May 12th, 2020

вторая

Миру – мир!



С унылой тоской наблюдаю за тем, как моя страна и её руководство перестают занимать лидирующие позиции среди отмороженных, тупых и безбашенных. Нет, конечно, такими уж абсолютными чемпионами они не были, имелись и более серьезные специалисты в этих областях, но уже давно в первых рядах мы обосновались прочно и успешно.

А тут на общем фоне всё как-то довольно серенько. Вот, например, Корея. Да, полуостров с не самой счастливой судьбой. Его ханьцы завоевывали, японцы там безобразничали, прошлый век вообще там отметился большим кровавым бардаком, так до сих пор полностью не закончившимся, так что они в какой-то степени вроде отошли на второй план по сравнению со своими белее великими и успешными соседями. Но на самом деле это культура древнейшая и глубочайшая с традициями уникальными и во многом способными еще дать фору окружающим, особенно в отношении к экстремальным ситуациям. Так вот решили с какого-то бодуна, что всё уже в порядке и открыли бары. Ну, не может кореец без бара. Никак. Один так обрадовался и возбудился, что за ночь обошел штук семь-восемь. Заразил пару сот человек. Пришлось снова всё закрывать. Песня. Корейская народная.

А в Европе, где хоть чуть-чуть отпустили вожжи, народ выстроился в очередях в парикмахерские и салоны красоты. Фантастические долбоящеры. Хотят лежать в гробу красивыми. Респект и уважуха. И подобное повсеместно.

Так что, действия условного путина ничем уж особо не выделяются. Заболевших и трупов с каждым днем все больше, очередное утро новый рекорд, но «прирост замедлился». Взяли и вдруг отменили «нерабочие дни». А решать, что это значит на практике, разрешили местным властям. Отделавшись общим абстрактным указанием, что «промышленные предприятия и строительные объекты могут приступить к работе при соблюдении соответствующих мер безопасности и социальной дистанции».

Как человек, имеющий достаточный опыт пребывания на «промышленных предприятиях», а на «строительных объектах и вовсе проведший большую часть жизни, могу официально заявить, что это бред сивой кобылы. Да, существуют уникальные высокоавтоматизированные и роботизированные производства с такой системой контроля и очистки рабочих зон, что там и без всяких карантинов любому вирусу проскочить было тяжело. Но на подавляющем большинстве фабрик и заводов никакого разговора о «социальной дистанции» быть не может. Просто чисто физически это не осуществимо. Тут даже объяснять нечего, любой рабочий прекрасно понимает, что я имею в виду. А про стройки с «социальной дистанцией», это уже совсем анекдот, хотя и не очень смешной.

Так что, вперед к победе капиталистического труда! Но в масках и перчатках. Можно лайковых. Так будет даже ближе по духу и стилистике. Соответствующие маски тоже придуманы ещё в средневековье. Называются «маски чумного доктора» или просто «доктор Чума». Очень веселенькие.

На самом деле идея прекрасная и разработана ещё Львом Давидовичем Троцким. Он, конечно, излагал несколько мягче, в памяти народной осталась наиболее четкая и точная формулировка: «Ни войны, ни мира, а армию распустить». Кстати, сработало весьма эффективно, хоть лавры потом себе и приписал Владимир Ильич, но это лишь свидетельствует, что было чего приписывать.

И вот стою я, смотрю в окно за замечательную эстакаду вдоль Рублевки, уже несколько лет украшающую вид перед моим домом. С тех пор, как её торжественно открыли в присутствии всего городского начальства, там ни на минуту не прекращаются дорожные работы. Улучшают и совершенствуют без перерыва. И сейчас тоже несколько десятков человек дружно что-то там комструлят. На счет масок и перчаток не скажу, мне отсюда не видно. Но с дистанцией явная беда. Нельзя вдвоем поднять метровый кусок бетона, находясь на расстоянии полутора метров. А в одиночку тяжеловато.

Но это всё чепуха. Главное – проблема решена. Vivamus, mea Lesbia, atque amemus, Rumoresque senum severiorum Omnes unius aestimemus assis!
вторая

Да подавитесь вы своей колбасой!

Я уже несколько раз благодарил информационный ресурс «Московские истории Дзен», который с недавнего времени стал публиковать кое-какие мои старые сюжеты относительно некоторых бытовых реалий прошлого. И благодарность моя в основном за то, что там круг читателей несколько отличается от тех, кто просматривает мой Журнал, да и вообще шире, потому многие комментарии очень развлекают и умиляют.

И вот, в частности, недавно там появился небольшой отрывок моих воспоминаний, как я в конце шестидесятых – начале семидесятых подрабатывал грузчиком в сороковом гастрономе, и нам там по желанию часть заработка выдавали натурой в виде дефицитных продуктом, например, сырокопченой колбасы, иногда даже конкретно Брауншвейгской.

И на меня тут же очередной раз накинулось множество народу с гневными разоблачениями. Злобная и наглая клевета! При советской власти не было никакого дефицита любой колбасы. И ветчины тоже. Только было это всё неизмеримо вкуснее и дешевле, чем сейчас. Дефицит начался только при предателе Горбачеве и продолжился при детоубийце Ельцине, а до того все жрали от пуза.

Просто хочется плакать от счастья. Когда же вы уже, наконец, нажретесь той своей изумительной колбасой? Похоже, запасы её неисчерпаемы и хватит ещё на много поколений. До сих пор вкус во рту не слабеет и повышенное слюноотделение не дает свободно дышать. Ну, да черт с ней, с этой колбасой, я сейчас несколько про другое хотел. Просто там же наткнулся ещё на один комментарий по поводу какой-то моей вскользь брошенной фразы, где одна читательница категорически заявила: «Не было никаких талонов на крупу в Москве в шестидесятые!»

Я же решил вкратце повторить уже, по-моему, как-то мною рассказанное, лишь потому, что случайно наткнулся на одну картинку в «Яндекс-картах». Сейчас поясню.

Шестьдесят четвертый год. Мне десять, я учусь в четвертом классе. Мы приехали тогда почти на год в Москву и мать с отчимом снимали комнату в Померанцевом переулке. Я тоже уже как-то упоминал, что у отчима были большие проблемы из-за его подольской прописки в Рабочем поселке, так что он считался довольно сильно «на птичьих правах» и никакими благами москвича пользоваться не мог. А вот у матери была «магаданская бронь». Я врать не буду, сейчас чисто бюрократических нюансов не то, что не вспомню, а и тогда их по малолетству знал не слишком хорошо. Но как-то мать умудрялась и в съемной комнате обеспечивать себе вполне легальный статус. Короче, талоны она доставала. Подчеркиваю, это были не какие-то государственного образца «продуктовые карточки», а именно «талоны» довольно самодельного вида. Выдавались они в домоуправлении и представляли собой обычный бумажный квадратик с написанным от руки указанием товара, срока действия и нормы отпуска. Ещё обязательным было наличие печати и подписи уполномоченного лица.

Мать будила меня, прирожденную «сову», жутко рано, шести ещё не было. На улице зима, ветер, мерзость жуткая. Но мама вынуждена была меня тащить с собой, поскольку талон на меня тоже давали, но дитя требовалось предъявить «вживую», иначе никак. И вот с такими талонами раз в месяц, иногда в две недели, мы плелись к магазину на углу Померанцева и Кропоткинской. Там становились в очередь и примерно через час получали по несколько пакетов (точнее уже не помню, то наверняка не очень много, поскольку свою долю я нес без особых усилий) муки, риса и гречки.

Потом время от времени всё это богатство «перебирали» за обеденным столом, специально для того освобожденным и тщательно протертым, по зернышку откладывая наиболее пригодное в пищу, отсортировывая всё особо неприятное.

А про «Яндекс-карты» я вспомнил вот почему. Талоны «отоваривали» не в самом магазине, вход в который был с Кропоткинской, а через окошко, выходившее в переулок. Позднее, уже в конце прошлого века, я как-то проходил мимо того места и обнаружил, что окошко это сохранилось, но заложено кирпичом и почти уже незаметно на фоне стены. А тут что-то искал в «Картах» и наткнулся на панораму, где оно очень отчетливо видно, похоже, при очередном ремонте решили восстановить такую любопытную «архитектурную деталь». Вот и хочу представить вашему вниманию. Сейчас это официальный адрес Пречистенка 31/16.

А так-то да, конечно, никаких талонов на крупу в Москве в шестидесятых не было. Я последнее время частенько начинаю подумывать, что и меня не было. А были только они. Они и остались.