Васильев Александр Юрьевич (auvasilev) wrote,
Васильев Александр Юрьевич
auvasilev

Categories:

Мачеха учения. Часть третья

(Окончание. Начало здесь)

Однако прекрасно понимаю, что читатели вправе упрекнуть меня в излишней лирике и уходе несколько в сторону от главного вопроса, который постоянно последние годы ставит Юлия Леонидовна. А если отбросить всяческие заумные исторические реминисценции, то на самом деле речь идет об очень простых и насущных вещах. О кризисе европейских ценностей, который заставляет даже таких абсолютно (на мой взгляд) независимых, свободолюбивых и умных людей, как Латынина со всё большей горячностью заявлять «Я не демократ!»

Опять же, дабы не заблудиться в излишних подробностях последнего манифеста Юлии Леонидовны, удобнее воспользоваться её более ранней, в своё время наделавшей много шума статьей «Европа, ты офигела», где Латынина изложила точно то же, только сильно лаконичнее и определенней.

Сам тот текст очень коротко перескажу и напомню.

Сначала такой полемический заход: «Мне тут говорят, что я ругаю европейские ценности. Что вот, мол, нынешнее состояние Европы — это офигеть и венец развития, и всем надо смотреть, открыв рот, и подражать. Хорошо бы провести инвентаризацию этих ценностей по гамбургскому счету».

И затем Юлия Леонидовна действительно производит инвентаризацию. Ценностей насчитывает пять: единство Европы, всеобщее избирательное право, социальная справедливость, мультикультурализм и государственное регулирование. После чего каждую ценность обругивает отдельно и утверждает, что на самом деле ценности это совершенно «социал-демократические, а не европейские». «Это ценности, которые не имели ничего общего с теми ценностями, которые исповедовали Колумб, Ньютон, Васко да Гама и даже Томас Джефферсон. Эти ценности появились в конце XIX века, а укрепились благодаря победам левых на выборах и диверсионно-идеологической мощи сталинского СССР». И из всего сказанного сделан вывод, что из-за того, что свои истинные ценности Европа променяла на социал-демократические, и следуют все ее беды.

500 лет крошечная часть света — Европа — властвовала над миром. Она добилась этой власти благодаря частной собственности, техническому прогрессу, конкуренции европейских стран между собой, ощущению собственного цивилизационного превосходства и минимальному — по сравнению с азиатскими — государству. И за 20 лет, прошедших с момента объединения Европы и торжества «общечеловеческих ценностей», это лидерство профукали.
Такого фантастического отрицательного результата не добивался даже Китай эпохи Цинь.

Вот такой типа манифест.

Ну, прежде всего, я совершенно не понимаю, почему эта статья вызвала столь бурную реакцию. Частью, думаю, просто случайно, а частью, возможно, из-за элементарной путаницы. Вот и в своем «Коде доступа» Латынина еще более подробно и столь же нечетко перечисляет все эти пункты европейского убожества. Но передача как-то прошла мимо общественного внимания, а небольшая заметка почему-то чрезвычайно возбудила. Однако суть упомянутой мною путаницы и в тексте, и в устной речи автора одна и та же. Всё названное Латыниной, конечно же, не является европейскими ценностями. И никто их так не воспринимает, потому и спорить тут как-то странно.

Всё перечисленное — это всего лишь технологии и механизмы, при помощи которых решаются какие-то достаточно приземленные, бытовые вопросы, хотя порой, возможно, и весьма важные даже для самого существования той же Европы. Скажем, единая Европа — это вовсе не ценность, а попытка создать такую систему, при которой на действительно крохотном куске Земли станут в век ядерного оружия невозможны войны, так как нынче Европа их вряд ли переживет. Удачная попытка? Похоже, пока не очень. Имеются недостатки? Бесчисленное множество. Возможно, даже и путь избран неверно. Хотя на данный момент ни я, ни и (самое главное) большинство европейцев другого столь же действенного не видят. Но еще раз повторю: возможно, он существует. Только ценности-то здесь при чем?

То же и относительно «мультикультурализма». Какие уж тут особые ценности, когда основная задача — друг друга не перерезать? Хорошо ли создана и отработана или эффективно ли функционирует эта технология? Нет, конечно, глупостей наделано бесчисленно. Но уж точно не от потери ценностей, а просто по идиотизму, который, несомненно, надо исправлять. Точно так же со всем прочим, названным Латыниной. Никакого отношения к ценностям.

Потому что европейских ценностей не так много. А если точнее — всего одна. Признание основной этой самой ценностью отдельно взятого человека. Можно называть это ценностью европейской, можно северо-западной, можно как угодно, но понятно, что речь идет об индивидуализме. Именно это, на мой взгляд, отличает цивилизацию, к которой я себя причисляю, от условно юго-восточной, в которой, возможно, ценностей и побольше, но вот именно индивидуализма там точно нет.

Потому мне представляется более продуктивным и интересным не дискутировать на тему несуществующих ценностей, а посмотреть — что в виде эталона и перспективы предлагает Латынина Европе, а по сути, соответственно, и нам с вами, как альтернативу реальной европейской ценности. Юлия Леонидовна, как я понимаю, только что, вернувшись из Китая, окончательно доформулировала все то, что зародилось у нее после предыдущей поездки в Сингапур, которую я уже несколько раз подробно комментировал («В опаловом и лунном»). И я вас сейчас с ее основной идеей познакомлю.

Однако прежде хочу оговориться, что, даже изначально оставляя в тексте слово «Китай», все-таки предлагаю держать в голове, что это не совсем Китай как таковой, поскольку иначе будет методологически неверно. Я о Китае знаю недостаточно, Латынина — тоже явно не самый великий специалист. И даже не станем поминать Европу, о которой я знаю несколько больше, чем Латынина о Китае, и даже, думаю, больше, чем Латынина о Европе, поскольку я там был не только наблюдателем, но и участником кое-чего практического. Но давайте говорить о том, что на примере как бы Китая предлагает Латынина как бы Европе и вот уж совсем конкретным нам.

А теперь слово Юлии Леонидовне:

Китай перенимает все преимущества демократии без всех ее недостатков, потому что у демократии есть два колоссальных преимущества перед любым видом правления — это сменяемость руководства и обратная связь. Со сменяемостью все довольно просто, это правило, учрежденное Дэн Сяопином: через десять лет преемник должен уйти. Преемник известен, неизвестны его взгляды. Причем Китай отличается тем, что преемник уйдет — взгляды все равно будут неизвестны. Потому что решения-то принимать будет не он один, а все девять членов Политбюро.
Вот, обратная связь — это самая интересная история, потому что есть такая аксиома, что в демократиях есть выборы, через свободную прессу существует устойчивая обратная связь между правительством и народом, и это, собственно, делает режим устойчивым. И вот, в Китае обратная связь удивительно очень высока. И власть прислушивается все время, существуют способы прислушиваться при цензуре и отсутствии выборов. Один из старых способов, например, это агентство Синьхуа, потому что я как-то уже об этом говорила, что Синьхуа — это удивительное агентство, журналисты которого пишут два вида репортажей, внешние и внутренние. То есть это совершенно официально. Вот есть репортажи для внутреннего пользования. То есть фактически это такие шпионские отчеты, и глава Синьхуа в провинции — это второй человек после партсекретаря, потому что он стучит на всех и пишет статьи для пользования Политбюро. Блоги тоже стали механизмом обратной связи, потому что все, конечно, знают, что в Китае нет свободного Интернета, Google, Facebook. Компартия хочет иметь возможность отключить этот Интернет в любой момент.
Так вот. И вот в этих китайских блогах, в которых сидит триста миллионов человек, у них там есть свои китайские Сурковы, там есть плата за поддерживающий правительство комментарий, там, по-моему, пол-юаня. Но самое главное — китайское правительство отслеживает то, что пишут в блогах, в рамках обратной связи.
И когда я говорю, что обратная связь в Китае иногда функционирует лучше, чем в демократическом обществе, я имею в виду то, что авторитарное правительство, во-первых, решение принимает мгновенно. Вот, резня в Синьцзяне — мгновенно туда входит армия. Население протестует против Химкомбината в Даляне, как было только что, — мгновенно перенесем комбинат. Вот лондонских беспорядков, понятно, в Китае не было бы, потому что там на следующий день на улицах китайского Лондона стояли бы танки.


Ну а теперь еще раз, уже совсем забыв слово «Китай», а просто — какая система предлагается как светлое будущее всего человечества, полностью лишенное недостатков демократии и имеющее исключительно ее преимущества.

Страна находится под диктаторским правлением некой партии, по сути лишенной идеологии, так как она может называться хоть коммунистической, на практике отказавшись полностью от коммунистических идей. Первое из основных преимуществ демократии — смена власти в стране — обеспечивается тем, что один из бывших руководителей этой партии в свое время ввел правило (!), по которому глава страны через каждые десять лет должен уходить, назначив себе преемника. Преемник известен, но неизвестны его взгляды ни до вступления во власть, ни после, «потому что решения-то принимать будет не он один, а все девять членов Политбюро».

Второе важнейшее преимущество демократии — обратная связь — без всех присущих упомянутой демократии недостатков достигается следующим образом. Создается некая организация, смесь информационного агентства и конторы внутреннего тотального шпионажа. Работники этого симбиоза официально пишут одновременно два вида текстов. Один публичный, для народа, второй — с реальными фактами, как тайные донесения высшему руководству с компроматом на руководство низшее. Кроме того, организуется специализированный Интернет, в котором нет ничего свободного и напоминающего Google, Facebook, чтобы «иметь возможность отключить этот Интернет в любой момент». Там есть свои Сурковы, там есть плата за поддерживающий правительство комментарий. Но самое главное — правительство отслеживает то, что пишут в блогах, в рамках обратной связи. И организованная таким образом обратная связь функционирует лучше, чем в демократическом обществе, поскольку авторитарное правительство решение принимает мгновенно. Ежели что — в город мгновенно входит армия. Поэтому лондонских беспорядков, понятно, там не было бы, поскольку на следующий день на улицах стояли бы танки.

