Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Category:

Скатилась вишенка с тортика

Закон парных случаев. Второй день подряд мой же собственный Журнал становится генератором сюжетов для меня же самого.

Недавно, в «Приложении» к моей последней книжке, после двух своих текстов «Пролетая над гнездовьем глухарей» и «Улетая от гнездовья глухарей» я написал следующее:

«На этом, собственно, мои попытки достучаться до хоть кого-нибудь из публичных персон, по сути, закончились.

В заключение, последний смешной сюжет, который, конечно не имеет ни какого отношения к делу, и я даже не стал публиковать его в своем Журнале, но которым я могу не поделиться с читателями книги, настолько он мил. Нечто типа такой трогательной одинокой вишенки, украшающей верхушку огромного праздничного торта.

Когда стало окончательно ясно, что все поезда ушли и банкет окончен, многие начали делать хорошую мину при плохой игре. И подбадривать даже больше себя, чем других, разного рода оптимистичными и бодрыми текстами про то, что всё было не напрасно, что на самом деле это наша моральная победа, ну, и прочая звенящая пустота в том же роде.

И вот в этом жанре, конечно, наиболее эмоционально убедительно и естественно, выглядели женщины. Особенно искренне и красочно живописавшие «новую общность белых ленточек» и «нравственное единение людей с Болотной и Сахарова». Вот двум таким, имевшим возможность доступа на трибуны и к микрофонам и продолжающим иметь доступ к средствам реально массовой информации, к Ирине Ясиной и Татьяне Лазоревой, я и решил обратиться для завершающего штриха.

Написал каждой искреннейшее послание, просто душу наизнанку вывернул. Рассказал, что я тот самый, с Болотной и Сахарова, с белой ленточкой, морально родной, нравственно близкий, с утра до ночи распевающий «Возьмемся за руки друзья» и «Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались». И послал два выше приведенных такта про глухарей. С робкой нижайшей просьбой. А нельзя ли мое, да и не только мое мнение помочь хоть как-то довести для сведения никак не отреагировавших так называемых лидеров, так называемой оппозиции?

Понятно, что даже и самые нежные женщины мне, своему моральному и нравственному почти родственнику, ничего не ответили.

Хотя нет. Вру. Через несколько дней служебный бот «Живого журнала» прислал мне сообщение, что блогер Ясина добавила меня в «друзья».

Достойная вишенка украсила и завершила достойный тортик».

Наивный человек, я, в самом деле, был уверен, что тортик завершен. Но жизнь всегда находит способ указать человеку его место в иерархии творцов эстетических ценностей. Прошло всего три недели и вот вчера я, наконец, получил вторую весточку от того же корреспондента. Мне пришло сообщение:

«Здравствуйте, auvasilev! yasina удалил вас из списка своих друзей».

Я на мгновение ощутил себя не очень счастливой, но чрезвычайно благородной древней японской женщиной. Еще в раннем отрочестве мне посчастливилось однажды пробраться в «Дом кино» и на закрытом показе посмотреть некий классический японский исторический фильм об очень известной там у них героине, которая всю жизнь мечтала выйти замуж, но по каким-то очень высоким духовным и нравственным соображениям не могла этого сделать. Впрочем, я ничего, признаюсь, толком не понял и не запомнил, кроме последней фразы закадрового текста, которая навсегда врезалась в мою память своей поистине эпической мощью:

«Уважаемая Есико дожила до девяноста пяти лет и покинула этот мир, так и не покрасив зубы в черный цвет для свадебной церемонии…»

Конечно, очень соблазнительно было бы просто решить для себя, что все кругом козлы-шизофреники и на этом расслабиться. Но мне всегда удавалось не поддаться легкому соблазну свалить весь негатив на других и за счет этого остаться пребывать в уверенности относительно собственного совершенства. Так что, и здесь «все козлы» не проходит. Ну, во-первых, это не так. А во-вторых, и это, конечно, самое главное, дело не в определении качества, а в том, насколько в принципе реально само существование и «козлов» и «не козлов».

У меня в последнее время всё чаще начинает закрадываться подозрение, что на самом деле я живу в каком-то виртуальном сумасшедшем доме. То есть не живу, конечно, а точно так же виртуально существую. Правда, не очень понятно в качестве кого. Как пациент я недостаточно маниакально устремлен к чему-либо, но и как врач я никуда не гожусь, поскольку для этого мне явно не хватает глубины понимания происходящего и, главное, даже малейшего желания лечить.

Скорее, что-то в роде немного санитара, немного надзирателя в буйном отделении, но при этом крайне ленивого и относящегося к своим обязанностям совсем спустя рукава замызганного халата, перешитого из списанной смирительной рубашки. Но это всё, естественно, абсолютно виртуально. А на самом деле я степенный бюргер века восемнадцатого, какая-нибудь сильно провинциальная Бавария, много кисловатого пива отвратительного качества, дурно пахнущая подкисшая капуста и сосиски отвратительного почти белого цвета, как практические невидимые ресницы вокруг постоянно изумленных глаз моей растолстевшей до необъятных размеров Гретхен…

Только это реальность, а остальное не просто кажется, но и кажется-то вовсе не мне, а кому-то другому, только очень хитрому, который сам не хочет портить себе настроение просмотром всего этого бреда и неким подлым образом заставляет заниматься этим меня.

По-моему, я всё предельно понятно изложил.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments