?

Log in

No account? Create an account

Май, 4, 2019

Посыл

Не так давно, но ещё в Москве, как реакцию на свою реплику относительно результатов социологического опроса по поводу отношению к Сталину, я получил комментарий от одного читателя:

«Это ужасный текст. И уж конечно никак не может претендовать ни на объективность, ни на спокойствие. Это называется ненависть. Мне сложно судить о литературных достоинствах вашего текста, но расчеловечивание это недопустимый прием, по моему мнению».

Я, не имя настроения особо дискутировать, постарался предельно мягко ответить: «Несомненно. Только я подозреваю, что по поводу того, кто, когда, в каких ситуациях и какими методами занимался и занимается расчеловечеванием, у нас несколько различные мнения и точки зрения».

И далее последовало разъяснение читателя: «Вы хотите сказать что это не расчеловечивание?
Абсолютно идиотский опрос о роли Сталина, с манипулятивно составленными вопросами. Вот какой смысл был в осуждении "израильской военщины" на страницах печати в советские времена? И кто бы сказал, в здравом уме "я осуждаю израильскую военщину"? Конечно всем было плевать.
Я, лично, даже Ельцина и Гитлера не осуждаю. Просто потому что это глупо. И потому считаю, что люди абсолютно правильно послали социологов, адекватно ответив на их дурацкий опрос».


Продолжать разговор смысла я особого не увидел, каждый высказал свою точку зрения и, думаю, этого вполне достаточно. Но, оказавшись на теплом море, я, к сожалению, получил значительно больше свободного времени, чем хотел и предполагал, потому, особенно на фоне информации, идущей сейчас с русскоговорящего экрана, невольно несколько раз возвращался к затронутой теме и вот решил поделиться некоторыми дополнительными соображениям по данному вопросу.

Мне видится во всем этом некоторая доля суесловия и лицемерия. Да, конечно, идеально объективно и отстранено гораздо более прилично и уважаемо выглядит человек, который воспринимает исторические личности, так же, кстати, как и большинство так называемых «фактов» совершенно нейтрально в плане эмоциональной вовлеченности, просто как данность. Ну, и, естественно, несколько нелепым и наивным будет восприниматься человек, который испытывает некие личные чувства по отношению к Тутанхамону или цезарю Юлию. Вне зависимости от качественных показателей этих чувств. Всё правда, всё так, но есть несколько нюансов, которые и позволяют мне говорить о доли суесловия и лицемерия.

И прежде всего то, что все люди слишком разные, особенно по части нервной системы, и всё равно бесполезно сводить их реакции к пусть и общепринятым, очевидным, но слишком общим правилам условно приличия. Вот конкретно я. Прекрасно понимаю, сколь смешон и уязвим в своих позициях, но ничего с этим поделать не могу. К Чингисхану отношусь с личной неприязнью до уровня ненависти, а Александр Филиппович мил моему сердцу и в основном вызывает исключительно положительные эмоции. Признаю всё величие Наполеона, его вклад и значение для европейского мыслеустройства вплоть до нынешнего дня, но ряд его поступков, связанных с жестоким массовым убийством людей, пусть порой и вынужденным и как угодно тактически обусловленным, до сих пор заставляют меня содрогаться от ужаса и омерзения, и это человек мне чужд и неприятен. И нечто подобное я могу сказать об очень многих «исторических персонажах». Естественно, с одной стороны, только о тех, о которых знаю достаточно, чтобы такого рода эмоциональная личностная реакция могла сложиться в принципе, а с другой – понятно, что это в любом случае субъективно и исходит лишь из доступной мне и освоенной мною информации, никаким образом не претендуя на абсолютную истину.

Однако историческая удаленность, несомненно, имеет значения для степени этой самой «эмоциональной причастности и вовлеченности». Элементарные законы природы и человеческой психики. Потому, и тут нечего кокетничать, одно дело Аттила или Тамерлан, а совсем другое Гитлер и Сталин. Многие мои родственники, которых я не знал, но совсем близкие, типа родной бабки, погибли от деятельности и того и другого. Не меньшее, если не большее количество родственников и хороших знакомых, в среде которых я родился и вырос, пострадали и пострадали очень серьезно от результатов деятельности обоих. И потому мне совсем тяжело полностью «выключать эмоциональную составляющую», относясь к ним исключительно как к неким историческим феноменам. Более того, основную часть жизни я прожил, а в некоторой степени живу и до сих пор в том мире, который был сформирован под влиянием Гитлера и Сталина, последствия деяний которых до сих пор для меня отнюдь полностью не исчезли.

Однако, думаю, всем прекрасно понятно, что при самой большой личной субъективной пристрастности, я не столь простодушен, чтобы зацикливаться на частных биологических объектах, именующихся Иосиф Виссарионович или Адольф Алоисович. Конечно же, и Гитлер и Сталин – это более всего имена с маленькой буквы и в кавычках, олицетворяющие и символизирующие слишком многое, чтобы можно было даже хотя бы просто перечислить в небольшой реплике. Но там и Германия с СССР того времени, и народы-население тех стран, и явления под крайне условными названиями гитлеризм и сталинизм, и философия, и психология, и даже чистая биология с физиологией, и ещё бесчисленное количество из подобного круга и слоя. Но в том числе и именно поэтому, а, может быть, в основном поэтому, меня совсем не интересует мнение по данному вопросу того нынешнего населения России, которое с определенного времени я перестал воспринимать и ощущать, как народ. И обращаю я внимание на действительно почти вовсе не значимые факты каких-то социологических опросов исключительно в связи с чисто технической мелочью. Меня просто слегка смешат и немного умиляют разные высокомудрые рассуждения, типа «они на самом деле не хотят Сталина, а это…», и дальше огромное количество вариантов в зависимости от интеллектуального уровня и мировоззрения самого рассуждающего. Не надо лицемерить, валять дурака и обманывать самих себя. Они хотят Сталина, то есть во всех подробностях конкретно «сталина» и ничто другое.

Отдельный момент, насколько они хотят его для всех, то есть в том числе и для себя, или более всё-таки для других. Но и тут не всё так просто и однозначно. Да, наверное, тут имеет места примерка каких-то отдельных репрессивных сторон и методов явления более к окружающим, никто в хоть относительно здравом уме не мечтает сам оказаться в колымском лагере, но очень многое от «сталина» они хотят и для себя тоже, это мир, в котором им уютно, комфортно и надежно. Он им родной. И не стоит так одновременно и высокомерно, и сочувственно придумывать всякие фантазии, мол, ответив определенным образом на вопрос о Сталине, люди таким образом просто послали идиотов-социологов.

Мне как раз буквально минут за десять до отлета позвонила очень вежливая и милая девушка и попросила поучаствовать в социологическом опросе по поводу мобильной связи. Я обычно крайне лояльно отношусь к такому, мне искренне жаль несчастных клерков, вынужденных зарабатывать таким для меня странноватым и даже несколько унизительным способом, но тут действительно она была совсем не ко времени, и я вынужден её мгновенно прервать: «Простите, лапонька, сейчас не могу, как-нибудь в другой раз». То есть, есть масса самых разных способов «послать». Но сказать, что ты хочешь «сталина», это не «послать». Как было сказано в древнем анекдоте, «слишком тонкая шутка для нашего цирка». Не надо. Уважайте себя и окружающих. Это та самая утка, которая выглядит как утка и крякает как утка.

И, наконец, к вопросу о «расчеловечивании». Штука и вправду страшноватая, лежащая обычно и зачастую в основе самых страшных и омерзительных зверств. Но и тут, думаю, не стоит излишне мудрствовать и пытаться воздействовать на публику излишне эмоциональными эпитетами. На нашем бытовом уровне, на мой взгляд, всё гораздо проще и удобнее для обыденного употребления. Эти люди всю жизнь говорили о высоком, стремились к справедливости, всеобщему равенству и таким образом понимаемой ими свободе. Они замучили и убили часть моих родственников, исковеркали жизнь другой части и сделали большую часть моего собственного существования плохо выносимой. А я ни разу в жизни пальцем никого первым не тронул, не написал ни единого доноса, ни у кого ничего не украл и никого не предал. И ненависть моя чиста, как слеза ребенка, она никому не принесла зла, кроме, может быть, меня самого, но уж это, простите, мое личное дело.

И напоследок, ещё раз о собственном несовершенстве. Тут по поводу очередной годовщины трагических событий в Одессе добрейший и талантливейший Дмитрий Быков (тысячу лет ему жизни и здоровья) написал: «Когда в Риме происходит пожар, нужно ужаснуться пожару Рима. А потом уже решать, кто там прав. И главное, не кричать все время: "Нет, это христиане подожгли!", "Нет, это Нерон поджег!". Нельзя превращать скорбь в беспрерывный предлог для новых катастроф».

К огромному сожалению я не только не столь талантлив, но и не столь великий гуманист. Поэтому, не собираясь в принципе что-то «кричать всё время», считаю, что, если подожгли христиане, то надо так и говорить, что подожгли они. И то же самое относительно Нерона. И предлогом, а даже не предлогом, но основной причиной для «новых катастроф» становятся отнюдь не говорящие об этом, а снова и снова поджигающие, но остающиеся не только безнаказанными, но и не осужденными и даже не названными.

Profile

вторая
auvasilev
Васильев Александр Юрьевич
http://vasilev.su

Latest Month

Июнь 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      
Разработано LiveJournal.com
Designed by yoksel