А теперь скажите пожалуйста: описанная идеальная система управления государством никому ничего не напоминает из совсем недавнего прошлого, за исключением всего нескольких мелких нюансов и Интернета, которого тогда просто не было? (Но, думаю, не эти нюансы и отсутствие Интернета стали причиной проблем той страны, о которой я говорю.)

Вот, собственно, и все. Можете сами сколько угодно раз перечитать написанное на эту тему Латыниной — ничего иного не найдете, я полностью описал представленное ею идеальное жизнеустройство, к которому всем нам следует стремиться. И этот вопрос как бы даже не дискутируется, он уже решен, и решен окончательно. Поскольку «после 2008 года можно сказать, что демократии в Китае не будет. А те проблемы, которые у Китая есть, они очень серьезные, но разрешать их будет только Компартия. Диктатура Компартии является условием развития Китая, как наличие английской аристократии являлось условием развития Британской империи. Все, точка — там нету больше демократии ни в горизонте, ни в проекте».

В принципе больше можно было бы ничего не писать, но не могу не привести еще одну вставную новеллу, как образчик, на мой взгляд, крайне своеобразной логики.

Латынина вспоминает: «Мне один крупный иностранный журналист говорит: „Ну что ж такое, в самом деле? В Индии хуже с правами человека, хотя там демократия. В Индии могут убить человека, который из низшей касты — он попил не из того колодца, взяли и убили. Из высшей касты (демократия) могут человека изнасиловать, женщину из низшей касты, ничего ему не будет“. При этом в Китае это совершенно невозможно: Индия — демократия, Китай — нет».

То есть, давайте опять попробуем своими словами. В Индии могут безнаказанно убить и изнасиловать человека из низшей касты. В Китае — нельзя. Так, может быть, стоит что-нибудь подправить в индийской демократии, чтобы там не происходило подобных безобразий, как их не происходит в некоторых иных, например, тех же европейских демократиях? Нет. Этот способ то ли слишком сложный, то ли, наоборот, слишком тупой и примитивный, надо просто от этой проклятой демократии полностью отказаться.

Вообще, если начать вспоминать о логике, то мы столкнемся еще со многими неразрешимыми вопросами. Например, Латынина заключает, что все проблемы в Китае может разрешить исключительно диктатура компартии, только на том основании, что в свое время в Англии их разрешала аристократия. Смелое логическое заключение, но как-то принимать решение за все полтора миллиарда китайцев, у которых может возникнуть свое мнение… Я бы такую ответственность на себя не брал.

Так что больше я о логике вспоминать не буду и позволю себе всего пару кратких замечаний общего порядка.

Может быть, природа и придумала такое разделение на северо-запад и юго-восток, чтобы каждый сам мог определиться, где ему комфортнее существовать и какие ценности ближе. Никто ведь никому особо не мешает, скажем, принять ислам и уехать, например, в Иран. Говорят, там всем таким рады, у них, по слухам, даже и мусульманином становиться не обязательно, и отдельные ортодоксальные, самые умные иудеи там прекрасно себя чувствуют. Впрочем, тут я врать не буду, не специалист. А вот с Китаем точно особых проблем нет. У меня там сын сейчас живет и работает, о чем я неоднократно говорил. Правда, ценности пока не поменял, но он молодой еще, вся жизнь впереди.

Нет, конечно, в нашей системе координат, когда неисчислимое количество граждан России были готовы (по крайней мере, на словах) лечь костьми за Каддафи, даже когда выяснилось, что и в самом Триполи куда-то испарились многосоттысячные толпы его рьяных приверженцев, — в такой ситуации уже никакие идеи и мнения не кажутся особенно экзотическими, и я очень даже готов поверить, что описанная Латыниной система существования и государственного устройства может найти множество сторонников. Ну что же, как часто говорит сама Латынина, вот выскажем идею, что Земля плоская, и начнем на эту тему дискутировать. И с точки зрения левой идеологии, и с самых консервативных правых позиций.

И все-таки мне кажется, что здесь ни при чем никакая «левизна» или «правизна». Тут вообще не вопрос политических, экономических или еще каких-то взглядов. Предлагать такое на полном серьезе или даже просто на полном серьезе обсуждать рекомендуемое Латыниной в виде правильного грядущего мироустройства — это уже, извините, при всей моей любви к Юлии Леонидовне, нечто нервное, слегка болезненное. В приличном обществе с таким все же стараются не спорить, а вежливо сделать вид, что не заметили.

А я вот целую статью написал. Совсем дурак. Не зря меня кто-то из «комментаторов» назвал унылым говном.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 52 comments