December 20th, 2018

вторая

В янтаре

Время не идет и даже не бежит. Оно протекает сквозь пальцы из наших жалостливо сложенных ладошек, мы судорожно пытаемся, нет, не удержать, понять бесполезность этого ума хватает, но хоть немного замедлить течение, однако результат прямо противоположен усилиям. Руки устают всё больше, держат всё хуже и время уменьшается всё быстрее.

«Как будто вчера» перестало быть образом и преувеличением. В самом прямом смысле вчера ты стоял в мерлушковой шубке в казавшемся бесконечным заснеженном дворе и мечтал, что скоро на главную площадь привезут и поставят большую елку, на ней будут волшебно пахнущие мандарины в золотой бумажке, а на следующий год ты пойдешь в школу. А потом пришел домой и сладко заснул. И вот проснулся. Здравствуйте. Доброе утро.

Но это всё возрастная туповатая сентиментальность. Я сегодня хотел о другом, много более приземленном. Тут уже даже не вчера, а почти сегодня до обеда было начало нулевых, Путин у власти всего года два-три, экономика вместе с нефтью растет немыслимыми темпами, у нового вождя всё получается с фантастической легкостью и удачливостью, и либералы несколько приуныли. Они так прикинули кое-что к носу и мудро решили, что, пожалуй, на ближайших выборах в четвертом году им с подполковником ничего не сделать. Потому особо и напрягаться не стоит, надо сосредоточиться на следующей кампании.

Это называлось то ли движение, то ли объединение, то ли ещё что-то «2008» и казалось чрезвычайно перспективным. Хотя некоторые их упрекали, что нельзя откладывать борьбу с чекистами за власть столь надолго. Но они, прозорливые, объясняли, что в политике надо быть реалистами, лучше поздно, чем никогда, и вот отработает Путин свои положенные по Конституции сроки, шансов у него на продолжения власти больше не останется, тогда и придет наше время. Обо всех тех замечательных идеях почти никто уже и не помнит, даже в интернете следов почти не осталось. А ведь самые серьезные люди работали с полной отдачей, какие-то чуть ни съезды собирали, трудились в поте лица на будущее благо родины.

А уже сегодня и вовсе после обеда оживленно дискутировали по поводу выборов двенадцатого. И когда я осмеливался сказать, что Путин в любом случае навсегда, а хоть малейшая попытка ему помешать может заключаться в подготовке каких-то действий года двадцать четвертого, на меня презрительно шикали и утверждали, что только такой ленивый и пессимистичный дурак, как я, может оперировать подобными сроками.

Тоже забыли не менее прочно и окончательно. Как в том древнем анекдоте про переход евреем советской границы: «Никто уже никуда не идет». Я не только и не просто оказался прав, но уже и малейшие сомнения в вечности и незыблемости подполковника превратились в смешную пошлость. Да, а мы разве говорили что-то другое? Не может быть, это же настолько очевидно…

И вот снова сидит отец и учитель, рассказывает стране, что нас не любят и ставят нам палки в колеса потому как Россия всё более могучая и процветающая, которую завтра ждет великий рывок в светлое будущее.

И нарядят ёлку. И школу уже начнут заканчивать внуки. Только мандарины больше так не пахнут.