Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Category:

Сколько букофф в слове из трех букв

Поскольку некоторых читателей, признаюсь, совершенно неожиданно для меня, заинтересовала моя пустяковая реплика про «ниосилил», попытаюсь, по мере сил кратко, уж простите, если не совсем получится, кое-что уточнить.

Если мне нужно изложить какую-либо коммерческую идею или сделать предложение по совместной деятельности человеку, а прихожу к нему, а он смотрит на часы, и просит, мол, пожалуйста, покороче, я несколько ограничен во времени, то никаких проблем. Естественно, сделаю всё возможное, чтобы быть предельно и кратким, и четким, и убедительным. В любом случае, всегда заранее благодарен за уделенное мне внимание, вне зависимости от реакции и результата, поскольку встреча произошла по моей просьбе или инициативе.

Если я сижу, разговариваю с друзьями даже в каком-то публичном месте, где никому не возбраняется присоединиться к беседе, что-то рассказываю, тут подходит мало или совсем не знакомый человек и говорит, типа, давая побыстрее, а то слишком тянешь резину, я обычно вежливо советую человеку присоединиться к какой-нибудь другой компании, более соответствующей его вкусу.

А если кто-то приходит ко мне и спрашивает о чем-то, но при этом предупреждает – Только ты быстро и коротко, а то у меня нет сил и времени твои разглагольствования слушать, - то я в таком случае тоже иду навстречу и отвечаю действительно быстро и коротко – Иди в жопу.

И ещё, дело тут не в том, имеет ли право какой-то там аноним под твиттерным номером критиковать человека уровня Илларионова. Никто физических и юридических прав этих ничтожеств (а я имею право эту, с моей точки зрения, мразь так называть в своем собственном Журнале?) не лишает, я так даже ни один подобный комментарий ни разу не стер. А моральное право это всё же немножко другое.

Был такой юноша, один из любимейших мною критиков и публицистов, Дмитрий Иванович Писарев. Как он только ни поливал Лермонтова с Гоголем, но больше всего, самое наше святое, Пушкина Александра Сергеевича. Мальчишка, щенок, в двадцать восемь уже умер, так сам и не создав ничего хоть относительно равноценного творениям тех, кого ругал и чуть ни презирал. Имел ли он на это право?

Конечно, имел. Потому, что сами по себе его тексты, да, пусть по силе таланта и не соизмеримые с критикуемыми, это гигантская работа души и ума. Это своеобразный, даже уникальный мир собственной оригинальной мысли и приглашение к открытому диалогу на высочайшем нравственном и интеллектуальном уровне.

А если бы Писарев Пушкину написал «ниосилилслишкоммногобукофф»? Тоже критика, или всё-таки элементарный идиотизм закомплексованного, невоспитанного невежды?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments