May 27th, 2016

вторая

Отчет о проделанной работе в рамках несуществующей новозаветной Книги бытия

У нас сегодня в деревне электричество отключили. Это ничего страшного, это, более того, совсем нормально, поскольку в России всё, что находится за границами городов-миллионников, относится к третьей категории энергоснабжения, то есть, по закону может обесточиваться на практике до трех суток.

Однако народ загрустил и нажрался. Серьезно так, по минимум полулитре на брата с серьезной лакировкой красненьким с пивом. И в какой-то момент решили серьезно обсудить, почему Васильев считает Христа не самым умным, но очень в исторической перспективе удачливым раввином.

Ну, степень накала дискуссии, надеюсь, вы понимаете. Если бы каждый не знал точно и несомненно по многолетнему опыту, что Юрич без витой особого закала монтировки в рукаве не ходит и не сильно и долго думает, как ей воспользоваться, то могло кончиться много хуже. А так, всего лишь мирно побазарили.

Впрочем, наибольшее оживление вызвало обсуждение следующей максимы. Основная деревенская интеллектуальная элита выразила принципиальную уверенность, что христианство есть вера в загробную жизнь, а кто против, тот не столь дерьмо, сколь тому тяжело.

Васильев вызверился от тупого массового отечественного обскурантизм и невежества, всех послал очень грубо, но с явной любовью, поскольку приготовленные им цыплята «миньон» с тремя видами специальных к таковому блюду салатов были вкусны чрезвычайно. Что не сильно смягчило нравы и эмоции православных ближнего Подмосковья.

Без смертоубийства обошлось случайно и исключительно по чрезмерному количеству напитков открытого акционерного общества Московский завод «Кристалл».

Слава Богу.
вторая

Суп из топора и без

Кажется, старый уже человек. А до сих пор нередко удивляюсь вроде бы простейшим вещам с детской непосредственностью.

Сегодня на строительном рынке спрашиваю у женщины моих лет, торгующей разной хозяйственной чепухой, нет ли у неё швабры с губкой, но не новомодной, твердой, которую нужно предварительно размачивать, а самой обычной, советского ещё образца. Она отвечает, что сейчас, к сожалению, нет, советует зайти на той неделе.

Уже повернулся уходить и тут в углу вижу в ведре целую кучу таких губок. А это, говорю, что такое. Это, расстроено поясняет продавщица, хозяин случайно по невнимательности завез некомплект, они без палок, вообще непонятно, куда теперь девать. Я удивляюсь, а какие проблемы, дайте пару штук, я палки сам приделаю. Тут удивляется она ещё больше, мол, неужели вы сами сможете?

Так мы и стоим друг перед другом два удивленных человека на седьмом десятке. После чего женщина, быстрее меня поняв, что как-то что-то надо прояснить, примирительно продолжает, уже укладывая в пакет требующийся мне товар:

- Вы не подумайте, ничего такого не имела в виду, просто вот недавно завезли топоры и топорища отдельно, так я две недели их насаживала прямо тут, никто из покупателей не хотел иначе брать, все говорили, что не умеют, даже по виду вполне самостоятельные и работящие мужики, а вы как будто выглядите будто с высшим образованием…»

Да, и ещё на ту же тему. По поводу моей вчерашней заметке об отключении у нас электричества. Уже несколько читателей поинтересовались, как же я тогда готовил еду, если только в печке…

Нет, печки у меня не имеется. Но, пожалуйста, подумайте сами, как в деревне можно приготовить еду и без электричества, и без печки.
вторая

Анамнез, синдром, симптом и диагноз

Крым навсегда наш, российский.

Вот просто интересно. Это специальная нагла мантра, глупость или проявление абсолютного тупого невежества?

А сама Россия, она тоже «навсегда»?

Эдакий уникальный внеисторический мистический феномен? Больше никто, никогда, нигде, а мы такие.

И ещё постоянно вводит в ступор нервической смешливости. «Без России нельзя в мире решить никаких проблем» и «Россия как один из основных факторов международных отношений и современной глобальной экономической системы».

Вообще кто-нибудь из этих клоунов заглядывал в примитивную статистику? Что такое нынче эти сто сорок миллионов убогих аборигенов на фоне происходящего с человечеством?

Это всё мне напоминает старушку, которой в результате множество удачно для неё сложившихся жизненных обстоятельств под конец жизни посчастливилось (и то «посчастливилось» здесь весьма спорное) существовать в семикомнатной квартире в двести пятьдесят квадратных метров на Тверской.

Но даже такие старушки обычно не начинают воображать себя основными акторами цивилизации.

Если, конечно, не совсем ёбнутые.