Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

вторая

Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Collapse )
вторая

Скучно, но не грустно. Уроки беспамятства

Из хроники дня сегодняшнего:

Настоятель главного храма Вооруженных сил России епископ Клинский Стефан заявил, что мозаику с изображением главы государства Владимира Путина демонтировали, опираясь на мнение самого президента. По словам настоятеля, решение было связано со словами Путина о преждевременности его изображения в храме.
Председатель художественного совета по строительству храма протоиерей Леонид Калинин рассказал, что панно демонтировали, но сохранили. Возможно, оно будет находиться в музее в качестве исторического артефакта.

Калинин также подтвердил информацию о том, что на месте мозаики будет изображен крестный ход с иконой Корсунской Богоматери, который состоялся в дни присоединения Крыма к России.

Ранее в СМИ появилась информация, что на стенах храма Минобороны в Кубинке создается мозаика с портретом Путина. В РПЦ объяснили, что традицией храма является изображение на его стенах исторических личностей.

По словам пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова, Путину рассказали о мозаике с его изображением.
«Когда-нибудь благодарные потомки оценят наши заслуги, но сейчас это делать еще рано», — отреагировал глава государства.

После этого стало известно, что мозаику демонтировали.


Из беседы Фейхтвангера со Сталиным в тридцать седьмом году:

ФЕЙХТВАНГЕР. Я здесь всего 4–5 недель. Одно из первых впечатлений: некоторые формы выражения уважения и любви к Вам кажутся мне преувеличенными и безвкусными. Вы производите впечатление человека простого и скромного. Не являются ли эти формы для Вас излишним бременем?

СТАЛИН. Я с вами целиком согласен. Неприятно, когда преувеличивают до гиперболических размеров. В экстаз приходят люди из-за пустяков. Из сотен приветствий я отвечаю только на 1–2, не разрешаю большинство их печатать, совсем не разрешаю печатать слишком восторженные приветствия, как только узнаю о них. В девяти десятых этих приветствий — действительно полная безвкусица. И мне они доставляют неприятные переживания.
Я хотел бы не оправдать — оправдать нельзя, а по-человечески объяснить — откуда такой безудержный, доходящий до приторности восторг вокруг моей персоны. Видимо у нас в стране удалось разрешить большую задачу, за которую поколения людей бились целые века — бабувисты, гебертисты, всякие секты французских, английских, германских революционеров. Видимо, разрешение этой задачи (ее лелеяли рабочие и крестьянские массы): освобождение от эксплуатации вызывает огромнейший восторг. Слишком люди рады, что удалось освободиться от эксплуатации. Буквально не знают, куда девать свою радость.
Очень большое дело — освобождение от эксплуатации, и массы это празднуют по-своему. Все это приписывают мне — это конечно неверно, что может сделать один человек? Во мне они видят собирательное понятие и разводят вокруг меня костер восторгов телячьих.

ФЕЙХТВАНГЕР. Как человек сочувствующий СССР, я вижу и чувствую, что чувства любви и уважения к Вам совершенно искренни и элементарны. Именно потому, что Вас так любят и уважают, не можете ли Вы прекратить своим словом эти формы проявления восторга, которые смущают некоторых ваших друзей за границей?

СТАЛИН. Я пытался несколько раз это сделать. Но ничего не получается. Говоришь им — нехорошо, не годится это. Люди думают, что это я говорю из ложной скромности.
Хотели по поводу моего 55-летия поднять празднование. Я провел через ЦК ВКП(б) запрещение этого. Стали поступать жалобы, что я мешаю им праздновать, выразить свои чувства, что дело не во мне. Другие говорили, что я ломаюсь. Как воспретить эти проявления восторгов? Силой нельзя. Есть свобода выражения мнений. Можно просить по-дружески.
Это проявление известной некультурности. Со временем это надоест. Трудно помешать выражать свою радость. Жалко принимать строгие меры против рабочих и крестьян.
Очень уже велики победы. Раньше помещик и капиталист был демиургом, рабочих и крестьян не считали за людей. Теперь кабала с трудящихся снята. Огромная победа! Помещики и капиталисты изгнаны, рабочие и крестьяне — хозяева жизни. Приходят в телячий восторг.
Народ у нас еще отстает по части общей культурности, поэтому выражение восторга получается такое. Законом, запретом нельзя тут что-либо сделать. Можно попасть в смешное положение. А то, что некоторых людей за границей это огорчает — тут ничего не поделаешь. Культура сразу не достигается. Мы много в этой области делаем: построили, например, за одни только 1935 и 1936 годы в городах свыше двух тыс. новых школ. Всеми мерами стараемся поднять культурность, Но результаты скажутся через 5–6 лет. Культурный подъем идет медленно. Восторги растут бурно и некрасиво.

ФЕЙХТВАНГЕР. Я говорю не о чувстве любви и уважения со стороны рабочих и крестьянских масс, а о других случаях. Выставляемые в разных местах ваши бюсты — некрасивы, плохо сделаны. На выставке планировки Москвы, где все равно прежде всего думаешь о Вас — к чему там плохой бюст? На выставке Рембрандта, развернутой с большим вкусом, к чему там плохой бюст?

СТАЛИН. Вопрос закономерен. Я имел в виду широкие массы, а не бюрократов из различных учреждений. Что касается бюрократов, то о них нельзя сказать, что у них нет вкуса. Они боятся, если не будет бюста Сталина, то их либо газета, либо начальник обругает, либо посетитель удивится. Это область карьеризма, своеобразная форма «самозащиты» бюрократов: чтобы не трогали, надо бюст Сталина выставить.
Ко всякой партии, которая побеждает, примазываются чуждые элементы, карьеристы. Они стараются защитить себя по принципу мимикрии — бюсты выставляют, лозунги пишут, в которые сами не верят. Что касается плохого качества бюстов, то это делается не только намеренно (я знаю, это бывает), но и по неумению выбрать. Я видел, например, в первомайской демонстрации портреты мои и моих товарищей: похожие на всех чертей. Несут люди с восторгом и не понимают, что портреты не годятся. Нельзя издать приказ, чтобы выставляли хорошие бюсты — ну их к черту! Некогда заниматься такими вещами, у нас есть другие дела и заботы, на эти бюсты и не смотришь.

Из поэмы Галича семьдесят четвертого года:

А случилось дело так:
Как-то ночью странною
Заявился к нам в барак
"Кум" со всей охраною.
Я подумал, что конец,
Распрощался матерно...
Малосольный огурец
Кум жевал внимательно.
Скажет слово и поест,
Морда вся в апатии,
"Был, - сказал он, -Главный съезд
Славной нашей партии.
Про Китай и про Лаос
Говорились прения,
Но особо встал вопрос
Про Отца и Гения".
Кум докушал огурец
И закончил с мукою :
"Оказался наш Отец
Не отцом, а сукою..."
Полный, братцы, ататуй!
Панихида с танцами!
И приказано статуй
За ночь снять со станции.
...Так представь - метет метель,
Темень, стужа адская,
А на нем одна шинель
Грубая, солдатская,
И стоит он напролом,
И летит, как конница,
Я сапог его кайлом,
А сапог не колется.
Помню, глуп я был и мал,
Слышал от родителя,
Как родитель мой ломал
Храм Христа Спасителя.
Бассан-бассан-бассана,
Черт гуляет с опером.
Храм - и мне бы - ни хрена,
Опиум, как опиум,
А это ж Гений всех времен,
Лучший друг на веки!
Все стоим ревмя ревем,
И вохровцы, и зэки.
Но тут шарахнули запал,
Применили санкции,-
Я упал, и он упал,
Завалил полстанции...
Ну, скостили нам срока,
Приписали в органы,
Я живой еще пока,
Но, как видишь, дерганный...
вторая

Девственность на веслах



В истерические осенне-зимние месяцы сорок первого кому-то из военачальников пришла в голову гениальная идея посылать диверсантов, а по сути практически необученных детей, жечь подмосковные деревни, чтобы заморозить немцев. Меньше всего мне хотелось бы рассуждать о разумности и гуманности этой меры, одновременно обрекавшей на смерть от холода и последние остатки местного населения. Скажу лишь, что сами эти юноши и девушки, всегда были и останутся для меня не эдакими потомками павликов морозовых, а истинными героями, несмотря на то, что в определенных ситуациях их поступки можно посчитать явным преступлением. Но дальше не хочу, сейчас не о том.

Скорее всего двадцать девятого ноября, то есть в один день с Зоей Космодемьянской, только не в Петрищево, а не в так уж далекой от него деревне Головково, была повешена девушка из того же отряда – Вера Волошина. Не столь знаменитая, как Зоя, но благодарной памятью и она не обделена, и улицы её имени, и памятники, и всё как положено.

Однако в её биографии есть один не совсем обычный момент, вовсе не имеющий отношения к военным подвигам или преступлениям, это уж как вам угодно. Существует легенда, что, когда Вера ещё училась в институте физкультуры, её выбрал Иван Шадр в качестве модели и натурщицы для своей «Девушки с веслом». Я написал «легенда» потому, что абсолютно точных документальных свидетельств не существует, а по косвенным данным не всё идеально сходится. Чемпионка города по прыжкам в высоту Волошина переехала из Кемерово в Москву и поступила в институт физкультуры только в тридцать седьмом, а Шадр делал свою скульптуру в тридцать-четвертом-тридцать пятом, когда Вера ещё была школьницей на родине и вряд ли могла позировать.

Но у любой легенды есть реальные основания, просто так она не рождается. Что-то, для меня несомненно, у этих двух девушек есть общее. И тут я должен прежде всего подчеркнуть, что настоящее произведение Ивана Дмитриевича – вовсе не то, что стало символом советской садово-парковой пошлости и оказалось растиражированным в неисчислимом количестве гипсового уродства по всей стране.

Ваня Иванов, взявший впоследствии псевдоним в честь своего родного города Шадринска, сын деревенского плотника-богомаза и крестьянки, человек яркой судьбы и более чем неординарных способностей. Начинал фабричным мальчиком на побегушках и грузчиком в Екатеринбурге, двадцатилетним юношей ушел с товарищем странствовать по России и через несколько лет, после множества приключений, оказался в Париже, где стал студентом высших муниципальных курсов скульптуры и рисования в Академии де ла Гранд-Шомьер под руководством Огюста Родена и Эмиля Бурделя. А потом парижские учителя отправили его на стажировку в Рим в Институт изящных искусств.

По возвращению на родину он казался в самой гуще сумятицы Гражданской войны, в Сибири работал над памятником генералу Корнилову, готовил проект коронования адмирала Колчака, потом попал в плен к победившим красным, чуть было не расстреляли, но потом поняли его полезность для новой власти и дали возможность реабилитироваться честным трудом на благо трудового народа.

К середине тридцатых, если ещё не совсем классик, то очень близко к тому, автор основной довоенной монументальной ленинианы, включая легендарного «Ленина в гробу» и, кроме многого прочего, действительно исключительно талантливого «Булыжника», ставшего позднее «оружием пролетариата», созданного не без некоторого влияния своего учителя Родена, Иван Шадр получает заказ на главную скульптуру организующегося ЦПКиО имени Горького. И в тридцать пятом она была установлена в центре фонтана на главной магистрали Парка.

Высотой с постаментом двенадцать метров, то есть с полноценный четырёхэтажный дом. И при этом полностью бесстыдно обнаженная с крайне слабой идеологической тенденцией. Народ посмотрел, слегка припух, некоторые зажмурились, а многие и заохали. Газета «Вечерняя Москва» 11 августа 1935 года писала: «…Мы наблюдаем спекуляцию вульгарной эротической образностью. Весло здесь теряет свой бытовой смысл и становится очевидным фаллическим символом; оно отсылает нас к уключине, в которую вставляется весло… Наконец, следует помнить, что обнаженная девушка-гребец с эрегированными сосками стала украшением фонтана, который моделирует водометание как извержение спермы…».

А дальше произошло не очень вообразимое при советской власти, свидетельствующее о том, что даже в самые жестокие тоталитарные времена случаются, особенно в области искусства, совершенно мистические флюктуации демократии и свободы духа. Во-первых, скульптора не только не посадили, но и не предали остракизму, не изгнали из художественной элиты, а скульптуру не снесли и не уничтожили. А всего лишь дали распоряжение переместить её за счет автора, если он этого пожелает, в любой другой город страны, опять же, если местное руководство выразит согласие. А, во-вторых, после того, как множество городов по очереди на всякий случай отказались принимать ссыльную девушку, вдруг неожиданную нежность и сострадание к ней проявил, ни до, ни после не замеченный в такого рода чувствах и поступках Климент Ефремович Ворошилов. И с его помощью статую перевезли в Луганск, в котором у маршала исторически было большое влияние и который как раз практически тогда стал Ворошиловградом.

Уже через год Шадр «с учетом конструктивной партийной критики» сделал второй вариант «девушки». Он был уже и меньше, всего восемь метров, и натурщица была другая, на этот раз более документально подтвержденная, и не столь откровенно сексуально возбуждающим. Впрочем, тоже очень неплох. И простоял в Парке до войны на радость москвичам и гостям столицы.

А про то гипсовое безобразие, которое изуродовало советскую садово-парковую архитектуру, в разных позах и с веслами в разных руках, иногда в купальнике, иногда в трусах и майке, мне даже и рассказывать не хочется. Оно к Шадру вообще никакого отношения не имеет, это тиражировались поделки Ромуальда Иодко, первая из которых вообще называлась «Женщина с веслом», кстати, видимо далеко не бесталанного скульптора, однако мне крайне далекого.

К сожалению, подлинников скульптур Шадра я, естественно, не видел. Они обе погибли в Войну, как и Вера Волошина. В Третьяковке есть неплохая уменьшенная копия изначальной статуи. Своего рода «памятник скульптуре» небольшого размера установили в одиннадцатом году рядом с набережной в нынешнем ЦПКиО. Но это, конечно, всё не то. Слабое эхо.

Так что, судить я более всего могу лишь по немногим сохранившимся фотографиям. И та, особенно самая первая девушка, мне безумно нравится. Мне искренне кажется, что это было действительно выдающиеся произведение искусства. Но на своей правоте не настаиваю. В любом случае настоящая девушка с веслом погибла.
вторая

Постпост

Это может показаться абсолютно не связанным, но, на самом деле, те несколько строк, которые я хочу написать, имеют прямое отношение к предыдущему тексту.

Вчера, практически совершенно случайно, вечером за рюмкой лениво зацепились с приятелем языками за тему сбитого над Донбассом «Боинга». Честное слово, я уже давным-давно подобными глупостями не занимаюсь. Ну, разве что, если кто из совсем юных, например, мой младший сын, спросят мое личное мнение, я его предельно кратко излагаю, да и то с обязательным уточнением, что в открытом доступе достаточное количество материала, так что желательно в любом случае составлять свое собственное мнение. Но уж доказывать кому-то взрослому на шестом десятке после пяти лет со дня преступления что-либо, а уж тем более спорить, мне представляется совсем уж тупым и бессмысленным.

Однако тут не то, что изменил своему правилу, но, в основном из-за расслабляющего действия погоды, проявил излишнюю ситуативную мягкость характера и не так быстро, как обычно, прекратил диалог, вернее, даже по большей части монолог моего собеседника. А сводился он к тому, что для него здесь не существует никакой определенной точки зрения. Пятьдесят на пятьдесят. Может, донецкие сбили из нашего «Бука» или наши по наводке донецких, а, может, и хохлы. Шансы равные. Доказательства с обеих сторон одинаково убедительные или одинаково неубедительные, это уже дело вкуса.

Здесь ещё только два нюанса хочу отметить. Во-первых, этот мой приятель не представляет мнение большинства. То есть, я не имею в виду, естественно, большинства населения всей страны, у меня нет по этому поводу репрезентативных фактов, но только лишь большинства известного лично мне. В основном позиция много более категоричная. Виноваты америкосы и жидобендеровцы, а остальное бред и грязная клевета ненавистников России. И, во-вторых, этот человек принципиально не хочет тратить излишних сил и времени на копание в фактах. Мол, всё равно любую информацию можно подделать с фальсифицировать, все врут, верить нельзя никому, и правды и истины нынче не существует, моральные и нравственные авторитеты отсутствуют, а всеми правят исключительно корыстные интересы.

В общем, с тем, что никакие факты для массового сознания не имеют особого значения, я по большей части согласен. Действительно, важны только мнение и отношения, выработанные с детства, собственно, в основном именно по этой причине я и не ввязываюсь в обсуждение подобных вопросов. И, если человек считает, что самолет могли сбить хохлы, а Дмитриев может быть педофилом (а почему бы и нет?), то так оно для него и есть. Это сам по себе неоспоримый факт, остальное пустая абстракция.

И в связи с этим всё более модным и популярным становится оперирование понятием постправды. В котором, на мой взгляд, очень много реально, рационального и даже чисто функционально удобного. Имеется только одна небольшая сложность.

В Барселоне есть музей Пикассо. Насколько мне известно (я не самый большой специалист по творчеству этого достаточно далекого по эстетике для меня художника), там самая большая коллекция картин его раннего творчества, ещё до всяких «измов». Так вот, когда был там впервые, то поразился, сколько там с изумительным мастерством написанных абсолютно реалистических портретов, натюрмортов, жанровых сцен и пейзажей. То есть, до того, как начать разлагать форму, Пабло в совершенстве ей овладел. А есть множество художников, которые сразу стали рисовать квадраты и прочие абстрактные фигуры, так и не научившись изначальному фундаментальному мастерству.

И постмодернизма не может существовать без модернизма. Не знающий модернизма человек, не овладевший его законами, а сразу желающий существовать в постмодерне, бесплоден, бессмысленен и карикатурен. А соблазн пойти этим путем огромный. Поскольку требует неизмеримо меньше труда и таланта.

Так что, я в принципе не против, когда кто-то говорит, что «все врут» и «ничто не истина». Имеет значение только то, на каких основаниях сделаны подобные выводы. Являются ли они следствием процесса под названием «во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножает скорбь» или простой лености ума, смешанной с гордыней высокомерия.

При этом сам я уверен, что и правда есть, и истина имеется, иногда совсем разные вещи, но тут уже совсем другая история. И, кстати, по поводу «почему бы и нет» я не вижу никаких оснований категорически опровергать утверждения, что Путин рептилоид. Лично для меня далеко не самая экзотичная и невероятная версия.
вторая

Постпост

Когда мне было лет-пятнадцать-шестнадцать, то мы в своем, не буду обобщать, что кругу, но во всяком случае в своей компании нередко занимались тем, что нынешней молодежи, естественно, судя по моим субъективным и не слишком репрезентативным наблюдениям, не очень свойственно.

Много пили спиртного, в том числе и напитков, о которых сегодня молодые вряд ли и слышали, причем в количествах явно опасных для жизни, уже не говоря о здоровье. Могли всю ночь играть в карты на довольно серьезные по тем временам деньги. И ещё много чем заниматься далеко не полезным и совсем не нравственным. И одновременно с этим до утра рассуждать и даже яростно спорить по поводу, скажем, постмодернизма.

И вот как-то очередной раз после многочасовых дебатов относительно девальвации смыслов и всего такого умного, я изложил, прошу не забывать о контексте в виде спиртного и всего прочего, собственное понимание этого явления.

Мне представляется, что постмодернизм, это, прежде всего и главное по сути, многоуровневый стёб. То есть, когда ты просто стебёшься (простите, но с отрочества привык именно к такой форме этого глагола, прошу не придираться) над чем-то, то это, конечно, правильный путь, но ещё не постмодернизм. Он начинается, но только начинается, когда стебешься над стёбом. И дальше по нарастающей. Предела практически нет, есть лишь совершенствование и развитие.

Но истинный класс мастерства проявляется только тогда, когда, например, свой стёб пятнадцатого уровня ты выдаешь как изначальную фундаментальную ценность без малейшего намека на иронию. Нет, ну, естественно, не просто выдаешь, только попытка как таковая не засчитывается, а ещё и убеждаешь кого-то, заставляешь поверить в искренность и непорочность своих намерений.

Я, собственно, всё это вот к чему. Всего лишь хочу покаяться. Когда я вчера инстинктивно, мимоходом и довольно пренебрежительно-презрительно отреагировал на ставший буквально за сутки знаменитым текст Суркова, то, прежде всего, вовсе не рассчитывал и не ожидал, что он приобретет такую бешеную популярность. Но явно и несправедливо недооценил, видать, умудрился Владислав Юрьевич затронуть какие-то потаенные нежные струны отечественной интеллектуальной элиты. На удивление практически все отметились, вплоть до тех, кто до того вовсе не был замечен в желании порассуждать на столь абстрактные и нарочито отвлеченные темы, например, Шевченко и Канделаки. Совсем уже мило до предельного гротеска.

Но всё это чепуха, поскольку уже через несколько часов после публикации судьбоносного произведения Георгий Сатаров, человек к которому я отношусь с большим уважением без даже крохотного оттенка юмора, объяснил мне, какой я, оказывается, туповатый придурок. Это ведь на самом деле Сурков всех так очень тонко разыграл! Некий постмодернистских стёб высшего пилотажа. И даже не то, что уж слишком тонко. Для таких недотыкомок, как я, зашил в текст специальные коды-подсказки, ведущие к истинному пониманию текста. Но не до всех дошло. Надо стараться и самосовершенствоваться.

А один из читателей сформулировал происходящее в следующем сюжете. «Текст Суркова хорошо ложится в уже протоптанное: террорист с бомбой в самолете, прежде чем подорвать всех с собой вместе, читает лекцию, предварительно поднюхнув. Подсознательно он, может быть, надеется, что кто-то улучит момент и схватит его сзади - но никто не хватает».

Что же, можно и так. Но, в принципе, границы стёба в частности и искусства вообще с возрастом и жизненным опытом для каждого работающего над собой расширяются. Правда, вместе с некоторым притуплением эмоционального восприятия. В некоторых фильмах самого близкого мне и самого любимого мною режиссера Питера Гринуэя, и в «Поваре, воре», и в «Книгах Просперо» и, особенно, «Дитя Маконы», есть сцены, которые, когда смотрел их в юности (хотя уже очень относительной юности) первый раз, то не мог выдержать до конца. Но потом не только осилил, но даже втянулся и понял, как от этого можно получать удовольствие. При этом у меня есть большие сомнения, что причиной то, что я сам стал лучше, чище и искреннее. Скорее всего нет. Но то, что старше, спокойнее и слегка умнее, для меня несомненно.

И вот я себе уже сейчас, хорошо на седьмом десятке, могу позволить представить такую сцену. На жутко холодной Красной площади рядами стоят столбы. На каждом висят, привязанные за одну ногу вниз головой, люди с развратными глазами. Мороз ниже сорока, трупы заледенели до безупречно чистого звона. И между столбов бродит мальчик лет десяти, почти незаметно улыбаясь с лучезарной безмятежностью. В руках у него хрустальная палочка. Он дотрагивается ей до тел в одному ему ведомом порядке и наигрывает таким образом какую-то немного грустную, но очень светлую и трогательную мелодию. Она плывет в абсолютной тишине, поднимаясь всё выше и выше…

Для столь же непонятливых, как я, повторю и подчеркну, что это всего лишь постмодернистский стёб, никак не уменьшающий моего глубочайшего уважения к Владиславу Юрьевичу Суркову, его хозяевам, работодателям, соратникам, единомышленникам и почитателям.

А выбора у вас, действительно, нет. Кроме выбора смиряться с этим фактом или попытаться всего лишь сделать шаг в сторону.
вторая

Масштаб и размер

Для меня недоступные предметы, явления и области мироздания делятся на две принципиально различные части.

К первой относятся, например, такие, как музыка (в смысле исполнительского искусства), высшая математика, теоретическая физика или шахматы. Я не просто осознаю ценность и значение, но и глубоко страдаю от того, что природа ограничила, не дала соответствующих способностей, чтобы реально проникнуть и овладеть.

