December 18th, 2016

вторая

Жизнь не сахар

Последний комендант Зимнего дворца, особа, приближенная к Императору, генерал-майор Владимир Николаевич Воейков, кроме всего прочего (а прочего было немало, например, он был первым почётным председателем Российского олимпийского комитета), весьма успешно занимался хозяйством на территории весьма обширного наследственного имения с центром в селе Каменка на реке Атмис , это километров семьдесят пять от Пензы.

И ещё в начале прошлого века ему пришла в голову идея поставить там сахарный завод. Мысль, надо сказать, более чем естественная, соответствующей свеклы полно, а ничего перерабатывающего в округе не имелось. Но претворение планов в жизнь сначала затягивалось по каким-то не совсем понятным причинам, хотя многие подготовительные работы к тринадцатому году были уже выполнены, а потом случились известные события, и всем стало не до того.

Однако идея не умирала по своей очевидности. К её реализации вернулись в конце пятидесятых, когда Каменка уже стала городом, и принялись возводить предприятие. И опять что-то постоянно шло не так. Но к семьдесят пятому всё-таки справились, завод запустили. Между прочим, по тем временам крупнейший и современнейший в стране среди подобных.

Казалось бы, не должно быть никаких проблем, хорошего сахара (а он там действительно хороший) в СССР никогда не ощущалось переизбытка, качественного сырья навалом, но по каким-то непонятным причинам Каменский сахарный к началу девяностых уже еле сводил концы с концами.

Потом катастрофа, Союз накрылся, предприятие вовсе практически разорилось, его акционировали, приватизировал, короче, всё по понятиям. Я сейчас относительно структуры собственности особо входить в подробности не стану, там черт ногу сломит, учредителем ООО «Атмис-сахар» является как бы областное управление госимуществом, но более 90% акций принадлежат французскому холдингу «Сюкден», это такие ушлые ребята, которые ещё в начале девяностых стали крупнейшим импортёром сахара в России, а уже в середине десятилетия принялись скупать по окрестностям обанкротившиеся сахарозаводы.

А при том, что на протяжении всех этих лет в данной истории постоянно мелькали всякие бланковые наименования, типа «Банк Москвы» или фамилии, типа Кирсан Илюмжинов, то, надеюсь, понятно, что туда мирному гражданину лучше не соваться.

Так что ограничимся самым наглядным – уже названные ООО и холдинг.

И тоже, вроде, всё должно быть чрезвычайно успешно, да, собственно, никаких видимых серьезных проблем и не возникало, но почему-то последние годы с прибылью получалось не очень, где-то там что-то потихоньку растворялось, сахар всё-таки, и зашел разговор о многомиллиардном кредите.

Опять же, из каких точно источников кредитование, подо что и на какие цели – довольно мутновато, но, на фоне остального, вроде вполне в рамках приличий. Денег дали и денег взяли. Начали устанавливать какое-то дополнительное современное оборудование.

Устанавливалось оно как бы и ничего, но с постоянными мелкими сложностями. Даже очень мелкими. Но уж очень постоянными. Приехал из Москвы менеджер-француз. Попытался разобраться. Получилось у него это несколько неловко. Затянуло руку в транспортер и оторвало вместе с плечом и ключицей. Но пока жив, даже удалось переместить из местной в центральную больницу Пензы, однако понятно, что счет идет если не на минуты, то на часы. Нужно срочно в Москву, а то и дальше.

И руководство холдинга не находит лучшего решения, как послать за несчастным частный самолёт. Но заказывает его не ближе, чем в Штутгарте. А раз тот летит из-за границы, то должен пройти дополнительный таможенный осмотр в Домодедово. Проходит. Всё как будто на грани, но пока ещё не за ней. Взлетели. Но через несколько минут вернулись. Умер пилот. Вот просто так взял и умер на взлете…

Это не завязка какого-то идиотского авантюрно-детективного романа. Даже для моей извращенной постмодернистской фантазии крутовато. Просто жизнь. Ей неведомы проблемы борьбы с дурным вкусом за строгость и чистоту стиля.
вторая

И ещё немного о исторической географии.

Этот мир убог и тесен,
Зол и мне не интересен.
Не творца произведенье, а убогое дерьмо.
Но, что делать, при раздаче
Мне не выпало удачи,
И другого экземпляра на получишь всё равно.


Иркутск тоже очень интересный город. Я не шучу. Бывал в юности частенько, получал большое удовольствие.

Там сейчас уже, по-моему, с десяток человек умерло, и продолжают подвозить новых пострадавших. Напились «Боярышника». Причём какого-то особенного, что добавляют несколько капель в ванну, и там на пузырьке большими буквами написано, что внутрь нельзя категорически.

Но не торопитесь клеймить спившихся алкашей, у которых совсем крыша поехала. Тут не всё так, как кажется.

В прошлом году там серьезно пострадало человек пятьдесят, с десяток тоже не смогли откачать. Они пили какое то, купленное за бешеные деньги в самых престижных магазинах, коллекционное виски одной из самых известных в мире марок.

К чему я всё это, собственно? Нет никакого смысла снобствовать и выпендриваться. Результат совершенно одинаков. Главное – жить в Иркутске и не морочить себе голову.