Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

вторая

Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Collapse )
вторая

Самая страшная и главная тайна страны Оз

Ситуация на самом деле несколько парадоксальная и даже юмористическая. Вокруг как будто происходит много чего актуального и злободневного, от пандемии до пришествия Нового царства, а общественное воображение до сих пор будоражат какие-то вещи, если не совсем теоретические, то всё же более абстрактные, чем подавляющее большинство реальных сегодняшних проблем.

Не помню точно, кто ещё в старые времена сказал, что только советские люди могут на кухне устроить пьяный мордобой по поводу различия в оценках деятельности Ивана Грозного. Это, конечно, преувеличение, черта отнюдь не только советская и даже не только русская, но определенная доля справедливости в данном утверждении имеется. До сих пор не утихают, вспыхивая в разных местах и с различной степенью накала, споры о чем угодно, начиная от захвата Прибалтики перед войной и заканчивая ролью в истории страны так называемого «татаро-монгольского ига». И среди этих вечных тем не последнее место занимает «золото партии».

Вообще-то и при советской власти, и в девяностые, особенно в первой их половине, практически никто особенно не сомневался, что у находящихся столько десятилетий у власти коммунистов накоплено какое-то колоссальное количество денег, а если их найти, то будет пусть и не полное счастье для всех, то по крайней мере жить достаточно лучше и легче. Но найти реально как-то всё не удавалось.

А ведь попытки делались вроде бы вполне серьезные. Ребята из команды Гайдара даже наняли очень солидную фирму «Кролл». Но потом тихо отползли под не очень убедительным предлогом, что фирмачи запрашивают слишком много за свои услуги. И пошли довольно естественные слухи, что на самом деле просто те раскопали слишком много вредного и излишнего, так что от них предпочли откупиться, чтобы не выносить сор из избы.

Но это только один мелкий частный случай. «Золото партии» искало множество специалистов и почище «Кролла». Результат за двадцать лет нагляден и очевиден. Какие-то копейки действительно обнаружили, но это смешно и глупо. Кто-то всё-таки столь хитро украл, что никаких следов и концы в воду?

Но о каких, собственно, суммах может идти речь? Из слов даже не то, что конспирологов, но просто людей как бы до сих пор считающих себя авторитетно сведущими в событиях и процессах того времени какой-то даже приблизительно единой цифры извлечь трудно, но я встречал самые разные оценки, вплоть до трех с половиной триллионов долларов. Имеет ли это хоть какое-то отношение к реальности?

Однако среди множества болтунов с важными физиономиями есть всего один человек, который, с одной стороны, обладает достаточными профессиональными знаниями для подобных разговоров, а с другой, по моему сугубо субъективному мнению, заслужил человека очень порядочного, хоть и с массой если не оговорок, то уточнений. Это Виктор Владимирович Геращеннко, последний Председатель Государственного банка СССР. И он как-то в устной беседе в порыве откровенности «впроброс» обмолвился, что при нем в стране было три основные примерно равные «кассы». ЦК КПСС, самого Центробанка и КГБ. Правда сумму конкретно назвал только одну. Чекисты распоряжались двадцатью пятью миллионами долларов.

Только тут надо сразу убрать из обсуждения так называемый «золотовалютный запас» государства. Эти пресловутые в разном условном пересчете примерно «триста тонн» золота относятся совсем к другой опере. Про них речь отдельная и дело не только в том, что там структура и реальность достаточно мутные и не столь однозначные, как кажется на первый взгляд. Просто под «золотом партии» подразумевается нечто совсем иное. Это определенные быстро ликвидные ценности и валюта, которые официально не лежат на официальных счетах и в государственных хранилищах строгого учета, а саккумулированы и размещены и достаточно укромно, и при этом весьма оперативно доступны определенным партийным функционерам.

И ещё один момент. Когда о подобных вещах заходит речь, то мне изначально не забывают напомнить, что «те доллары совсем не те, что сегодняшние». И это, конечно, совершенная правда. Но вот на эту тему два замечания. Одно чисто субъективное и никак документально не подтвержденное. Когда я впервые оказался в Калифорнии в восемьдесят восьмом году, то довольно часто бывал в крохотных и очень русскоязычных городках по ту сторону моста «Золотые ворота» напротив Сан-Франциско. Там немало уже вставших на ноги и начавших зарабатывать довольно серьезные деньги эмигрантов из СССР, в основном евреев, но отнюдь не только, покупали дома и вполне солидно обустраивались. Но привычки часто оставались ещё советские, потому традиционно нередко собирались на кухнях, правда уже несколько отличавшихся от родных прежних, пили водку и много чего обсуждали насущного. Так вот там зашел разговор про одного парня, который только что заработал свой первый миллион. И я в шутку попросил меня с ним познакомить, чтобы потом рассказывать про свое общение с миллионером. Но меня поправили. Объяснили, что нынче миллионером называют только того, у кого есть минимум четырнадцать миллионов. Один, понятно, тоже лучше, чем ничего, но права на звание не дает. Выяснить почему именно четырнадцать, а не тринадцать или пятнадцать, мне не удалось, никто не удосужился тратить время на мое просвещение, так что цифру мне пришлось принять на веру. И вообще тут ни на чем не настаиваю, просто делюсь личным. Ещё раз напомню и подчеркну, речь идет о восемьдесят восьмом.

Но есть и более конкретные факты. В восемьдесят девятом, том самом, когда Геращенко занял свой высший банковский пост и вполне обоснованно получил доступ если не ко всей, то к большой части самой конфиденциальной финансовой информации, согласно официальному списку Форбса в мире было шестьдесят семь людей, чье личное состояние превышало миллиард долларов. То есть, повторю, касса КГБ равнялась двадцати пяти миллионам, а у шестидесяти семи человек было больше миллиарда. Улавливаете разницу уровней?

Короче, к черту подробности, я предельно кратко. Не было никакого «золота партии». Нет, конечно, в их руках находились гигантские ценности целой великой страны. Всё, что под землей, на земле и сама земля. Это круче любой валюты. Но не деньги и высоколиквидные международные активы. Эти люди не умели зарабатывать реальные условно доллары. Набрать ещё что-то на оплату импорта, в основном продуктового и по возможности высокотехнологичного они могли, какие-то чемоданчики с миллионом-другим долларов на поддержку «братских партий и правительств» с, естественно, соответствующим «окатом» умудрялись таскать по планете, но реально украсть, накопить и спрятать серьезные суммы им было не по мозгам и талантам.

Это только здесь они были властителями и почти божествами, со своими «пайками», персональными «Волгами» и правительственными дачами из финских конструкторов для бедных. А на мировом уровне убогие нищеброды. В закрытом мире это было не очень явно и заметно, а когда этот самый мир открылся, то секрет стал уж слишком полишинелевским. И ребята засмущались, им стал немного неудобно и даже стыдно, что они оказались такими туповатыми простаками с надутыми щеками. Отсюда и возникли эти самые легенды о «золоте партии». Которого никогда не было.
вторая

Товарищ Путин, Вы большой ученый

Последние остатки людей, ещё имеющих хоть какие-то представление о истории нашей страны, особенно советском её периоде, в основном знают о существовании статьи Сталина «Марксизм и вопросы языкознания». Но даже из них очень немногие читали эту работу или хотя бы имеют реальное представление о её сути и смысле. В силу ряда личных обстоятельств я не только читал неоднократно и очень внимательно, но и был хорошо знаком с трудами тех ученых, с которыми в этой статье Сталин то ли спорил, то ли полемизировал, то ли просто наставлял их на путь истинный.

Так вот, по моему субъективному мнению, статья эта весьма умная. Сейчас вовсе оставим в стороне, насколько и в какой мере она была написана самим Сталиным, имеются ли там какие-то совершенно новые и оригинальные идеи, а уж тем более научные открытия, отбросим какие-то мелкие фактические и методологические неточности и вообще уберем чисто языковедческую составляющую. Тем более, что и сам автор изначально предупреждает об определенном своем дилетантизме и использует то, что сейчас назвали бы дисклеймером. Но сама по себе работа вполне логичная и, для меня несомненно, гораздо более здравая, чем позиция и мнение того направления, с которым Сталин условно дискутирует. Да и, если уж говорить о чисто практической пользе, то на так называемое «советское языкознание» эта статья имела очень положительное влияние, не допустив того, что произошло в отечественной науке, например, с генетикой или кибернетикой.

В общественном же поле, естественно, с этой работой произошло ровно то же, что и со всем прочим, относящимся к Сталину. При его жизни статью постоянно упоминали по поводу и без, вставляя цитаты к месту и от башки, совали куда только можно, а с началом «борьбы с культом» наложили полное табу и как бы забыли.

Я написал «как бы» потому, что на самом деле забыли смысл и содержание, с чего я, собственно и начал. Но статья, в какой-то степени даже, как сейчас бы сказали, в виде «мема» вошла в массовое сознания и, возможно (высшая степень истинного успеха) в фольклор. Однако, будем объективны, более в виде и форме анекдота. Никто и не пытался понять, верны и неверны мысли и взгляды Сталина по каким-то конкретным вопросам, насколько и в чем он был справедлив, а в чем не очень точен и излишне категоричен. В памяти народной остался лишь голый факт сам по себе. Великий вождь и отец всех народов занялся нюансами языкознания, что на общем фоне сталинизма, когда подавляющее большинство всех «вопросов» решалось совсем иными способами, выглядело предельно «прикольно».

Собственно, это в некоторой степени было продолжением уже существовавшей в отечественной властной публицистике традиции. Ленин тоже в свое время написал работу, «Материализм и эмпириокритицизм», где в довольно резких и безапелляционных выражениях высказывался о проблемах, с которым был знаком, мягко говоря, крайне поверхностно и в которых, ещё мягче говоря, в основном понимал весьма слабо. Правда, это было написано ещё за девять лет до Революции, потому в момент появления не стало сразу «руководящим и направляющим». Однако последующие события сполна исправили этот недостаток и несколько поколений советских людей, особенно получавших высшее образование, потратили бесчисленное количество часов на изучение и конспектирование этого фундаментального труда. Но и тогда, и особенно потом, когда ситуация изменилась, никто особо не пытался вдаваться в смысл ленинских идей по поводу «Маха и Авенариуса». У определенной части население было накапливающееся с годами раздражение от того, что нужно тратить время и силы на какую-то заумную херню, не имеющую для них малейшего практического значения и никакого отношения к их реальной жизни, а большинство примитивно воспринимало словосочетание «Материализм и эмпириокритицизм» как синоним абсолютной абракадабры, применяемой начальством в каких-то своих таинственных целях.

И вот Путин написал статью об уроках Второй Мировой войны. Не уверен, что так уж много людей её прочтет. Особенно столь внимательно, как я. И вы знаете, она мне понравилась. С чем-то я вполне согласен, с чем-то нет, с чем-то относительно, с чем-то категорически. Но в принципе общий тон меня даже не очень раздражает. Я последние годы читал много неизмеримо более подлого, мракобесного и даже явно шизофренического на эту тему.

