April 8th, 2015

вторая

Карта вин

Душа человека русской культуры, возросшая на интеллектуальном прорыве девятнадцатого века, устроена для внешнего взгляда довольно странно и причудливо.

Скажем, Дмитрий Иванович Писарев, один из умнейших и, что совсем удивительно для его возраста, мудрейших мыслителей своего времени не нашел лучшего материала и почвы для правления своих выдающихся способностей, чем бездарность и вредоносность творчества Александра Сергеевича Пушкина.

Бесконечно мною уважаемый Андрей Николаевич Илларионов жизнь готов положить, чтобы доказать, будто именно Егор Тимурович Гайдар привел к власти в России чекистов.

Люди, совершенно искренне считающие себя либералами в самом широком и лучшем смысле и даже те из них, кто хоть как-то действительно понимает, что такое этот самый чертовый либерализм, от полной уже, видать, тоски начинают поливать Виктора Анатольевича Шендеровича за то, что весь свой пыл тот растрачивает на слова, а реальных дел никаких не видно.

Тут, понимаете ли, какая история…

Вот, например моя жена не просто хуже меня готовит. Это не сложно потому, что мало подобных мне есть любителей этого на самом деле довольно трудоемкого, а часто и элементарно утомительного процесса. Она безотносительно не очень хорошо готовит, как многие люди, которые и сами «по хавке без заморочек».

Но когда она что-то всё-таки иногда делает и ставит на стол, то я всегда не только её хвалю, но и ем с самым натуральным и неподдельным удовольствием. По многим причинам, но в том числе и той, что сам знаю, насколько иногда трудно и хлопотно приготовить даже самое, казалось бы, примитивное блюдо. А человек ради меня постарался, и благодарность очень неплохая кулинарная приправа.

А еще потому, что моя жена близкий мне человек, и я её очень люблю. Но если мне захочется выплеснуть свои отрицательные эмоции и потренировать навыки едкого и злобного, остроумного ресторанного критика, я пойду лучше в какое-нибудь очень дорогое заведение, желательно принадлежащее максимально неприятному мне человеку, и закажу там себе самое роскошное и хитроумное блюдо, на котором уже оттянусь по полной.
вторая

Забить на Герострата

Только очень прошу не отвлекаться на оценку личности и поступков Карена Шахназарова, а воспринять отвлеченно и как данность конкретную, недавно сказанную им фразу:

«Можно как угодно относиться к президенту России, но нельзя не признать одно — для того, чтобы понять истинную величину политического лидера надо уйти в будущее. Если уйти на 200-300 лет вперёд и обратиться в наши дни, то уверен, что от наших дней останется только одна фамилия. Не останется ни одной фамилии тех лидеров, которые окружают его на политической арене. Это говорит о том, что Путин действительно настоящий лидер».

Почему-то, когда я это услышал, первым делом не без доброй улыбки мне вспомнилась вот какая история из моего детства.

Я уже не скажу точно в каком из младших классов учительница вкратце ознакомила нас с теорией эволюции человека и в частности упомянула что-то о понятии атавизма. А в виде примера привела волосы. Ну, типа, когда это нужно было для защиты от холода, то всё тело человеческое было ими покрыто, а теперь, то что осталось, это и есть атавизм, который постепенно отмирает и когда-нибудь исчезнет вовсе.

Почему-то это на меня произвело совершенно ошеломляющее впечатление. Я пришел домой и стал допытываться у родителей. Мол, как же так, а если через миллион лет у всех людей не будет бород, то они, глядя на портрет Ленина, будут очень удивляться, чего это у него там растёт на лице?

Мать подавила какую-то эмоцию и, прикрыв рот ладошкой, срочно придумала себе какое-то дело на кухне, а отец постарался справится с ситуацией серьезно, немного подумал, прикрыл дверь и, понизив голос, начал объяснять, что возможно, через миллион лет портрет Ленина не будет столь распространен, как сейчас, но эту тему лучше с посторонними не обсуждать вовсе, а уж в школе точно не пытаться выяснить данный вопрос у педагогов.

Я завет отца честно исполнил, вот сейчас, более чем через пол века, впервые рискнул вновь обратиться к проблеме ленинской бороды в связи с возможными эволюционными капризами природы, однако должен признаться, что все эти годы некоторая тень сомнений по указанному поводу постоянно присутствовала в моей жизни.

Как-то уже упоминал эту историю, но позволю себе очень кратко повторить. Я взял в конце семидесятых три интервью для «Московского комсомольца» у Сергея Аверинцева, Юрия Манна и Натальи Крымовой. Их публиковать отказались, сейчас абсолютно не имеет значения по какой причине.

А одновременно главный редактор, в то время это был Лев Никитович Гущин, написал несколько огромных «подвалов» под общим названием что-то типа «Вечера с Аллой Пугачевой». И на традиционном ежемесячном собрании журналистов газеты, где обычно подводились итоги и назывались лучшие материалы, все очень хвалили Льва Никитовича и постоянно звучала фраза из его статей, тоже неоднократно там повторявшаяся – «времена Аллы Пугачевой».

В какой-то момент я не выдержал, попросил слова и попытался донести до товарищей мысль, что всё же, видимо, наши времена останутся не под именем прекрасной певицы, а будут связаны именно с теми, интервью с кем остались у меня в столе, то есть с Аверинцевым, Манном и Крымовой.

На меня даже никто не обиделся, включая, надо отдать ему должное, и самого главного редактора, так, отшутились, типа, а что, может, действительно, будем оригинальными и впервые признаем лучшими неопубликованные интервью…

Но в общем, понятно, смотрели на меня больше как на придурка с плохим характером. В том же, что великая Пугачева не сможет и сравниться в будущем для памяти народной с каким-то там Аверинцевым, конечно же, никто не сомневался.

Один из самых известных в мире полководцев, вероятно, делящий второе-третье место с Наполеоном, это Ганнибал. Даже люди мало сведущие в истории обычно могут хоть что-то вспомнить если не о битве при Каннах, то хотя бы про знаменитых боевых слонов, так напугавших римлян.

А между тем, этот великий гений, которого умный его апаша ребенком ещё увез из Карфагена, не имея толком о своей родине никакого представления, много лет во главе всяческих наемников и просто бандитов, в основном испанских, сражался во славу и за интересы этого самого не сильно известного и понятного ему Карфагена. Более ого, зачастую вовсе против воли и даже при прямом запрете самих карфагенян заниматься этим благородным делом.

И в результате великое государство-цивилизация с неплохими историческими перспективы полностью исчезло с лица Земли. То есть, мужик погулял от вольного.

Но был ещё один человек, который, по-моему, только лет в тридцать решил именовать себя в честь знаменитого полководца тоже Ганнибалом и даже добился в жизни каких-то успехов, но вряд ли с их помощью остался бы навсегда в памяти нашего народа. И он так до смерти и не заподозрил, что бессмертье обретет исключительно за счет одного из потомков, вовсе не имеющего никого отношения к военному делу.

Так что, не только сложно, но и практически бессмысленно пытаться предсказать, кто останется в памяти людской или истории человечества и, главное, в каком качестве останется, чем запомнится. В конце концов, кто бы как ни старался и не призывал «забыть Герострата», несмотря даже на законодательный запрет и имя его произносить, ведь на самом деле придурок из Эфеса своего полностью добился. Не двести лет, а уже много более двух тысяч прошло, как его очень хорошо помнят.

И чё?
вторая

Спокойной ночи



До уровня пятидесяти можете не дергаться.

Но будьте бдительны. Остальное - уже совсем наглая разводка.

Она и сейчас разводка, но уровень наглости пока в рамках приличий.

Главное - не переборщить.

Берегите нервы, господа, не дергайтесь.

Вопреки собственным принципам, на этот раз скажу когда.