Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Category:

Не, всё это добром не кончится…

Тут читатель igormy уже не первый раз серьезно раскритиковал моё пристрастие к текиле, хоть и несколько, на мой взгляд, излишне эмоционально, но довольно аргументировано объяснив большинство моих неприятностей недостаточным вниманием и уважением к, теперь уже на его взгляд, наиболее приятному и полезному напитку – кальвадосу.

Есть причина, по которой я счел не только возможным, но и почти необходимым ответить не каким-то кратким комментарием, а более и подробно и публично. Дело в том, что именно с кальвадосом связано одно из самых крупных разочарований моей жизни.

Как и несколько поколений советских юношей определенного склада, включая моё, я был воспитан на романах Эриха Марии Ремарка. А там, как всем известно, не буду сейчас уточнять по какой, не совсем с искусством связанной причине, герои постоянно дуют этот самый кальвадос в немереных количествах и без разбора уместности данного занятия в связи с развитием сюжета. И в большой степени, даже не сам, естественно, напиток, о котором никто и представления не имел, а его красивое название стало определенным символом манящей западной вольной и изысканной жизни.

В шестьдесят восьмом открыли гастроном «Новоарбатский». Если кто подзабыл дату моего рождения, то напоминаю, что было мне тогда всего четырнадцать, и я только закончил восьмой класс. Так вот, в новом магазине появились невиданные до того иностранные бутылки, которые, правда, представляли для большинства чисто эстетическую ценность, поскольку, например, «Наполеон» стоил двадцать пять рублей, «Мартель» - пятнадцать, а не у всех хватало и на водку по два восемьдесят семь. Сам я, впрочем, тогда ещё практически не пил, разве что немного «Рислинга» за компанию, но некоторые из моих приятелей, в основном немного старше, баловались уже и портвешком во вполне реальных количествах.

И сидим однажды на старом Арбате, там почти в начале было такое кафе-мороженое, прозванное в народе «25 литров», и поедаем пломбир, запивая разливаемым под столом каким-то дешевым отечественным спиртным. Тут приходит еще один из наших, говорит, что проходил только что мимо «Новоарбатского» и видел в витрине настоящий «Кальвадос». И даже, что удивительно, по какой-то вполне приемлемой цене. Сейчас точно уже не вспомню, хотя обычно на цены память прекрасная, но здесь некий странный провал. Однако за сам факт приемлемости говорит то, что мы компанией человек в пять-шесть смогли тут же названную сумму набрать и отправили самого солидного за бутылкой.

Далее совершилась целая торжественная церемония. Разливать столь священный напиток под столом в замызганной кафешке даже в голову не пришло. У кого-то оказались родители в отъезде, поехали на хату, достали самые красивые бокалы из буфета, рассели вокруг воплощенной мечты и принялись наслаждаться. То есть, думали, что сейчас насладимся. Но когда я только пригубил, то понял, что пить эту гадость категорически не в состоянии. А когда огляделся, то на физиономиях товарищей увидел точно то же выражение, что, уверен, проявилось в этот момент и на моей.

При том, думаю тут следует упомянуть, что в принципе и тогда, и всю жизнь, и даже сейчас я могу по идее пить всё, что жидкое и грызть всё, что твердое. Но одно дело – «могу», а совсем другое, чтобы в этом был хоть какой-то смысл. И поскольку спиртное для меня никогда не являлось инструментом опьянение, а исключительно вкусовым ингредиентом, то зачем же я буду потреблять противное до омерзения?

Позднее, я ещё несколько раз пробовал «Кальвадос», последний – на его родине, в Нормандии, в дорогущем ресторане со специальным собственным «кальвадосным» погребом. Думал, может, с годами вкус (мой, понятно, не его) изменится, и начну получать удовольствие от знаменитого напитка. Не получилось.

И уж до кучи, признаюсь сразу во всех своих страшных греках и недостатках из этой области. Точно так же, а то и больше, даже ко рту поднести не могу, столь отвратителен запах, я не терплю ещё и любой джин. А самые лучшие виски мигу выпить только с большим количеством «Перье», очень немного и лишь из приличия в редчайших ситуациях. Более, пожалуй, ограничений нет. Человек я крайне не требовательный, довольно пьющий и без особых капризов. Что-то люблю больше, что-то меньше, вообще, не слишком на данную тему парюсь и прекрасно себя чувствую.

Но не могу я пить этот ваш «Кальвадос», ну, не-мо-гу!

А теперь ответьте мне, пожалуйста, только честно, как на духу. Неужели вы искренне думаете, что человечество может действительно прийти к консенсусу по каким то фундаментальным, истинно судьбоносным вопросам, если даже конкретно пьющие мужики не в состоянии выработать общего мнения относительно потребления всего нескольких основных спиртных напитков?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 37 comments