February 24th, 2018

вторая

Пустое

Некоторые старые опытные летчики, с которыми мне довелось общаться в юности, обычно начинали улыбаться, когда в их присутствии кто-то особенно восторженно начинал говорить о их современнике Валерии Чкалове. Они-то знали, что самолет тогда до Америки вел в основном Георгий Филиппович Байдуков, которого уже мало кто помнил, а вся слава досталась Чкалову. А самым лучшим летчиком вообще был Михаил Михайлович Громов, которого не пустили лететь первым под надуманным предлогом.

Но улыбались мягко и без всякой претензии к самому Чкалову. В том, что он был человеком героическим и выдающимся, ни у кого сомнений не возникало. К тому же погиб молодым, в то время, как большинство его сотоварищей по тем рекордным перелетам дожили до почтенных лет и больших чинов. А уж как там впоследствии распределяется gloria mundi, это дело не главное.

Но это всё так, исключительно к слову, можете сразу забыть. Я, собственно, сейчас больше об Алексее Серебрякове. То, что он сказал, не слишком ново и не слишком мудро. Не великий интеллектуальный прорыв. Некоторые, если не сказать многие, излагали подобное давно, формулировали гораздо изящнее, подробнее, тщательнее, ну, то есть со всех сторон и по всем параметрам просто лучше. Однако все лавры достались актеру. И вызверились почему-то именно на него. Отнюдь не политического борца, не выдающегося нонконформистского диссидентствующего мыслителя, не народного трибуна, а всего лишь довольно простодушного искреннего человека, которого достало происходящее и появилась возможность публично поделиться своими ощущениями. Эта публичность удалась, и стая среагировала великолепно

Хотя вариант реакции как раз оказался более чем стандартным. Типа «ислам – самая мирная религия, а кто сомневается, того взорвем к чертовой матери». И это отнюдь не изобретение мусульман, упомянул только самое близко лежащее и первое пришедшее в голову. Методика разрабатывалась практически не одно тысячелетие, тут все приемы отточены до предела. Человек сказал быдлу, что оно хамское и наглое, а быдло в ответ начало хамски и нагло травить сказавшего, утверждая, что это не так.

Но и это тоже можете забыть, я сейчас вовсе о другом. Сижу утром, как обычно пью кофе и, как столь же обычно, слушаю в фоновом режиме обсуждение Серебрякова в ящике консерваторами и либералами. А что такое консерваторы и либералы в отечественном публичном информационном поле? Первые утверждали, что Алексей сволочь, предатель и идиот, которого надо предать остракизму, а по возможности и вовсе уничтожить эту подлую гниду. А вторые соглашались, что, конечно же, и сволочь, и предатель, и идиот, и даже, скорее всего, подлая гнида, но не такая уж опасная и зловредная, потому можно оставить его в покое и просто о нем забыть.

Кофе закончился, сигарета докурена, и я уже, было, потянулся к пульту, собираясь выключить и заняться своими делами, как вдруг услышал, как до того очень оживленно и эмоционально спорившие оппоненты неожиданно в чем-то пришли к полному согласию. От удивления сосредоточился и через некоторое время понял, где оказалась точка консенсуса. «Все мы должны быть достойны памяти наших отцов и дедов!»

Оба-на! И вот тут я реально задумался. А я-то лично должен? Вообще, если честно и серьезно, то у меня к моим предкам особых претензий нет. И родители, и деды с бабками были, в моем понимании, достаточно приличными людьми, прожили вполне достойные жизни и ничего такого уж очень мерзкого не натворили. Оставим даже в стороне родственные чувства. Но объективно во многом достойны уважения. Однако, должен ли я быть достойным их памяти, может ли это для меня являться основной, фундаментальной целью и задачей по жизни? Не знаю, не уверен.

Но вот в чем уверен точно, что это сугубо мое личное дело. И с ним мы с моими предками сами разберемся, если есть Тот свет и там встретимся, или я сам разберусь с самим собой здесь, поскольку больше никого не осталось. Так что, сюда никому лезть не надо, вас не касается.

Однако я не хочу, чтобы создалось впечатление, будто намеренно лукавлю, снижая тему. Потому, что ведь понятно, когда разговор заходит о памяти предков, то речь не о чьих-то конкретных, а о тех поколениях, которые создали эту страну, и родили и воспитали тех, кто её нынче населяет и благодаря кому она то, что сегодня имеется. Должны ли мы быть достойны их памяти?

И вот тут я могу ответить более конкретно. Нет, я точно не должен и категорически не желаю. Более того, считаю, что они совершенно не достойны памяти, которой мне хотелось бы быть достойным. Если отбросить все частные и личные нюансы, то нынешняя толпа свихнувшихся агрессивных истеричных садомазохистов, составляющая подавляющее большинство населения государства, является порождением и результатом жизнедеятельности именно этих «отцов и дедов» и ничем иным, занесенным их космоса.

Что, естественно, не снимает ни с кого и индивидуальной ответственности. Но когда король в «Обыкновенном чуде» говорит: «Предки виноваты! Прадеды-прабабки, внучатые дяди-тети разные, праотцы, ну, и праматери, угу. В жизни вели себя как свиньи последние, а сейчас я расхлебывай их прошлое», так и хочется ответить, что это твои предки, тебе и расхлебывать, чего жаловаться. Хорошо хоть понимаешь, насколько они были свиньями.

Всё остальное в твоих руках.