November 24th, 2018

вторая

Ромул и Рем

Я, видимо, не самый лучший и последовательный либерал и гуманист. Да, что там лицемерить и кокетничать, совсем дерьмовый либерал, а уж по поводу гуманизма и вовсе говорить неудобно. Понимаю, что извинить или оправдать меня тут не может ничто, но, возможно, грех хоть немного если не искупает, то объясняет искренность и абсолютное отсутствие желания иметь сторонников с последователями.

Якобы народ в Омске изъявил желание назвать аэропорт именем Егора Летова. И тут я изначально должен категорически заявить, что мне глубочайше плевать, что кто и во что в этой стране будет именовать и переименовывать. Желательно, конечно, не трогать мои собственные имя с отчеством и фамилией в документах, но если даже и до этого дойдет, то я как-нибудь приспособлюсь и найду способ не обращать внимания.

Но с Летовым ситуация совсем в другом. Почему-то, по каким-то глубинным и не совсем понятным мне причинам власти в данном случае решили воспрепятствовать проявлению народной воли и устами некоторых чиновников принялись отзываться о Егоре не слишком уважительно. И вот тут истинные, в отличие от меня, либералы, немедленно объявили Игоря Федоровича нетленным символом духа свободы, а любых посмевших в том усомниться сочли покушающимися на эту самую свободу. Оказывается, теперь, в связи со случившимся, Летов – это наше всё, почти как Цой, а Мединского, назвавшего Егора «маргиналом», надо расстрелять.

Некто Дмитрий Кузнецов, выступающий под именем моей любимой собаки Хаски, поехал в гастрольный тур по России. Опять же по непонятной и неизвестной мне причине (но, поскольку именно по ней происходит подавляющее большинство событий на моей родине, я эту оговорку далее употреблять не стану) силовики повсеместно начали вставлять гастролеру палки в колеса, лишая сценических площадок. Парень вызверился и после очередной ментовской пакости устроил концерт прямо на крыше чьей-то машины. Зв что уже как будто получил двенадцать суток по мелкой хулиганке. И тоже немедленно был гуманной либеральной общественностью провозглашен «истинным голосом улиц», «символом протеста предместий и окраин», короче, очередным героем борьбы против преступной власти.

Я тут опять же не в виде дискуссии или приглашения к ней. Мне по барабану. И вопрос о расстреле Мединского здесь тоже рассматривать не хочу по полному к тому безразличию. Исключительно по сути моего личного и предельно субъективного отношения к упомянутым жертвам режима.

И совершенно не имеет значения, как я отношусь к творчеству Летова и Хаски. То есть, некоторое, конечно, имеет, о чем ниже упомяну. Но в данном конкретном случае я чисто и не могу упрекать себя в пристрастности из-за того, что это панк-рокер и рэпер, а не, например, джазист и композитор-минималист.

Для меня в данном контексте Летов это прежде всего человек в ряду его товарищей, единомышленников и соратников Баркашова, Анпилова, Дугина, Лимонова и им подобных. Кстати, интересующимся могу порекомендовать очень любопытный текст последнего под названием «Красный Егор» из «Книги Мертвых».

А Хаски это выступавший в ДНР друг Суркова, Прилепина и Моторолы, собиравшийся вступать в «народное ополчение» и драться за «русский мир». И заниматься выяснением, почему там у них возникли какие-то стилистические разногласия с, несомненно, социально близкими им властями, у меня нет никакого интереса и желания.

Лимонова вот, например, прияли в «свои» и признали, даже колонку дали в «Известиях», к нему больше фундаментальных претензий нет, с Летовым и Хаски пока, похоже, что-то не сложилось, ну, так это их внутренние разборки. Я-то тут причем?

В тридцать четвертом году по приказу Гитлера был расстрелян один из самых деятельных, эффективных и талантливых его сторонников и основателей партии глава штурмовиков Эрнст Рём. Среди прочего, если и не слишком сильно официально обвиняемый, то достаточно явно подозреваемый в гомосексуализме. И что, по этому поводу я должен с уважением признавать его героем борьбы за права сексуальных меньшинств против гомофобского фашистского режима?

Мне, конечно, могут возразить и даже с большой долей упрека, что странно всё это слышать от человека, одним из самых любимых композиторов которого является Рихард Ванер. Мол, всё-таки не совсем честно, если бы Летов с Хаски писали (в моем, естественно представлении – А.В.) музыку вагнеровского уровня, я бы не был столь однозначен и принимал бы это в расчет.

Не стану оправдываться, тем более, что и начал с того, насколько осознаю, что нет мне оправдания. Замечу лишь единственное. Без всяких проблем и посторонних примесей, а исключительно с наслаждением могу слушать музыку Вагнера. Понятно, что в хорошем исполнении. Однако, если бы милейший, но довольно своенравный баварский «сказочный» король Людвиг II в связи со всей той историей про постановку «Парсиваля» и Германа Леви, взбесившись от шизофренических капризов великого композитора, приказал бы его арестовать или даже расстрелял, я бы по этому поводу не сильно плакал. И не провозглашал бы Вагнера жертвой режима и героем борьбы за свободу творчества с кровавым немецким монархизмом.

Да, ещё раз перечитал, совсем паршивый либерал получается. Даже совестно…

Вру. Нет.