Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Categories:

Правила подлинного и подноготного

Вам это может показаться странным, но сия история имеет прямое и непосредственное отношение к предыдущему тексту о «деле Магнитского». И особенно к тому, что какие бы документы по этому делу не предъявлялись, многие скептики с очень точными и четкими идеологическими установками, неизменно отвечают одно и то же. Мол, вы нам предоставьте подлинники на бланках с подписями и печатями, а эти ваши факсы, ксероксы да электронные копии – полная чепуха и никакими доказательствами не являются.

Так вот, я именно на эту тему. Только дочитайте до конца и хотя бы постарайтесь понять.

Это было во второй половине девяностых. Сергей N., мой близкий друг, очень богатый человек, совладелец крупного концерна, по мнению многих, а возможно, практически и всех, кроме меня, сошел с ума.

Сейчас это назвали бы своего рода «дауншифтингом», хотя тогда это понятие в нашем кругу было не столь известно. Он вышел из бизнеса, после чего за копейки распродал или просто раздал все свои активы и большую часть личного имущества.

Помню, сидим мы с одной компанией общих приятелей, выпиваем, тут приходит Сергей и прямо за столом при всех предлагает мне купить у него средненький, но по тем временам довольно крепкий и вполне успешный банк. Ну, за сколько-нибудь, хоть тысяч за пятьдесят долларов. А нет сейчас свободных, чтобы так пока взял и расплатился позднее, когда прибыль будет, и вообще, если захочу. Я только рукой махнул, ещё банка мне только не хватало для полного счастья.

Сергей обводит присутствующих тоскливым взглядом, может, кто другой согласится? Народ продолжает веселиться и советует вместо всех этих глупостей пропустить ещё по одной. А там в этот момент случайно оказался прихваченный с собой кем-то из ребят его деловой партнер из Германии, крупный поставщик деревообрабатывающего оборудования. Немец по-русски говорил плохо, но понимал почти всё. Он слушал, слушал нашу занимательную беседу, потом так осторожно наклоняется к приведшему его и заодно временно исполняющему обязанности переводчика мужику и бормочет ему вполголоса:

«Скажи господину N, что в российскую банковскую систему я влезать всё-таки не рискну, да и не уверен, что туда пустят иностранца, но если у него есть какой лишний и ненужный станкостроительный заводик, то по таким ценам и на таких условиях я, пожалуй, готов прикупить».

Но это так, небольшое лирическое отступление. Разобравшись с уничтожением отягощающих душу материальных благ, Сергей взял жену с двумя детьми и переселился в горное захолустье одного весьма крупного зарубежного государства. И там уже всерьез занялся самоусовершенствованием.

Однако жена его, Валентина, полностью во всем с мужем солидарная, параллельно ещё продолжала и детей рожать. Да она и приехала уже беременной. Короче, через пару лет в семье малолеток становится четверо и пока не точно, но имеются некоторые подозрения, что возможен пятый. А домик у них совсем маленький, скромненький, то есть, думать о вечном как-то пригоден, но для разрастающегося детского сада становится явно тесноват.

Женщины всё-таки, что ни говорите, сущёства не способные понять нашего истинного уровня духовности, поэтому в какой-то момент даже в лучших из них пошлое практическое берет верх. Приходит Валя к мужу и заявляет, что всё, конечно, очень благородно, но дом надо бы купить побольше. Сергей покряхтел, попыхтел, попытался, было, состроить обычную отстраненную физиономии, но по глазам благоверной понял, что нынче точно не прохезает, и полез в загашник.

Тут нужно признаться, что чудик-то он, конечно, чудик, но всё же наш, русский чудик с крепкими крестьянскими корнями рязанской губернии. Поэтому кое-что через границу «на черный день» он всё-таки перетащил. Подозреваю, даже не самым законным образом. И вот с этим своим заныканным Сергей идет покупать новое жилье. А это уже не какие-то там гроши, как за первую хибару, которыми никто даже не поинтересовался, а весьма по тем временам серьезная сумма, больше полмиллиона зеленых, если я правильно помню. И не то, чтобы ему не хватает, но там какие-то всё равно местные заморочки, связанные и с банком, и ещё с чем-то мне до сих пор не до конца ведомым, потому вдруг его спрашивают, подождите, а откуда у вас вообще эти деньги, чегой-то мы на территории нашей страны даже никаких малейших следов их происхождения найти не можем.

И выясняется, что по приезде, в угаре апогея своего нравственного и духовного перерождения, какими-либо документами, подтверждающими легальное происхождение денег, Сергей не озаботился и даже, по-моему, ничего не задекларировал, хотя я сейчас уже могу подробности и подзабыть, всё же больше пятнадцати лет прошло. Но, тем не менее, друг мой даже особо не стал крутить хвостом, а прямо так всё честно и выложил, мол, с моментом пересечения валютой границы, может, я где-то и накосячил, но сами по себе бабки полностью чистые, они за проданное в Москве жильё. И ему так, более чем лояльно, отвечают. Что никаких проблем, всё понимаем, с эмигрантами из бывшего Союза и не такое бывает, только вы свяжитесь со своей родиной и пусть вам пришлют документы, подтверждающие эту трогательную историю.

Вот и звонит мне Сергей в несколько даже нехарактерном для того периода релаксации возбужденном состоянии и просит что-нибудь придумать, дабы успокоить этих занудных местных законников.

Конечно, если честно, то я мог бы подойти к делу с полной серьезностью и с помощью относительно небольших денег, затратив не так много усилий, изготовить или даже получить в соответствующих организациях практически настоящие документы на любую сумму и любого уровня достоверности. Но поскольку уже имел к тому времени определенный опыт общения с контрольно-финансовыми службами государств, подобных тому, в котором жил Сергей, и неплохо знал их и желания и возможности по проверке подлинности документов такого рода из России, то решил и голову себе особо не морочить, и заодно слегка поразвлечься.

На большой тогда редкости, цветном лазерном принтере, изготавливаю бланк, вверху которого очень красиво напечатано что-то вроде «Главное Министерство по продаже недвижимого имущества в г. Москве». Телефон, естественно, «из башки», адрес, понятно, Тверская 13, всё как положено. И на этом бланке пишу, типа, «Сим удостоверяется, что Сергей N. продал свой дом на улице Горького площадью такой-то Александру Васильеву за 1 (один) миллион долларов США. Деньги господином N. получены полностью и наличными, претензий никто ни к кому не имеет». И подписи. Замминистра и бухгалтера указанного министерства. Единственное, что я там указал реально, это свой собственный номер паспорта, телефон и место проживания. Зачем, поясню чуть ниже.

А ещё один мой приятель, владелец небольшой фирмы по производству сувениров, как раз в этот момент для каких-то мелких своих нужд приобрел станочек, на котором можно было из материала, типа силикона, отлить любую форму. В том числе аппарат, хоть и не специализированный, но вполне подходил для изготовления некого подобия печати. Во всяком случае, для нескольких оттисков точно пригодного, а мне особо больше было и не нужно. И я самостоятельно изготавливаю на всякий случай аж две печати с соответствующей надписью по кругу, в середину одной, которая побольше, помещаю двухголовую птицу, а в центре второй, миниатюрной, изображаю для солидности и экзотики пятиконечную звезду

После чего беру паркетину, благо, у меня всегда под рукой имелось нечто подобное, приклеиваю к деревяшке с двух сторон по силиконовой блямбе и, с помощью специально купленных подушечки и туши, это по-моему были единственные мои материальные затраты, ставлю на приготовленный бланк печати. Птицу на мое же собственноручное изображение подписи замминистра, а звезду на каракулю бухгалтера, с которой помогла жена. Аккуратно складываю получившийся шедевр и отравляю DHL Сергею.

Он опять звонит и даже в ещё более истеричном настроении. Ты что, орет, Васильев, совсем двинулся, хватит столько квасить, какого Хармса ты мне прислал? Но я тогда, скорее всего, действительно был с похмелья, потому беседу о литературе точно не поддержал, а очень твердо и кратко ответил, чтобы Сергей успокоился и отдал бумажку по месту требования. А если возникнут малейшие вопросы, то делать морду кирпичом и говорить почти правду. То есть, вы велели, я попросил покупателя моего московского жилья, он прислал документы, если у вас какие-то сомнения, связывайтесь с ним, можете проверить, это более чем реальный человек, видимо приличный и порядочный, поскольку деньги в своё время отдал без проблем, но вообще-то он мне не сын родной, и я за него особо не отвечаю.

- Ну, смотри, - грозно предупредил лучший друг, - ежели чего, я твои пьяные хулиганства покрывать не стану, сделаю точно, как ты сказал, так что, жди, когда за тобой придут…

Как уже упомянуто, прошло больше пятнадцати лет. За эти годы в семье Сергея и Вали родился шестой ребенок и даже этот последний, как я понимаю, должен во вполне обозримом будущем закончить школу. Тот первый их большой дом давно продан, они много раз переезжали, в том числе на время и в другие страны, потом возвращались, опять что-то покупали, строили, снова продавали. Но, видимо, за своей кредитно-финансовой историей с тех пор Сергей следил более аккуратно и внимательно. Во всяком случае, ко мне больше с подобными просьбами не обращался. А я пока так и не дождался утреннего настойчивого стука в дверь, значение которого на инстинктивном уровне предельно понятно каждому советскому человеку. Надеюсь, судьба не пропустит благоразумно употребленного мною слова «пока».

А теперь самое главное, ради чего я и вспомнил этот давний, хоть и веселый, но не такой уж значительный случай, чтобы на его описание мне тратить столько сил, а читателю на ознакомление столько времени. Но тут важна даже не подлинность изготовленных мной тогда документов, а чем я вообще способен доказать, что написанное мною истинная правда, а не примитивная выдумка?

Не то, что имена с фамилиями, но даже название страны нынешнего жительства Сергея, который, на самом деле, и не Сергей вовсе, я вам, естественно, не скажу. Никаких ссылок или, как сейчас принято говорить, «линков и пруфов» дать не могу.

Хотя история прекрасно известна практически всем моим приятелям, я её не только никогда не скрывал, но и частенько в разных ситуациях, к случаю рассказывал во время застолий и, надо сказать, никогда ни у кого из понимающих и знающих меня и Сергея людей она не вызывала малейших сомнений. Более того, Миша Грудинин, который помогал мне в изготовлении печатей, Андрюша Ерохин, приклеивающий вместе со мной их к паркетине, Гена Жигарев, чья секретарша отправляла бумажку за границу, и ещё многие свидетели при сем присутствовавшие могут всё сказанное мной подтвердить до последнего слова, опять же, понятно, без уточнения имен и географии. А это всё люди не просто реальные, а и многим хорошо в Москве известные и пользующиеся репутацией людей отнюдь не склонных к фантазиям.

Ну, и что? А вы бы им на слово поверили даже если даже если бы мне каким-то чудесным образом удалось всех их представить одновременно пред ваши светлы очи и повелеть говорить правду, одну только правду и ничего кроме правды?

То-то же. Так что, нет у меня для вас никаких доказательств. Хотя, погодите, где-то тут еще одна не до конца использованная паркетина завалялась…
Tags: Былое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments