Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Categories:

Как на Киевском вокзале...

   Среди не только выросших в моем родном совхозе «Дукча» на 23-м километре под Магаданом, но в бараках самой столицы колымского края, у меня одного были хорошие зубы. Да, честно говоря, даже главное не то, что хорошие, а что просто были зубы. За несколько месяцев до начала навигации, когда в погребах заканчивалась картошка, а в сараях мороженая навага, десны начинали кровоточить, и к лету уже многие подростки чего-нибудь во рту не досчитывались. Но мне жутко повезло. Никакая хворь не брала, хотя рацион от общего ничем не отличался. И зубы остались уникальные, я ими банки с тушенкой открывал. На спор. Три банки подряд за бутылку питьевого спирта. Он тогда кое-где в Сибири продавался и ценился как две с лишним поллитры обычной водки. Вот горбачусь грузчиком на Ангаре, такой восемнадцатилетний туповатый лось, зарабатываю в жарком споре очередную бутылку к ужину, но тут толи банка попалась неудачная, то ли ухватился я за нее как-то не так, короче, кусок зуба откололся. Да не кусок даже, крохотный кусочек. Но не приятно, острый оставшийся осколок язык режет. Пошел в местный медпункт, стоматолога там, естественно не оказалось, в Красноярск за пятьсот километров переться неохота, я уже потянулся за напильником, но тут медсестра надо мной сжалилась и достала свою пилочку для ногтей. Я этой пилочкой осколок подшлифовал, и на том дело кончилось. Тушенку, правда, с тех пор стал открывать ножом, и спирт добывал другими способами. А историю с зубом забыл почти на двадцать лет.

    И вот, в августе 91-го, после нескольких прохладных дней и особенно ночей у Белого дома, когда радостные демократы собрались праздновать победу, я обнаружил, что челюсть под травмированным когда-то зубом раздулась в гигантский флюс и температура подскочила  до максимума. Так в тридцать семь я первый раз в жизни оказался у стоматолога. Правда, с тех пор получил право говорить, что в борьбе за свободу на баррикадах кровь проливал. Хотя если честно, реально кровь, и в большом количестве, пролилась совсем в другом месте – в одном из первых кооперативных зубных кабинетов радом с метро «Бауманская».

   Вот так оно все и началось. Хожу теперь по этим высокооплачиваемы садистам регулярно, и расписание жизни сверяю исключительно по специальной медицинской карточке. А в ней строго было написано, что в 15.00 сегодня у меня очередная экзекуция. А хочется еще и к Хамовническому суду сходить, посмотреть, как Шендерович с Юрским ждут справедливости, и ТЦ «Европейский» посетить, глянуть, кто кому какую гадость собирается устроить. Я расстроился, но взял себя в руки и решил, что не должны немощи физические мешать  проявлению как гражданской позиции, так не самого здорового любопытства. Но тут судья Данилкин проникся, видать, на каком-то астральном уровне сочувствием к моим проблемам и перенес вынесение приговора на предпраздничные дни. Я вздохнул с некоторым облегчением, хотя и пожалел Ходорковского. А потом подумал, что, если совершится чудо, и Михаила Борисовича оправдают, то он на эту задержку особо не обидится. Если же без всякого чуда срок ему все же припаяют, то лишние несколько дней без точного знания об этом подсудимому тоже не повредят. И перестал жалеть Ходорковского. Ну, в смысле, по этому поводу, а не вообще. Перестал и решил сосредоточиться на двух оставшихся пунктах – зубы и «Европейский». Сейчас, думаю, заскочу на Киевский, прикину пока, как там да что, потом к эскулапам, а на обратном пути, уже с бесчувственной от наркоза мордой, что делает ее выражение вполне приемлемым даже для родной милиции, как раз успею снова к ТЦ уже к самой разборке. И уже иду к метро, как на мобильник звонят и сообщают, что доктор приболел, и прием переносится. Вот, судьба-то! Выходит, зря так уж мобилизовывался. Но делать уже нечего, хоть что-то из намеченного выполнить-то следует.

    Выхожу на «Киевской». Внизу всего четыре мужика в форме, погоны у них на куртках с тонкими поперечными полосками, но взгляды никак не ниже капитанских и вид весьма солидный. Вверху, в вестибюле и всего-то парочка таких же. Однако неподалеку еще парень с с девушкой – кинологи. У каждого на поводке по роскошной овчарке. Сами кинологи стоят довольно равнодушно , на некотором расстоянии и даже практически не смотрят друг на друга. А вот собаки всячески норовят крайне дружелюбно пообщаться. К сожалению, я не разглядел – они тоже мальчик с девочкой, или просто приятели, жаждущие хорошей компании. На улице перед выходом в метро все уже серьезно. «Космонавты» в полной экипировке выстроились в ряд, сверлят народ пронзительными взглядами. В нескольких местах тут же проверяют документы у юношей восточной внешности. Вдоль тротуара с пяток громных автомобилей с решетками на окнах и ОМОНовцами внутри. Еще несколько таких же машин и  милицейских автобусов на площадке перед сами Торговым центром. «Тяжелые» и шеренгой стоят, и небольшими группами, и передвигаются в виде чего-то типа патрулей. Но общее количество, по моим прикидкам, не сильно более человек ста. Десятка полтора – два журналистов с очень дорогой профессиональной фото и видео аппаратурой, множество зевак снимают просто бытовыми камерами, а то и мобильниками. Вот на площадку въехал «ПАЗик» нежнейшего светло салатного цвета, в него посадили человек двадцать «кавказцев» (надеюсь, читатель поймет и простит мне всю условность обозначений подобного рода, понятно, что я представления не имею, кто эти люди, но всем ясно, по каким внешним признакам их задерживают) и куда-то увезли. Только что подъехало еще больше десяти армейских грузовиков с брезентовым кузовом, внутри видно, что не пустые, но не рассмотреть, ОМОН это, или солдаты ВВ. Самое милое, что в целом настроение общее даже не то, что не напряженное, а даже пока вовсе доброжелательное, чуть ли даже не без нотки веселья. Девчонки ходят стайками, некоторые, перешучиваясь и слегка кокетничая, курят радом с милиционерами. И те, надо признаться, документы стараются проверять с предельной вежливостью. Однако, повышенная тщательность все же чувствуется. Уже несколько раз каких-то ребят, кстати, вполне славянской внешности, даже без фанатской атрибутики, а просто в довольно тяжелых ботинках, обшмонали сверху донизу, даже куртки заставили снять на морозу. Но, еще раз подчеркиваю, пока все вполне в рамках разумного. Так я часок прокантовался. Нового ничего не происходило и как будто не намечалось. Потому поехал домой. Вот представил вам промежуточный отчет. Еду обратно на «Киевскую». Там как раз к шести часам и обещали самое интересное.

 

 

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments