Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

«В-зубец»

Тут один читатель, то ли по невнимательности, то ли из-за бьющих через край эмоций, упрекнул меня, будто я считаю «отсутствие собственного сортира» или, наоборот его наличие определяющим признаком, по которому происходит разделение между восторгающимися присоединением Крыма и испытывающими противоположные эмоции.

Я не буду сейчас оправдываться в том, что написал, просто потому, что ничего подобного я не писал, а спорить с тем, что человек захотел прочесть, довольно глупо. Однако в связи с этим мне пришла в голову несколько иная мысль, которой я хотел бы поделиться.

Упомянутый читатель сослался на опрос Навального, по результатам которого 85% россиян в восторге от крымской виктории, а половина оставшихся сомневаются. Я же до этого только что приводил данные ВЦИОМа, согласно которым восторгающихся и вовсе 91%. Да, если считать что среди пары, по моему мнению, миллионов (тут давно нет никакой официальной статистики, так что невольно приходится опираться исключительно на собственный опыт) моих сограждан, имеющих крайне слабое представление о собственности, за её почти полным отсутствием, процентное соотношение примерно такое же, то получается, что восторженно орут: «Крым - наш!» более полутора десятков миллионов людей, в чьих устах это звучит особенно мило.

Однако отбросим это. Остальные много больше десятков миллионов орут (ну, или втихую испытывают) то же самое, имея и по два и по три личных сортира. Я даже знаю нескольких, у которых на семью приходится штук 8-10. Так что, конечно, имущественное состояние не является тут определяющим признаком. А что тогда является?

На мой взгляд, это что-то типа «Т-зубца» у Стругацких, если кто помнит. Только вот тут очень правильно прошу меня понять. От чего зависит наличие или отсутствие этого самого «Т-зубца» писатели никаким образом не формулировали, разве только через отрицание, в смысле, что не от таланта, не от образования, не от интеллекта и много ещё от чего «не». Но вот от чего «да» нигде не сказали, и у меня большое подозрение, что и сами представления не имели. Но всё-таки там имеется, как ни пытайся скромно и предельно демократично закамуфлировать это высокоумным забалтыванием, некий пусть и самый легчайший, однако для меня несомненный оттенок некой избранности и элитарности.

Так вот, тот «В-зубец», как я это позволю себе обозначить, то есть фактор, в котором каждый желающий (вот это «по собственному желанию» и является главным принципом, отличающим «В-зубец» от «Т-зубца») может спереди поставить начальную букву своей собственной фамилии, принципиально лишен этого оттенка. Тут нет и малейшего намека на избранность, но есть что-то, наверняка другое, абсолютное точное и однозначное.

Каждый из объясняющих, почему он не испытывает восторга от присоединения Крыма, аргументирует это часто по-своему, и аргументы, порой очень значительно разнятся. Но я же вижу и чувствую, и при личном общении, и по текстам людей, что в любом случае тут много надуманного, искусственного и натужного. Ну, надо же что-то сказать и как-то попытаться объясниться… А в глубине лежит нечто иное и фундаментальное, для самого человека никаких объяснений не требующее – ну, нельзя себя вести подобным образом в подобных обстоятельствах. Нельзя и всё.

И наоборот, какие бы собственные доводы ни приводили испытывающие от произошедшего с Крымом восторг, в основе его, этого восторга, лежит: «нам так вести себя не только можно, но и нужно, а все остальное не имеет значения».

Отсюда, собственно, и повышенное раздражение, и желание у некоторых с обеих сторон продолжить спор, поскольку он идет там между вторичными и десятеричными аргументами и является по сути ложным. А между первичными он невозможен, и если это понять, то сразу станет ясна и абсолютная бессмысленность диалога по данному поводу.

Ну, вот у меня как-то со старшим сыном был случай. Ехали в электричке, довольно забитой, в час пик, все стояли друг у друга на головах, тут он открывает банку с пивом и начинает из нее потягивать. Я говорю, нельзя так себя вести в подобной ситуации. Он явно ничего не понимает, мол, почему, мне же пить хочется? Я ещё раз сказал, даже от некой собственной ошарашенности попытался что-то объяснить, но вижу, это абсолютно бесполезно, противоречит каким-то его нутряным ценностям. Ведь он пить хочет, почему же нельзя? Тогда я попрощался, оставил его допивать и с трудом, но протиснулся в другой вагон. Вряд ли что-то изменил в его мироощущении, но, по крайней мере, рядом со мной он больше так не поступал.

Однако, это пусть и взрослый человек хорошо на четвертом десятке, но всё-таки мой сын, потому я могу хоть как-то, хоть чисто внешне скорректировать его поведение. Но отдаю себе отчет, что только поведение и, скорее всего, только в моем присутствии. А в душе он так никогда и не поймет – а почему нельзя? Что уж тут говорить о людях посторонних…

Но вот что, даже ещё не наводит на мысль, а всего лишь дает намек на какое-то направление размышлений. И меня на это натолкнул тоже комментарий одного из читателей (вот почему я благодарен каждому, какую бы ересь он, с моей точки зрения, ни нёс, и кроме откровенного шизофренического хулиганства никогда ничего из комментариев не удаляю). Недавно, я вспоминал, что из более чем двух десятков людей, собравшихся у меня в гостях в 2000-м перед президентскими выборам и голосовавших потом за Путина, в России нынче никто не живет, кроме меня, голосовавшего «против».

И вот читатель спросил, а не было ли у тех людей ещё какого объединяющего признака, например, общего еврейства. Я так прикинул и ответил, что вроде нет, количество евреев тогда за столом в процентом отношении, насколько могу судить, было даже значительно меньшим, чем обычно в моей компании. Но потом, уже задним числом, случайно вспомнив, задумался – а почему, собственно меньшим? И тут мне пришел в голову упущенный почему-то мной действительно общий признак. Они почти все были выпускниками Бауманки, причем именно самых «закрытых» факультетов и учившимися ещё в советское время. А тогда на подобные факультеты, ну, не то, что бы совсем евреев не принимали, но именно их было всё-таки значительно меньше, чем в других институтах.

Впрочем, это открытие на счет Бауманки, как объединяющего признака, тогда ничего мне не дало и не объяснило, но зато заставило более внимательно относиться к подобному, дабы более не пропускать достаточно очевидного.

Так вот и с отношением к присоединению Крыма, «Крымским маркером». Я подумал, а нет ли ещё какого, не учтенного мною общего признака, на который я по какой-то субъективной причине не обратил внимания? Смотрел-смотрел, думал-думал, нет ничего общего. И достаток разный, и отношение к собственности, и национальность, и профессии, и «деревенский – городской» не подходит, и возраст, и пол, и даже по цвету волос прикидывал, грешил, со стыдом признаюсь, на блондинок – нет, ничего не получилось. Вот просто у одних есть «зубец» и для них произошедшее неприемлемо, а другие без «зубца» и в восторге или, по крайней мере, в глубоком удовлетворении.

Единственное, что мне пришло в голову - если среди всего населения, примерно, 90% восторженных (а у меня в данном случае не особых оснований в порядке утверждений даже самых что ни на есть официальных социологов, а препираться по поводу даже десятка-полутора процентов не вижу смысла), то среди моих знакомых, то есть не просто людей, о мнении которых мне известно, а именно среди тех, с которыми я хоть в какой-то мере и хоть изредка, но общаюсь, процент прямо противоположен. Даже пытался подсчитать, и цифры получились на удивление зеркальными. 90% в ужасе от произошедшего, 5 – в восторге и 5 – «с одной стороны, с другой стороны».

Выходит, некий «зубец» не только наличествует, но и по каким-то признакам явно кучкуюется. А вот по каким, я так и не смог пока для себя определить и сформулировать. Ну, ничего, будем работать дальше.
Tags: Украина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 46 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →