Каюсь, каюсь, каюсь…

Видать, шизофрения обостряется совсем близко к шестидесяти. Начинаешь обращать внимание на полную чепуху. И она раздражает. В «мое время» даже в самой глухой деревне, что колымской, что сибирской, что среднеполосной, слово «бутерброд» всегда произносилось с разной интонировкой, но, в принципе, без особых вариантов. Сейчас, чаще всего, от дикторов радио и телевидения до современных тилигентов почему-то говорят «бутельброт».
Бесит.
Борюсь.
Но бесит.