Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

вторая

Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Collapse )
вторая

Доктор Хаос

И всё-таки мне представляется, что последние остатки вменяемого населения этой страны не до конца отдают себе отчет в уровне дебилизации и дегенерации подавляющего большинства этого самого населения.

Вот по первому федеральному каналу идет самая массовая и главная политическая передача под руководством самого высокооплаченного и влиятельного ведущего, практически круглосуточно не выходящего из эфира. И обсуждается вопрос о том, что Светлана Тихановская официально объявлена в розыск на территории РФ. И во весь экран висит объявление на сайте МВД об этом самом розыске, где причиной указано «по статье УК».

И дальше идет почти двухчасовое обсуждение того, какое ничтожество эта Тихановская, сколько там американских денег и польских пакостей, что-то там про Интерпол и прочую подобную муть. Но никаким образом не дается ответов на самые примитивные вопросы. Тихановская совершила какое-нибудь преступление на территории России? По статье какого УК её разыскивают, и какой статье, там мелкое хулиганство или вооруженный грабеж? Какая цель и смысл этого объявления в розыск, когда десять минут назад Тихановскую в прямом эфире показывали по ААС с указанием места и времени нахождения? Ну или ещё что-нибудь подобно, хоть сколько-то осмысленное. Но нет. Несется шквал не просо тупого бреда, а, главное, вообще не имеющего никакого отношения к размещенному объявлению о розыске.

А ведь дело-то примитивное и гроша ломаного не стоит. Правда, справедливости ради надо отметить, что основу некоторой невнятицы тут заложили сами белорусы. Они какое-то время отнекивались и крутили хвостом. Но потом всё-таки официально признали, что да, после создании Координационного совета оппозиции возбуждено уголовное дело по статье по попытке захвата власти и именно в связи с этим делом Тихановская официально объявлена в розыск. А по таким-то статьям Договора о Союзном государстве в подобных случаях человек автоматически объявляется в розыск и в России. Всё, точка. Дальше и обсуждать нечего. Но заморачиваться попыткой произнесения даже всего нескольких хоть как-то осмысленных фраз никому нет охоты. А зачем? Надо же делом заниматься, зарабатывать деньги и нести пургу.
А дальше, естественно, перешли к поливанию дерьмом Навального. Это уже святой ритуал. И снова главный аргумент: «Омские врачи никаких следов отравления не обнаружили». Неубиваемо.

Ладно, этот чертов Навальный. Он подлый агент империализма и с ним всё понятно. Но вот буквально пять дней назад в городе Великие Луки на торжественной патриотической школьной линейке трое детей потеряли сознание и ещё нескольким стало плохо. Всего тринадцать сразу доставили в больницу, четырнадцатого подвезли к вечеру уже из дома. Две девочки в реанимации. Симптомы у всех одни и те же – тошнота, ломота в суставах, зеленый цвет лица, рваное сознание, ну, и тому подобное.

И чего? Правильно. Ничего. «Великолукские врачи не обнаружили следов отравления или ещё какого-то постороннего воздействия». Вот не обнаружили и всё. А знаете какой диагноз поставили? Причем совместный административно-медицинский. «Детям стало плохо от переизбытка восторженных патриотических чувств».

Я не шучу и не издеваюсь. Возможно, несколько излишне кратко формулирую ради экономии времени и места, но общий смысл абсолютно не искажаю, можете сами проверить, вся информация в открытом доступе.

И очень прошу понять меня правильно. Я сейчас не о скромности возможностей современной провинциальной, вроде омской или великолукской, медицины и диагностики. Моей покойной маме в центральном московском НИИ кожных болезней, где ведущий профессор была её подругой, больше десяти лет не могли диагностировать склеродермию, которая в конце концов у мамы и оказалась. Мне самому не так давно в поликлинике управделами президентской администрации на Сивцевом завотделением, доктор наук за сутки до того, как я без срочной операции отправился бы на тот свет, поставил диагноз: «Вчера поел борща».

Это ладно. Никто не требует чудес. Речь совсем о другом. И даже не о том, что никто не хочет тратить и малейших усилий на произнесение каких-то осмысленных слов. А о том, что это уже совершенно и не нужно. Не для кого стараться. Сойдет и так.

Просто излишний восторг и переизбыток патриотических чувств. Граждане, берегите себя!

P.S. Да, и, пожалуйста, не надо здесь писать о версиях того, что произошло в Великих Луках. Я, к сожалению, знаю истинную причину, но просто не хочу участвовать в пустых пересудах. Детишек жалко, а о том, что им хорошо бы надавать по жопе говорить не могу, как принципиальный противник физических наказаний.
вторая

Такая жизнь

Я ничьих приоритетов оспаривать не собираюсь, да и та, ставшая впоследствии знаковой и знаменитой «встреча на Эльбе» действительно произошла несколько раньше, видимо, и в самом деле была первой и имела большое и стратегическое, и для будущего политическое значение.

Но чисто по напряжению боевого драматизма и сюжету она, несомненно, сильно уступает другой встрече союзников, которая произошла в Австрии практически в последний день войны. Американцы вышли к Амштеттену на берегу Ибса и из каких-то высших государственных соображений большое начальство ещё шестого мая приказало находившемуся в тех местах командиру корпуса генералу Бирюкову немедленно обозначить там же свое присутствие, дабы не соблазнять заокеанских друзей занимать лишние территории. Маленький нюанс заключался только в том, что от ближайшего к Амштеттену полка очень сильно потрепанного в последнем наступлении корпуса Бирюкова до означенного пункта было почти сто километров, причем не просто, а занятых трехсоттысячной прекрасно вооруженной в том числе и танками группировкой немцев, пока совершенно не думавших сдаваться. Но подобные мелочи начальство особо не интересовали, да и генерал решил ему голову не морочить в явном преддверии общей победы, а поступил на первый взгляд странновато, но на самом деле довольно обычно по нашим отечественным традициям. То есть, понадеялся на чудо.

Он взял наиболее боеспособный батальон, посадил его на самоходки, поставил во главе майора и приказал: «Вперед!» Свой выбор командира генерал впоследствии объяснял очень просто: «Этот юноша владел нескольким иностранными языками, и, когда мы начали заграничный поход, он стал просто незаменим».

Самое смешное, что чудо произошло. Майор со своим отрядом с совершенно фантастическими и невероятными приключениями, в описание подробностей которых я сейчас погружаться не стану, за день прорвался через фашистскую группировку, нахватал какое-то невероятное количество трофеев и пленных и доложил о своем прибытии командиру американской дивизии. Тот, несколько удивленный уровнем английского языка русского офицера, да ещё обратив внимание, что тот перебросился несколькими фразами по-немецки с оказавшимися поблизости австрийцами, поинтересовался, а сколько вообще майор знает иностранных языков. И в ответ услышал: «Простите, не считал».

Это не было кокетством. Он действительно никогда не подсчитывал точно, но окружающие утверждали, что количество языков, на которых говорил свободно и с которых переводил, явно превышало пару десятков. Возможно, американский комдив удивился бы ещё больше, если бы узнал, что стоящий перед ним «юноша» ещё и доктор наук. Причем в одной из самых тогда прогрессивных и перспективных областей биологии – генетике.

Хотя мне не совсем понятно, почему Николай Иванович Бирюков назвал майора «юношей». Да он сам был на одиннадцать лет старше, но это не повод. Иосиф Абрамович Раппопорт родился ещё до Революции в двенадцатом году в семье провинциального врача. Не волнуйтесь, я далее не стану подробно пересказывать биографию этого человека, она известна и общедоступна, он в общем-то отнюдь не обойден этой самой известностью и даже в какой-то мере славой, каждый интересующийся легко может познакомиться самостоятельно. Потому я здесь предельно кратко и только то, что имеет отношение к интересующей меня теме.

Школы в маленьких городках на Украине, агрозоотехникум, потом в тридцатом Раппопорт поступает на биофак Ленинградского университета. Затем аспирантура, работа в Институте экспериментальной биологии АН СССР под руководством крупнейших ученых, блестящая защита кандидатской в тридцать восьмом, к сорок первому написана и докторская, защита назначена на осень, но началась война.

У Раппопорта была бронь, но он тут же идет в армию добровольцем. Несколько месяцев ускоренных офицерских курсов и младшим лейтенантом на фронт. А дальше начинается чистый Голливуд. О Юзике потом ещё долго ходили легенды. На него трижды приходили похоронки, но он выживал. Тоже трижды его представляли к званию Героя, но так и не дали. Позднее стали намекать, что из-за еврейства, но, думаю, это не так. Вернее, практически уверен. Среди евреев было немало Героев, просто Раппопорт был всегда уж слишком «неформатен» и на грани. Даже многие свои подвиги совершал в нарушение прямого приказа и под угрозой трибунала. И за ним постоянно тянулся шлейф всяких историй, как перед строем дал по морде командиру дивизии за трусость (что, скорее всего, было) или как разбил спиртное, которое пьяный шофер вез большому начальнику, а самого шофера, сбившего насмерть молоденького офицера, запер на несколько дней в подвале (чего, скорее всего, не было именно в таком виде, но что прекрасно иллюстрирует и характеризует репутацию Раппопорта).

Но, хоть Героя и не получил, но вообще-то боевыми наградами обойден не был. Даже имел орден Суворова. Правда, только третьей степени. Но дело в том, что это один из тех чисто полководческих орденов, что, в отличие от основной массы прочих, давался в зависимости от звания и должности. Потому даже третья степень для всего лишь комбата воздушно-десантной дивизии была большой редкостью. А ещё растроганные и восхищенные его последним австрийским рейдом американцы наградили его орденом «Legion of Merit» и именным оружием с гравировкой, карабином и кинжалом, которые, правда, несмотря на все предусмотрительно оформленные начальством документы, впоследствии бдительные чекисты у Раппопорта благополучно конфисковали.

Но это всё чепуха. Главное, что вопреки всем самым невероятным перипетиям своей военной судьбы он выжил. А ещё в сорок третьем, во время краткого лечения после очередного тяжелого ранения, умудрился всё-таки защитить ту самую докторскую диссертацию, да к тому же быстренько в сверхсрочном порядке, но чрезвычайно успешно получил высшее военное образование в академии Фрунзе.

И снова на фронт. Получает пулю в голову. Опять чудом выживает, но лишается глаза и до конца жизни ходит с повязкой. Не долечившись сбегает в свой батальон. В Вене рана воспаляется, он требует у местного хирурга сделать ему повторную операцию в амбулаторных условиях с местным наркозом. Тот отказывается, говорит, что это невозможно, практически верная смерть, но Юзик поднимает автомат и у врача не остается выбора.

И опять выжил. И пошел в бой. И довоевал до самого конца, кажется вопреки всему возможному и разумному. А потом его списали из армии «по состоянию здоровья», но, подозреваю, не без некоторого облегчения для некоторых. Уж слишком неудобным человеком был этот низкорослый одноглазый интеллигентный майор.

Однако это был отнюдь не конец великолепной биографии, а, по сути, практически только её начало. Далее знаменитая лысенковщина, борьба с «буржуазной генетикой», Раппопорт ведет себя вызывающе и предельно нагло с точки зрения начальства, что опять же обрастает массой легенд и невероятно опасных историй, но его не расстреливают и даже не сажают, а всего лишь исключают из партии, куда он вступил на фронте, в окопе, в самый разгар боев, и почти на десять лет выгоняют из науки. Не берут работать даже обходчиком в метро. Уезжает в Сибирь с геологическими и археологическими партиями. И там множество приключений «неформатных» и на грани.

Только в пятьдесят седьмом Раппопорт возвращается к генетике. И далее довольно быстро, особенно для этой неспешной области науки, его научная карьера выходит на мировой уровень. Существует мнение, что уже в шестьдесят втором ему совместно с Шарлоттой Ауэрбах собирались дать Нобелевскую премию за открытие химического мутагенеза. Однако начальство потребовало, чтобы он снова вступил в партию, но Раппопорт отказался и премию не получил. Подозреваю, что в этой истории есть много, как часто в жизни Иосифа Абрамович, легендарного, хотя, возможно, какие-то реальные основания у сюжета и существуют. А что касается вступления в партию, то тут настоящих фактов больше, однако несколько с другой интонацией. Раппопрт никогда не был диссидентом, особенно в современном понимании. Просто не очень умел вписываться в систему. И как раз вовсе не отказывался вернуться в партию. А потребовал, чтобы его не принимали заново, а восстановили, как несправедливо исключенного, с сохранением непрерывного стажа и извинениями. А нет, так нет. Получилось в итоге, что нет.

Но опять же, нобелевка нобелевкой, дело темноватое, а вообще-то об особых притеснениях уже всемирно известного ученого говорить сложно. И правительственные награды, и в конце концов звезда Героя Соцтруда, и член-корреспондент АН, и Ленинская премия.

Он прожил совершенно невероятную жизнь. В которой практически не имел никаких шансов уцелеть. Но не только уцелел и преуспел, но и к своим семидесяти восьми годам очень неплохо себя для такого возраста чувствовал, был полностью работоспособен и оптимистичен. В конце декабря девяностого допоздна засиделся в библиотеке и был сбит грузовиком на пешеходном переходе. Его отвезли в больницу, по-моему, в четвертую градскую, головой не ручаюсь, но точно в какую-то обычную городскую, а не ведомственную, положенную ему по статусу и положению.

Почему, сейчас сказать сложно, но, вероятнее всего, просто изначально скорая, согласно регламента, не особо разбираясь, доставила жертву ДТП в ближайшее отделение экстренной хирургии, а потом не рискнули перевозить или была ещё какая причина. Короче, врачи схалтурили, приближался Новый год, некоторые уже начали праздновать, необходимых обследований и процедур не сделали, началось заражение крови, гангрена и в последний день девяностого Иосиф Раппопорт умер.

По сути убили. Никому не удавалось, а у них получилось. Но и тут не обошлось без легенды. Рассказывают, якобы со слов врача, что уже практически в агонии за несколько минут до смерти Иосиф Абрамович открыл глаза и громко и четко сказал: «Спасибо!» Доктор был крайне удивлен. И тем, что, в общем-то, особо не за что, и более всего тем, что человек в таком состоянии в принципе смог что-то сказать.

Но я думаю, что Юзик Раппопорт мог. И он знал, кого благодарить. И за что.
вторая

Анамнез

Меня изначально в подобных случаях особенно умиляет сочетание не очень сочетаемого. Это не мы отравили. Это он сам. Или его же друзья, чтобы изобразить сакральную жертву. Но, если выжил, то жаль, что не добили. А, если добили, и не ядом, а пулей, когда сложно сказать, что сам, то порадуемся и запретим слово доброе о нем сказать, но всё равно это не мы. Нам не надо. Бог не фраер, он сам всё видит и сделает, как надо.

Милые, добрые и гуманный мои соотечественники! Как же я вас всех люблю. Но сейчас совсем о другом. В истории с Навальным пошел иной эмоциональный вал, имеющий к Алексею Анатольевичу несколько косвенное отношение. После того, как его спецбортом за бешеные деньги всё-таки вывезли в Германию. А Васю Пупкина так бы спасали? А меня так бы спасали? Почему именно его, кто он такой?

За всем этим к какой-то степени дистиллированный и доже очищенный от любых политических пристрастий чисто животный естественный ужас. А как же я в подобной ситуации? Что будет со мной, так и подохну в провинциальной больничке с неустановленным диагнозом под вялое пожимание плечами уставших местных эскулапов?

Подло! Несправедливо!

Помню, лет десять назад у меня случился очередной приступ. Не буду уточнять чего, в данном случае значения не имеет, замечу лишь, что по стандартной классической шкале боли это практически максимум. Вечер пятницы. Любой, хоть как-то сталкивающий с нашей системой здравоохранения прекрасно знает, что это мертвое время и в прямом и переносном смысле. Однако выхода нет, жена вызывает скорую.

Приезжают как обычно достаточно профессиональные и деловые мужики. Супруга, тоже привычно сует мне в карман куртки «котлету» стодолларовых купюр и говорит врачам, чтобы по своему усмотрению везли меня в наиболее оптимальное, по их мнению, место, где есть шанс мне хоть чем-то помочь, а я расплачусь и с ними, и с тамошними товарищами без торгу по запросу.

Меня часам к одиннадцати привозят в ближайшую, но и самую из окрестных крупную городскую больницу в Филях. В приемном отделении одна сонная докторша, которая после разговора с врачами неотложки и уяснения ситуации начинает вызванивать и вытаскивать откуда-то себе на помощь медбрата и ещё кого-то сейчас уже точно не помню, да и тогда плавал на грани сознания. Что-то колют, ещё пытаются совершать некие действия, но я мало понимаю. Однако в моменты просветления успеваю расплатиться со скорой и отпустить её, а также материально заинтересовать врачиху до вполне приемлемого уровня.

Короче, через некоторое время уже сижу на каталке в холле приемного отделения, жду, когда за мной спустятся из отделения и отвезут в палату и одновременно обрывками сознания наблюдаю следующую сцену. Менты привозят на «козле» бомжа неопределенного возраста. Поддатого, но не предельно пьяного, хотя и воняющего жутко. Больничный охранник совместно с врачихой начинают истошно верещать, что тут не вытрезвитель и они такого пациента не возьмут. Но правоохранители вальяжны, самоуверенны и непреклонны. Предельно сухо, вежливо и категорично поясняют, что, во-первых, вытрезвителей уже давно не существует, во-вторых мужик нетрезв вполне в рамках приличий и никаких противозаконных действий не совершал, потому они к нему никаких карательных мер предпринимать не могут и не намерены, а, главное, в-третьих, привезли его потому, что у него нога, скорее всего, отморожена, даже стоять толком, не то, что ходить, он не может, сидел в сугробе, а в таких случаях они, согласно инструкции, должны, поскольку к тому же данный гражданин не просто называется в народе «бомж», но и реально им является, не имея официального места жительства, доставить его в ближайшую больницу, а дальше не их дело и знать больше ничего не хотят. После чего дружно откозыряли и, не обращая ни малейшего внимания на возмущенные протесты больничного персонала, с гордым достоинством удалились.

Бомж в бурной дискуссии никакого участия не принимал, смиренно сидел на откидном стульчике в коридоре недалеко от меня и только слегка постанывал. Когда менты уехали, врачиха, обреченно и зло хмыкнув, пошла в свой кабинет, а охранник начал вяловато, но непрерывно стараться всё-таки каким-то образом убрать всё более резко пахнущего бедолагу из учреждения. Через несколько минут я, наконец, не выдержал и в момент просветления попытался объяснить, что нельзя в таком состоянии выгонять человека в ночь на двадцатиградусный мороз. Охранник на меня слабо отреагировал, но пробурчал что-то вроде, всё равно нельзя оставлять такое безобразие в приличном медицинском заведении, не положено, ничего не знаю, в любом случае ему тут не место.

Я не очень был способен на какие-то внятные и разумные действия. Поэтому просто достал из кармана пару стодолларовых купюр, сунул стражу и сказал, чтобы сделали, что надо, а если мало, пусть потом подойдут, я доплачу. Мужик не проявил большой радости и энтузиазма, однако базарить тут же прекратил, пошушукался с врачихой, вызвонил кого-то на помощь, и бомжа потихоньку уволокли в недра больницы. Кстати, за доплатой потом не обращались и вообще дальнейшая судьба этого человека мне неизвестна, было сильно не до того.

Я, собственно, к чему. Это не в чистом поле и даже не в в какой-нибудь деревне под Рязанью. Огромная больница в нескольких сотнях метров от Кутузовского проспекта Москвы. Вы думаете, что, оказавшись там, вы уже в любом случае спасены? А пусть у вас есть и долларовая «котлета» в кармане, на ваше спасение тут же будут брошены все лучшие силы современной медицины? Особенно в пятницу вечером?

Увы, господа хорошие. За вами не пришлют самолет санитарной авиации из Германии. И местный не пришлют. И за мной не пришлют. И если я даже наскребу необходимые для подобного мероприятия несколько сотен тысяч евро. По моему, как, подозреваю, и по вашему поводу Меркель с Макроном не станут звонить Путину. Окажутся в кармане какие-то деньги или хотя бы просто вы прилично выглядящий человек по крайней мере с московской регистрацией и полисом ОМС, то, скорее всего, позволят перекантоваться в крайне убогой палате до утра понедельника, когда появятся какие-нибудь специалисты и откроются кабинеты с оборудованием. А нет, так больше всего шансов оказаться на улице. И дальше – как повезет.

Вам Зимин не оплатит эвакуацию. И мне тоже. А десятки высокопоставленных влиятельных людей её не организуют и не ускорят. Для этого нужно быть Кобзоном. Или Сечиным. Или, как в данном случае, Навальным. Вы ему завидуете? А кто вам мешает хотя бы попытаться стать кем-то подобным? Не получится? А вы пытались? Вот когда попытаетесь и не получится, тогда начинайте завидовать. Хотя, подозреваю, толку от этого будет мало.

Да, мир подл и несправедлив. Искусственный, замаскированный под естественный, отбор типа селекции постапокалипсиса, описанного в «Письмах мертвого человека», идет уже давно. Но и мы подлы и несправедливы.

Вы подлы и несправедливы.
вторая

Тот самый Мюнхгаузен

Я тут недавно обмолвился, что хорошо бы когда-нибудь поставить памятник курьеру. Не какому-то конкретному, а всем мальчикам и не очень, которые в минуту жизни трудную пришли на помощь, рискуя здоровьем и в какой-то степени жизнью, чтобы и себя со своими близкими прокормить, и многим окружающим сделать доброе дело.

А один читатель мне даже с каким-то неожиданно острым эмоциональным протестом ответил, что большинство этих курьеров меня в глубине души ненавидит и при случае с удовольствием поднимет на вилы по старинной народной традиции. И вы знаете, я с ним абсолютно согласен. Разве что, некоторое сомнение может вызвать слово «большинство». Но такие вещи вообще плохо считаются. Однако так-то, да. Могут и поднять. Даже очень вероятно и с удовольствием. Что отнюдь никак не противоречит моим мыслям и чувствам относительно и памятника, и их самих.

Тут несколько дней назад Аркадий Бабченко в свойственной ему несколько истерической стилистике написал про врачей. Мол, все их постоянно нынче благодарят и прославляют, а на самом деле многие из них полное дерьмо и слова доброго не стоят. И сами очень часто являются одной из основных опор, а то и создателями той самой системы, благодаря ошибкам или прямым преступлениям которой вынуждены потом совершать героические поступки. Написал, как обычно, в неприятной и чуждой для меня манере, но, как тоже чаще всего, полную правду. Отменяет или компрометирует всё сказанное им героизм огромного количества врачей? И сам Бабченко задается вопросом, а в принципе те ли это самые врачи и вообще врачи ли они? Думаю, что нет, не компрометирует и не перечеркивает, а врачи именно те самые.

Давно сложился такой уже, типа, шаблон начала многих славных биографий: «В таком-то году он ушел добровольцем на фронт». И складывается впечатление, что почти все шли добровольцами. А между тем подавляющее большинство никто не спрашивал, призывали без всяких разговоров. И дальше воевали по-разному вне большой зависимости от всяких привходящих. Последняя сволочь, мобилизованная из-под палки и совершившая до того в жизни множество самых пакостных поступков, мог до последнего патрона остервенело отстреливаться в окопе или поползти к вражескому танку с гранатой. А совестливый и добрейший человек мог не выдержать ужасов окружения с сдаться в плен, бессильно подняв руки. Да, конечно, многое определялось качеством личности, но ничто не давало абсолютной гарантии.

Есть такое существо. Называется человеком. В нем много чего намешано. Если разложить по мелким кусочкам на столе, то обычно зрелище получится более чем неаппетитное. А всё вместе как будто иногда и ничего страшного. Бывают вполне себе симпатичные особи. Изредка встречаются и вовсе красивые. Сам удивляюсь.
вторая

Не мытьем, так катаньем


Я с детства чаще многих испытывал одиночество. Оказываясь нередко эмоционально лишним в компаниях и не умея толком искренне присоединяться к общему настроению. Так что это чувство некоторой отчужденности не является для меня чем-то неожиданным или таким уж горьким. Но никогда ещё, похоже, я не оставался настолько один.

Я, видимо, нынче единственный в мире не вирусолог. Все остальные поголовно и без исключения стали специалистами самого высокого уровня. Каждый знает о вирусах больше, чем о своих ближайших родственниках и по любому поводу в этой области имеет собственное авторитетнейшее мнение. Я же по-прежнему остаюсь валенок валенком и от того ощущаю себя тоскливо и не слишком уютно.

Но всё-таки, следует признать честно и искренне, совсем уж избежать тени всеобщего помешательства не удалось. И потому какие-то детские вопросы сам себе автоматически задаю. Ну, например, нас ещё со школы учили, откуда вообще взялись прививки. Когда-то кто-то во время всяких эпидемий то ли чумы, то ли холеры, то ли оспы, никто ещё не понял толком чего, называли обобщенно и не парясь по поводу нюансов «черной смертью», но заметил, что переболевшие и чудом оставшиеся в живых более не заражаются или во всяком случае заражаются гораздо реже. Потом это назвали иммунитетом. 

Collapse )
вторая

Только не надо нам нагнетать и подбрасывать

Отмороженное и бессмысленное дерьмо в нынешнем веке получило уникальную социально-техническую возможность публичного самовыражения. Карантин всё это великолепно конденсировал и самогон начал активно заполнять емкости.

Цирк зажигает огни. Одновременно возводя, казалось бы, непреодолимые границы и при этом стирая любые культурные и политические различия.

В центре Берлина произошло удивительное единение самых правых и левых ультра, протестующих против коронавирусного заговора, устроенного Мировым правительством, состоящим сами знаете из кого.

В Нигерии на тот момент, когда я увидел эту информацию, от эпидемии умерли тринадцать человек, а для обеспечения карантинных мер военные патрули застрелили минимум восемнадцать.

В Перу есть индейское племя, о существовании которого все подзабыли, настолько они далеко живут от ближайшей точки хоть какой-то цивилизации. Но несколько человек уж очень странно плохо себя почувствовали. И товарищи почти неделю несли их на руках до ближайшей больницы. Доставили живых, проверили, оказался ковид.

Сам не ожидал, что когда-нибудь стану цитировать Кураева. Уж очень чуждый мне человек. Но, думаю, далеко не бесталанный и неглупый. Сказал тут недавно, что пандемия не повод для морализаторства. Да уж. Точно не повод.

вторая

Ага, конечно

Мне представляются крайне глупыми, наивными и инфантильными все эти сопливые причитания, типа, «после» всё будет иначе, чем «до», мир уже никогда не станет таким, как прежде, ну, и прочее подобное.

Полная чепуха. Прежде всего, всегда сегодня не так, как вчера, а завтра в любом случае будет иначе. Без всяких катаклизмов и пандемий. Но есть вещи базовые и неизменные. То есть, они тоже меняются, но это изменения другого порядка, эволюционные и цивилизационные, для нас теоретические, как сжатие или растяжение времени в теории относительности. Заем, что есть, но на стенку не повесишь и с пивом не употребишь.

У Юрия Германа в одном из романов герой после Войны совершил самоубийство, написав в предсмертной записке, что не может жить в этом мире после Освенцима. Не знаю. Возможно, такие люди и были. Но в целом мир прекрасно жил и после Освенцима, и с самим Освенцимом. Только били и продолжают остервенело бить себя в грудь на тему «никогда больше», но это в основном цирковое представление для самоуспокоения. Малейший ветер истории мгновенно срывает тонкий слой вменяемости и всё возвращается на круги свои.

Да, возможно, после бури мозаика сложится в несколько иной конфигурации. Но из тех же деталей. Других попросту нет. Давно кончились на складе, а производство аннулировано.

Жена прибежала от своего компьютера возбужденно и взволнованно: «Ты послушай, что Путин несет про финансовую поддержку на фоне очередей в метро, которые они устроили!»

Милые вы мои! Ну, что вы хотите от Путина? Что за бессмысленное детское нытье на тему, почему у них столько денег, а они их не раздают. Даже стыдно подобное слушать. Потому и столько денег, что не раздают. Раздадут, так столько не будет. Вообще нисколько не будет. Особенно это смешно в ситуации, когда никто не имеет малейшего представления, сколько надо и в течение какого срока. Пока нет голодных бунтов, и ладно. Если Путину удастся вовсе без них обойтись, да ещё и при условии, что от самого голода дополнительно никто не помрет, то о большем и мечтать нельзя. Оставьте человека в покое. Редкий случай, когда от него в конкретный момент уже мало что зависит и на общем фоне он пока никаких таких особых ошибок на уровне преступления не совершает. Что выросло, то выросло.

А уж сетовать на очереди в метро из-за проверки пропусков, это вовсе нелепо. Коронавирус убивает лёгкие, но не лечит голову. Странно было бы предполагать, что вот не было вируса, и госструктуры со всеми своими ментами и гвардиями работали по одной схеме. А появился вирус, и они мгновенно поумнели, очеловечились и стали профессионалами. Удивительное, просто сказочное прекраснодушие.

Но вообще надо прекращать балаган и начинать говорить серьезно. Вот недавно на Первом телеканале знаменитый Петр Толстой сказал по поводу пандемии предельно честно и четко: «Нельзя запрещать людям молиться в храмах. Мы русские, с нами Бог. Потому справимся лучше всех и ничего плохого с нами не произойдет».

И не надо подловато ухмыляться. Человек по крайней мере искренен и последователен в своем мировоззрении. Верить в Бога и призывать к карантину – это лицемерие и малодушие. Нет, конечно, бороться со злом надо, но злом человеческим, возникающим от данной нам свободы выбора и воли. А вирус, не важно, происки ли он Лукавого или промысел Божий, находится вне морали, потому надо молиться, а не маску напяливать или руки драить. Идти в храм и молиться. Если, конечно, веришь. А нет, так и врать не надо. Тогда карантин.

А потом уже посмотрите, кого останется в живых больше. Но в любом случае лучше, чтобы больше осталось честных.
вторая

Хроника пикирующего бомбардировщика

Кабинет министров Израиля принял решение создать буферную зону вокруг ряда городов, в которых проживает крупная община евреев-ортодоксов.

Первым населенным пунктом, в который ограничен доступ, - город Бней-Брак, где в середине недели на прощание с известным раввином собрались сотни людей, хотя до этого власти ограничили количество участвующих в похоронах до двадцати человек.

Израильский минздрав сообщает, что почти треть тех, кто заразились коронавирусом, были инфицированы в синагогах и иешивах - религиозных учебных заведениях.

По информации израильских медиа, ежедневный рост заражения в Бней-Браке составил 15%.Почти половина пациентов, госпитализированных с COVID-19 - евреи-ортодоксы. Власти полагают, что в Бней-Браке число зараженных может превышать 2000 человек.

Но иудеи зря думают, что они самые истовые и экзотичные.

Духовник патриарха Кирилла и братии Оптиной пустыни 88-летний схиархимандрит Илий (Ноздрин) облетел Москву и Санкт-Петербург на самолёте с молитвой о защите России от эпидемии коронавируса.

3 апреля патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершит принесение иконы Божьей Матери «Умиление» с места её пребывания в Крестовом Владимирском храме патриаршей резиденции в Чистом переулке в Богоявленский собор Москвы.

Вечером того же дня в Елоховском соборе начнётся утреня праздника Похвалы Пресвятой Богородицы. Отмечается, что перед иконой Божией Матери «Умиление» молился святой преподобный Серафим Саровский.

Но хуже всех выступил, конечно же, я. Вообще, мне моим черным ртом надо бы поменьше болтать, а то слишком быстро сбывается всякая пакость. Не успел вчера заметить, что наверняка какому-нибудь умнику придет в голову мысль о сухом законе, как немедленно апокалиптические фантазии начали сбываться.

Власти Забайкальского края временно запретили розничную продажу алкоголя в регионе на фоне распространения коронавируса, сообщается на официальном портале региона. «Из-за режима самоизоляции обострилось количество правонарушений, совершенных на почве алкоголя», — пояснил зампред краевого правительства Андрей Гурулев. Запрет будет действовать «до особого распоряжения».

Накануне, 1 апреля власти Башкирии на фоне эпидемии COVID-2019 разрешили продажу алкоголя только с 10:00 до 18:00, а руководство Хакасии ввело более строгое ограничение — с 10:00 до 15:00. Ранее подобные меры приняли Якутия и Карелия.

Самым адекватным в данном случае оказался обычно отмороженный Рамзан. Он тупо закрыл республику и велел всем сидеть дома и не рыпаться. Вопрос с алкоголем, естественно, даже не обсуждается. А кто по глупости пытается обсуждать, мгновенно вынуждены извиняться.

Короче, Первомай шагает по планете! Как же прекрасна была наша молодость!
вторая

«Столичная» очень хороша от стронция

Вот только, умоляю, не надо здесь и сейчас о вреде алкоголя в условиях эпидемии или наоборот про дезинфицирующее действие при внутреннем применении. Это пошло, господа, не менее, чем «в Украину» или про аборты. Давайте серьезно, без агрессивной подростковой шизофрении.

Дело ведь не в том, пить или не пить чисто теоретически и умозрительно. И не в том, полезно это или вредно. А в конкретной реальной ситуации на сегодняшний день.

Я тут недавно в одном тексте обмолвился, что у меня имеются некоторые сложности с закупкой спиртного. И немедленно читатель меня укорил, мол, что же вы, Александр Юрьевич, с Вашим жизненным опытом не озаботились закупкой достаточного количества заблаговременно. Сразу не ответил, устыдившись и потупившись. Но вот сейчас решил хоть немного оправдаться.

Дело в том, что ещё с ранней юности, как только стал жить отдельно от родителей, мечтал, как в романах или редчайшем доходившем до нас западном кино, создать домашний бар. И несколько раз мне это почти удавалось. Но трагичность этого «почти» заключалась в том, что в результате огромных многомесячных усилий, казалось, ещё немножко, и ряд красивых бутылок на стеллаже начнет превращаться в нечто предполагаемое. И тут обязательно случалась какая-нибудь спонтанная хаотичная массовая пьянка, в результате которой на утро нигде не оставалось даже капли на донышке.

Второй сокрушительный удар по моей наивности был нанесен уже в конце восьмидесятых, когда у меня появились ранее никогда и не предполагаемые и жилищные, и финансовые возможности. Я в какой-то момент решил принципиально избавиться от проблемы наличия или отсутствия спиртного, для чего закупил алкоголь в товарном количестве, в частности, кроме много прочего в одной из комнат огромной по тем временам квартиры расположились несколько десятков ящиков финского клюквенного ликера.

Кончилось всё это предельно плохо. О подробностях даже когда-то упоминал, сейчас воздержусь, просто прошу поверить. Опыт однозначно и категорически показал, что держать дома слишком уж много спиртного, по крайней мере для меня, мягко говоря, не очень целесообразно.

Впрочем, те буйные и бесшабашные времена давно прошли. Сейчас совершенно спокойно бутылка водки может простоять в буфете и пару-тройку недель вовсе нераспечатанной, а если и открывается, то потребление за раз чаще всего ограничивается несколькими рюмками. Но традиция осталась. В доме обычно бутылка-две крепкого спиртного и столько же вина для жены. Ну, и пиво, это уже больше в зависимости от сезона и настроения.

Но отвлечемся от моих персональных «тараканов». Возможно, совершенно нерепрезентативные и субъективные наблюдения свидетельствуют, что по самым разным причинам, но в подавляющем большинстве знакомых мне семей ситуация с алкоголем примерно такая же. Да, кое-что есть, но больших запасов дома никто не держит и массово закупаться не привык.

А тут карантин. И можно что угодно рассказывать хоть относительно и изредка выпивающему человеку о прелестях здорового образа жизни, но просидев несколько дней взаперти, он меланхолично потянется к рюмке или бокалу. И через некоторое время обнаружит, что всё закончится. И тут же быстро, если даже случайно не был в курсе раньше, обнаружит, что доставка спиртного запрещена. А когда-то не было никаких проблем. Но, не помню уже точно, лет пять назад, по-моему, боюсь ошибиться, кому-то пришла в голову очередная гениальная идея и теперь даже пива тот же «Перекресток» не привозит.

И почешет репу мужик, повздыхает, однако и самый осторожный в конце концов плюнет и пойдет в магазин за бутылкой. Который побогаче и физически поздоровее, тот и возьмет побольше. Но всё равно не напасешься. Придется ходить.

Я всё ждал, может кто-нибудь хоть немного вменяемый там наверху окажется. Отменят, пусть только на период самоизоляции, запрет на торговлю спиртным по интернету. Нет, куда там. Даже наоборот, стали говорить о планах и вовсе ввести сухой закон. Да ещё и запретить продажу сигарет.

Фашисты.