А ко второй те, в которых я разбираюсь и которыми владею отнюдь не больше и не луче, чем первыми, но они не вызывают у меня никакого интереса, не представляют ценности и представляются абсолютной зеленой мутью. Скажем, сайентология, социалистический реализм, астрология или бинго. Я сразу столь откровенно признаюсь в своей субъективности и пристрастности, чтобы изначально исключить возможность каких-либо споров или дискуссий. Да, полный профан, но безнадежный для просвещения и убеждения, потому достоин не диалога, а лишь сожаления. Простите убогого.

Так вот, ко второй части для меня относятся и всякие там маркетинги с рекламой и так называемым «пиаром». И можете считать меня темным свихнувшимся обскурантом, но я совершенно уверен, что единственным реальным успехом рекламы в современном мире явилось то, что она сумела убедить большинство людей в собственной значимости и ценности. Всё остальное относится к совсем иным технологиям втюхивания и оболванивания, не имеющим ничего общего с рекламой в общепринятом её понимании.

Но всё сказанное, как ни странно, совсем не отменяет того, что я иногда исключительно для развлечения и утомляемости мозга, способствующей лучшему засыпанию, трачу время на такого рода пустые и заунывные темы. Вот и недавно просмотрел и прослушал целый цикл лекций по «брэндированию». Мужик более шести часов пытался донести мысль, что сам по себе брэнд никой рыночной или материальной ценности не имеет, качества товара никак не изменяет и не гарантирует, а образуется и существует вместе со всеми своими свойствами и качествами только в голове у потребителя и лишь от состояния происходящего в этой голове зависит.

На самом деле, меня всегда в искренне восхищение приводит то, что на подобном люди умудряются делать карьеры и закладывать более чем солидные основы собственного финансового благосостояния. Так что, к самому лектору никаких претензий, только респект и легкая зависть. В остальном же глубина философского открытия не производит такого уж большого впечатления, я знаю множество довольно заурядных людей, которые после третьей рюмки способны на гораздо более любопытные и изощрённые откровения.

А то, что всё зависит и приобретает истинное значение только от происходящего в каждой конкретной голове, это уж не такой и великий бином Ньютона. И, собственно, я обо всем этом вспомнил и упомянул исключительно по одной единственной причине. Вот ведешь какие-то разговоры о происходящем в стране и мире, политики, предприниматели, деятели искусства, кто что сделал, сказал, не сказал, украл, а то и убил, короче, что было, что будет, чем сердце успокоится…

А потом заболевает твой ребенок. Неотложка, аптека, термометр, рука на лбу и пульсе… И сразу становится понятна истинная ценность происходящего. Да пропади оно всё пропадом! Пусть он только будет здоров.
вторая

Цирк

Ну, хорошо, Запашный совсем закрутился и с устатку перепутал цирковые профессии, начал исполнять номер клоуна, крайне нелепо и совсем не остроумно, но я вообще этот жанр не очень люблю, так что, не мне ценить высоты этого древнего искусства.

Но с этого потомственного животновода взятки гладки, что он там лепит даже слушать бессмысленно. Но Михаил Гуцириев, между прочим, не такой уж валенок. Я не буду упоминать про количество его дипломов, про всякие диссертации и художественное творчество, это нынче при шести с лишним миллиардах зелени не такое уж и сложное дело, можно особого внимания не обращать. Но он человек действительно опытный, битый-перебитый, поднявшийся из самых низов и с самых окраин, с бандитами стрелявшийся, с чекистами судившийся, и вообще далеко не молод, умудряется в сложнейших условиях руководить сложнейшим бизнесом более чем успешно. То есть, вроде бы, чисто теоретически, должен иметь не только в голове, но и в характере какие-то черты взрослого серьезного мужика.

И вот он вынужденно отвечает на бред сумасшедшего укротителя. Кстати, весьма достойно отвечает, говоря, что совершенно не видит ничего плохого в том, чтобы вкладываться в том числе и в зарубежное искусство, просто сам эти не занимается и канадский цирк никаким образом не спонсирует. Но почему-то в какой-то момент всё-таки не удерживается и срывается: «У нас есть люди — покупают клубы и клубы покупают в Великобритании за миллиарды долларов, у нас покупают баскетбольные клубы в Америке... И люди покупают, и живут в России».

Вашу мамашу! Не смог не наябедничать. Причем так мелко, бестолково, совсем по-детски, как в первом классе: «Мариванна, а Петька-то вообще на лестнице постоянно писает, а ему ничего!..»

Какая-то у них всех всё же большая вавачка в мозгах. Уму непостижимо. Элита страны. Цвет нации. Тоска.
вторая

Улыбка безруких



Какое самое великое произведение искусства всех времен и народов? Ну, ладно, не станем совсем уж растекаться. Хотя бы среди музейной живописи. Думаю, что большинство, кроме совсем уж эстетических оригиналов и экстремалов, согласится, что, скорее всего, это Джоконда.

А какое самое пошлое, растиражированное, доведенное до полного маразма относительно областей использования и применения областей распространения изображение? Опять же, подозреваю, многие не станут спорить со мной, что это Джоконда?

Виноват ли в этом Леонардо или его картина? Виноват ли по некоторым сведениям причастный к гению того же мастера великий Шамбор в том, что оказался на товарном знаке перед каждым диснеевским мультиком? Виновато ли прекрасное само по себе «Лебединое озеро» в том, что стало фоновой заставкой пошлейшего путча? Виноват ли интереснейший и глубочайший мыслитель Фридрих Ницше в том, что на него часто ссылались самые тупые засранцы? В моем деревенском сортире на баллончике с освежителем воздуха греческого производства изображена Венера Милосская. Виновата ли женщина в столь неуместном использовании?

Вернее, конечно, речь идет не столько о вине, которая здесь и вовсе не очень при чем, а о том, снижает ли в принципе пошлость поля бытования истинную ценность используемого. Вы может и, наверняка, будете смеяться, но я сейчас говорю о том, что изначально получило довольно пошловатое и нелепое, но, на мой вкус и взгляд, довольно точное наименование «Казус Бабченко».

Естественно и несомненно, нынче уже любой разговор об этом, абсолютно вне зависимости от его качества и точке зрения, может восприниматься исключительно как пошлость самой высшей пробы, недопустимой для хоть сколько-то прилично и уважающего себя человека. Высказался практически каждый и каждый же на пределе своих нравственных и интеллектуальных возможностей. Ощущение полного мрака и абсурда, лишающего последних остатков веры даже в малейшую вменяемость человечества.

Но лично мне представляется, что это никак не влияет на истинную художественную ценность самого по себе факта, как такового. Произведение искусства совершенное и безупречное. Лакмусовая бумажка ничуть не менее великолепная и идеальная, чем уже много раз приведенный мной в пример как шедевр «крымский маркер». С одним лишь принципиальным отличием в том, что по принципу Крыма бывший русский народ разделился по критериям подлости мерзости, а тут больше по признакам тупости, вменяемости и лицемерия.

Каждая проститутка, даже самая потаенная, не выдержала и проявилась. Паша Гусев, к которому я с полнейшим уважением, как к очень дорогой, умелой, даже виртуозной, но всё-таки проститутке, великолепно изобразил профессиональную реакцию в прямом эфире, когда без малейшей подготовки получил информацию о том, что Бабченко жив. Все заговорили о журналистской этике и нравственности. Блестяще.

Обидно мне единственное. Я не считаю Аркадия Баченко, при всех самых вежливых оговорках, таким уж великим художником и мастером даже в столь узком пространстве, как журналистика. Тем более, я никак не могу убедить себя в гениальности ребят из украинских спецслужб, несмотря на всю свою симпатию к их государству по большому счету. И, тем не менее, не сильно зависимо от них и их креативного таланта, достаточно случайно, однако с точки зрения высших сил, видимо, по самому большому счету закономерно, родилось великое произведение искусства.

И судьба дальнейшей жизни этого шедевра уже совсем не зависит от воли авторов. Это Джоконда теперь будет улыбаться уже вечно. Но, честно говоря, лично мне и это достаточно безразлично. Главное, с много большим удовольствием буду улыбаться я. Спасибо Аркадий Аркадьевич.