?

Log in

No account? Create an account

Январь, 9, 2019

Со мной, видимо, и далеко уже не первый раз, злую шутку сыграло, несмотря на желание быть предельно кратким и конкретным, не очень большое умение оставаться таковым, если хочется донести свою мысль наиболее доходчиво. Особенно, когда не очень представляешь своих читателей, относительно которых у меня порой возникает и не совсем уж необоснованное подозрение, что часть из них в силу возраста, круга интересов и ещё множества причин, мягко говоря, имеют не очень полное представление о минувших событиях, не только исторических, но и несколькодесятилетней давности, которые для меня кусок собственной жизни, а для них что-то такое смутное в непонятной дымке времени.

И получилось, что, исписав столько страниц, что они даже не уместились в один пост, пришлось разбивать на две части, я, возможно, и нарисовал какую-то картинку на тему, для кого-то, вероятно, чем-то и полезную, но так, похоже, и не смог донести одну единственную простенькую мысль, ради которой, собственно, всё и говорилось.

Судя по немногочисленным, но достаточно характерным комментариям, моя реплика была воспринята как очередное высказывание на тему истинных причин и горьких последствий ввода советский войск в Афганистан. Но в том-то и принципиальный смысл, что меня совершенно не интересуют все эти высокомудрые теории и глубокомысленная аналитика. Неизбежно ли расширение любой империи до своего предела с последующим крахом. Существовал ли и осуществлялся ли таким образом совместный заговор ЦРУ и КГБ по уничтожению советской армии и последующему развалу СССР. Обнаружила ли что-то такое потрясающе ценное в недрах Афганистана геологоразведка, что заставило глобальные всевластные корпорации положить глаз на этот регион и устроить там заваруху ради своих корыстных подлых целей. Явилось ли всё это частью тщательно спланированной акции мировой наркомафии по созданию принципиально новой международной системы производства и транспортировки героина. И ещё множество подобных самых серьезных и увлекательных вопросов до сих пор не существует, но и весьма активно будоражит воображение большого количества умнейших и прозорливейших людей.

Но, к сожалению, мой уровень интеллекта недостаточно высок и не позволяет мне на равных участвовать в обсуждении такого рода фундаментальных тем. Я по своей душевной и умственной простоте могу лишь делиться мнениями и впечатлениями от известных мне простейших фактов, или тех, свидетелем которых был лично, или полученных из источников, не вызывающих по совокупности причин у меня большого сомнения.

И вот что я сам видел и чувствовал и только о чем, собственно, хотел сказать. В семьдесят шестом я заканчиваю институт. К этому времени уже лет пять как женат, давно зарабатываю на себя и семью, живу самостоятельно даже по мере сил пытаясь помогать родителям, короче, не совсем уж мальчик. Но, с другой стороны, мне только исполнилось двадцать два, здоровья и сил с избытком, в любом случае в какой-то степени начинается новая жизнь и я проявляю к ней естественный интерес молодого человека. В области этого интереса входит очень многое. Но, следует признать, что вопросы политики и идеологии далеко не в первую очередь. Я с раннего детства всё прекрасно понимаю про советскую власть, не запятнал себя членством не то, что в комсомоле, но даже в пионерской организации, однако ничего особо диссидентского в сердце и мозгах не имею. Воспринимаю окружающее как данность, к которой требуется не то, что приспособиться, но сосуществовать, желательно параллельно и не сильно соприкасаясь, стараясь минимизировать возможный взаимный ущерб.

Я начинаю преподавать в школе, собираю библиотеку, коллекционирую редкие книги и иконы, одновременно и неизбежно, как это тогда называлось, «спекулируя ими», потом начинаю поиски более приемлемой для себя профессии, пишу роман и рассказы, какие-то литературоведческие работы по творчеству Достоевского, изо всех сил пытаюсь найти доступ к очень в то время скупым информационным потокам, прежде всего относящимся к современному мировому искусству, в том числе просто к той литературе, которую сейчас читает человечество и которая в Союзе мало доступна. Но, ещё раз повторю – возраст, характер, физическое состояние и уже появившиеся некоторые материальные возможности. Всё это позволяет заниматься перечисленным выше на фоне спиртного, девушек и ещё множества самых легкомысленных развлечений без малейшего, как тогда казалось ущерба для составляющих. Я мог с работы поехать ужинать в «Прагу», там ужин танцы и веселое общение, потом на всю ночь играть в карты к Петьке на Неглинку, утром завтрак в «Будапеште», снова на работу, после которой в «Софию»… И так суток четверо-пятеро без перерыва и малейшего желания поспать, ну, может, максимум на несколько минут где-то сидя прикорнуть, что, впрочем, совсем не обязательно. Красота, кто понимает.

Я к чему все эти трогательные воспоминания? Не чтобы самого себя подразнить и нагнать тоски по молодости, а просто хочу наглядно пояснить, насколько мне тогда многое было безразлично, в том числе хоть что-то типа Афганистана. Нет, я, конечно, имел общее представление и о стране, и о регионе, он входил, как территория между Индией и Междуречьем в круг моих исторических интересов, но о современном там положении это представление было так, достаточно общее. Была неплохая монархия, не так уж и давно её сменил относительно диктаторский и слегка радикальный режим крайне условно мусульманско-социалистического толка, однако достаточно стандартный для мест того времени и толка, всё же по кровавости и закидонам национал-фашистского типа не достигающий высот семейства Дювалье, ещё тогда весьма памятных, или каких-то экзотических африканских режимов. Но в принципе Афганистан этот совсем на периферии сознания и внимания, если бы кто в обычной беседе тогда о нем стал много и подробно говорить, то посмотрели бы с явным удивлением и вряд ли смогли бы поддержать тему.

И вот в семьдесят восьмом там происходит революция и не просто, а почти сразу нашей страной поддержанная как «прогрессивная и социалистическая». И партия там к власти приходит по сути конкретно марксистская, иногда даже именуемая марксистско-ленинской, куда уж дальше. Братский афганский народ, становящийся на светлый путь строительства социализма выходит не первые полосы центральных газет и в главные сюжеты программы «Время».

Тут опять вынужден сделать небольшое отступление, которое, очередной раз, видимо, пойдет во вред краткости и четкости композиции моего текста, но без которого, боюсь, читателям более поздних поколений будет не совсем понятно, что я имею в виду. Когда Виктор Суворов высказал мысль, что Сталин хотел первым напасть на Гитлера, но тот просто его опередил, то многим это показалось ужасной клеветнической крамолой и все бросились с ним яростно спорить. Но для меня, родившегося в пятьдесят четвертом, и для моих сверстников, я уже не говорю о родителях и дедах, тут не надо было никаких особых дополнительных аргументов, и мы это восприняли абсолютно естественно, даже не очень понимая, по какому поводу такой истерический шум. Да, я сам не жил в тридцатые. Но воспитаны мы с самого раннего детства были все же в основном на «Трактористах» и всём подобном, а по праздникам за столом даже в самой рафинированной интеллигентной компании после первого литра кто-нибудь всё равно в конце концов заводил: «Гремя огнём, сверкая блеском стали пойдут машины в яростный поход, когда нас в бой пошлёт товарищ Сталин и Первый маршал в бой нас поведёт!» (причем именно в таком варианте, а не в более позднем исправленном хрущевском). Предвоенное настроение и ощущение неизбежности и праведности «яростного похода» было для всех нас абсолютно органично. Да, конечно, «чужой земли мы не хотим ни пяди», но ведь не для себя же, не из корысти, как империалисты, а надо воевать «чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать». Конечно же, страна готовилась к войне, остальное мелкие нюансы и смешно на эту тему спорить, тем более возмущаться.

Очень похоже и по поводу «расширения социалистического лагеря». Столь же в штыки была встречена мысль того же Суворова о изначальном и постоянном желании Советского Союза распространить свое влияние на весь мир. На форзаце первого в моей жизни учебника истории, это было в пятом классе, размещалась карта. И там нарисовано по годам, как этот самый «лагерь» увеличивался. Сперва мы были одни в кольце врагов, потом с годами все больше идеи социализма захватывали страны и континенты, кто-то непосредственно, формально и официально входил в благородную компанию, кто-то так, несколько бочком в виде «третьего мира» и «неприсоединившихся», но сам по себе процесс представлялся естественным, исторически неизбежным и не таким уж фантастически отдаленным. Так на учили и воспитывали. Всех без исключения. Другое дело, кто из этого впоследствии делал какие выводы и как к ним относился. Но общая тенденция именно такова. Были, конечно, изредка какие-то мелкие внутренние конфликтные неувязки, типа китайских или югославских, но на ситуацию в целом это никак принципиально не влияло. Сталин и Мао слушают нас! Куба – остров свободы. Количество социалистических стран под руководством коммунистических партий, может быть не так быстро, как хотелось бы, но неуклонно возрастает, а капитализм обречен. И победа «социалистической революции» в любой стране с приходом к власти партии марксистского толка автоматически воспринималось в СССР подавляющим большинством населения совершенно вне зависимости от их внутренних там особенностей и нюансов, только как то, что «нас стало больше», «мы стали сильнее», «наша безопасность ещё увеличилась» и «всё идет своим путем в правильном направлении».

Так вот, Афганистан к нам присоединился! Ну, может, ещё не полностью, имеются некоторые нюансы, но путь-то несомненен. А тут ещё и «Договор о дружбе», полное взаимопонимание, какие могут быть вопросы. Наши люди, теперь пойдем рука об руку. И что бы у них там внутри не происходило, ни малейших сомнений именно в дружественности к нам не имеется, это теперь товарищи и соратники.

Конечно, некоторые отдаленные и смутные слухи, что там ребята слегка хулиганят, и не всё там у них в совсем уже идеальном порядке, доходили. Появились афганские студенты и не только в военных учебных заведениях, бывало кто и сболтнет в компании лишнего, а тут ещё всякая гадость через «вражеские голоса» просачивается, но тут ведь опять нужно понимать нашу историю и наше собственное общество. Приведу пример из уже упоминавшегося мною заседания Политбюро ЦК КПСС от марта семьдесят девятого. Извините, что в пересказе, а не дословном цитировании, не хочу перегружать текст, но, поверьте, смысла я не искажаю. Андрей Павлович Кириленко делится с товарищами, что, мол, я Говорю Тараки, слушай, мужик, ты заканчивай свои выкрутасы, а то расстреливаешь народ пачками, почем зря, среди них, кстати, и подготовленные нами офицеры, на обучение которых большие деньги потрачены, попридержи коней, нельзя ведь так уж гулять от вольного. А он мне отвечает, что при Ленине тоже стреляли людей без счета, так что он не так уж и отклоняется от основной тактической и идеологической партийной линии. Тоже мне, ленинист хренов отыскался!..

С одной стороны, несомненно, умиляет желание товарища Кириленко несколько гуманизировать афганские революционные нравы. Но, с другой – а что, собственно, Тараки не так сказал? Нам ли было в конце семидесятых учить особой мягкости нравов этих товарищей, решивших с родоплеменной страной пройти советский шестидесятилетний путь за одну пятилетку?

Но и ведь всё это, ещё раз подчеркну, на закрытых заседаниях самой верхушки, а для всё страны вообще всё идет самым замечательным образом, успешно строится социализм с братской помощью советского народа, да, имеются мелкие недостатки и происки врагов, но не надо тут излишне злостно клеветать и наводить тень на плетень. То же относится и к сентябрьскому хипишу Амина. С Тараки как-то так не очень поступили? Ну, во-первых, официально и публично опять-таки ничего такого, «по состоянию здоровья» и «в результате тяжелой и продолжительной болезни», а, во-вторых, кто там Троцкого ледорубом приложил? А когда Никиту скинули и практически под домашний арест отправили? Конечно, подушкой не душили, но у вас уже и ситуация другая, а вообще это всё исключительно наши внутрипартийные дела, типа межфракционная дискуссия, пусть с несколько местным оттенком, однако опять же не вам нас учить. Главное – ничего не меняется в основных направлениях работы и движения. По-прежнему вместе строим светлое будущее под единым знаменем марксизма-ленинизма!

То есть, ещё раз, прошу понять основное. Хафизулла Амин для советского народа — это не кровавый диктатор, убивший своего предшественника и захвативший власть путем вооруженного переворота, а продолжатель дела НДПА, друг, брат и ближайший соратник. Да, у него есть сложности, но он сам по этому поводу постоянно просит о советской военной помощи (почти точно известно о семи таких обращениях и это всего за несколько месяцев его правления, а некоторые называют и гораздо большую цифру). Мы пока непосредственно войска не вводим, но по мере сил всю эту помощь по всем направлениям оказываем и крепим взаимную приязнь с близостью.

И после всего этого, можно сказать в разгар любовного акта по взаимному влечению, мудрый афганский народ во главе с наиболее верными ленинцами решает несколько подправить линию партии, смещает товарища Амина, выбирает вместо него ещё более верного товарища Кармаля, а советское руководство, наконец, соглашается внять мольбам и ещё Тараки, и последующим самого Амина, вводит «ограниченный контингент», который начинает доставлять продукты в отдаленные районы, строить детские площадки и производить озеленение городов.

А в Союз начинает идти «груз 200» и довольно быстро выясняется, что это в чистом виде наши диверсанты покрошили Амина вместе со всем его окружением, привезли и посадили на его место агента КГБ Кармаля, а строительством детских площадок и озеленением занялась поначалу пятидесятитысячная и постоянно быстро увеличивающаяся сороковая армия.

Вот потому я и написал о том, что даже такие далекие в тот момент ото всех этих проблем люди, как я, схватились за голову с вопросом: «Они что, совсем нас за идиотов держат?» А в мире, естественно, никто это наглое и беспардонное дерьмо кушать не стал. Всех особенно взбесило даже не вранье и лицемерие само по себе, а именно уголовное понтовитое нежелание даже немного придать правдоподобия своему хамству. Мол, нечего тут особо заморачиваться, всё равно никто нам ничего не сделает. Но этого мало. Потом из этой подлости решили сделать подвиг и предмет гордости. И делали, и делают с огромным успехом. Штурм дверца Амина стал уже чуть не национальным праздником, почти как победа под Сталинградом. Я не удивлюсь, если вскоре участникам задним числом начнут давать Героев России.

И заканчиваю известной цитатой стенограммы одного из заседаний Политбюро:

…Суслов: Хотелось бы посоветоваться. Товарищ Тихонов представил записку в ЦК КПСС относительно увековечения памяти воинов, погибших в Афганистане. Причем предлагается выделять каждой семье по тысяче рублей для установления надгробий на могилах. Дело, конечно, не в деньгах, а в том, что если сейчас мы будем увековечивать память, будем об этом писать на надгробьях могил, а на некоторых кладбищах таких могил будет несколько, то с политической точки зрения это не совсем правильно.
Андропов: Конечно, хоронить воинов нужно с почестями, но увековечивать их память пока что рановато.
Кириленко: Нецелесообразно устанавливать сейчас надгробные плиты.
Тихонов: Вообще, конечно, хоронить нужно, другое дело, следует ли делать надписи.
Суслов: Следовало бы подумать и об ответах родителям, дети которых погибли в Афганистане. Здесь не должно быть вольностей. Ответы должны быть лаконичными и более стандартными…

Метки:

Profile

вторая
auvasilev
Васильев Александр Юрьевич
http://vasilev.su

Latest Month

Август 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Разработано LiveJournal.com
Designed by yoksel