Но это всё тоже не имеет и малейшего значения. Повергает в крайнее изумление другое. Практически мой сверстник, у нас всего год разницы, почти одновременно со мной учившийся в очень похожем институте и тоже по сути на гуманитарном факультете, двадцать лет руководитель нашего государства. Не обладает элементарным чувством вкуса и самосохранения.

Ну, нельзя, категорически нельзя было ему писать статью по истории, особенно с призывом рассекретить все архивы. Как можно не понимать, что таким образом он входит не в эту самую историю, а становится всего лишь героем очередного старого анекдота? Удивительное атрофирование всяческой интеллектуальной и эмоциональной чувствительности. Полный анабиоз.
вторая

Прелесть

Самоудовлетворение, ошибочно названное именем второго сына Иуды, внука патриарха Иакова, по сложившейся к средневековью христианской традиции считается большим грехом. Я об этом вопросе, к некоторому своему смущению и при недоверии даже некоторых врачей, осведомлен чисто теоретически и никаких практических навыков не имею, так что, прошу прощения, если буду неточен в некоторых нюансах.

Но, как человек неверующий, чисто физиологически лично я не способен усмотреть здесь особый грех. Дело сугубо интимное. И уж если нынче сексуальные предпочтения, на мой вкус и взгляд много более странные, признаются не только нормой, но и почти передовым достижением человечества, достойным всяческого уважения, то и эта в какой-то степени даже милая забава точно не достойна малейшего осуждения. Однако я решил именно на неё обратить ваше внимание вот по какой причине.

От многих иных этот способ получения удовольствия отличается принципиально одним. Полным отсутствием самого предмета вожделения и эмоционального стимулирования. У некоторых подростков это компенсируется активным использованием когда-то достаточно грубых порнографических или хотя бы просто эротических картинок, сейчас, с развитием высоких технологий, появилось множество гораздо более действенных и изощренных способов. В местах заключения, говорят, до сих пор в ходу самые обыкновенные фотографии, вплоть до весьма экзотических, слышал в определенных кругах немалым успехом пользуется портрет Ломоносова. Но в любом случае это всего лишь имитация, образ, основное зависит от происходящего в голове человека, увлекающегося данным занятием. И тут нет никакого смысла рассуждать об особенностях биографии, личности или ценности творческого и научного наследия Михаила Васильевича, он всё равно не несет никакой ответственности за качество и количество оргазмов, полученных с его косвенной помощью каким-нибудь умелым заключенным.

Я это, собственно, вот к чему. Один интернет-ресурс недавно перепечатал некую старую мою заметку, где я вспоминал о том, как при советской ещё власти многим мужьям жены выдавали на день рубль, чтобы и пообедать, и покурить, и для транспорта. Исключительно просто мимолетное воспоминание без малейшей морали или каких-то выводов. Но, как и каждый раз, когда я упоминаю о любом факте из тех времен, огромное количество читателей сочло своим долгом наброситься на меня с обвинениями и в клевете, и в беспамятстве, и в откровенном вранье и вообще ещё черт знает в чем.

Но, не разбираясь в нюансах и подробностях, все претензии ко мне можно предельно кратко сформулировать как недостаточную любовь и уважение к СССР, когда всё было в любом случае неизмеримо лучше, чем сейчас. И тут мне как раз представляется очень уместной аналогия с описанным мною изначально процессом. То есть, самого по себе объекта вожделения уже давно не существует, даже если чисто теоретически представить себе, что он когда-либо существовал в таком виде, в котором представляется этим людям.

Однако они продолжают получать даже не удовольствие, а явное наслаждение, доводящее до оргастического экстаза, при помощи духовного и эмоционального взаимодействия с находящимся исключительно в их мозгу образом. И тут бессмысленно анализировать или хоть как-то характеризовать тот реальный Советский Союз, который стоит за этим образом. Он не имеет никакого отношения и не несет никакой ответственности за происходящее с этими людьми, как и Ломоносов к сексуальной жизни зэка.

И это тоже, с моей точки зрения, никаким образом не грех. И всё-таки не готов признать, со всем уважением, что данное занятие слишком уж продуктивное, почетное и высоконравственное. Прочем, с того и начал, что не являюсь в этом вопросе большим специалистом и профессионалом. Возможно, у них иное мнение, которому нельзя отказать в праве на существование.
вторая

Кто на нас с мячом придет

Многие, по моему субъективному мнению, весьма умные и достойные всяческого уважения люди говорили и писали, что Сергей Эйзенштейн является одним из величайших кинорежиссеров всех времен и народов. Я к этому сейчас не стану высказывать своего отношения, просто не считаю себя достаточно профессиональным экспертом в данном вопросе. Тут не сантехника и не бетонные работы.

Замечу лишь в высшей степени по касательной, что даже из советских кинорежиссеров того времени есть немало гораздо более близких мне по всем параметрам, а некоторых, например, Дзигу Вертова, я и вовсе считаю гениями. Но это всё чепуха, никого не собираюсь грузить своими эстетическими предпочтениями, даже как-то неловко, понимая, насколько у всех другие проблемы.

А некоторые сцены из опять же некоторых фильмов Эйзенштейна, особенно из «Грозного», мне и вовсе нравятся. Так что я без эпатажа и со всем пиететом. И всё же одна картина представляется мне откровенно и наиболее слабой. Это «Александр Невский». Но речь сейчас опять-таки не об искусстве и моем по данному поводу мнении. Вопрос вообще вне подобных рамок.

По большому счету «Пакт Молотова-Риббентропа» вместе с предлагающимися к нему секретными протоколами уже вполне публично и почти официально не просто реабилитирован, а и вовсе назван «триумфом советской дипломатии». Но сейчас уже собираются, и я почти уверен, что сделают, оформить это законодательно на самом высоком уровне. А суть в том, что в угаре либерализма всяческая продажная демшиза умудрилась ещё в самом конце советской власти на II Съезде народных депутатов осудить этот самый «Пакт». И вот теперь Госдума хочет это осуждение отменить. А в связи с тем, что по новым поправкам к конституции любое «переписывание истории» считается противозаконным, то и всякие рассуждения о «Пакте», не совпадающие с генеральной линией, будет отныне считаться не просто вредными, а тупо антиконституционными, то есть, тут уже начинается разговор не о мнениях, а о сроках.

Потому мне и вспомнился фильм «Александр Невский». Премьера состоялась в самом конце тридцать восьмого, и он триумфально пошел по стране, грозя по популярности сравняться с самим «Чапаевым». Но в августе следующего года, как известно, был подписан тот самый «Пакт», после чего «Невского» изъяли из проката. То есть, официальных запретов не было, или, во всяком случае, не сохранилось, но кино просто убрали, это факт известный и несомненный. Что, надо признать, по тем временам еще очень лояльно, были случаи, когда за «антигерманскую деятельность» и вовсе сажали или даже расстреливали, а тут всего лишь просто перестали показывать фильм.

Он снова под фанфары вышел на экраны только где-то к сорок второму, почти одновременно с одноименным орденом, там, где профиль Николая Черкасова. Реабилитировали всех, и Сергея Михайловича, и Николая Константиновича, и святого князя Александра.

Вот я и хочу предложить. Во избежание любых последующих возможных злокозненных инсинуаций, как-нибудь законодательно защитить и Эйзенштейна с Невским, а также всех прочих действующих лиц этой истории. А то, ненароком, опять ветер как-нибудь переменится и у них снова могут начаться неприятности. Это несправедливо и даже опасно.

P.S. А в заголовке у меня не опечатка и не попытка глупо пошутить. Просто воспоминание детства. Эту фразу мы нередко слышали с самого младенчества. Но дело в том, что дети в магаданском детском саду не все и не очень хорошо знали, что такое «меч». Но зато очень хорошо знали, что у нас на группу есть один мяч. Маленький, резиновый, подозреваю не лучшего качества, но поскольку единственный, то пользующийся бешеным успехом, на него всегда была очередь поиграть. Так вот я довольно долго не мог понять, что плохого в том, чтобы к нам кто пришел ещё с одним мячом? Очень всегда удивлялся тому, что от такого доброго поступка он должен погибнуть.
вторая

Маразьма

На самом деле данная тепа полностью исчерпана и завершена великими строками большого специалиста в этом вопросе:

Вечно и нисколько не старея,
Всюду и в любое время года
Длится, где сойдутся два еврея,
Спор о судьбах русского народа.


Сейчас поспорили конкретно, хоть и заочно, и не напрямую Артемий Троицкий и Дмитрий Быков. Конечно, я в родословных не копался и черепа не мерил, но, мне представляется, что там на обоих с трудом наскребется и на полеврея. Однако сути это не меняет. Судьба русского народа всё равно остается спорной.

На всякий случай дам ссылки, но на самом деле далеко не уверен, что всем читателям так уж необходимо углубляться в тонкости премудростей текстов этих мыслителей. Там все не очень сложно. Основное, что утверждает Быков: «Совершенно очевидно, что тот, кто будет после Путина, будет хуже Путина». А Троицкий возражает, что хуже уже не будет, поскольку хуже некуда.

Прежде всего, позицию Быкова несколько ослабляет определенная неточность и расплывчатость формулировок. Он основывается на идее, что Россия находится в «нисходящем тренде». Но не указывает отправных точек. То есть, перечисление свое начинает с того, что большевики «были хуже царской власти». Но значит ли это, что царская власть в тот момент, то есть при правлении Николая II, была высшим уровнем «восходящего тренда»? Или наоборот, тем «дном», которое большевики пробили? И какими периодами ограничивается этот самый «восходящий тренд»? С кого и когда начинается?

Со святого князя Владимира? С Ивана Грозного? С Петра Первого? С Екатерины Великой? Был ли «тренд» непрерывным или «колебался вместе с линией партии»? И, главное, что считать «нисходящим», а что «восходящим»? Вот тут слишком необъятное поле для вкусовщины и субъективизма.

Да ладно, что там какая-то древняя история и теоретические «тренды». Абсолютно полярные мнения относительно времен, большинство очевидцев и соучастников которых ещё живы, а некоторые и прекрасно себя чувствуют. Для кого-то непримиримые враги Горбачев и Ельцин дружно и совместно являются самыми омерзительными подонками и предателями, а для кого-то они единственный луч света в темном царстве прошлого века. Так что, дело совершенно не в том, будет «лучше» или «хуже», а в том, что население России до сих пор общего представления не имеет, что такое «лучше», а что «хуже».

Я же все-таки и от себя осмелюсь добавить некоторую долю еврейства в спор этих мудрецов. И поступлю как тот раввин из древнего анекдота, сказавший, что доски на пол в бане строгать нужно, но строганной стороной класть вниз. То есть, оба правы. С одной стороны, действительно, тот, кто придет после Путина, и не важно, кто именно и каким образом, очень вряд ли может надеяться на длительное и стабильное правление. И вправду очень вероятна ситуация хаоса, турбулентности и множества чисто практических ухудшений. А с другой – вина за всё это будет отнюдь не на пришедшем или пришедших. Но и это чепуха. Вина – далеко не самое основное. И суть даже не в том, что снова кто-то воспримет эту турбулентность как шанс и надежду, а кто-то как трагедию и катастрофу. А в том, что нет ни малейшего намека на хоть какую-то общность понятий и единство критериев.

Остроту всего этого базара сильно смягчает только одно. Доживут очень немногие из базарящих. А у тех, кто доживет не останется уже больших сил каяться в ошибках или торжествовать в честь собственной прозорливости.

В далеко не самом талантливом и вообще не особо мною ценимом и любимом, но оказавшемся по ряду субъективных причин весьма знаковым фильме «Письма мертвого человека», есть такая сцена. Два ученых на развалинах библиотеки, одетые в костюмы химзащиты, яростно, очень умно и аргументированно спорят о будущем человечества и причинах, которые привели к нынешней ситуации. Отстаивают диаметрально противоположные точки зрения и оба великолепно убедительны. А потом практически одновременно падают и умирают.
вторая

Моя победа и поражение

В детстве я был ребенком сильно темным и диковатым, думаю, даже для своего возраста и времени. Воспитание мое было максимально и дистиллировано советским и общественным. Вскоре после рождения совхозные ясли на двадцать третьем километре Колымской трассы, потом, ещё трех не было, мать очень серьезно попала под машину и я почти год в в интернате для чукотских детей, больных стригущим лишаем, так получилось потому, что мама там до того работала и отцу быстро не удалось меня больше никуда пристроить. Затем детский сад-пятидневка, снова интернат в связи с переездами родителей, школа с продленным днем, загородная так называемая «лесная школа» для туберкулезников с открытой формой, пионерские лагеря по три смены, ну, и так далее по полной программе.

Вроде странновато, но сын учительницы начальных классов и ветеринара, то есть ребенок из по тем понятиям вполне интеллигентной семьи, я научился читать довольно поздно, первую книжку самостоятельно прочел только летом перед вторым классом, а толком увлекся чтением лишь к третьему, по нынешним временам явная задержка, да и тогда, особенно в усредненных «наших кругах», это было не совсем нормально.

Но во всем этом есть и свой плюс. Если не для меня лично, то для создания некой объективной картины времени. Поскольку столь девственный мозг ребенка без сильного конкретно направленного влияния является своеобразным слепком, отпечатком и отражением неких общих тенденций и настроений, царивших в массах и витавших в воздухе. Пусть, конечно, обусловленных определенной географией и особенностью окружающих социальных слоев, но всё-таки достаточно показательных.

Так вот, я довольно поздно, только в школе и то, по-моему, не сразу узнал, что белые и фашисты это не одно и то же. А жиды и евреи – наоборот, но, если первым словом всё-таки не стоит злоупотреблять, то второе вовсе и не является ругательством. И совсем поздно, только после хоть относительного приобщения к книгам, я обнаружил, что американцы и англичане воевали на нашей стороне, а, например, болгары, венгры и румыны (но это ещё позднее) на немецкой.

И такого рода великих открытий я сделал для себя множество. Однако вот что точно. Если бы во второй половине пятидесятых в дворовой компании наших магаданских бараков любого ребенка спросили, собирались ли до войны наши напасть на фашистов, каждый без сомнений ответил бы утвердительно.

Мы были воспитаны на «Трактористах» и «Парне из нашего города». Всё было четко, понятно и однозначно. Мы воевали с японскими фашистами, потом с немецкими и испанскими в Испании, затем с белофиннами. Далее заключили договор с Германией (конечно, это уже несколько более поздняя информация, класса из четвертого-пятого), чтобы выиграть время. Для чего? Тут не было никаких сомнений. Чтобы лучше подготовиться к войне с немцами. Дождавшись, пока они на нас нападут первыми? Какая глупость! Конечно, нет. То, что они «вероломно» это сделали, является трагической несправедливостью. Это мы должны были подготовиться как следует, а потом их разгромить «на вражеской территории».

Мы пели «Марш советских танкистов», естественно, на заморачиваясь по поводу всяческих поэтических оговорок, типа «враг, укрывшийся в засаде» или «А если к нам полезет враг матерый». Никаких «если». Для нас было главным и безусловным «Тогда нажмут водители стартеры И по лесам, по сопкам, по воде... Гремя огнем, сверкая блеском стали Пойдут машины в яростный поход, Когда нас в бой пошлет товарищ Сталин И первый маршал в бой нас поведет!»

И когда в конце восьмидесятых некоторые начали знакомиться с «Ледоколом» Суворова, тогда ещё в отрывках, но основная мысль автора была уже ясна, что Сталин собирался напасть на Гитлера и готовился к этому, то неожиданностью и даже шоком это стало для кого угодно, только не для меня и многих людей моего поколения, совершенно вне зависимости от их уровня исторического образования или политических взглядов. Для нас это было совершенно естественно и никаких внутренних истерических противоречий не вызывало. Конечно собирался, а как же иначе?

Споры, понятно, продолжаются и, сильно подозреваю никогда не закончатся. Да, следует честно признать, что прямых улик недостаточно, а косвенные, сколько бы их не накапливалось, никогда не убедят тех, кто по складу своего ума и души никогда не смогут принять взглядов противоположных единожды усвоенным. Я тут и сам тоже далеко не безгрешен. Правда, всё-таки некоторые свои мнения за жизнь менял, но с огромным трудом и диким скрипом. И со времени своего темного и дремучего детства кое-что прочел и узнал. Больше не путаю белогвардейцев с фашистами, а фашистов с нацистами, благосклоннее стал относиться к финнам и могу без запинки перечислить всех членов «оси» и антигитлеровской коалиции по годам.

Но всё равно до сих пор не могу понять. А что было бы плохого, если бы СССР напал на Германию в тридцать девятом? И почему даже такое предположение вызывает у наших «патриотов» столь истерическую реакцию отторжения? Возможно, победа была бы быстрее, с меньшими потерями и не такими ужасающими последствиями? Конечно, возможно и нет. Не было бы столь безусловной моральной правоты, которая всегда на стороне того, на кого напали первым? Ну, не знаю. На мой взгляд, так война с гитлеровцами была бы во всех случаях оправданной целиком и полностью.

А вот всё последующее и сопутствующее, это уже совсем другая история. Тут у меня недоумений и сомнений гораздо меньше. Короче, «Броня крепка, и танки наши быстры».

вторая

Адекватная реакция


Президент России Владимир Путин наградил лидера Северной Кореи Ким Чен Ына юбилейной медалью «75 лет Победы в Великой Отечественной войне». О соответствующем указе сообщило российское посольство в республике.

Отмечается, что северокорейский лидер награжден за большой личный вклад в увековечение памяти погибших и погребенных на территории республики советских граждан, а также проявленную заботу о сохранности захоронений и мемориалов.

Посол России в КНДР Александр Мацегора передал награду Министру иностранных дел республики Ли Сон Гвону 5 мая во Дворце съездов Мансудэ.

Сразу и категорически должен заявить, что не имею по данному поводу никаких претензий и не ощущаю малейших отрицательных эмоции. Только с самой доброй улыбкой позволю себе напомнить прекрасно известную людям моего поколения шутку: «Указ о награждении орденом Ленина ордена Ленина за выдающиеся заслуги в деле награждения Леонида Ильича орденом Ленина».

Да, и ещё убедительно попрошу хасидов не лезть своими пейсатыми харями в нежные русско-корейские отношения. 

Но в принципе меня подвиг на всё это отреагировать Александр Григорьевич, который, являясь несомненным природным гением, с каждым годом всё более становится моим кумиром и недостижимым примером для подражания. И вот он только что выступил перед прессой с выдающейся речью, смысл которой модно изложить примерно так:

Collapse )
вторая

Скучно, но не грустно. Уроки беспамятства

Из хроники дня сегодняшнего:

Настоятель главного храма Вооруженных сил России епископ Клинский Стефан заявил, что мозаику с изображением главы государства Владимира Путина демонтировали, опираясь на мнение самого президента. По словам настоятеля, решение было связано со словами Путина о преждевременности его изображения в храме.
Председатель художественного совета по строительству храма протоиерей Леонид Калинин рассказал, что панно демонтировали, но сохранили. Возможно, оно будет находиться в музее в качестве исторического артефакта.

Калинин также подтвердил информацию о том, что на месте мозаики будет изображен крестный ход с иконой Корсунской Богоматери, который состоялся в дни присоединения Крыма к России.

Ранее в СМИ появилась информация, что на стенах храма Минобороны в Кубинке создается мозаика с портретом Путина. В РПЦ объяснили, что традицией храма является изображение на его стенах исторических личностей.

По словам пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова, Путину рассказали о мозаике с его изображением.
«Когда-нибудь благодарные потомки оценят наши заслуги, но сейчас это делать еще рано», — отреагировал глава государства.

После этого стало известно, что мозаику демонтировали.


Из беседы Фейхтвангера со Сталиным в тридцать седьмом году:

ФЕЙХТВАНГЕР. Я здесь всего 4–5 недель. Одно из первых впечатлений: некоторые формы выражения уважения и любви к Вам кажутся мне преувеличенными и безвкусными. Вы производите впечатление человека простого и скромного. Не являются ли эти формы для Вас излишним бременем?

СТАЛИН. Я с вами целиком согласен. Неприятно, когда преувеличивают до гиперболических размеров. В экстаз приходят люди из-за пустяков. Из сотен приветствий я отвечаю только на 1–2, не разрешаю большинство их печатать, совсем не разрешаю печатать слишком восторженные приветствия, как только узнаю о них. В девяти десятых этих приветствий — действительно полная безвкусица. И мне они доставляют неприятные переживания.
Я хотел бы не оправдать — оправдать нельзя, а по-человечески объяснить — откуда такой безудержный, доходящий до приторности восторг вокруг моей персоны. Видимо у нас в стране удалось разрешить большую задачу, за которую поколения людей бились целые века — бабувисты, гебертисты, всякие секты французских, английских, германских революционеров. Видимо, разрешение этой задачи (ее лелеяли рабочие и крестьянские массы): освобождение от эксплуатации вызывает огромнейший восторг. Слишком люди рады, что удалось освободиться от эксплуатации. Буквально не знают, куда девать свою радость.
Очень большое дело — освобождение от эксплуатации, и массы это празднуют по-своему. Все это приписывают мне — это конечно неверно, что может сделать один человек? Во мне они видят собирательное понятие и разводят вокруг меня костер восторгов телячьих.

ФЕЙХТВАНГЕР. Как человек сочувствующий СССР, я вижу и чувствую, что чувства любви и уважения к Вам совершенно искренни и элементарны. Именно потому, что Вас так любят и уважают, не можете ли Вы прекратить своим словом эти формы проявления восторга, которые смущают некоторых ваших друзей за границей?

СТАЛИН. Я пытался несколько раз это сделать. Но ничего не получается. Говоришь им — нехорошо, не годится это. Люди думают, что это я говорю из ложной скромности.
Хотели по поводу моего 55-летия поднять празднование. Я провел через ЦК ВКП(б) запрещение этого. Стали поступать жалобы, что я мешаю им праздновать, выразить свои чувства, что дело не во мне. Другие говорили, что я ломаюсь. Как воспретить эти проявления восторгов? Силой нельзя. Есть свобода выражения мнений. Можно просить по-дружески.
Это проявление известной некультурности. Со временем это надоест. Трудно помешать выражать свою радость. Жалко принимать строгие меры против рабочих и крестьян.
Очень уже велики победы. Раньше помещик и капиталист был демиургом, рабочих и крестьян не считали за людей. Теперь кабала с трудящихся снята. Огромная победа! Помещики и капиталисты изгнаны, рабочие и крестьяне — хозяева жизни. Приходят в телячий восторг.
Народ у нас еще отстает по части общей культурности, поэтому выражение восторга получается такое. Законом, запретом нельзя тут что-либо сделать. Можно попасть в смешное положение. А то, что некоторых людей за границей это огорчает — тут ничего не поделаешь. Культура сразу не достигается. Мы много в этой области делаем: построили, например, за одни только 1935 и 1936 годы в городах свыше двух тыс. новых школ. Всеми мерами стараемся поднять культурность, Но результаты скажутся через 5–6 лет. Культурный подъем идет медленно. Восторги растут бурно и некрасиво.

ФЕЙХТВАНГЕР. Я говорю не о чувстве любви и уважения со стороны рабочих и крестьянских масс, а о других случаях. Выставляемые в разных местах ваши бюсты — некрасивы, плохо сделаны. На выставке планировки Москвы, где все равно прежде всего думаешь о Вас — к чему там плохой бюст? На выставке Рембрандта, развернутой с большим вкусом, к чему там плохой бюст?

СТАЛИН. Вопрос закономерен. Я имел в виду широкие массы, а не бюрократов из различных учреждений. Что касается бюрократов, то о них нельзя сказать, что у них нет вкуса. Они боятся, если не будет бюста Сталина, то их либо газета, либо начальник обругает, либо посетитель удивится. Это область карьеризма, своеобразная форма «самозащиты» бюрократов: чтобы не трогали, надо бюст Сталина выставить.
Ко всякой партии, которая побеждает, примазываются чуждые элементы, карьеристы. Они стараются защитить себя по принципу мимикрии — бюсты выставляют, лозунги пишут, в которые сами не верят. Что касается плохого качества бюстов, то это делается не только намеренно (я знаю, это бывает), но и по неумению выбрать. Я видел, например, в первомайской демонстрации портреты мои и моих товарищей: похожие на всех чертей. Несут люди с восторгом и не понимают, что портреты не годятся. Нельзя издать приказ, чтобы выставляли хорошие бюсты — ну их к черту! Некогда заниматься такими вещами, у нас есть другие дела и заботы, на эти бюсты и не смотришь.

Из поэмы Галича семьдесят четвертого года:

А случилось дело так:
Как-то ночью странною
Заявился к нам в барак
"Кум" со всей охраною.
Я подумал, что конец,
Распрощался матерно...
Малосольный огурец
Кум жевал внимательно.
Скажет слово и поест,
Морда вся в апатии,
"Был, - сказал он, -Главный съезд
Славной нашей партии.
Про Китай и про Лаос
Говорились прения,
Но особо встал вопрос
Про Отца и Гения".
Кум докушал огурец
И закончил с мукою :
"Оказался наш Отец
Не отцом, а сукою..."
Полный, братцы, ататуй!
Панихида с танцами!
И приказано статуй
За ночь снять со станции.
...Так представь - метет метель,
Темень, стужа адская,
А на нем одна шинель
Грубая, солдатская,
И стоит он напролом,
И летит, как конница,
Я сапог его кайлом,
А сапог не колется.
Помню, глуп я был и мал,
Слышал от родителя,
Как родитель мой ломал
Храм Христа Спасителя.
Бассан-бассан-бассана,
Черт гуляет с опером.
Храм - и мне бы - ни хрена,
Опиум, как опиум,
А это ж Гений всех времен,
Лучший друг на веки!
Все стоим ревмя ревем,
И вохровцы, и зэки.
Но тут шарахнули запал,
Применили санкции,-
Я упал, и он упал,
Завалил полстанции...
Ну, скостили нам срока,
Приписали в органы,
Я живой еще пока,
Но, как видишь, дерганный...
вторая

Иконография и иконоборчество

В связи с приближением очередного праздника победы Владимира Владимировича Путина в Великой отечественной войне участились вспышки перманентной истерии по поводу злобных вражеских попыток исказить и очернить святые моменты нашей героической истории.

Вот прямо вчера я наткнулся на одном из телеканалов на подробное и очень эмоциональное разоблачение клеветы относительно подвига двадцати восьми панфиловцев. Простите, я, естественно, не буду лезть в эту тупую помойку, которую ворошат уже много десятилетий. Замечу только, что случай достаточно уникальный. «Фальсификацией истории» в данном случае начали заниматься не горбачевские перестроечники или ельцинские очернители и даже не хрущевские шулера, готовые подделать любые документы, лишь бы скомпрометировать сталинские времена. А совершенно случайно Главная военная прокуратура СССР ещё в сорок седьмом году, когда был опознан и арестован один из тех, кто считался погибшим среди двадцати восьми, за то удостоенный звания Героя, а на самом деле попавший в плен, служивший потом у немцев полицаем и совершивший много плохого. Так что, утверждение следователей того времени о том, что вся это история про «двадцать восемь панфиловцев» является чистой воды художественным вымыслом Кривицкого, трудно списать на злонамеренность позднейших борцов с «культом личности».

Впрочем, для патриотов нет непреодолимых трудностей, некоторые из них принялись утверждать, что всё равно это идеологическая диверсия, но просто совершенная ещё не хрущевскими соколами, а тогдашними ненавистниками маршала Жукова, под которого копали в том числе и таким образом. А тут ещё добавил мути сам Зиновий Юлисович, ставший почему-то Александром Юрьевичем, очень неприятный и подловатый человек Кривицкий, который во время следствия честно и искренне признавался в своем исключительно литературном творчестве, а позднее стал крутить хвостом, мол, ему угрожали лагерями и оказывали прочее подобное давление.

Но сути всё это не меняет. Самого Кривицкого тогда там у Дубосеково и близко не было, это переработка слухов даже не из вторых, а из третьих-четвертых уст. И именно этого боя с такими участниками и результатами не было. Хотя такие бои, конечно же были и были повсеместно. Но что значит «такие»? Обороняли Москву, отстояли её? А кто спорит? Сыграла в этом довольно большую роль 316-я стрелковая дивизия под командованием Ивана Васильевича Панфилова? Конечно. Были среди сражавшихся герои? Множество. Остальное – лирика и легенда.

Но, несмотря на всё мое негативное отношение лично к Кривицкому, можно ли ставить ему в вину создание этой легенды? И справедливо ли упрекать в клевете тех историков, в том числе директора Государственного Архива РФ профессора Сергея Владимировича Мироненко, которые утверждают, что это всего лишь легенда?

И тут я ещё хочу заметить, что некоторая путаница происходит от для некоторого невольного смешения значений слова «журналист» тогда и сейчас. Журналисты того времени в подавляющем большинстве, а советские так и вовсе целиком и полностью, были не декларативно нейтральными и стремящимися хотя бы формально к объективности поставщиками информации для общества. Это были боевые офицеры воюющей армии, которые прежде всего должны были заниматься, и занимались, агитацией и пропагандой. И эффективность написанного измерялась отнюдь не точностью фактов и скрупулёзным следованием реальности, а степенью морального воздействия на народ, у «Красной звезды» же, прежде всего, естественно, на солдат. И здесь не подходят мерки и современности, и просто мирного периода.

Да, Александр, точно не очень известно даже, бывший ли изначально Матросовым, не совсем понятно, где родившийся и в связи с какими обстоятельствами ставший детдомовцем, вряд ли был святым и вообще человеком образцовых нравственных качеств. И можно писать любые образа или стараться найти в них какие угодно изъяны. Можно рассказывать анекдоты про то, как Матросов проматерился, поскользнувшись перед ДЗОТом. Можно утверждать (и это правда, я сам, как когда-то чемпион Кантемировской дивизии по стрельбе из ротного пулемета, свидетельствую) что невозможно так перекрыть телом амбразуру стационарного укрепления, чтобы серьезно помешать пулеметчику вести огонь. Можно признавать, что всесоюзно известного героя из Матросова сделали по достаточно произвольному и случайному приказу высшего начальства. Но остаются самые простые и неизменные факты.

Восемнадцатилетний курсант пехотного училища добровольцем отправился на фронт. И зимой сорок третьего его батальон пошел в атаку на укрепрайон немцев у деревни Чернушки. Но вынужден был залечь под пулеметным огнем противника. После чего солдат с грантами пополз к этому пулемету и был убит. И вы знаете, я до сих пор тупо и без всяких оговорок внутренне согласен с, возможно не самыми изысканным и достаточно плакатными строками на мой взгляд весьма слабого поэта Рождественского: «А когда он упал — некрасиво, неправильно, в атакующем крике вывернув рот, то на всей земле не хватило мрамора, чтобы вырубить парня в полный рост!»

Да, генерал Раевский не водил своих сыновей в атаку при Бородино. Не говорил при этом приписываемых ему красивых слов и вообще до конца жизни очень раздражался, когда ему об этом напоминали. Похоже, в свое время получил крупные семейные неприятности от супруги при возникновении тех слухов. Но, во-первых, Николай Николаевич был действительно блистательным и храбрейшим воином, кроме много прочего и реально шедшим впереди своих солдат под картечью в том самом бою у Салтановки. И, во-вторых, никто не упрекал его адъютанта, выдающегося русского поэта Батюшкова в искажении или очернении истории, когда тот опубликовал истинные факты. Как не упрекали и «его приятеля» великого Жуковского в недобросовестности при создании и запуске в массы этой легенды про сыновей генерала.

Но, как ни странно, я решил написать всё это отнюдь не под впечатлением очередной вспышки «победобесия» и идиотской ругани по поводу недовоеванной Войны. А по причине, казалось бы, не имеющей ко всему этому вообще никакого отношения. Одно из лекарств, необходимых мне постоянно, вдруг почему-то исчезло из продажи, хотя не имеет никакого отношения к вирусу. И жена провела довольно много времени в интернете в его поисках. Наконец нашла и заказала. Приехал мальчик лет восемнадцати на велосипеде с гигантским рюкзаком за спиной, наполненным медикаментами. Был страшно смущен и удивлен, когда супруга оставила ему сотни полторы «на чай». Отнекивался и пытался найти сдачу.

Он не первый уже такой, кто помогает подобным образом, и, понятно, далеко не только нам. По всему городу, а, думаю, и по всей стране поехали эти мальчики с самым жизненно необходимы в рюкзаках. Кстати, часто оставшись единственными кормильцами в своих семьях. Я не собираюсь изображать их в каких-то особо восторженных и идеалистических красках. Наверняка, среди них есть самые разные люди и с самыми разными биографиями, мотивами и побуждениями. И, наверное, они не такие герои, как врачи и медсестры. И ещё можно сделать множество оговорок.

Но когда всё это закончится, и если закончится хоть относительно в рамках прежде существовавшего мира, то думаю, будет справедливым поставить памятник. Наверное, даже не кому-то конкретному. А просто мальчику на велосипеде и с рюкзаком за спиной.

Дай Бог ему здоровья и долгой счастливой жизни.