November 6th, 2016

вторая

Форточка для демократии

Когда перед референдумом о Брексите я говорил, что вне зависимости от его результатов Англия не формально, а по сути и смыслам в любом случае никуда из объединенной Европы не денется, то многие посчитали, что это просто хитрое виляние задом с целью не давать конкретного ответа и иметь возможность потом какую угодно ситуацию объяснить в свою пользу.

Ну, честно признаться, «моей пользы» тут найти и вовсе сложно, однако то, что выход из ЕС действительно оказался не таким простым, как представлялось проголосовавшим за него англичанам, это уже, думаю, стало понятно даже им. И начались самые различные телодвижения, среди которых, например, широко сейчас обсуждаемое решение Высокого суда Лондона о том, что нельзя инициировать Брексит без парламента, принятое по иску двух частных лиц.

Но я сейчас не о сути самого решения, а о реакции на него прогрессивной общественности, прежде всего, естественно, самой прогрессивной в мире, то есть нашей, отечественной:

«Стоит один раз этому массовому избирателю как в Британии проголосовать не так, как ему объясняли борцы с фашизмом, с гендерным неравенством и социальной несправедливостью, как демократия улетела в окошко. Какая демократия? Мы, 3 судьи, по иску парикмахера и банкирши считаем, что вы, английский народ, можете подтереться своим референдумом».

И вы знаете, тут всё правда. И про судей обычно странно называемого у нас в переводе суда, который на самом деле Her Majesty's High Court of Justice in England, и судей куда действительно не избирают, а назначают по довольно сложной процедуре (которая, тем не менее устраивает Англию с позапрошлого века, и если там кто на что и жалуется, то меньше всего на правосудие), и про парикмахера с банкиршей, и про референдум, с результатами которого чисто практически ничего сделать нельзя, как только ими подтереться.

Вот только один вопрос остается. А действительно ли, дико испугавшись всего этого ужаса, английская демократия улетела в окошко?

Пример, который я приведу, естественно, предельно груб, примитивен и в чем-то неточен до последнего перед прямо ошибочным уровня. И всё же принципиально он верен и достаточно нагляден.

Моя аудиосистема состоит из шестнадцати блоков, не считая очень сложных проводов и кросс-коннекторов. А самая дорогая часть этой системы – так называемый «транспортник» СD «Меридиан-500», он ещё в прошлом веке около четырех тысяч долларов стоил и действительно штука великолепная. И вот моя семья вдруг по какой-то причине проголосует за что, чтобы отсоединить «Меридиан» от системы, пусть работает самостоятельно и в другом месте.

Возможно ли это в принципе? Я сейчас не говори о целесообразности или вообще каком-либо смысле данной операции, а лишь о чисто технической возможности. Да, конечно, она имеется. Надо просто взять и вытащить из транспортника все провода. После чего и он сам, и вся система перестанут функционировать. Ну, то есть совсем, на сто процентов. Поэтому требуется, во-первых, всё перекоммутировать, во-вторых сделать это в оптимальной последовательности, а, в-третьих, докупить, смонтировать и подключить ещё некоторое количество дополнительного оборудования, чтобы и транспортник, и остальная система смогли работать автономно.

Опять же, в зависимости от того, сколько сил и денег я потрачу, будет это всё работать хуже, чем раньше вместе, так же, или даже в идеальной (но во всем, понятно, кроме финансов) ситуации лучше. Но без этого в любом случае не будет никак.

Однако здесь речь всего лишь о том, будет ли играть в квартире музыка и какого качества. А если подобным образом ставится задача разъединить и автономизировать две какие-то жизнеобеспечивающие системы, от нормальной работы, да и от работы в принципе, зависит существование людей, то попытка волевым решением по результатам голосования тупо выдернуть провода может закончиться, да что там «может», неизбежно закончится, мягчайше говоря, не очень хорошо.

Но моя семья, проголосовав за отключение «Меридиана» все эти нюансы не слишком просчитала, да и не могла, поскольку знаний и опыта маловато. А просто несколько раз ставили некоторые её наиболее неуклюжие члены себе синяки на бедрах, когда наталкивались на стойку с транспортником, вот и поддались эмоциям, убрать, мол, эту гадость к чертовой матери, только под ногами путается.

Когда же я принялся всерьез готовиться к этому процессу рассоединения и коммутации, когда одновременно начал составлять смету работ, то кое-кто стал кое-что соображать и пытаться найти какие-нибудь процедурные зацепки, чтобы смягчить последствия собственной глупости.

В результате, естественно, «Меридиан» никуда не делся. Ну, передвинул я стойку с ним немного в сторону и поменял на полках местами с ЦАПом, который повыше, но зато поуже. Таким образом и система осталась работоспособной, и счастливая семья с радостным единодушием приняла решение считать произошедшее выполнением проявленной при голосовании воли народа.

А демократия при этом никуда не делась. Хотя форточка была открыта настежь во исполнение решений уже другого, отдельного и специального референдума.
вторая

О, дайте, дайте мне свободу

Вот любопытный чисто филологический феномен.

Лет двадцать, если не больше, одним из самых употребительных выражений было «демшиза». Причем, его в совершенно разных, причем иногда вплоть до абсолютно противоположных, контекстах и с разными, тоже зачастую противоположными интонациями, употребляли все, кому не лень, вне зависимости от политических или каких иных подобных воззрений.

Но прелесть в том, что слово существовало, а никакой «демшизы» на самом деле и в помине не было. (Я даже в свое время написал на данную тему довольно обширное и подробное исследование от имени этой самой несуществующей демшизы). Просто классический перевертыш древнего советского анекдота про Вовочку, который удивлялся, что жопа есть, а слова нет.

Однако прошло совсем немного времени, и всё встала на свои места. Слово практически исчезло, во всяком случае я лично уже довольно давно его в массовом информационном поле не встречаю. А при этом самой демшизы расплодилось немерено.

Райкин фрондерствует против ксендзов, которые искусство обижают, Учитель возмущается проверкой на тему оскорбления святынь, кто-то припоминает князю Владимиру, как он Рогнеду изнасиловал, кому-то памятник просто чисто эстетически не нравится, а тут уже вообще озверели, начали Поклонскую укорять, что она Чацкого с Суворовым перепутала… Нет, так вроде и ничего, но вот, что сука, Грибоедова плохо знает…

Да, кстати, а знаете кто был первым в истории, удостоившимся звания демшизы? Когда Калигула привел Инцитата в сенат, Гай Луций Лонгин начал возмущаться, что коню недостаточно хорошо перед этим вымыли заднюю левую ногу. Тогда-то император и заметил сенатору, ну, ты, мол, прямо совсем демшиза какая-то!

Но ногу коню велел домыть до конца.