Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Categories:

“А, да, он еврей из Москвы. За решеткой ему и место”

Фраза, конечно, мощная, но я намеренно поставил её в заголовок, чтобы сразу пояснить, что, по моему мнению, тут редкий случай, когда нет никакого националистического или хотя бы просто национального оттенка. Эта история не про тридцатипятилетнего безработного еврея из Москвы, поехавшего делать культурную революцию в глухую Тверскую деревню. И даже не про русского интеллигента. А про интеллигента вообще, несмотря на то, что более нигде кроме России интеллигентов не было вовсе. И всё-таки. Этот сюжет вне времени и пространства. Но очередной раз развернувшийся именно сейчас и конкретно в деревне Мошенки, что за три десятка километров от Осташкова.

Я подробно про Илью Фарбера, про фантастический суд над ним и ещё более фантастический приговор рассказывать не буду. Никакой приватной или дополнительной информацией я не располагаю, сам пользовался материалами исключительно открытыми, опубликованными в СМИ или размещенными в интернете, а их каждый может посмотреть самостоятельно, всего лишь набрав фамилию главного героя в любом поисковике. Разве что рискну порекомендовать обратить отдельное внимание на текст Полины Еременко, в котором, на мой взгляд, наиболее точно переданы некоторые бытовые моменты деревенского существования московского «понаехавшего».

Но за то я весьма неплохо знаю систему функционирования строительного бизнеса в стране вообще и в Тверской губернии, в частности. Особенно того именно бизнеса, что связан с освоением местных бюджетов местными же, предельно инкорпорированными в общую властно-экономическую структуру строительными организациями. Именно такой оказалась «Горстрой-1» под руководством Юрия Николаевича Горохова. Фарбер был обречен в тот момент, когда согласился курировать ремонт деревенского клуба и взял в руки сметы. Ох, и повидал же я на своем веку этих смет…

Кстати, могли просто убить. Но это так, как сейчас модно говорить, моё личное и субъективное оценочное суждение. А если отбросить пустые фантазии, то выбор оставался единственный. Или Горохов должен был сесть, или Фарбер. Третьего не дано. Если даже кто-нибудь может себе представить, что хоть чисто теоретически может быть дано первое.

Но тут уже и гадать не нужно. Кто из них сел, на какой срок и с какими ещё замечательными дополнительными обременениями, только что стало известно и говорить особо не о чем. Я вот почему, собственно, и сам на это внимание обратил, и чужое, возможно, с несколько излишней назойливостью привлекаю.

С одной стороны, уж очень тут классический и почти стандартный случай, который и в позапрошлом веке мог произойти, и в прошлом, и отнюдь не только в нашей стране. Да, сама по себе система судопроизводства у нас нынче уникальна, и, понятно, приговор выглядит кафкиански. Но стоит напомнить, что вообще-то Кафка вовсе не отечественный писатель. Хотя с легкостью можно представить себе историю Ильи Фарбера как сюжет произведения любого из русских литераторов любого уровня, от Глеба Успенского до самого Антона Павловича или даже Фёдора Михайловича.

Однако, с другой стороны, вот ведь в чем парадокс. А может даже и не парадокс, а всего лишь такая норма проявления какой-то неведомой нам великой истины. При всей своей внешней как бы поучительности, эта и подобные ей истории, никогда никого не могли и не смогут ничему научить. Всегда будут появляться какие-то фарберы, совершать внешне какие-то совершенно нелепые поступки, лезть не в свои дела, кому-то мешать, кого-то раздражать и при этом пребывать в полной уверенности, что торят дорогу в светлое и доброе будущее. И на каждого фарбера всегда обязательно найдется свой горохов. И всё закончится как всегда. Так что, сложно говорить хоть о малейшей поучительности в ситуации абсолютной необучаемости.

Да, и последнее, чтобы не было никаких кривотолков относительно моей позиции по самому судебному приговору. Разумеется, и в следствии, в процессе имелись и многочисленные нарушения, и просто откровенные нелепости и подтасовки, и давление со стороны судьи, и прочие становящиеся уже обыденными фокусы отечественного правосудия. И сам по себе срок фееричный. Всё так. Но особенно хочу подчеркнуть и отметить. Вину учителя Фарбера признали независимые присяжные. И тут я слово «независимые» пишу без тени иронии.

Суд присяжных… Как там по классике, «защита гражданина от произвола государственных органов и право быть судимым равными себе»? Прелесть!
Tags: Правосудие, Фарбер
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments