Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Categories:

Настройте свой гетеродин

Как же всё-таки быстро летит время, и как легко из нашей памяти стираются мелочи и подробности самых простых его бытовых примет. Вот я недавно, в связи с очередной липовой сенсацией по поводу убийства Листьева написал в своей заметке такую фразу:

«Давайте вспомним, что реально произошло на телевидении в 1995 году. Там ОРТ, не ОРТ – эти внутренние дела активно в тот момент рубивших бабло ребят не сильно интересовали, просто на «первой кнопке» реклама продавалась через определенные агентства».

Сделал это намеренно, понимая, какого рода возражения могут последовать. Но, как обычно, предусмотрительность и аккуратность моя были напрасны, фразу большинство читателей не заметили и многие начали мне возражать, объясняя, что Листьев имел полное право отменить рекламу, поскольку он возглавил совершенно новую организацию под названием ОРТ, у которой не перед кем никаких обязательств не было.

Однако, не волнуйтесь, я не собираюсь продолжать тему Листьева и сейчас совсем о другом. О том, что имел в виду, когда упомянул «первую кнопку».

У моего отчима был такой относительный родственник, муж одной из сестер его матери, завотделом Госплана, который жил в Доме на набережной. Наши семьи практически не общались, уж очень была велика социальная разница, но на какое-то семейное торжество в начале 60-х мы оказались приглашены. Там, среди прочих чудес я впервые и увидел такое, как телевизор. Это был, по сути, первый относительно массовый отечественный приемник «Ленинград».

Возможно, кто-то его ещё помнит, такая деревянная шкатулка из двух частей, слева радио, а справа, за отодвигающейся шторкой, крохотный экранчик. В памяти у меня он остался, но особого впечатления не произвел, поскольку его не включали, а просто сказали, что это такая штука, которая показывает типа кино, только совсем крохотное.

Немного позднее, когда мы в один из приездов в Москву снимали комнату в гигантской коммунальной квартире на Померанцевом переулке, там была семья давно покойного к тому времени какого-то большого железнодорожного начальника. Она сильно обнищала и, как сейчас сказали бы, деклассировалась, но у них ещё оставались некоторые осколки былой роскоши, для нас вовсе неведомые, в роде пылесоса или стиральной машины. И в том числе, единственный на десятка полтора комнат телевизор – знаменитый «КВН-49».

Вот его я уже несколько раз видел в работе, когда всех соседей приглашали на массовый просмотр какого-нибудь праздничного концерта. Однако, наибольший интерес у меня почему-то вызывало даже не изображение, а гигантская линза перед экраном, которую надо было наполнять дистиллированной водой. Постоянно хотелось проковырять внизу дырочку, любопытно, как оно всё булькнет и выльется на пол. Детские фантазии иногда чрезвычайно причудливы.

Собственный телевизор родители купили довольно поздно, это было незадолго до того, как я их покинул, потому марку даже не запомнил. Но, видимо, всё-таки сама мысль о таковом предмете подспудно у меня существовала. Делаю такой вывод в связи со следующими обстоятельствами.

В 72-м я переехал в первую свою личную комнатку и женился. Для церемонии бракосочетания мама подарила мне двести рублей на кольца, чтобы было чем обменяться в ЗАГСе. Расписались мы без этих заморочек, а ровно за указанную сумму купили в комиссионке телевизор. Название в голове не отложилось, скажу только, что был он, естественно, черно-белый, поскольку эра цветных ещё не наступила, почти предельного по тем временам размера и стоял на полу на четырех собственных тонких ножках, которые ввинчивались непосредственно в корпус. Стоял, однако, не долго. То ли я его в карты проиграл, то ли просто продал в минуту жизни трудную, каковые были событиями рядовыми, сейчас уже память не восстановит. Но очередной раз менял я через несколько лет место жительства точно без него.

И как-то довольно долго после этого мысли о телевизоре не возникало. Правда, была ещё одна история. В середине 80-х мой близкий тогда приятель Аркаша, крупный валютный спекулянт, купил через каких-то иностранцев так называемую «двойку». Небольшой, по-моему, всего лишь чуть ни четырнадцатиинчевый телевизор ДжиВиСи и только тогда появившийся видеомагнитофон. А, поскольку приятель в тот момент находился в процессе смены жен, то попросил меня временно поставить аппаратуру в моей тогдашней квартирке не первом этаже «хрущебы» в районе ВДНХ. Стоила такая штука не сильно дешевле «Жигулей». Думаю, понимаете, что имею в виду не пиво.

Я пару раз даже посмотрел данную японскую экзотику, а потом уехал в длительную командировку, оставив Аркаше ключи от квартиры. Когда же вернулся, то застал его в своем жилище вместе с компанией милиционеров и обеих жен – бывшей и будущей. Выяснилось, что за это время «двойку» сперли, хотя замок взломан не был, окна тоже целы и больше ничего не взяли. Темная история, меня ещё неоднократно вызывали к следователю, думаю, очень даже подозревали, но потом всё само собой затихло.

А более никакого отношения к телевизорам я не имел почти до самого конца советской власти. Как-то совсем не до того было. Но незадолго до сего замечательного события моя жена ждала ребенка и последние месяцы беременности чувствовала себя не очень хорошо, много времени проводила лежа в кровати. А я был сильно занят, дома бывал не часто, и, чтобы она не особо скучала, сделал ей подарок. По тем понятия предельно роскошный, не скажу уже, эквивалентом скольких средних зарплат он являлся, но, несомненно, многих. Через знакомых достал в «Березке» самый большой «Хитачи». Он оказался очень живучим, я всего десять лет назад оставил его при очередном переезде, но отнюдь не из-за плохой работы, а просто надоел. Но сейчас речь совсем о другом.

Ещё раз повторю и подчеркну. Японский телевизор того, ставшего впоследствии стандартным образца, с пультом дистанционного управления и автоматической настройкой на сначала несколько десятков, а скорее уже и на более чем сотню каналов в момент возникновения новой России был предметом отнюдь не рядовым. И это в Москве, среди по тем временам людей уже достаточно обеспеченных, однако при этом ещё вполне молодых. А у моей мамы аппаратура такого класса вообще появилась только в начале этого столетия. До того же, и у неё, и большинства её знакомых, и во многих семьях моих сверстников, стоял ящик советского типа, на подобие «Рубина».

А там вверху справа были шесть кнопок. При надавливании панелька с ними выдвигалась и про помощи колесика за каждой из кнопочек можно было немножко подстроить качества изображения. Но отнюдь не пройтись по всей полосе вещания. А только слегка скорректировать заводскую настройку. Которая была такова, что самая первая кнопка включала везде один и тот же канал. Вот именно этот самый, который и нынче называется «Первый».

Потому, для подавляющего большинства телезрителей страны в 95-м году организация какого-то там ОРТ являлась историей совершенно мифической и абстрактной. А то, что Листьев возглавил некую «совершенно новую организацию», событием вовсе непонятным и к реальности никакого отношения не имеющим. У них как была «первая кнопка», так и осталась. Самая распространенная, самая популярная, самая массовая, да просто самая привычная и автоматически считавшаяся самой главной. Ну, чего тут говорить, первая, она и есть первая.

Я всё это, собственно, написал всё это с одной единственной целью. А, может, кто из читателей тоже вспомнит, и когда у него появился первый телевизор с автоматической многоканальной настройкой, и, главное, когда большинство окружающей перестало пользоваться теми ящиками, на которых существовала «первая кнопка»?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments