January 6th, 2020

вторая

Новогодняя история, почти святочная

Нет, это я еще не вернулся с каникул, просто решил всё-таки поделиться уж очень уместным сюжетом, пока он не забылся.

Прошлой весной был в Тель-Авиве. И у меня в самый неожиданный и неподходящий момент, как это обычно бывает, раскололся зуб и началась очень сильная боль. Звоню дочке, она женщина хоть в медицинских вопросах, к счастью, пока не слишком опытная, но молодая, шустрая, с четырьмя языками, включая местный, должна что-нибудь выяснить. Прошу срочно найти любую клинику, пусть самую дорогую, только побыстрее. Приезжает через полчаса, несколько растерянная, говорит, что всё это время по дороге висела не телефоне, но сегодня какой-то государственный праздник и везде или автоответчики, или просто не отвечают. Спрашивает, а есть ли у меня что-то типа страховки.

А тут отдельная история. Эта самая медицинская страховка для выезжающих за границу формально является одним из необходимых документов при зарубежных поездках, наряду с загранпаспортом, визой, обратным билетом и гостиничным ваучером или его заменителем. Правда, с меня никогда пограничники не требовали эту бумажку, видимо, везло. Но, зная, что они имеют такое право, я, чертыхаясь, но на всякий случай её всегда оформлял. Дело не очень трудное, но достаточно муторное, особенно в последние дни перед отъездом, да и в памяти держать постоянно лень. А тут как-то в Сбербанке ко мне пристали, чтобы я оформил какую-то элитную кредитную карточку, черную, которая кручи всяких золотых и платиновых и мне, по их мнению, крайне необходима. Я вяло отбрехивался, а операционистка не отставала и перечисляла всякие блага, которые на меня с этой карточкой посыплются. И вдруг в этом потоке мусорной информации проскальзывает что-то относительно зарубежной страховки. Прошу уточнить, и она поясняет, что наличие такой карточки отменяет необходимость этих самых постоянных страховок, она сама и есть бессрочная страховка, признаваемая всеми. Я поверил и оформил. Но никогда ей так и не воспользовался.

Тут протягиваю дочке и излагаю ситуацию, как её понимаю. Соня начинает куда-то активно звонить, с кем-то о чем-то оживленно переговаривается и через какое-то время докладывает, что, мол, действительно, это какая-то наикрутейшая международная страховая контора с коло-центрами в Лондоне и Варшаве, я у них и вправду зарегистрирован, и они будут мною заниматься, просили подождать. Ждем. Примерно через час раздается звонок. Соня говорит, что страховщики подняли на уши весь Тель-Авив, но нашли единственное место, где как будто мне согласились помочь.

Берем машину, едем по указанному адресу куда-то в старую Яффу, узенькие улочки, почти трущобы, не без труда находим нужный дом, подходим к двери, на которой нарисован красный полумесяц и зуб, дергаем дверь, она заперта, звоним, никто не отвечает. Дочка снова берется за телефон, кого-то достает, но добивается только ответа, что надо стоять и ждать. Наконец, минут через пятнадцать-двадцать появляется довольно молоденький арабский мальчик на ходу что-то дожевывая, явно из-за стола. Открывает дверь, по скрипучей лестнице сомнительной чистоты и прочности проводит на второй этаж в какую-то каморку с подобием дантистского кресла и, надо признать, весьма быстро, ловко и профессионально разбирается с моим зубом. К счастью, в какой-то степени обошлось.

И подобная история происходит у меня перед нынешним Новым годом, днем тридцать первого. Жена связывается по телефону с нашим постоянным врачом, тот уже к этому времени сидит за праздничным столом, говорит, что, судя по услышанным симптомам, мне нужно срочное хирургическое вмешательство, но сам, естественно, уже ничем помочь не может и представления не имеет, кто сейчас работает. Начинаем поиски. Действительно, никто. Даже скорая платная дежурная ЦНИИСа, самое главное заведение города, закрыта и не отвечает.

В полном отчаянии звоним по первому адресу, всплывающему в поисковике, где указан Госпиталь челюстно-лицевой хирургии для ветеранов войн. Там неожиданно говорят, чтобы приезжал. Вызываю такси, через полчаса по пустой уже Москве на месте, это в районе Шаболовки. При госпитале поликлиника. Захожу, роскошный холл, гардероб, подходит милая девушка в белом халате, помогает раздеться, надеть бахилы, потом подводит к какому-то аппарату, куда-то нажимает, вручает выскочивший талончик и смущенно предупреждает, что, несмотря на острую боль, придется немного подождать, праздник всё-таки. Потом под ручку ведет в регистратуру.

Просторная светлая комната, там за компьютерами сидят ещё три совершенно свободные и не менее обворожительные девушки. Сажусь напротив первой же, протягиваю паспорт со свидетельством ОМС (был предупреждён по телефону), она начинает быстро стучать по клавиатуре, выясняет, что я у них первый раз, сейчас, говорит, оформлю медкарту. Я, честно говоря, даже не имя в виду сильную боль, нахожусь в некотором напряжении, уж очень всё сладко складывает, не в нашей привычной отечественной стилистике. Жду подвоха и вот, наконец, девушка начинает крутить в руках мой полис, ой, удивляется, да он у вас старого образца, давно надо было сменить, этот уже не действующий. Ну, думаю, слава Богу, всё становится на свои места, повеяло родным духом, конечно, обязательно должна быть какая-то закавыка. И с трудом пытаюсь объяснить, что черт с ним, этим полисом, я готов заплатить любые деньги, только примите.

Но девушка даже руками на меня замахала. Какие, говорит, пустяки, о чем вы, Александр Юрьевич, я что не вижу, что вы коренной москвич и приличный пенсионер, конечно, мы вам поможем и совершенно бесплатно, а устаревшая бумажка – это просто чепуха и яйца выеденного не стоит. Поднимайтесь на второй этаж, вас вызовут. Поднимаюсь. Народу довольно много и вид у всех не самый лучший, сажусь, готовлюсь к длительным мучениям. Но уже минут через двадцать, если не меньше, называют мою фамилию.

Вхожу. Огромный сияющий кабинет с (я, конечно, не специалист, но по первому впечатлению) самым современным, во всяком случае на вид совершенно новым оборудованием. Работают за отдельными перегородками сразу несколько бригад, в каждой врач, фельдшер у компьютера и медсестра на подхвате. Быстро ставят диагноз, делают всё, что нужно, и отпускают. Предупредив, что сегодня в двенадцать лучше вместо шампанского выпить несколько рюмок водки. До Нового года остается ещё час три.

Даже не знаю, стоит ли упоминать, но всё-таки, чтобы сюжет не получился совсем уже сказочным, расскажу честно. В тот момент, когда сестра набирала шприц, врач поинтересовалась, как я переношу бесплатную анестезию. Я несколько удивленно переспросил, а в чем дело, почему такое странное уточнение. Относительно своей реакции на бесплатную анестезию не в курсе, но, если подобный вопрос возникает, то нельзя ли платную. Она ответила, что никаких особых проблем, просто это стоит восемьсот рублей, и не все соглашаются. Я согласился. Больше никаких сложностей не возникало.

Велела прийти на осмотр послезавтра, второго января. Но только после восьми вечера. То есть, у них и днем будет работать филиал, но он довольно далеко, за метро «Царицыно», так что, если мне Шаболовка удобнее, то с вечера до утра. Был и в этой ночной приемной. Конечно, не столь роскошно, но тоже очень удобно, эффективно и в любом случае с израильскими условиями не сравнить.

Итак, вот вам «два мира – два Шапиро». А вы всё льете грязь на нашу Родину. Лучше запомните адрес: Лестева 9. Может, пригодится. Хотя, не дай Бог, конечно.