?

Log in

No account? Create an account

Категория: армия

Верхняя запись Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Читать дальше...Свернуть )

Куда идем мы с Пятачком

Только что рассекречены документы к семидесятипятилетию со дна освобождения Вильнюса от немцев. Это уже далеко не первое подобное мероприятие. Недавно то же самое произошло по поводу годовщины освобождения Минска. И вообще, такого рода публикации из фондов Центрального архива Минобороны России являются «продолжением деятельности военного ведомства, направленной на охрану и защиту исторической правды, противодействие фальсификациям истории, попыткам пересмотра итогов Великой Отечественной и Второй мировой войн».

Я человек в принципе достаточно любопытный в определенных областях, к тому же, хоть и сильно ленивый, но всё-таки, в связи с пенсионерским положением, обладающий вполне достаточным количеством свободного времени, потому обычно не ограничиваюсь этой информацией и очень внимательно знакомлюсь с рассекреченными материалами и документами. Вот и нынче.

И можете меня расстрелять, как предателя Родины, но никак не могу понять, что там могло быть секретного столько лет. Это, хоть иногда действительно небезынтересные, но в целом довольно стандартные сведения о «преступлениях немецко-фашистских захватчиков», наградные листы с описаниями подвигов наших солдат и офицеров, приказы давно в мельчайших деталях известных военных операций и прочее подобное. Не то, что никаких великих тайн там нет, но даже малейшего намека на них я не смог обнаружить.

И потому был бы крайне признателен, если бы мне хоть кто-нибудь указал направление, в котором имеет смысл искать и размышлять. В чем именно тут секрет? И что ещё они продолжают скрывать, возможно, предстоящее нам узнать к столетию некоторых событий, а то и позднее?

Аргумент

Несколько историков утверждают, и вот только что сделали очередное заявление, что в Карелии, в Сандармохе, где года три назад были обнаружены захоронения расстрелянных чекистами во время «большого террора», на самом деле находятся останки советских военнопленных, которых расстреляли финны.

То есть, там не совсем так, они как бы и не отрицают полностью, что и наши убивали, да это и трудновато, слишком много обнаружено конкретных доказательств и документов, даже известны фамилии некоторых палачей. Но настаивают, что и финны тоже наших там убивали, соответственно, если увековечивать память жертв, то всех, а не только жертв сталинских репрессий.

Я ни в коем случае ввязываться в диспут не собираюсь. Бессмысленно, противно и нижайше прошу не начинать. Финны, так финны, чухонцы вообще исстари известны своими зверствами. Меня порадовала лишь аргументация. Якобы рядом с некоторыми скелетами убитых были найдены остатки валенок и полушубков. А наши доблестные чекисты перед расстрелом всё это снимали. Так что, точно финны.

Против таких доказательств не попрешь. Железно и неопровержимо.
Я, казалось бы, совсем недавно написал, что человек по практически всем признакам, параметрам и взглядам мне не просто чуждый, но даже и враждебный, всё чаще последнее время высказывает мысли, с которыми я полностью согласен. Имел в виду Орхана Джемаля.

Уже давно не пишу ничего и отдаленно напоминающего некрологи на смерть пусть и хорошо знакомых или близких людей. А тут это выглядело бы и вовсе неуместно, я Орхана лично не знал, так что, не воспринимайте, пожалуйста, сказанное далее, как из серии «ничего кроме хорошего», тут совсем про другое, не о конкретном человеке, а о представляющемся мне более важным и любопытным, хотя, вроде бы, что может быть важнее судьбы, жизни и смерти, именно каждого конкретного человека.

Александр Баунов, человек для меня, как сейчас принято мягко говорить, тоже далеко неоднозначный, однако которого я отнюдь не могу считать глупым, вспоминая своего то ли друга, то ли просто давнего и доброго знакомого, упомянул два момента, которые, собственно, и заставили меня написать эти строки. Баунов утверждал, что в свое время, участвуя в российско-грузинском или грузино-осетинском, как кому больше нравится, естественно, в качестве журналиста, хоть в основном в рядах батальона «Восток» Сулима Ямадаева, сражавшегося с грузинской армией, Джамаль искал правду. И как будто, по представлениям Баунова, нашел её, показав, что господствующее в Европе мнение, будто там была «российская агрессия против молодой грузинской демократии», не такое уж верное, а «всё было гораздо сложнее».

Я бы, однако, не рекомендовал здесь полностью полагаться на слова Баунова, а всё-таки самостоятельно познакомиться с заметками Джемаля под названием «Хроника пятидневной войны». Это даже не совсем книга, довольно небольшое произведение, много времени у вас не займет, к тому же, на мой вкус, написано очень хорошо и профессионально, весьма достойный образец военной прозы. И я там, когда впервые прочел сразу после публикации, нашел для себя много чего интересно, правда, больше относящегося не к сути конфликта, а на самом деле просто войны, а к личности автора и к характеристике некоторых действующих лиц. Но вот чего я точно не увидел, так это поисков именно «правды».

Чем мне вообще был интересен Орхан Джемаль, в отличие от бесчисленного количества внешне как бы подобных журналистов и публицистов, так это своей реальной искренностью и полным отсутствием пафоса, хотя это отсутствие иногда бывало столь подчеркнуто и гиперболизировано, что становилось почти похожим на кокетство и нарочитый литературный прием. Но в совсем уже дурновкусие не сваливалось, потому нота уважения оставалась. И вот, ещё раз повторю, что совершенно искренне, Орхан объясняет свои цели и побудительные мотивы:

«– Да я не за бабки (В смысле, Орхан поясняет находящемуся рядом офицеру, что приехал в зону боевых действий не на заработки – А.В.).
Чеченец понимающе кивнул: он тоже «не за бабки». Я готов был поспорить, что моя зарплата была побольше, чем его. А за что тогда? Ему нравились грузины, с которыми он воевал. Он весьма критично относился к осетинам, которых защищал. А если бы кто-то всерьез сказал ему про долг и про то, что есть такая профессия, – Родину защищать, то думаю, он просто бы его послал.
Этот мужчина просто был солдатом и любил войну. Да и я увязался с ними потому, что война и мне нравилась».


Вот, в принципе, и всё. То есть, самое главное сказано в одной фразе. Остальное только иллюстрации. Сейчас многие говорят о удивительном бесстрашии Джемаля, о его постоянном стремлении в самые «горячие точки», о журналистском долге, о том самом поиске «правды и истины» и ещё многом подобном высоком и красивом. И, кстати, я всё это отнюдь не отрицаю и не умаляю. Но всё-таки в основе суть простая и явная. Ему нравилась война. Именно там он чувствовал себя как рыба в воде, и именно это состояние было для него естественным и комфортным.

Я знал и знаю таких немало. Возможно, не столь талантливых, ярких и известных. Но по сути точно таких. Людей войны. И лично для меня они не то, что больные, они и есть сама болезнь. Весьма вероятно, что моя позиция и мои ощущения крайне ущербны. И без таких людей был бы невозможен прогресс, не происходило бы развитие цивилизации. И в их существовании имеется какой-то высший смысл, как он присутствует, например, в вирусах, даже самых опасных типа вируса СПИДа.

Но мне почему-то омерзителен такой прогресс и такое развитие цивилизации.



В ожидании гадо

Снова заставил себя смотреть новостные программы федеральных каналов. Недавно показали сюжет по НТВ. Киевские фашисты очередной раз обстреляли мирное село. Снаряд попал прямо в комнату, где в тот момент сидела целая семья. Хозяин дома рассказывает и показывает корреспонденту: Вот смотрите, прямо через эту дыру влетел снаряд и всё тут разворотил, мы еле успели выбежать на кухню».

Дыра и правда имеется. И в комнате действительно беспорядок. Но всё-таки я долго чесал в затылке и соображал, с какой скоростью должно уметь передвигаться это семейство, что успеть в полном составе без малейшего ущерба для здоровья эвакуироваться на кухню от упавшего с потолка артиллерийского снаряда. Или хохлы начали использовать какие-то хитрые боеприпасы замедленного действия?..

А сегодня вдруг ни с того, ни с сего по «Первому» пошел большой, подробный и чуть ни выдавливающий слезу из зрителей с тонкой душевной организацией репортаж про реконструкцию перегонов с Аляски американских самолетов во время Великой войны. Напомнили, что на одной из тех «Аэрокобр» летал Покрышкин, показали ихнего замечательного ветерана, приехавшего на исторический старт восстановленных машин той поры.

И всё под постоянные рассказы о замечательных мирных инициативах донецких и луганских трактористов с шахтерами, которые в одностороннем порядке начали отводить свои танки и бронетранспортеры от некоторых точек соприкосновения с украинскими «силовиками».

Я почему, собственно, очередной раз наступил себе на горло и вернулся в официальное отечественное информационное поле? За много лет уже привык готовиться к августу не только, как к очередной годовщине и собственной, и ядерных бомбардировок Японии. Но и как к месяцу, когда страну нашу обычно ожидают весьма любопытные и не всегда приятные приключения.

А из массовых источником можно почерпнуть при определенных навыках и умениях, которыми, мне кажется, я обладаю, много больше сведений о реальном положении вещей, чем из самых секретных донесений разведки или предсказаний лучших прорицателей.

Так вот, создается впечатление, что вождь или окончательно обкакался, или готовит какую подлянку.

Но относительно слабости его желудка у меня имеются серьезные сомнения. Потому внимательнейшее продолжаю наблюдать дальше. Осталось уже меньше двух недель.

ПАСЕ, ПАСЕ… поссе

Тут патриотов набежало – зачем нам ПАСЕ, да для чего, да пошли они, бессмысленные уроды, только бабки от нас сосут, халявщики…

И правильно. ПАСЕ вам абсолютно не нужна. Её следует оградить от вас колючей проволокой с минными заграждениями.

Хотя, почему, собственно, «от вас». Я же тоже тута. Потому - «от нас». Я с вами. Я до последнего с «вами». Буду прикрывать на бандеровской тропе у пулемета отход «своих» пока хватит сил и везения.

А в ПАСЕ вам ничего не надо. Не парламента, не ассамблеи, то есть формы общего собрания, не совета, в любой форме, не, особенно, Европы.

Успокойтесь, вы уже победили.
Как же всё-таки увлекателен мир и как мало мы пользуемся возможностями получать удовольствия от интереснейших сюжетов, постоянно предлагаемых нашему вниманию. Вот, например, только что.

Всего с месяц назад Россия и Ирак подписали несколько контрактов на поставку вооружения общей стоимостью больше 4,2 миллиардов долларов. Там речь шла много о чем, от истребителей до систем ПВО. Всё вроде получилось замечательно и вот вдруг как гром средь ясного неба. «Когда Малики (премьер-министр Ирак - А.В.) вернулся из России, у него возникли подозрения о коррупции, так что он решил пересмотреть всю сделку. Начато расследование», — приводит слова представителя Нури аль-Малики агентство France Presse.

А ведь с Малики встречался сам Путин, после чего сказал, что военно-техническое сотрудничество между странами возобновлено, и заявлял о своей уверенности в том, что стороны найдут «взаимопонимание по этому важнейшему направлению».

Так что же произошло? В той конторе, что у нас торгует оружием с иностранцами, то есть в «Рособоронэкспорте» и в самом посольстве России в Ираке ситуацию не комментируют. Так кто же тут так жутко накосячил? Не имеется ли какая увлекательная подоплёка? Да к тому же, в общественном сознании это всё довольно удачно подверстывается к скандалам с Министерством обороны, что же, получается, ещё один висяк на Сердюкове? Давайте попытаемся хоть что-то прикинуть в меру наших скромных сил и возможностей.

Хотя, если совсем честно, то, конечно, в созданной ими структуре никогда до конца толком не разберешься. Учитывая, что уже сколько лет сами творцы этой идеи и себе-то но могут внятно и членораздельно объяснить, что же такое «госкорпорация» и с юридической и с экономической точек зрения, так что уж говорить, об организациях входящих в эти корпорации на правах… Так вот в том-то и дело, что не очень понятно, на каких правах, но входящие. Так что, не будем ставить себе непосильных целей, как говорил старый грузинский учитель, «это нельзя понять, это нужно просто запомним». Вот и мы просто напомним себе вкратце, откуда что взялось.

Даже чисто формально начало всему этому было положено аж шестьдесят лет назад. 8 мая 1953 года распоряжением Совета Министров СССР при Министерстве внутренней и внешней торговли было создано Главное инженерное управление. Это был первый официальный такого рода институт государственного посредника в сфере военно-технического сотрудничества с зарубежными странами. Естественно, и поставляли оружие, и даже, при удаче, получали за него деньги и раньше, но это делось совсем уж глухими методами. А тут решили всё на чистом сливочном масле.

Шли годы, менялась страна, название её и строй, но эта стриктура была достаточно надежной и консервативной, что, кстати, на мой взгляд, абсолютно правильно. Однако, время брало своё и был создан еще ряд «специализированных внешнеторговых организаций». К концу 90-х действовали два госпосредника-спецэкспортера - ФГУП «Государственная компания «Росвооружение» и ФГУП «Промэкспорт». Вот на их основе в двухтысячном и был создан единый государственный посредник по экспорту-импорту военной продукции ФГУП «Рособоронэкспорт». А с июля 2011 года «Рособоронэкспорт» вошел в состав Государственной корпорации «Ростехнологии» и стал осуществлять свою деятельность в качестве открытого акционерного общества.

Кто-нибудь что-нибудь понял? Ну, и не берите в голову. Единственное, что хочу ещё раз подчеркнуть, даже изначально при советской власти эта штука задумывалась не при министерстве обороны, а при будущем Внешторге, то есть, если и имело отношение к каким-то генералам, то не совсем армейским. Это было принципиально важным, даже тогда понимали, что есть вещи, до которых и кристально честных светский военачальников допускать нельзя, пусть уж лучше там потешатся кристально честные советские торговцы с комитетскими корнями. Так что, и нынче, это как бы был вовсе не и не Сердюков и не напрямую ему подчиненные люди с красными революционными лампасами. Кто же на самом деле, понятно, что это принципиально непонятно. И смешно искать что-то реальное за фамилиями формальных руководителей.

Можно, конечно, попробовать, но это будет так же продуктивно, как попытаться узнать подробности биографии нынешнего главы «Рособоронэкспорта» Анатолия Петровича Исайкина. Про которого точно известно только то, что родился он во Владивостоке в 46-м, закончил Иркутский иняз и с 72-го по 96-й «проходил службу в КГБ СССР – ФСБ России». Генерал-майор запаса, женат, имеет сына и несколько наград не самого высшего достоинства. На этом всё. Сильно что-нибудь прояснило?

А, может, Дмитрий Рогозин там «при делах»? Скажите, как вы думаете, он-то имеет отношение к «службе в КГБ СССР – ФСБ России»? Подозреваю, что некоторое, но не слишком серьезное. Вот и тут, скорее всего, что-то подобное. Хотя при нынешней своей и так достаточно хлебной должности не прочь публично намекнуть о некой своей причастности, возможно и большей, чем на самом деле. Однако, намекает без лишней борзоты, более всё-таки подчеркивая, что истинное положение вещей осознает вполне трезво:

«Монополия Рособоронэкспорта сохранится еще несколько лет, заявил вице-премьер Дмитрий Рогозин в интервью газете "Ведомости". Нынешний порядок вещей сохранится до тех пор, пока оборонная промышленность не преодолеет технологическую отсталость ряда предприятий. Производители пока не будут самостоятельно продавать образцы военной техники». Рогозин подчеркнул, что "Рособоронэкспорт" действует "не в вакууме", а в соответствии с решениями президентской Комиссии по военно-техническому сотрудничеству, в состав которой входит он сам. При этом, по его словам, "все вопросы о том, как, с кем, в каких формах и объемах вести дела, решаются там, в Кремле"».

Но хоть мы и от души поиграли в «непонятки», на самом деле так же предельно понятно, насколько тут всё понятно. Настолько же, насколько в любой семье без всяких документов и подписанных деклараций, прекрасно известен ответ на вопрос «кто в доме хозяин?». А тут кто-нибудь сомневается или вопросы имеет?

Тогда что же произошло в реальности?

Вообще, надо заметить, что иракский премьер Нури Аль-Малики - мужик не самый впечатлительный, не сильно нервный или особо нежный. Что же уникальное могло и должно было произойти с ним в Москве, чтобы он вдруг выкинул такой неожиданный фортель? Неужто прямо вот так впрямую подошли и потребовали сотню-другую миллиона отката? Не очень срастается, деньги-то как раз в Россию идут. Намекнули, что сами вынуждены были прислать за контракт откат, и попытались этим начать шантажировать? Тоже не похоже, тогда бы Малики вряд ли стал так категорично и публично заявлять, что коррупционная составляющая именно на российской стороне. Короче, полный мрак.

И самое, обидное, что это вам не убийство Кеннеди, тут точно никогда ничего наверняка мы не узнаем. Наверное, что-то даже и попытаются невнятно объяснить, но сто процентов соврут. А ведь какой мог бы быть интереснейший сюжет. Но, что фантазировать. Не дано. А жаль. Не денег.
Спасибо Познеру, показали интервью Жукова Симонову середины шестидесятых. Со всех сторон тут же поднялся обычный вой всяческой мрази (опять к вопросу о благостном влиянии рассекречивания и публикации архивов), и совсем не хочется в любой роли и форме становиться участником хора кастратов — самодеятельных историков и просто повизгивающих сталинских выблядков. Но я, ни в коем случае не изображая из себя великого стратега или большого исследователя, все же не могу не поделиться всего лишь собственными многолетними ощущениями.

Еще совсем ребенком помню: крайне редко, выпив лишнюю стопку коньяка, мой дед Старчевский, начиная крайне нехарактерно для него материться, вспоминал, как, отправив осенью сорок первого семью в эвакуацию, ходил по стремительно пустеющей Комсомольской площади и злобно поддавал ногой обрывки партийных и комсомольских билетов, вываливающихся из переполненных этим продуктом урн, оставшихся от последних драпающих эшелонов. Он был уверен, что Москву уже не надеются защитить, и никак не мог понять, каким образом все же защитили. Я много лет потом читал всякие книжки, разговаривал с самыми разными людьми: и историками, и свидетелями, и участниками, — но хоть сколько-нибудь стройная картина происходившего тогда никак не складывалась в моей голове.

И вот я увидел Георгия Константиновича (между прочим, безумно именно на этих кадрах похож на моего деда в этом же возрасте, что, учитывая ряд обстоятельств, может показаться совершенно невероятным). Все понимаю: ведь это не телеинтервью, даже в понимании тех лет, это съемки для доку-ментального парадно-официального фильма, где роскошный маршал в блистающем мундире, с мягкой, мудрейшей и доброжелательнейшей улыбкой, делится перед объективом с Симоновым (тоже на-до понимать, кто это тогда был такой) и всем советским народом бесценными крупицами своего опыта. И при этом я вижу, что он, совершенно как мой более чем штатский дед, и как я впоследствии, абсолютно не понимает, почему тогда немцы не взяли Москву.

Надо только представить себе эти картинки, эти сценки. Член Ставки Верховного Главнокомандования и, как я понимаю, уже с июля первый заместитель наркома обороны, генерал армии Жуков заходит к Сталину и говорит: «Иосиф Виссарионович, похоже, у нас на Можайском направлении какая-то лажа, там, по всему чувствую, вообще никого из наших нет, дорога немцам, извиняюсь, на столицу нашей родины свободна». «Как никого? А где 16-я армия, где 32-я, где тот, где этот, где дружок твой недостреленный Рокоссовский, в конце концов?!» «Так под Вязьмой все застряли, не похоже, чтоб кто-то нас левее прикрывал. Может, я к Семену Михайловичу смотаюсь, посмотрю, чего там от его компании на Резервном осталось? А то как-то совсем стремно». «А ты знаешь, где Буденный?» «В том-то и вопрос, что представления не имею, но ведь что-нибудь делать надо…»

Сел в машину и поехал. Не в какое-то конкретное место, а, как сам говорит, «по направлению к Малоярославцу». «Чутье подсказывало». Видит: мужики-связисты провод тянут. «А скажите-ка мне, братцы, где у вас тут штаб фронта?» Братцы, подозрительно косясь, посылают незнакомого дядьку в жопу. Приходится представиться по форме. Штаб Жуков в конце концов нашел. Заходит: «Всем привет, где Буденный?» «А кто ж его знает, пару дней уж не видели, сами волноваться начинаем, не случилось ли чего». Это не я стилизую и не утрирую, буквально эти слова сам Жуков передает. Фантастическая трогательность! Генерал армии снова садится в машину и вдвоем с шофером едет разыскивать командующего фронтом. По дороге в лесочке встречает танковую группу своего товарища еще по Халхин-Голу. Группа невелика, но Жуков как ребенок радуется: все-таки не полная пустота, хоть кто-то из своих прикрывает, надо продолжать искать дальше…

Последовавшее в рассказе маршала несколько скомкано, и это понятно: и смысл, и особенно тон своих разговоров со все-таки разысканным Буденным, да и прочими военачальниками, ему особенно передавать и не хотелось, и понимал, что не очень позволительно. Но главное — на неоднократный вопрос Симонова о самом трудном моменте обороны Москвы постоянно повторяет одно и то же: «С шестого (в первый раз, правда, сказал с десятого, видимо, сработала память о дне, когда Резервный с Западным объединили, и он принял общее командование группировкой, но тут же поправился: «нет, с шестого») по тринадцатое октября». И когда писатель все же пытается уточнить: а как же деревня Крюково? Немцы в двадцати километрах от города… — Жуков только отмахивается, это уже вторая половина ноября, это уже группа «Центр» на последнем издыхании, это уже понятно что делать и как, а вот тогда, в октябре… и опять повторяет, как крайне важное для себя, «с шестого по тринадцатое», и снова в глазах роскошного маршала Победы мелькает совершеннейшее непонимание произошедшего двадцать пять лет назад…

И на прямой вопрос: была ли уверенность, что защитят Москву? — совершенно прямо и отвечает, что никакой уверенности не было. Вот бы спросил писатель: а уверенность, что немцы возьмут город, была? Но это глупая моя фантазия.

Уже в те годы, не говоря о последующих десятилетиях, накопились эвересты документов, исследований и рассуждений с объяснениями причин провала немецкого наступления под Москвой. Не буду ни одной из них даже упоминать, потому что все они абсолютно убедительны и несомненны. И ни одна из них так и не дает ответа на мой многолетний вопрос, на который, как я теперь понял, также не имел ответа и Георгий Константинович: почему теми октябрьскими днями сорок первого, почему с шестого по тринадцатое, когда путь на город был свободен, а сил у группы «Центр», даже несмотря на Вязьму, было еще более чем достаточно, — почему немцы все же не взяли Москву?

Да, это я, собственно, к тому, что не только из дерьма состоит жизнь и история. Иногда необъяснимым и неожиданным бывает и что-то хорошее. Правда, редко.

Profile

вторая
auvasilev
Васильев Александр Юрьевич
http://vasilev.su

Latest Month

Август 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by yoksel