April 26th, 2021

вторая

Без пены

Начну совсем издалека. В самом конце восьмидесятых, когда уже слегка приоткрылся железный занавес, моя жена летела из Америки и разговорилась с женщиной в соседнем кресле. Выяснилось, что та – директор пивного завода в Хамовниках. Моя супруга пива не пьет, в чем честно сразу призналась собеседнице, но сказала, что её муж, то есть я, большой любитель, но особенно последнее время испытываю определенные трудности с приобретением. Директриса так прониклась к моей жене теплыми чувствами, что дала свою визитную карточку, большая тогда ещё редкость, и разрешила звонить в любое время, она постарается решить проблему.

Супруга после прилета мне эту карточку отдала, сказала, что сама звонить не будет, большого желания продолжить знакомство не возникло, однако я могу воспользоваться, если захочу. Через некоторое время я действительно позвонил по указанному номеру, он оказался прямым, и очень приветливая женщина мгновенно всё вспомнила и объяснила, что, если я оставлю секретарю паспортные данные, то мне выпишут пропуск в заводской магазин, где смогу брать продукцию предприятия в любых разумных количествах.

Так и сделал. Небольшой магазинчик находился на территории завода, но вход был с улицы, прямо напротив церкви, и там всегда в точение рабочего дня, естественно, строго по предъявлении пропуска, отпускали пиво без малейших очередей и перебоев. Не знаю, был ли там лимит, фуры я загружать не пробовал, но сначала взял ящик, потом два, а далее стал покупать по пять и даже до десятка. Среди моих знакомых это пиво пользовалось бешеным успехом. И дело тут не только в том, что в тот момент любое было жутким дефицитом, как и уже почти всё.

А ведь пивной завод в Хамовниках был довольно старым, открытым ещё в шестидесятые годы аж девятнадцатого века. И всё время советской власти проработал. Однако его продукция особо не славилась. Даже по тем временам и весьма низким требованиям к качеству и у потребителей, и у специалистов к этому пиву было множество претензий. Но я сейчас ни в коем случае не собираюсь уходить в бездонную и абсолютно тупую бездну споров о качестве, количестве и разнообразии советского пива. В параллельном мире, в котором до сих пор живет подавляющее большинство моих не только современников, но и просто сограждан любого возраста, там было полное изобилие сего прекрасного продукта на любой вкус. В моем мире в разные времена было по-разному, иногда действительно, купить бутылку или выпить кружку у ларька, а то и, как чаще всего делал мой отец, притащить домой из этого самого ларька трехлитровую банку в авоське, можно было достаточно свободно. Случались и перебои, и весьма длительные, и серьезные.

Но основное даже не это. И вправду, по блату или по случаю можно было иногда достать что-нибудь вполне приличное и даже вкусное, типа «Мартовского», «Двойного золотого» или «Портера». В Прибалтике я нередко наслаждался «Рижским», ещё там было несколько приличных местных сортов. Но в девяноста процентов случаев народ пил «Жигулевское». Оно тоже очень различалось в зависимости от региона, вернее, конечно, от воды, которая была в основе. Например, в Казахстане вообще пить нельзя было и разливное, и бутылочное. Но производимое в Москве меня вполне устраивало.

Кроме одного принципиального момента. Практически всегда даже в холодильнике на четвертый день в бутылке выпадали хлопья осадка. На самом деле чаще всего допивали и эту гадость, всё-таки молодость и здоровье – великие вещи, но по сути пиво примитивно прокисало. Так что, закупить его впрок было категорически нельзя.

И дело тут отнюдь не в бытующей до сих пор легенде, что вот это-то и было настоящее пиво без всякой химии в отличие от нынешней отравы. А просто использовали в основном вторичную тару, не соблюдали элементарные санитарные нормы, почти нигде не было эффективной пастеризации, вот напиток и портился, нарушая даже тогда существовавший ГОСТ в семь дней хранения.

И вдруг произошло чудо. В том самом упомянутом конце восьмидесятых именно на Хамовническом заводе установили первую в стране линию, по-моему, немецкую, по производству пастеризованного пива в соответствии с европейскими стандартами. И дело было даже не в качестве самого напитка, неплохого, но, конечно, ничего исключительного, а в том, что он мог стоять почти сколько угодно. Это казалось фантастикой и Хамовническое на некоторое время, пока вопрос с пивом в стране вообще не оказался решен полностью и принципиально, стало абсолютным хитом, во всяком случае в моих кругах.

Но следует признать, что и в целом пивная картина при советской власти не везде и не всегда была совсем уж беспросветной. Скажем, в первой половине семидесятых (возможно и позже, просто уже память не сохранила, поскольку я перешел на пивбар в Домжуре) в Парке Горького, в самой глубине, на берегу пруда практически на границе с Нескучным садом существовал оазис. Довольно большой павильон, летом с верандой, который так и назывался «Пльзеньское пиво». Самое странное, что именно им там и торговали, прохладным, свежим, с вполне уместными закусками. Да, с поставками случались перебои, но не слишком частые и долгие. По какой-то мистической и совершенно непонятной мне причине там не было особых толп народу даже при самой большой жаре, и вообще обстановка крайне приличная и спокойная, без алкашни и прочих прелестей, обычных для такого рода заведений. При этом цены вполне демократические. Ну, честно, причин не знаю, однако так было.

В те же времена существовало ещё одно место, но с ним как раз всё много более понятно. Летом на крыше хрущевского небоскреба «Интурист» открывалось кафе с видом на Кремль. Вот это был вообще рай. Кроме того же Пльзеньского разливали ещё несколько сортов пива, в том числе хоть и гэдээровского, но немецкого, и плюс тут же на мангалах жарили колбаски и шашлыки из осетрины. Столики под зонтиками, ненавязчивая западная фоновая музыка из импортного магнитофона – короче, как уже сказано, полный парадайз.

Был только один маленький нюанс. В это кафе на крышу можно было подняться только по двум лифтам. И, кроме того, что и просто в холле «Интуриста» обычному советскому человеку больше пары минут протусоваться было практически нереально, подходили строгие дяди в штатском и в лучшем случае без всяких затей и объяснений выгоняли, так и у тех лифтов стояла ещё дополнительная охрана, проскочить мимо которой было почти невероятно. Изображать из себя иностранца, пытаться сунуть трояк или даже червонец, совершенно бесполезно. Однако я написал «почти». Потому что всё же, каким-то невероятным образом нам в студенчестве это иногда удавалось. И при таком невероятном везении вкус чешского пива был ещё более восхитителен.

Естественно, когда примерно четверть века назад я впервые оказался в Праге, кстати, на родине моего отца, я в первых же вечер пошел с женой пить пиво. Там перед воротами, ведущими в Старе Место, расположено здание постройки начала прошлого века, для этого города далеко не самое красивое и знаменитое, которое некоторые местные до сих пор по привычке называют «Дом культуры», поскольку что-то подобное там и было расположено при советской власти. Сейчас на верхних этажах тоже что-то из подобной оперы, типа, концертный зал, лекторий, библиотека, ещё что-то такое очень приличное, но ничего выдающегося. А вот в подвале огромный фирменный зал Велкопоповицкого Козла.

Там небольшие уютные полукабинетики по всему периметру, а в конце зала небольшое возвышение и на нем стол человек на тридцать для больших компаний. Когда мы пришли, то было почти пусто, и мы заняли место за последним столиком почти у самого этого возвышения. Как уже говорил, жена пиво практически не пьет, но тут, видимо, решила сделать исключение. Да ещё привлекло, что у них имелись двухлитровые, очень красивые высокие кружки. Взяли на двоих четыре, по одной светлого и темного. К парену вепреву колену как раз. Официант ушел выполнять заказ, и тут вкатилась компания японцев, аккурат десятка три человек. Им были уже приготовлены какие-то салатики и принесли ту самую двухлитровую кружку пива. Одну на всех. Они стали крайне оживленно её обсуждать фотографироваться на её фоне. Очень веселились. И тут приносят наш заказ. Восемь литров.

Японцы на пару минут замолчали, как языки проглотили, а потом послали к нам парламентера. Очень вежливая хрупкая девушка, постоянно кланяясь, робко спросила, можно ли хоть кому-нибудь из них с нами сфотографироваться. Мы широким жестом пригласили всех. Они повскакивали и бросились по очереди позировать за нашим столиком. К счастью, очень быстро и предельно корректно, так что ничуть не утомили, а только развлекли.

То пиво было изумительным. Потом каждый раз, когда оказывались в Праге, обязательно посещали ресторан в «Доме культуры». Для меня до сих пор это эталон такого рода заведений, хотя я повидал немало подобного по всему миру. У нас давно уже тоже выпускают Козла. Кстати, не особо отвратительно, нормально, хотя я и предпочитаю всё-таки родного чешского. Крушевицкое темное тоже иногда пью. Но всё это, конечно, с тем настоящим, из фирменного зала, не сравнить. Оно божественное, простите мне мое кощунство.

Я всё это к чему, собственно. Вообще могу обойтись «Балтикой». Да и нашим Козлом. Но как-то очередной раз странновато получается. Эти чепыги опять что-то там напакостили, а мне собираются запретить пить фирменное чешское пиво. Так дальше пойдет, опять вернемся к «Жигулевскому» с осадком через три дня. Радует только, что давно ограничиваюсь максимум одной бутылкой.

Так что, взрывайте, что хотите, мне уже особо без разницы.