October 30th, 2018

вторая

Попал под лошадь

Эта в данной ситуации тупая, про лошадь, и неуместная до полной жестокой бесчувственности фраза неизбежно здесь первой приходит в голову.

Я совершенно не знал Никиту Развозжаева и как человека, и как журналиста. Впрочем, судя по тому, где и в какие времена он работал, если бы и знал, то, скорее всего, мне это не доставило бы большого удовольствия. Но вся подобная чепуха, относящаяся лично ко мне или ещё к кому-то или чему-то, тут абсолютно не имеет никакого значения. Есть простейшие, очевидные и общеизвестные факты.

Двадцатипятилетний юноша закончил журфак Саратовского университета, какое-то время проработал на местном телевидении и два года назад переехал в Москву корреспондентом на федеральный канал. Вполне блестящая и многообещающая судьба и карьера. Но здесь произошла какая-то сугубо личная трагедия, и он совершил самоубийство. По всем признакам никак не связанное с профессиональной, политической или какой иной подобной деятельностью.

Особой телезвездой он стать не успел, но всё-таки человек достаточно медийный, потому вполне естественно, что об этом сообщило множество агентств и средств массовой информации. И в какой-то момент, подумав, что это у меня какая-то аберрация зрения, я собрал все доступные в интернете, несколько десятков и разом перечитал. Так вот, в каждом, подчеркиваю, в каждом без единого исключения, во всяком случае я такого не обнаружил, это была новость о том, что погиб журналист, которому в прошлом году на День десантника в прямом эфире какой-то пьяный хулиган ударил по физиономии. В подавляющем большинстве текстов называлась и фамилия ударившего.

Повторю, к смерти человека это не имело абсолютно никого отношения. Но оказалось и главное, и практически полностью достаточное, всё, что читателю требуется знать и о покойном, и о происшествии. Коллеги поставили корреспонденту весьма своеобразный информационный памятник. Вот таким образом и в таком виде он теперь вошел в историю.

Я не знаю, какие мозги и какую душу нужно при этом иметь. Моему уму непостижимо.
вторая

Ровесница

У моей жены есть такая стандартная шутка. Возможно, не слишком остроумная, но она ведь ни на что особо не претендует, так, для внутрисемейного пользования, без особых изысков, зато надежно и удобно.

Пользуется она ей в следующих ситуациях. Когда я занудно и, возможно, излишне подробно в течение длительного времени излагаю свои мысли о чем-то, представляющемся мне достаточно важным, но явно не имеющем прямого отношения к происходящему за окном и затрагивающему нас непосредственно, например, о каталонской автономии, грузинских реформах или президенте Мадуро. И тут вдруг подходит жена и говорит, мол, ну, вот, я так и знала, что тебя постоянно и очень внимательно читают на самых влиятельных верхах, скажем, в той же Испании. Это значить, что-то там случайно произошло такое, что согласуется с моими настойчивыми пожеланиями и рекомендациями. Короче, очень смешно.

Вот и вчера. Приблизилась со словами: «Васильев, похоже Меркель всё-таки тебя слушается…» Я, честно говоря, сразу понял, о чем речь. Дело в том, что уже лет пять как я нередко и, возможно, несколько навязчиво упоминаю, что матушка Анжела сделает большую ошибку, если затянет свое правление. При всех мыслимых оговорках. Что я лично к ней очень хорошо отношусь. Что искренне считаю её одним из самых, если не самым, опытным и умным среди современных политиков. Что канцлер в Германии — это вообще вовсе не то, что президент или любой другой вождь любого названия в России. И при ещё бесчисленном количестве прочих подобных нюансов. Тем не менее. Следует держать себя в руках и не портить впечатления, что неизбежно при слишком большом сроке.

Потому при первых словах жены я понял, что произошло. И действительно. Меркель, конечно, не подала в отставку, но то, что сделала, смысл имеет однозначный. Это её последний срок. Она уходит. Я не стану подводить итоги деятельности, и времени ещё достаточно, и без меня это сделают многие предельно тщательно. Хочу лишь отметить несколько личный и частных моментов.

Прежде всего, приятно, что не разочаровала. Всё-таки умница эта пасторская дочка, хоть и комсомолка. И поняла, и, думаю, ощутила, что не только время её заканчивается, но и в принципе высшие приоритеты сменяемости власти слишком ценны, чтобы с ними шутить и фокусничать. Это не просто поступок, это истинное проявление сути.

Второе, следует учитывать, что тут существует одна не самая приятная закономерность. Америке после Рузвельта повезло. Но после Черчилля один раз пришел Этли, а другой и Иден. Де Голлю унаследовал Помпиду. Тэтчер оставила Англию Мейджору. Рейгана сменил старший Буш. Разные были преемники, не хочу никого обижать и причесывать под одну гребенку. Но, положа руку на сердце, подозреваю, что следует согласиться с определенным понижением уровня. Всё же, как констатировал классик, песок – неважная замена овсу. Как-то так получается, что сильным лидерам не слишком удается подготовить смену. Это иногда не очень приятно и даже огорчает, но в том и смысл эффективных государственных институтов, чтобы такое огорчение не превратилось в катастрофу.

И третье, я не то, что надеюсь, а практически уверен, что в связи со всем этим крайне правые в Германии к власти не придут. Да, не только Европа, но и большая часть мира в целом несколько пошли вразнос и условный трампизм широко шагает по планете. Однако некоторые силы и мозги ещё остались, а в том, что значительная часть и тех и других сосредоточены нынче именно в ФРГ, считаю, немалая заслуга в том числе и Ангелы Доротеи.

И вообще, хорошая баба. Её будет не хватать.