнить читателям некоторые общеизвестные методологические аспекты и давно обнародованные факты, столь же очевидные и так же без малейшей маскировки лежащие на самой поверхности. Опять повторяю, всего лишь напомнить, никаких сенсаций. Итак, что же вообще имеется в виду, когда разговор заходит о «структуре собственности», что это за зверь такой в принципе и почему в нашей стране у него такие любопытные проблемы со здоровьем?
Collapse )
вторая

Прощание с Ходорковским – 17. МОЙ ХОДОРКОВСКИЙ

(Продолжение. Смотри начало)

ХОДОРКОВСКИЙ И ЛЕБЕДЕВ

Это, знаете ли, как «мой Пушкин» или «мой Бах». Ведь у каждого и Пушкин и Бах свой, и очень часто они имеют мало общего и с реальными людьми, носящими эти имена, и даже с их конкретным творчеством. Так и с Ходорковским. Конечно, в данном случае далеко не у каждого, но имеется «свой Ходорковский». Хотя, думаю, у большинства, в том числе и у меня, это, скорее, «свой ходорковский». Но из уважения к живому человеку я условно продолжу всё же так – «мой Ходорковский».

Меня в принципе никогда не интересовали люди в зависимости от величины их богатства. Называли их презрительно-уважительно олигархами, подразумевая некое политическое влияние, ворами, имея в виду, что в любом случае они преступники, или как-то наоборот (вот таких слов быстро не вспомню, но наверняка они были), совсем по-доброму, надеясь тоже стать такими. Зла у меня на них не было никакого совершенно, вне зависимости от происхождения их богатства, потому как я никогда не чувствовал себя «в доле» по поводу «общенародной собственности», а от государства и от общего, что прошлого, что настоящего, что будущего мечтал получить единственное – чтобы на меня как можно меньше обращали внимания. Но и доброго интереса к подобным личностям я не имел, поскольку внутри такой доброты всегда хоть крохотная, но надежда, что и тебе обломится толика их, если не богатства, то хоть чего полезного, с ним связанного. Мне же и тут ничего не требовалось, своего вполне хватало.

Но более всего из богатых людей, как и из людей любого уровня достатка, меня не интересовали коммунистические партийные функционеры и тогда когда они были действующими, и когда стали прошлыми. Ну, просто вовсе не существовали, как существа из совершенно иного, параллельного мира. Я умудрялся не замечать их даже при советской власти, чего уж говорить о более поздних временах. Людям моего поколения объяснять не надо, а молодежи слишком долго, потому ей придется поверить на слово – освобожденный секретарь комитета комсомола института, особенно такого уровня и масштаба как «Мендилавочка», это именно партийный функционер и номенклатура довольно высокого уровня.

Collapse )
вторая

Прощание с Ходорковским – 18. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

(Окончание. Смотри начало)

ПУТИН

Так кто же освободил Ходорковского? Кто, кто – конь в пальто. Я ведь почему в постскриптуме «Предыстории» написал, что «уже достаточно подробно ответил на все вопросы, касающиеся не только посадки, но и освобождения Ходорковского» и «похоже, внимательному читателю нет смысла продолжать тратить силы на знакомство со всей последующей моей писаниной», разве что, только любопытствующим людям, столь же мало ценящим время, как и я, способным убивать его на всякого рода анекдотические безделицы?

Да просто потому, названный «конь в пальто» оказался уже полностью изображен, и составные части его подробнейше перечислены. Однако, как обычно проявлю заботу о моих любимых, ленящихся лишний раз кликать «мышкой», и напомню ещё раз.Collapse )