November 3rd, 2016

вторая

Чего я этими же самыми руками только ни делал…

С большим уважением отношусь к творчеству Владимира Мирзоева и, что бывает гораздо реже, ко многим его взглядам, по крайней мере тем, о которых осведомлен. Но фильм про «Му-му» смотреть не стал, даже когда его по телевизору показывали, уж очень тема от меня далека и малоинтересна. И вдруг неожиданно позвонил человек, из очень немногих, чьим вкусам доверяю, и сказал, что кино будет на сайте «Новой», мол, рекомендую посмотреть, уверен, тебе понравится.

Посмотрел. Понравилось. Правда, не думаю, что понравилось то и так, как имелось в виду и авторам, и рекомендовавшему. Впрочем, это абсолютно неважно, я сейчас хотел сказать несколько слов вообще не об искусстве и не о данном произведении, а просто по одному из смежных поводов.

Сам режиссер в предисловии говорит, что это фильм об этической деградации нашего общества. А в рецензии на кино в той же газете есть такие слова одного из героев, с которыми, как я понял, согласен и автор текста:

«Если человек говорит, что ищет справедливости, от него ждешь соответствующего морального облика. Горите этими идеями, спите на гвоздях, как Рахметов, открывайте швейные мастерские, пускай вам снится то же, что Вере Павловне… Но, оказывается, можно запросто поехать на хату ради десяти оргиастических минут, а потом «этими же руками» браться за руки, чтоб не пропасть поодиночке».

И вот тут мне вспомнился монолог другого киногероя, в последнее время многими повторяемый и приводимый как самый убедительный аргумент:

«Джефферсон — американский святой, потому что написал, что все люди сотворены равными. Во что он явно не верил, раз оставил своих детей подневольными. Богатый сноб, не желавший платить налоги Британии. Он начирикал красивые слова и поднял людей, которые пошли умирать за эти слова. А он сидел, пил дорогое вино и трахал свою рабыню. (Указывает на телевизор с Обамой) Он говорит мне, что мы живем в обществе? Пусть не заливает. Я живу в Америке, а в Америке каждый сам за себя. Америка — это не страна, а всего лишь бизнес. Так что — давай, плати мне».

Не стану сейчас полемизировать по поводу некоторых натяжек и неточностей сказанного, в конце концов это всего лишь эдакая броская декларация умствующего наемного убийцы, она не требует академической точности. Но в принципе всё правильно и верно. И налоги Британии не очень хотел платить, и вино пил не самое дешевое, и рабыню трахал, и вообще по личной жизни грешков и даже грехов имел немало.

Но вот вы знаете, мне почему-то кажется, что более справедливым, эффективным и, самое главное, умным обществом и созданным на его основе государством оказывается не то, что строится на понятиях о жизни и поведении идеальных Рахметова и Веры Павловны, а всё-таки основанное на ущербных в этическом отношении принципах Джефферсона.

Несомненно, не самое нравственное дело спать со своей рабыней и медлить с освобождением собственных, рожденных от неё детей. Но ведь в конце концов там все оказались свободными, не только те дети. И можно издеваться над этим, можно считать наивной благоглупостью, а можно злостным лицемерием, но оно ведь существует, работает и совершенствуется:

«Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью. Для обеспечения этих прав людьми учреждаются правительства, черпающие свои законные полномочия из согласия управляемых. В случае, если какая-либо форма правительства становится губительной для самих этих целей, народ имеет право изменить или упразднить ее и учредить новое правительство, основанное на таких принципах и формах организации власти, которые, как ему представляется, наилучшим образом обеспечат людям безопасность и счастье. Разумеется, благоразумие требует, чтобы правительства, установленные с давних пор, не менялись бы под влиянием несущественных и быстротечных обстоятельств; соответственно, весь опыт прошлого подтверждает, что люди склонны скорее сносить пороки до тех пор, пока их можно терпеть, нежели использовать свое право упразднять правительственные формы, ставшие для них привычными. Но когда длинный ряд злоупотреблений и насилий, неизменно подчиненных одной и той же цели, свидетельствует о коварном замысле вынудить народ смириться с неограниченным деспотизмом, свержение такого правительства и создание новых гарантий безопасности на будущее становится правом и обязанностью народа».

Да, и «давай, плати мне» - это тоже всенепременно.

P.S. А фильм почти никому смотреть не советую. А, может, и вовсе никому.