?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

7.23

Как я и грозился, возвращаюсь к теме Свято-Боголюбовского монастыря, чтобы поделиться мыслями уже совсем конкретными и личными, касающимися вопросов узко бытовых, семейных и не большое имеющими отношения к религиозной философии как таковой. Когда моей дочке было 8-9 лет, она спросила, я ведь не крещеная, можно меня окрестить? Жена замороченная много более сложными нашими семейными проблемами того времени, хотя сама и воспитанная бабкой – староверкой, но не очень сосредоточилась и буркнула типа того, что, будет свободное время, тогда и заглянем в церковь, а я сразу же сходу отмел эту идею. Сказал, вырастишь, хоть в монастырь иди, хоть обрезание делай, а пока не морочь голову. У меня, честно говоря, вся эта история совершенно не отложилась в памяти. Но вот недавно моя уже совсем взрослая дочь напомнила о ней и даже рассказала некую подоплеку тех событий. Она была девочкой несколько не стандартной внешности, ничего особенного, но возможно, несколько полновата, в тот момент заметно ниже ростом своих сверстниц, может быть еще какие-то нюансы, который на взгляд взрослых и не имеют никакого значения, а у детей любые, самые небольшие отличия порой воспринимаются остро и болезненно. К тому же и имя ее почему-то воспринималось окружающими с долей негатива, хотя я уж совсем не понимаю, что особо оригинального в имени Софья. Короче, в какой-то момент она почувствовала определенную отчужденность среди и школьных и дворовых подруг. А большинства из них носили крестики и порой эта тема – крещение, так или иначе всплывала в их разговорах. Так вот Соня решила, что если она тоже станет крещеной, это как-то увеличит ее общность с остальными, чего ей очень хотелось. Потому и обратилась к нам с этой просьбой. Оказывается, тогда на мой отказ сильно ее обидел, хотя виду она особо и не показала. Или я был не очень внимателен, тоже в самом начале 90-х было чем заняться на уровне реального выживания. Но сейчас дочка вспомнила ту историю затем, чтобы меня поблагодарить. Не знаю, что послужила тому конкретным поводом, хотя, видимо он был, но, как я понял, основной смысл благодарности сводился не к тому, что я оставил Соню некрещеной, а что дал ей возможность принимать достаточно значимые и принципиальные для собственной жизни решения уже самостоятельно, в сознательном возрасте, когда человек способен делать это без слишком большого влияния со стороны. И на этот, последний разговор я тоже не очень обратил внимание. Но этим летом мы собрались на шашлыки с семьей старых друзей. Они люди не просто верующие, но по-настоящему воцерковленные, хотя и в их семье на религиозные темы не царит полного единодушия. Жена, к примеру, истовая поклонница Андрея Кураева, а муж к некоторым аспектам и деятельности и высказываний дьякона относится несколько скептически, особенно к его миссионерству. Впрочем, это так, мелочи. В главных позициях они едины, так что детей у них еще больше, чем у нас. Потому, естественно, когда собираемся, да по обычаю, не без сопутствующего шашлыку, то, как всегда в таких случаях расслабленная и многотемная беседа в какой-то момент, так или иначе, затрагивает вопросы воспитания. Вот и на этот раз что-то мы вспоминали о ранних годах наших деток, и всплыла та история с несостоявшимся крещением Сони. Отец семейства сразу не отреагировал, но, через некоторое время, когда мы остались вдвоем, вдруг посерьезнел, и сказал, что, конечно, уважает мои либеральные педагогические взгляды, но своих дочек (а у него еще две остались не очень взрослые) и воспитывал и обучал, и собирается продолжать делать то же и впредь, в самых строгих православных традициях. Возможно, он ожидал от меня каких-то возражений. Но их не последовало, да и последовать не могло, а в каких еще традициях должны воспитываться и обучаться дети в истинно православной семье? Ну, и как согласовать эти наши позиции? Да никак. У верующих людей свои точки отсчета. Этот конкретно, мой приятель, добрейший и обожающий своих детей человек, никогда никого из них и пальцем не тронул, но сможет ли истинно православный осудить, скажем, добродетельного и строгого отца, который из самых благих побуждений выпорол свое нашкодившее чадо? Я же такому родителю готов морду набить, а вон в Финляндии за подобное просто обирают детей ли даже могут вовсе посадить. Хотя, вроде, тоже не нехристи. И в этом, кстати, дойти до маразма так же просто, как и с телесными наказаниями. В Германии недавно один подросток подал на родителей в суд, что они ему мало карманных денег дают. И, между прочим, процесс выиграл. Шустрый парнишка. Но забудем про наказания, тем более телесные, вернемся к вещам гораздо более нейтральным. Вчера была большая передача о Ване Охлобыстине, временно отошедшем от священничества, чтобы поставить на ноги своих шестерых детей. Жена его, до сих пор величающая мужа отцом Иоанном, рассказывала, какие у них в семье существуют ограничения для младших. Чепуховые, надо признаться, ограничения, самые большие из которых, по-моему, что нельзя в приличные места в штанах ходить, те, которые ниже пупа вообще запрещены, и еще телевизор без материнского разрешения не включать, а на ДВД ставить только заранее отобранные и утвержденные диски. Смех, одним словом. Но дело ведь не в уровне, а в причине и принципе давления. Заставить ребенка в виде наказания съесть кружку соли, это, понятно, садизм без всяких разговоров, да и я вслед за Прохановым сомневаюсь, что в Свято-Юоголюбовском монастыре действительно целую кружку съедали, это и физически не очень возможно. А если только ложку? А если совсем маленькую ложечку, крохотную, безвредную, исключительно для острастки и с самыми лучшими побуждениями за самую серьезную провинность? Не знаю, мне в страшном сне не привидится кормить своих детей солью, что бы они не сделали. Но ведь мне точно так же не придет в голову заставлять своих детей затыкать уши и закрывать глаза, когда на экране герои целуются, как этого требует жена «отца Иоанна». Так возможно ли тут какое-то согласие? Не знаю. Я не вижу такой возможности. И, думаю, некоторую ущербность единого, устраивающего всех подхода чувствуют и многие способные, и даже обязанные принимать конкретные решения. Особенно, решения на уровне закона и именем государства. И, думаю, вся история с монастырскими детьми потихоньку сойдет на нет. Более того, чудесный человек, замечательный священник и прекрасный просвещенный педагог, руководитель православного пансиона Виталий Рысев, пытающийся защитить детей, но привлекающий слишком много внимания к проблемам религиозного образования и воспитания, наверняка буде иметь еще кучу неприятностей на свою голову. А мрачноватые Боголюбовские монахи, что бы они там ни творили, какие бы бредовые молитвы о «избавлении от иудейского засилья» ни придумывали, и даже, сколько бы гадостей про самого патриарха ни говорили, все равно останутся вполне благосклонно воспринимаемой частью РПЦ. Потому что, в глубине души, христиане не могут не чувствовать, что эти самые монахи много ближе к истинной вере, чем их значительно более умные и образованные собратья.

Profile

вторая
auvasilev
Васильев Александр Юрьевич
http://vasilev.su

Latest Month

Октябрь 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
Разработано LiveJournal.com
Designed by yoksel