Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Category:

Разноцветная магия

К моему "Сеансу черной магии" читатель прислал комментарий. который переношу в Журнал.

naigoro:

"Ну, призывайте, не призывайте, а вот в этом я и так давно обеими руками за то же и обеими ногами там же.
Но всегда, мне лично, любопытно, откуда, все-таки, берутся вот эти два типа людей - те, кому, как нам, совершенно естественно непонятна, применительно к себе, привычка претендовать на то, чего не создал и не заработал сам, и те, кто вроде бы вот так же естественно и привычно на это претендует. Хочется к чему-нибудь это возвести, найти какую-то еще корреляцию.

Вот например, и тут мы, видимо, неодинаковы, мне непонятны в принципе любые как права, так и обязанности "по факту рождения". Категорически и без всяких переговоров, с детства и до сих пор в той же форме отметаю всякую возможность ограничить мой или чей-либо еще выбор предварительно. Никаких врожденных обязанностей нет, а какие есть - те приняты на себя добровольно и стороннему принуждению к исполнению не подлежат. Любые настоящие обязанности - только договорные. Мне кажется, признание предварительной несвободы как-то связано и с ощущением своей доли в "национальном достоянии". Если ты часть коллективного собственника-наследника, то ты же и часть самой собственности. Взаимоотношения, построенные на детерминированных обязанностях и имущественных правах, оказываются обоюдоострыми.

Если ты акционер ЗАО "Родина", то и саночки готов возить, если ЗАО "Родина" прикажет.
Как-то говорил, что вырос в семье, которая ни секунды не была бенефициаром советской системы. То есть, которой не о чем вообще ностальгировать из тех времен, и для которой девяностые были ничем не хуже восьмидесятых, да и семидесятых. Ни одна понюшка не доставалась "за так". В этом смысле военные, например, хоть и жившие далеко не в роскоши, таки были привилегированным классом, что-то получавшим натурой. Но в той или иной мере что-то перепадало многим, а вот моей семье так повезло, что ничего такого до нее не докатывалось, если, конечно, не считать "персонального пенсионерства" прабабушки как жены репрессированного (расстрелянного в 38-м).

Тут-то небольшая собака, но зарыта. Пожалуй, мне не вдруг переспорить людей, выросших в семьях, стоявших на иных участках пищевой цепочки. Есть полуинтуитивное ощущение, что особо ревностное отношение к недрам родного отечества свойственно в большей мере им.

Я же боюсь как огня всяких взаимообязанностей, выскакивающих невесть откуда. Часто готов сам отдать два рубля, чтобы потом не считали, что я должен один, в сомнительных случаях. Впрочем, большинство случаев не сомнительные, и я точно знаю, что ничего не должен.

А вот у Навального и не только меня все подмывало написать (и писывал), что апелляция к возмущению коррупцией, может, и популярна количественно, но дохловата качественно, ибо коррупция - вообще вещь относительная, что бы там ни говорили. Когда государство больно - коррупция его болезнь. Когда государство само и есть болезнь - что тогда коррупция? Как по мне, между ОМОНовцем, некоррумпированно и с огнем в очах лупящим демонстранта, и чиновником, берущим дань с палаточника, которому он грозит уголовным делом, общего куда больше, чем между этим чиновником и его клиентом-палаточником, который таки взятку дает и, стало быть, тоже участвует в коррупции. Зло - не коррупция, а неограниченное право государства на насилие. Незащищенность, невозможность защититься, беспредел - это зло, а не чье-то корыстолюбие.

Барщевский тут пытается грамотно уловить и направить поток в выгодную хозяевам трубу. "Назови своего врага". Если врага называть как угодно, только не его именем - он этим с удовольствием будет пользоваться.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments