Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Categories:

Большой свинарник

Поскольку моя недавняя история о доярках девяностого вызвала некоторый читательский интерес, я хочу предложить вашему вниманию для определенного равновесия ещё один сюжет, на сей раз о свинарках, правда, чуть более раннего времени, года примерно восемьдесят пятого – восемьдесят шестого. Указывая дату, я ещё таким образом как бы прошу прощения, если в каких-то мелочах могу быть за давностью лет не совсем точен. Но только совсем в мелочах, за суть произошедшего отвечаю.

У меня был такой знакомый, в некоторой степени можно было даже назвать его приятелем, Володя Иванов, который работал в ВЦСПС. Как точно называлась его должность, уже не помню, но она была довольно важной, достаточно сказать, что столовой в главном здании на Ленинском он пользовался не общей, а спецзалом для начальства, существование которого довольно характерно хоть и для демократического, но всё-таки централизма той эпохи. А по сути, Володя занимался вопросами техники безопасности и её соблюдения в сельском хозяйстве. И иногда мы с ним по работе на эти темы пересекались. Но в основном по моей инициативе, когда мне требовалась какая-нибудь информация или разъяснение. А тут он как-то сам позвонил и рассказал следующее.

Их служба обратила внимание на довольно странный факт. В одном из свиноводческих хозяйств Краснодарского края за последние пять лет произошли четыре несчастных случая со смертельным исходом. То есть, даже до конца не очень понятно, насколько эти смерти случайны. Просто женщин находили с проломленными затылками и, что особенно характерно, в одном и том же свинарнике. И местные правоохранители там вроде бы разбирались по своей зоне ответственности, но, с другой стороны, как будто пытаются снять с себя «висяки» и валят дела на возможный производственный травматизм.

Короче, намечается большой межведомственный скандал, и самое высокое начальство поручило Володе поехать, разобраться. А он, в свою очередь, предлагает мне присоединиться, поскольку и мне с журналистской точки зрения это может быть интересно, и ему вместе с корреспондентом солидного партийного органа в такой, несколько щекотливой ситуации будет спокойней, и вообще вдвоем веселее. Я согласился.

Когда приехали на место, то начали выясняться ещё какие-то странные подробности почти детективного порядка. Все четверо погибших были молодыми женщинами примерно одного возраста и телосложения. Их находили в разных местах свинарника и в разных позах, но с практически одинаковыми переломами основания черепа в результате «удара твердым тупым предметом». Свидетелей никогда не было, хотя совсем уж в одиночку работали довольно редко, но случалось, и это были именно такие случаи.

Иванов начал собирать начальство и общаться с коллективом по каким-то там специальным ихним вэцээспээсовским методикам и правилам, а мне во всё это лезть, честно говоря, не очень хотелось, и я не совсем понимал, чем мне заняться. Пошел посмотреть на «место преступления». Ну, свинарник как свинарник. Правда, довольно большой. Но в остальном обычный такой длинный сарай, частью из блоков, частью из каких-то кирпичных, то ли вставок, то ли заплаток, перекрыт шифером по обрешетке на бетонных балках. Внутри тоже без сюрпризов, слева свиньи, справа свиньи, посреди между ними тележка по рельсам бегает, с которой свинарки всё это хозяйство обслуживают. Простору для творческой фантазии, ну, совсем никакого. Ладно, думаю, займусь на всякий случай тем, в чем хоть что-то понимаю.

Нахожу их главного инженера и прошу дать мне проектную документацию на свинарник. Мужик смотрит на меня как на инопланетянина. Во-первых, сооружению уже больше десяти лет, а за это время тут даже директоров сменилось немерено, что уж говорить о прочих нижестоящих. Так что, и концов какой-то там документации уже не сыщешь. А, во-вторых, нахрена тут нужны какие-то проекты, когда эта штука стандартная, они по всему региону одинаковые, и их уже неизвестно с какого времени все местные умельцы штампуют по одному и тому же трафарету.

Отмазка, конечно, гнилая, поскольку стандарт стандартом, но желательно всё-таки знать, какой он, этот самый стандарт. И потом, при строительстве даже самых типовых сооружений всё равно надо и геоподосновой заниматься, и к конкретной местности привязываться и ещё много чего делать, так что без проекта, ну, пусть даже самой простенькой «рабочки», совсем не обойтись. Но я же не с проверкой приехал, не нотации читать и скандалить, а попытаться понять. Так что договорился с инженером по-хорошему.

Какую-то ветхую бумажку, свидетельствующую, что когда-то свинарник всё-таки официально сдавали в эксплуатацию, мы с трудом откопали. И там были буковки и циферки, согласно которым исходным образцом свинарника служило некое произведение, чуть ли ни столичной, некой архитектурной конторы, утвержденное, правда, очень давно, но по всем правилам и законам. Вдвоем смотались в районное архитектурное управление и даже нашли в архиве тот альбом, в котором эти самые буковки и циферки были привязаны к каким-то элементарным чертежам. Это, конечно, никаким образом проектом не являлось, но хоть некоторые размеры проставлены.

С собой альбом не дали, сказав, что такую великую ценность за порог выносить не положено, но я и тут упираться не стал, перекатал, что смог, вернулся в свинарник и стал ползать по нему с рулеткой. Не совпадал ни один размер. Что-то было ниже, что-то было уже, что-то наоборот разнесено на расстояние много больше указанного. Про углы наклона, зазоры и прочие мелочи я уже просто молчу. Хорошо, с самим зданием всё примерно ясно. Что там у нас ещё? Ах, да, тележка по рельсам.

Опять иду к инженеру и прошу, дайте мне, пожалуйста, документы на саму тележку и хотя бы основные схемы её монтажа и установки. Он точно так же смотрит на меня как… Ну, думаю, дальнейшее каждый сам себе может прекрасно представить, и нет никакого смысла утомлять читателя техническими подробностями. Я прошел по всей цепочке, от строительства до технологии уже непосредственно свиноводства, то есть всех видов ухода за животными и совершаемых при этом действий. С последним было уже много легче, поскольку вполне относилось к компетенции Володи Иванова. И без особого труда выяснилось, что ни по одному пункту ничего не выполнялось по правилам, инструкциям, нормативам и даже проектам, если они в принципе даже существовали.

Стены свинарника и, соответственно, железобетонные балки перекрытий на них, были поставлены немного ниже. А настил пола и рельсы по нему – наоборот, чуть выше положенного. К тому же, когда в какой-то момент отрезок этого настила прогнил, его не заменили целиком, а просто, поверх старых, подсунули под рельсы новые доски, и всё поднялось ещё на несколько сантиметров. А на самой тележке кнопки включения переднего и заднего хода были абсолютно одинаковые и расположены рядом.

То есть, там по сути никакого переднего и заднего не было, просто сначала свинарка ехала в одну сторону и совершала какие-то действия, потом доезжала до конца свинарника, разворачивалась и ехала обратно, тоже там что-то делая. И находясь постоянно лицом по ходу движения, женщина, в общем-то, была в достаточной безопасности. Но если она останавливала тележку по какой-то надобности на том отрезке пути, что был повыше, а потом случайно путала кнопки и включала задний ход, то тут же, угол слегка развернутой именно в этом направлении перекрывавшей проём балки как раз приходился человеку сзади аккурат в основание черепа.

Только два момента я так самостоятельно понять и не смог. Во-первых, тележка действительно дергалась с места довольно резво, и ускорение было приличное, но всё равно силы удара явно не хватало. Ну, приличная шишка, ну, даже оглушить могло, но так, чтобы насмерть… Это в конце концов, после долгих и подробных бесед смогли разъяснить только сами свинарки. Дело в том, что основную работу они проделывали слегка, а иногда и не слегка, нагнувшись. И время от времени спина затекала, её приходилось распрямлять, для передышки. И вот если сделать это резко в тот самый, роковой момент, тогда всё и складывалось.

И, во-вторых, почему все погибшие были молодыми женщинами? Тут на разницу в опыте списать было трудно, поскольку молодыми они считались только относительно остальных, а так, работали довольно давно и отнюдь не были юными неумехами. Но это сразу понял и объяснил мне Володя, как человек, владевший такого рода статистикой. Всё дело в росте. При всех нарушениях и совпадениях балка становилась смертельно опасной только если свинарка была хотя бы несколько больше ста шестидесяти сантиметров. А старшее поколение тут обычно не доходило и до ста пятидесяти.

То есть, ещё раз. Жуткое и крайне маловероятное стечение обстоятельств. Даже при всех нарушениях по всем пунктам, требовалось, чтобы именно на том отрезке, где рельсы лежали немного выше общего уровня, и где находилась на несколько сантиметров ниже проектного установленная балка, женщина, росту большего, чем тамошний средний, одновременно ошибочно включила на тележке задний ход и резко распрямилась. Но при всей маловероятности именно так произошло четыре раза за пять лет.

Но и при всех названных условиях трагедия могла произойти один раз. Ну, максимум два. Если бы оказался там какой-нибудь местный Аниськин, все быстренько проанализировал, сообразил, нашел эту балку-убийцу, обнаружил на ней следы крови и раскрыл бы преступление. Но Аниськина не нашлось. Женщины падали на продолжавшую двигаться тележку, потом сваливались с неё в каком-то, каждый раз ином месте, и никому не пришло в голову связывать их смерть с какой-то определенной точкой на пути. Так и возник в протоколах этот абстрактный «твердый тупой предмет». Хотя смертельная грань бетонной балки, пожалуй что, была не сильно тупее обычного деревенского колуна.

Итак, мне стало всё ясно, инспектору ВЦСПС Иванову, в принципе, тоже, но дальше наши с ним пути расходились. Володя остался искать и определять ответственных и виновных по их там своим понятиям, положениям и законам, а так же составлять соответствующие бумаги, организовывать профилактическую работу, и прочее, не знаю уж точно, что ему по должности требовалось. А для меня информации было более чем достаточно, и я вернулся в Москву писать статью. Естественно, написал и сейчас, собственно, познакомил вас с её кратким содержанием.

Занятие, конечно, несколько глуповатое, пересказывать собственный текст такой давности. Но «Крестьянка», хоть и есть в журнальных залах центральных библиотек, но не оцифрована, потому дать интернетовскую ссылку не могу, а ехать, заказывать и копировать, просто лень. Да и бестолку. Вы всё равно ту огромную статью читать бы не стали. Даже до этого места в предельно сжатом изложении и то, подозреваю, мало кто из читателей добрался. Но для таких подвижников я сделаю ещё одно небольшое дополнение. То чего в статье не было.

После её публикации, мы созвонились с Ивановым и он рассказал, что ему пришлось провести в крае ещё больше двух недель. Слишком много выяснилось однотипных такого рода нарушений, вот он и мотался по хозяйствам, раздавая нагоняи, и, главное, рекомендации по устранению опасных недостатков. По тону Володи чувствовалось, что мужик вполне удовлетворен своей работой и даже немного гордится её качеством и эффективностью.

А ещё примерно через полгода он снова перезвонил и сказал, что опять едет в те же края. В соседний район. Там за месяц в свинарниках от тележки и балки погибли двое. На сей раз один из них был скотник. Молодой и высокий парень. С собой меня инспектор Иванов больше не приглашал.
Tags: Былое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 54 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →