Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

вторая

Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Collapse )
вторая

Гениально!

Я обычно не люблю пересказывать чужие сюжеты, особенно уже публично озвученные, своих хватает, но этот меня настолько восхитил, что не могу удержаться.

Поведал Евгений Ройзман. Он человек творческий, от него любых художественных фантазий можно ожидать, но в данном случае вряд ли придумал, поскольку речь идет о событии, произошедшем только что, и он указывает конкретные фамилии и должности действующих лиц.

У них в Екатеринбурге арестовали и посадили на тридцать суток за то ли пост, то ли перепечатку чужого поста в Фейсбуке девушку. Саму запись толком даже найти не смогли, она как и всё в этой социальной сети уже уехала так далеко вниз, что и не докопаешься, но срок всё-рано дали. Однако суть совершенно не в этом.

Адвокат на заседании суда заявляет, что девушку нельзя отправлять в кутузку, по крайней мере на общих основаниях, поскольку у неё «неуточненная форма эпилепсии». На что судья немедленно разъяснил, что действительно с эпилепсией нельзя, но форма-то неуточненная. Вот когда уточните, тогда будем разговаривать, а пока пусть посидит.

Для тех, кто не совсем в курсе, отмечу, что на современном уровне развития медицины и согласно единогласному существующему в науке мнению, «неуточненная форма эпилепсии» - абсолютно точный и однозначный официальный диагноз, а не синоним выражения «хрен его знает».

Когда моя покойная мама с довольно сложными симптомами впервые попала в НИИ Ревматологии, то завотделением, всемирно известный академик написала ей в диагностической выписке дословно «Склеродермия. Заболевание с невыясненной этиологией». Мама давно умерла. Этиология склеродермии до сих пор не выяснена. Жаль, у екатеринбургской судьи руки не дошли постановить разобраться с этой невыясненностью.

А у меня самого в одном из эпикризов написано «блуждающий нерв». Подозреваю, когда следующий раз приду к врачу с жалобами, он скажет, что с блуждающим разбираться не обязан, вот когда успокоится и зафиксируется, тогда займемся. Придется, видимо, ехать к той судье в Екатеринбург за приговором моему нерву прекратить блуждать.
вторая

Деменция

Старик Байден всё-таки очень талантлив. Он умудрился совершенно фантастическим образом обидеть одновременно абсолютно всех, при этом с детской блаженной улыбкой лениво путая и забывая не только имена с фамилиями, но и самые простые слова. Он оскорбил Путина, но при этом даже не заморочился вспомнить, как зовут главу собственного Пентагона. Ввел санкции против России, но при этом санкции оказались фуфловыми. Первым позвонил Путину, пригласил на саммит, но и словом не обмолвился про Навального.

И так буквально во всем. Старательно и подробно сделал всё, чтобы ни у одного человека с любыми моральными взглядами и политическими позициями не оказалось даже малейшего шанса почувствовать по отношению к Байдену хоть намек на теплое чувство.

И вы знаете, чем всё это закончится? Этого убогого маразматика на девяносто девять процентов не переизберут через четыре года и на сто процентов – через восемь. Полная катастрофа. Как сказал русский любимый национальный киногерой, кирдык вашей Америке.
вторая

Розенкранц и Моргенштенрн живы

Есть такие два как будто сходных выражения. «Каша в голове» и чуть менее употребимое, но тоже бытующее «винегрет в голове». Вроде смысл один и тот же, но на самом деле разница принципиальная. Каша в данном случае как образ чего-то совсем не структурированного, возможно и вкусного, но к нахождению в голове вовсе не предназначенного. А вот винегрет предполагает, как раз не однородность, а сочетание не самого сочетаемого, однако при перемешивании и правильной нарезке создающего нечто самостоятельное, новое и отличное от вкуса каждого составляющего ингредиента в отдельности.

И я прошу воспринимать сказанное далее, как винегрет. Смысл и вкус в котором появятся только если перемешать, иначе это просто не очень внятные ломтики, не имеющие между собой ничего общего.
То, что молодежь нынче пошла не та, это даже не обсуждается. Их кумирами являются клиническая хихикающая идиотка Бузова, буйный дергающийся шизофреник Моргенштерн и просто несущийся на бешеной скорости в бездну кровавый маньяк Бил. Миллионы, а то и десятки миллионов почитателей, любителей и мечтающих быть последователями. Вот мы в свое время и в их возрасте читали Пастернака, слушали Чайковского и мечтали исключительно о том, чтобы попасть на балет в Большой театр. И любого троечника разбуди ночью, он тебе отчеканит, что Раскольников зарубил старушку, а Каренина бросилась под поезд.

Кстати, во всем выше сказанном очень много правды, однако не больше, чем анекдота. Но с нами всё понятно, это трогать не будем, это святое. Хочу лишь заметить, что одно из самых известных в мире и действительно гениальных архитектурных сооружений было некогда создано высокодуховными римлянами отнюдь не для проведения цветочных выставок. А для того, чтобы как можно больше народу могла посмотреть, как одни люди убивают других или их растерзывают дикие звери.

В цивилизованной Европе в периоды её культурного и нравственного расцвета и подъема на площадях крупнейших городов собирались огромные толпы посмотреть на публичные казни, иногда запредельно жестокие и кровавые. В России тоже на подобные мероприятия не особо сгоняли, народ в основном собирался вполне добровольно и весьма заинтересованно.

Император Петр вошел в нашу историческую память как великий цивилизатор и новатор. Его Кунсткамера всегда приводится в пример стремления приобщить массы к достижениям современной тогдашней науки. Народ завлекали рюмкой водки посмотреть на заспиртованных младенцев с разными патологиями. Да, не только. Но именно подобного рода экспонаты пользовались наибольшей популярностью и именно они стали «визитной карточкой» петровской Кунсткамеры. Тяга же самого государя к наукам была и вовсе порой совсем уж экзотической. За рубежом он слушал лекции профессора анатомии Рюйша, ходил с ним по госпиталям, с удовольствием присутствовал при операциях, а однажды, увидев в анатомическом кабинете профессора превосходно препарированный труп ребенка, который улыбался, как живой, даже поцеловал это «наглядное пособие». В другой раз в анатомическом театре доктора Боэргава, заметив на лицах сопровождавшей его компании отвращение, Петр пришел в негодование и заставил всех своих спутников в «воспитательных целях» разрывать мускулы трупа зубами. А у нас нынче кое-кто, если даже особо не возмущается, то сильно недоумевает, отчего даже во время пандемии на выставку препарированных трупов стоит гигантская очередь.

Уже в девятнадцатом веке наивный Николай Алексеевич не столько мечтал, сколько искренне надеялся и верил, что настанут времена, когда вместо «милорда глупого» Белинского и Гоголя с Базара понесут. Но книжка Матвея Комарова, богато иллюстрированная лубочными картинками, хоть и, наверное, не является вершиной интеллекта и художественного вкуса, однако по сравнению с большинством современных комиксов и всего созданного вокруг них и на их основе представляется истинным литературным шедевром. Прогресс торжествует, всеобщая грамотность наступает, а «милорд» становится всё глупее и глупее. Но это отнюдь не говорит о «падении нравов, мысли и духовности», а только о том, что особо никогда и неоткуда было падать.

Тут не повод для стенаний и возмущений, а всего лишь основание для самого элементарного вопроса. А почему и каким образом человечеству до сих пор удалось окончательно не деградировать?

Я и сам не чужд самого пошлого обскурантизма, однако нельзя не признать, что за последние десятилетия человечество сделало гигантский рывок во многих науках, в том числе и в биологии в самом широком смысле понятия. Но при всем этот так без ответа и остаются многие принципиальные и ключевые моменты. Даже самые вроде бы миллион раз обговоренные, обсужденные и как будто выясненные. Типа, например, каким образом на самом деле появился человек, почему из многих, кстати, до сих пор окончательно не выяснено из скольких точно, видов человека именно нынешний крайне условно называемый «разумным» стал господствующим? Да и стал ли, и вправду ли остальные исчезли, а не хорошо замаскировались и в действительности управляют миром?

И вот среди прочего наука так и не разобралась с «черной смертью». В любом учебнике про чумную бациллу написано предельно конкретно и подробно, со всеми фотографиями и формулами. Но, если честно и серьезно, то это всё полная чепуха. Ни один серьезный ученый не станет утверждать, что несомненно знает что-то бесспорное об этой самой «черной смерти». Не то, что о её происхождении и механизмах, а примитивно о том, что это вообще такое было. Чума, холера, оспа, вид лихорадки Эбола, ещё что, так до сих пор и неизвестное?

И всё-таки есть несколько несомненных фактов. Главных среди них два. Во-первых, причины прекращения эпидемии столь же неизвестны, как и причины возникновения. Все разговоры о том, что сыграли хоть какую-то роль все санитарные, карантинные и в принципе имеющие хоть какое-то отношение к медицине меры, просто смешны. Те, кому это было предназначено какими-то биологическими законами, или иначе говоря «суждено», умерли поголовно. Остальные выжили по неведомому, но, тем не менее, явно объективно существующему признаку и принципу. И, во-вторых, именно «черная смерть» стала одним из главных и судьбоносных стимулов, давших толчок развитию современной, конечно, прежде всего европейской, но опосредованно и не только, цивилизации. Появилось понятие ценности индивидуальной человеческой жизни и качество работы каждого стало если не важнее, то по крайней мере не менее ценным, чем количество работающих. Как сказал бы Михаил Сергеевич, «процесс пошел».

И тут очень важно вот что ещё подчеркнуть. «Черная смерть» является, возможно, самым наглядным, известным и хоть относительно задокументированным фактором гомеостатической регуляции и стимуляции биосферы, но отнюдь далеко не единственным. Мы, знаете ли, ещё даже с динозаврами до конца не разобрались. Но в это сейчас углубляться не будем. Тема отдельная и слишком обширная.

Теперь об этом дурацком коронавирусе. Ну, уж меня точно меньше всего можно тут отнести к любого рода диссидентам, протестантам или конспирологам. И я обеими руками за прививки, правда, главным образом как психотерапевтическое средство массового воздействия. В остальном же я своими куцыми мозгами никак не могу понять, почему человечество должно или хотя бы всего лишь может выжить. Нам несут какой-то бред про «популяционный, он же стадный и ещё много какой, иммунитет». Но при этом совершенно откровенно говорят, что даже у переболевшего человека никакого стойкого иммунитета не возникает. Если антитела и начинают вырабатываться, то через довольно короткий период прекращают и всем советуют в любом случае прививаться, как бы при этом нужных антител больше, и они сильнее. Но опять же, сколько действует эта прививка, никто точно не знает. Однако и самые большие оптимисты больше года срок не называют. Но дело в том, что за этот год не только всех, а и большинство не привьют. Просто элементарные цифры об этом свидетельствуют. Так что, в любом случае кого-то будут продолжать прививать, а в том же темпе у привитых ранее начнет исчезать иммунитет. И тут ещё нюанс, что большинство прививок, в том числе наш знаменитый «Спутник» второй раз колоть бессмысленно. Да, есть вакцины, которые и пригодны для ревакцинации, но их эффективность тоже относительно короткая, так что эту гонку просто чисто технически и статистически не выиграть.

То есть, всё какой-то полный бред, даже толком не маскируемый, но, повторю, я не против, возможно кого-то успокоит. Уже прекрасно.

Однако спокойный человек помирает столь же гарантировано, как и дерганый. Так что, или помрут все, или, если работает та же старая схема, только те, кому суждено, а вирус на какое-то время отступит и затаится. И вот тут самый главный вывод и грубоватый намек на ответ проблемы вырождения и деградации.

Вымрут или моргенштерны, или розенкранцы. Или этот признак вообще не значим, а сыграет какой-то совсем иной. Нам не известный, который, возможно, так никогда и не станет понятным. Но кардинальные изменения в любом случае произойдут. А уж вопрос о качественной характеристике этих изменений зависит от личных настроений и мироощущения каждого. Бернард Шоу как-то сказал, что оптимисты придумали самолет, а пессимисты – парашют. Я лично для себя эту цитату чаще употреблял в таком виде, что пессимисты придумали пулемет.

… Помню, много лет назад мы как-то сидели на даче у приятеля, и он одновременно с шашлыком жарил на мангале ещё и овощи. В какой-то момент я сказал приятелю, что ещё минута, и овощи надо снимать, иначе сгорят. Он пробурчал что-то типа, не надо тут учить, мне лучше знать. Я ответил, что готов поспорить на ящик пива. И тут же поймал на себе слишком пристальный и внимательный взгляд отца этого приятеля, сидевшего неподалеку, старого фронтовика, прошедшего всю войну, к сожалению, давно покойного. Несколько обеспокоился и спросил, мол, что-то не те так, Лев Ефимович? И услышал: «Нет, всё в порядке, просто смотрю на тебя, Васильев, и никак не могу понять, чему ты больше обрадуешься в этом споре, своему выигрышу или проигрышу?»

P.S. Недавно я заметил, что как не вижу никаких причин для начала войны, так никаких и для того, чтобы она не началась. И несколько читателей отреагировало в смысле, что я несу полный бред. Только что по всем лентам агентств прошла информация, что ответственные российские должностные лица заявили: «Если Украина не перестанет хулиганить, то ей кранты». Ну, или как-то так.
вторая

Прививка форева

Леонид Млечин сделал себе прививку от ковида и в подробностях рассказал об этом в почти пятнадцатиминутном видеосюжете. Тут нет ничего странного или хоть чуть необычного. Нынче многие развлекают себя и других чем-то подобным. Нормальное дело, даже не сильно раздражает. Любопытным мне здесь показалось совсем другое.

Леонид Михайлович и сам человек очень непростой, и биография его ещё сложнее, большая часть которой, поверьте, не столь однозначная и прозрачная, как он обычно старается изобразить, хотя порой и проговаривается. К нему можно относиться как угодно, я, например, с большим уважением и вниманием к его работе, но одно несомненно. Вот он уж точно не является наивным сентиментальным старичком, которого можно легко растрогать какой-нибудь приятной мелочью и втюхать ему совсем уж полную лажу.

К тому же Млечин, при всем его как бы внешнем либерализме и порой утрированной интеллигентской воспитанности, не просто весьма жесткий и опытный профессионал в самых разных областях, но и фигура весьма влиятельная не только в медийном поле, но и в кругах достаточно высоких, далеко не всегда публичных, но более чем серьезных.

И в своем сюжете о прививке Млечин, естественно, затрагивает какие-то медицинские аспекты, говорит некие совершенно правильные, но в общем-то достаточно общие слова о личных причинах поступка и отношении к вакцинации в принципе и этой в частности, ещё что-то такое. Но отнюдь не это самое главное.

Вдруг, совершенно неожиданно у этого человека, ещё раз подчеркну, такого человека голос начинает почти дрожать, когда он говорит, что впервые за его жизнь, а это почти семь десятков очень разных лет, с ним так вежливо поговорили в отечественном государственном учреждении. С ним поздоровалась гардеробщица! А врач, которому он по советскому инстинкту прежде всего стал совать паспорт, только отмахнулся и сказал, что ничего не надо, всё уже заполнено заранее и нужно только подставить руку для укола. И это в самой обычной муниципальной поликлинике рядом с домом. Никогда ещё Штирлиц не был так близок к провалу.

Вот совершенно не хочется мне тут выводить какую-то мораль. У меня у самого слезы почти выступили на глазах. Кто способен, и без дополнительных разъяснений поймет нас с Млечиным.
вторая

Прививка

Если я правильно понимаю и помню, а тут довольно редкий случай, когда не утверждаю уверенно, а всего лишь делюсь впечатлениями, то и в советские времена прививка была делом добровольным. Естественно, я имею в виду прививание детей, начиная со средней школы я уже как-то с этим не сталкивался и тут совсем ничего сказать не могу.

То есть, нет, наверное, это всё-таки была добровольность в несколько отечественном варианте. Типа, как я уже однажды вспоминал, когда спросил преподавателя на занятии по научному атеизму, мол, если у нас в стране свобода вероисповедания, то тогда может ли верующий человек получить диплом нашего института. И преподаватель ответил, что в принципе никаких проблем, только, если он истинно верующий, то просто не сможет сдать экзамен по научному атеизму, так что на практике диплом ему не светит.

Так и тут. Не помню, чтобы за непривитыми детьми охотились с милицией или из-за этого кого-то посадили или хотя бы уволили с работы. Но без прививки не брали в ясли, детский сад, пионерский лагерь и подобные заведения, что для большинства матерей грозило потерей работы, а, соответственно, и средств к существованию. И в школе, во всяком случае при переводе из одной в другую, при заполнении «медкарты», эти сведения требовались. Тут я точно знаю, поскольку по ряду причин проходил подобную процедуру многократно. Правда, надо признать, что обычно «карту» с предыдущего места, конечно, спрашивали, но она была далеко не всегда, и моей матери, возможно потому, что она сама уже была достаточно опытным и авторитетным учителем, чаще верили на слово, без всяких дополнительных бумажек.

И тут опять же с некоторым смущением вынужден признаться, что этой своей привилегией мама пользовалась не совсем добросовестно. Некоторые вещи она особо не афишировала и мне советовала сильно не вдаваться в подробности. Например, почему-то чаще всего замалчивался факт перенесенного мною года в три менингита или семь дизентерий, перенесенных мною во время магаданских эпидемий.

Но что касается именно прививок, тут всё было много проще. Повторю, что не в курсе, существовало ли уже тогда движение «антипрививочников», но в нашем окружении об этом никто не слышал, и система работала сколь до боли примитивно, столь и эффективно. Никто никакого согласия ни у кого не спрашивал, и вообще особо не заморачивался. Чисто по Михалкову: «На прививку! Первый класс!» И все послушно шли к медкабинету. На самом деле реакция типа «Почему я встал у стенки? У меня… дрожат коленки…» была очень редкой. Во всяком случае у нас в Магадане. Обращать большое внимание на подобную чепуху считалось не очень приличным даже для девочек.

Я намеренно не пытаюсь изобразить из себя хоть в малейшей степени специалиста, а исключительно делюсь личными впечатлениями и воспоминаниями. Потому не стану вдаваться в излишние медицинские подробности, а отмечу лишь, что прививки были делом достаточно частым и обычным, для нас же они делились всего на два вида. Более серьезные «под лопатку», после которых, нас предупреждали, на следующий день иногда возможно повышение температуры, легкое недомогание и некоторые неприятные ощущения, и «в руку», гораздо более легкие. Я обычно хитрил и изображал это самое «недомогание», чтобы меня хоть день не волокли утром в детский сад, а дали спокойно выспаться. Чаще всего срабатывало, но никакой паники не вызывало, мать даже врача не вызывала, спокойно шла на работу, разве что предупреждала кого из остававшихся дома соседей по бараку, чтобы на всякий случай раз-другой заглянули к нам в комнату. Но в принципе я не помню, чтобы у кого когда-нибудь какая прививка имела серьезные отрицательные последствия.

Ещё время от времени делали «Пирке» и «Манту». Но это уже из другой оперы, там вся проблема заключалась только в том, что место надреза нельзя сутки мочить. Что по бытовым и климатическим условиям Колымы не составляло никакого труда.

Начиная со второй половины школы всё это как-то само собой прекратилось и исчезло. Всем нашим детям мы делали положенные прививки, правда младшему, из-за состояния здоровья, какие-то особые, облегченные. Но это прошло довольно легко и почти незаметно, в памяти особо не отложилось. Моя жена выросла в Риге в довольно тепличных домашних условиях, и в тридцать с лишним лет выяснилось, что она не болела в детстве ветрянкой и никогда от неё не прививалась. Где-то подхватила, переносила тяжело, но справилась.

…Иду как-то по набережной в Женеве, как раз напротив фонтана, подъезжает «Роллс-Ройс», шофер выскакивает, открывает пассажирскую дверь и появляется мужик в роскошном белом летнем «Армани». Направляется к стоящей тут же у берега яхте, к которой вышколенная команда уже мгновенно выложила трап. Жара страшная, хозяин на ходу снимает пиджак, остается в совсем легкой майке и, когда проходит мимо меня, я замечаю у него на левом плече крохотную круглую отметину размером с копеечную монету. «Хорошего плавания», - говорю ему по-русски, и он, ничуть не удивившись, отвечает с весёлым остервенением: «Спасибо, постараюсь, а то совсем задрало это швейцарское пекло».

Не знаю почему, то ли за границей не прививали от оспы, то ли прививали чем другим, но этот шрам – клеймо нашей страны и нашего поколения. Лично для меня это самая лучшая прививка и самый лучший знак качества.
вторая

Доктор Хаос

И всё-таки мне представляется, что последние остатки вменяемого населения этой страны не до конца отдают себе отчет в уровне дебилизации и дегенерации подавляющего большинства этого самого населения.

Вот по первому федеральному каналу идет самая массовая и главная политическая передача под руководством самого высокооплаченного и влиятельного ведущего, практически круглосуточно не выходящего из эфира. И обсуждается вопрос о том, что Светлана Тихановская официально объявлена в розыск на территории РФ. И во весь экран висит объявление на сайте МВД об этом самом розыске, где причиной указано «по статье УК».

И дальше идет почти двухчасовое обсуждение того, какое ничтожество эта Тихановская, сколько там американских денег и польских пакостей, что-то там про Интерпол и прочую подобную муть. Но никаким образом не дается ответов на самые примитивные вопросы. Тихановская совершила какое-нибудь преступление на территории России? По статье какого УК её разыскивают, и какой статье, там мелкое хулиганство или вооруженный грабеж? Какая цель и смысл этого объявления в розыск, когда десять минут назад Тихановскую в прямом эфире показывали по ААС с указанием места и времени нахождения? Ну или ещё что-нибудь подобно, хоть сколько-то осмысленное. Но нет. Несется шквал не просо тупого бреда, а, главное, вообще не имеющего никакого отношения к размещенному объявлению о розыске.

А ведь дело-то примитивное и гроша ломаного не стоит. Правда, справедливости ради надо отметить, что основу некоторой невнятицы тут заложили сами белорусы. Они какое-то время отнекивались и крутили хвостом. Но потом всё-таки официально признали, что да, после создании Координационного совета оппозиции возбуждено уголовное дело по статье по попытке захвата власти и именно в связи с этим делом Тихановская официально объявлена в розыск. А по таким-то статьям Договора о Союзном государстве в подобных случаях человек автоматически объявляется в розыск и в России. Всё, точка. Дальше и обсуждать нечего. Но заморачиваться попыткой произнесения даже всего нескольких хоть как-то осмысленных фраз никому нет охоты. А зачем? Надо же делом заниматься, зарабатывать деньги и нести пургу.
А дальше, естественно, перешли к поливанию дерьмом Навального. Это уже святой ритуал. И снова главный аргумент: «Омские врачи никаких следов отравления не обнаружили». Неубиваемо.

Ладно, этот чертов Навальный. Он подлый агент империализма и с ним всё понятно. Но вот буквально пять дней назад в городе Великие Луки на торжественной патриотической школьной линейке трое детей потеряли сознание и ещё нескольким стало плохо. Всего тринадцать сразу доставили в больницу, четырнадцатого подвезли к вечеру уже из дома. Две девочки в реанимации. Симптомы у всех одни и те же – тошнота, ломота в суставах, зеленый цвет лица, рваное сознание, ну, и тому подобное.

И чего? Правильно. Ничего. «Великолукские врачи не обнаружили следов отравления или ещё какого-то постороннего воздействия». Вот не обнаружили и всё. А знаете какой диагноз поставили? Причем совместный административно-медицинский. «Детям стало плохо от переизбытка восторженных патриотических чувств».

Я не шучу и не издеваюсь. Возможно, несколько излишне кратко формулирую ради экономии времени и места, но общий смысл абсолютно не искажаю, можете сами проверить, вся информация в открытом доступе.

И очень прошу понять меня правильно. Я сейчас не о скромности возможностей современной провинциальной, вроде омской или великолукской, медицины и диагностики. Моей покойной маме в центральном московском НИИ кожных болезней, где ведущий профессор была её подругой, больше десяти лет не могли диагностировать склеродермию, которая в конце концов у мамы и оказалась. Мне самому не так давно в поликлинике управделами президентской администрации на Сивцевом завотделением, доктор наук за сутки до того, как я без срочной операции отправился бы на тот свет, поставил диагноз: «Вчера поел борща».

Это ладно. Никто не требует чудес. Речь совсем о другом. И даже не о том, что никто не хочет тратить и малейших усилий на произнесение каких-то осмысленных слов. А о том, что это уже совершенно и не нужно. Не для кого стараться. Сойдет и так.

Просто излишний восторг и переизбыток патриотических чувств. Граждане, берегите себя!

P.S. Да, и, пожалуйста, не надо здесь писать о версиях того, что произошло в Великих Луках. Я, к сожалению, знаю истинную причину, но просто не хочу участвовать в пустых пересудах. Детишек жалко, а о том, что им хорошо бы надавать по жопе говорить не могу, как принципиальный противник физических наказаний.
вторая

Такая жизнь

Я ничьих приоритетов оспаривать не собираюсь, да и та, ставшая впоследствии знаковой и знаменитой «встреча на Эльбе» действительно произошла несколько раньше, видимо, и в самом деле была первой и имела большое и стратегическое, и для будущего политическое значение.

Но чисто по напряжению боевого драматизма и сюжету она, несомненно, сильно уступает другой встрече союзников, которая произошла в Австрии практически в последний день войны. Американцы вышли к Амштеттену на берегу Ибса и из каких-то высших государственных соображений большое начальство ещё шестого мая приказало находившемуся в тех местах командиру корпуса генералу Бирюкову немедленно обозначить там же свое присутствие, дабы не соблазнять заокеанских друзей занимать лишние территории. Маленький нюанс заключался только в том, что от ближайшего к Амштеттену полка очень сильно потрепанного в последнем наступлении корпуса Бирюкова до означенного пункта было почти сто километров, причем не просто, а занятых трехсоттысячной прекрасно вооруженной в том числе и танками группировкой немцев, пока совершенно не думавших сдаваться. Но подобные мелочи начальство особо не интересовали, да и генерал решил ему голову не морочить в явном преддверии общей победы, а поступил на первый взгляд странновато, но на самом деле довольно обычно по нашим отечественным традициям. То есть, понадеялся на чудо.

Он взял наиболее боеспособный батальон, посадил его на самоходки, поставил во главе майора и приказал: «Вперед!» Свой выбор командира генерал впоследствии объяснял очень просто: «Этот юноша владел нескольким иностранными языками, и, когда мы начали заграничный поход, он стал просто незаменим».

Самое смешное, что чудо произошло. Майор со своим отрядом с совершенно фантастическими и невероятными приключениями, в описание подробностей которых я сейчас погружаться не стану, за день прорвался через фашистскую группировку, нахватал какое-то невероятное количество трофеев и пленных и доложил о своем прибытии командиру американской дивизии. Тот, несколько удивленный уровнем английского языка русского офицера, да ещё обратив внимание, что тот перебросился несколькими фразами по-немецки с оказавшимися поблизости австрийцами, поинтересовался, а сколько вообще майор знает иностранных языков. И в ответ услышал: «Простите, не считал».

Это не было кокетством. Он действительно никогда не подсчитывал точно, но окружающие утверждали, что количество языков, на которых говорил свободно и с которых переводил, явно превышало пару десятков. Возможно, американский комдив удивился бы ещё больше, если бы узнал, что стоящий перед ним «юноша» ещё и доктор наук. Причем в одной из самых тогда прогрессивных и перспективных областей биологии – генетике.

Хотя мне не совсем понятно, почему Николай Иванович Бирюков назвал майора «юношей». Да он сам был на одиннадцать лет старше, но это не повод. Иосиф Абрамович Раппопорт родился ещё до Революции в двенадцатом году в семье провинциального врача. Не волнуйтесь, я далее не стану подробно пересказывать биографию этого человека, она известна и общедоступна, он в общем-то отнюдь не обойден этой самой известностью и даже в какой-то мере славой, каждый интересующийся легко может познакомиться самостоятельно. Потому я здесь предельно кратко и только то, что имеет отношение к интересующей меня теме.

Школы в маленьких городках на Украине, агрозоотехникум, потом в тридцатом Раппопорт поступает на биофак Ленинградского университета. Затем аспирантура, работа в Институте экспериментальной биологии АН СССР под руководством крупнейших ученых, блестящая защита кандидатской в тридцать восьмом, к сорок первому написана и докторская, защита назначена на осень, но началась война.

У Раппопорта была бронь, но он тут же идет в армию добровольцем. Несколько месяцев ускоренных офицерских курсов и младшим лейтенантом на фронт. А дальше начинается чистый Голливуд. О Юзике потом ещё долго ходили легенды. На него трижды приходили похоронки, но он выживал. Тоже трижды его представляли к званию Героя, но так и не дали. Позднее стали намекать, что из-за еврейства, но, думаю, это не так. Вернее, практически уверен. Среди евреев было немало Героев, просто Раппопорт был всегда уж слишком «неформатен» и на грани. Даже многие свои подвиги совершал в нарушение прямого приказа и под угрозой трибунала. И за ним постоянно тянулся шлейф всяких историй, как перед строем дал по морде командиру дивизии за трусость (что, скорее всего, было) или как разбил спиртное, которое пьяный шофер вез большому начальнику, а самого шофера, сбившего насмерть молоденького офицера, запер на несколько дней в подвале (чего, скорее всего, не было именно в таком виде, но что прекрасно иллюстрирует и характеризует репутацию Раппопорта).

Но, хоть Героя и не получил, но вообще-то боевыми наградами обойден не был. Даже имел орден Суворова. Правда, только третьей степени. Но дело в том, что это один из тех чисто полководческих орденов, что, в отличие от основной массы прочих, давался в зависимости от звания и должности. Потому даже третья степень для всего лишь комбата воздушно-десантной дивизии была большой редкостью. А ещё растроганные и восхищенные его последним австрийским рейдом американцы наградили его орденом «Legion of Merit» и именным оружием с гравировкой, карабином и кинжалом, которые, правда, несмотря на все предусмотрительно оформленные начальством документы, впоследствии бдительные чекисты у Раппопорта благополучно конфисковали.

Но это всё чепуха. Главное, что вопреки всем самым невероятным перипетиям своей военной судьбы он выжил. А ещё в сорок третьем, во время краткого лечения после очередного тяжелого ранения, умудрился всё-таки защитить ту самую докторскую диссертацию, да к тому же быстренько в сверхсрочном порядке, но чрезвычайно успешно получил высшее военное образование в академии Фрунзе.

И снова на фронт. Получает пулю в голову. Опять чудом выживает, но лишается глаза и до конца жизни ходит с повязкой. Не долечившись сбегает в свой батальон. В Вене рана воспаляется, он требует у местного хирурга сделать ему повторную операцию в амбулаторных условиях с местным наркозом. Тот отказывается, говорит, что это невозможно, практически верная смерть, но Юзик поднимает автомат и у врача не остается выбора.

И опять выжил. И пошел в бой. И довоевал до самого конца, кажется вопреки всему возможному и разумному. А потом его списали из армии «по состоянию здоровья», но, подозреваю, не без некоторого облегчения для некоторых. Уж слишком неудобным человеком был этот низкорослый одноглазый интеллигентный майор.

Однако это был отнюдь не конец великолепной биографии, а, по сути, практически только её начало. Далее знаменитая лысенковщина, борьба с «буржуазной генетикой», Раппопорт ведет себя вызывающе и предельно нагло с точки зрения начальства, что опять же обрастает массой легенд и невероятно опасных историй, но его не расстреливают и даже не сажают, а всего лишь исключают из партии, куда он вступил на фронте, в окопе, в самый разгар боев, и почти на десять лет выгоняют из науки. Не берут работать даже обходчиком в метро. Уезжает в Сибирь с геологическими и археологическими партиями. И там множество приключений «неформатных» и на грани.

Только в пятьдесят седьмом Раппопорт возвращается к генетике. И далее довольно быстро, особенно для этой неспешной области науки, его научная карьера выходит на мировой уровень. Существует мнение, что уже в шестьдесят втором ему совместно с Шарлоттой Ауэрбах собирались дать Нобелевскую премию за открытие химического мутагенеза. Однако начальство потребовало, чтобы он снова вступил в партию, но Раппопорт отказался и премию не получил. Подозреваю, что в этой истории есть много, как часто в жизни Иосифа Абрамович, легендарного, хотя, возможно, какие-то реальные основания у сюжета и существуют. А что касается вступления в партию, то тут настоящих фактов больше, однако несколько с другой интонацией. Раппопрт никогда не был диссидентом, особенно в современном понимании. Просто не очень умел вписываться в систему. И как раз вовсе не отказывался вернуться в партию. А потребовал, чтобы его не принимали заново, а восстановили, как несправедливо исключенного, с сохранением непрерывного стажа и извинениями. А нет, так нет. Получилось в итоге, что нет.

Но опять же, нобелевка нобелевкой, дело темноватое, а вообще-то об особых притеснениях уже всемирно известного ученого говорить сложно. И правительственные награды, и в конце концов звезда Героя Соцтруда, и член-корреспондент АН, и Ленинская премия.

Он прожил совершенно невероятную жизнь. В которой практически не имел никаких шансов уцелеть. Но не только уцелел и преуспел, но и к своим семидесяти восьми годам очень неплохо себя для такого возраста чувствовал, был полностью работоспособен и оптимистичен. В конце декабря девяностого допоздна засиделся в библиотеке и был сбит грузовиком на пешеходном переходе. Его отвезли в больницу, по-моему, в четвертую градскую, головой не ручаюсь, но точно в какую-то обычную городскую, а не ведомственную, положенную ему по статусу и положению.

Почему, сейчас сказать сложно, но, вероятнее всего, просто изначально скорая, согласно регламента, не особо разбираясь, доставила жертву ДТП в ближайшее отделение экстренной хирургии, а потом не рискнули перевозить или была ещё какая причина. Короче, врачи схалтурили, приближался Новый год, некоторые уже начали праздновать, необходимых обследований и процедур не сделали, началось заражение крови, гангрена и в последний день девяностого Иосиф Раппопорт умер.

По сути убили. Никому не удавалось, а у них получилось. Но и тут не обошлось без легенды. Рассказывают, якобы со слов врача, что уже практически в агонии за несколько минут до смерти Иосиф Абрамович открыл глаза и громко и четко сказал: «Спасибо!» Доктор был крайне удивлен. И тем, что, в общем-то, особо не за что, и более всего тем, что человек в таком состоянии в принципе смог что-то сказать.

Но я думаю, что Юзик Раппопорт мог. И он знал, кого благодарить. И за что.
вторая

Анамнез

Меня изначально в подобных случаях особенно умиляет сочетание не очень сочетаемого. Это не мы отравили. Это он сам. Или его же друзья, чтобы изобразить сакральную жертву. Но, если выжил, то жаль, что не добили. А, если добили, и не ядом, а пулей, когда сложно сказать, что сам, то порадуемся и запретим слово доброе о нем сказать, но всё равно это не мы. Нам не надо. Бог не фраер, он сам всё видит и сделает, как надо.

Милые, добрые и гуманный мои соотечественники! Как же я вас всех люблю. Но сейчас совсем о другом. В истории с Навальным пошел иной эмоциональный вал, имеющий к Алексею Анатольевичу несколько косвенное отношение. После того, как его спецбортом за бешеные деньги всё-таки вывезли в Германию. А Васю Пупкина так бы спасали? А меня так бы спасали? Почему именно его, кто он такой?

За всем этим к какой-то степени дистиллированный и доже очищенный от любых политических пристрастий чисто животный естественный ужас. А как же я в подобной ситуации? Что будет со мной, так и подохну в провинциальной больничке с неустановленным диагнозом под вялое пожимание плечами уставших местных эскулапов?

Подло! Несправедливо!

Помню, лет десять назад у меня случился очередной приступ. Не буду уточнять чего, в данном случае значения не имеет, замечу лишь, что по стандартной классической шкале боли это практически максимум. Вечер пятницы. Любой, хоть как-то сталкивающий с нашей системой здравоохранения прекрасно знает, что это мертвое время и в прямом и переносном смысле. Однако выхода нет, жена вызывает скорую.

Приезжают как обычно достаточно профессиональные и деловые мужики. Супруга, тоже привычно сует мне в карман куртки «котлету» стодолларовых купюр и говорит врачам, чтобы по своему усмотрению везли меня в наиболее оптимальное, по их мнению, место, где есть шанс мне хоть чем-то помочь, а я расплачусь и с ними, и с тамошними товарищами без торгу по запросу.

Меня часам к одиннадцати привозят в ближайшую, но и самую из окрестных крупную городскую больницу в Филях. В приемном отделении одна сонная докторша, которая после разговора с врачами неотложки и уяснения ситуации начинает вызванивать и вытаскивать откуда-то себе на помощь медбрата и ещё кого-то сейчас уже точно не помню, да и тогда плавал на грани сознания. Что-то колют, ещё пытаются совершать некие действия, но я мало понимаю. Однако в моменты просветления успеваю расплатиться со скорой и отпустить её, а также материально заинтересовать врачиху до вполне приемлемого уровня.

Короче, через некоторое время уже сижу на каталке в холле приемного отделения, жду, когда за мной спустятся из отделения и отвезут в палату и одновременно обрывками сознания наблюдаю следующую сцену. Менты привозят на «козле» бомжа неопределенного возраста. Поддатого, но не предельно пьяного, хотя и воняющего жутко. Больничный охранник совместно с врачихой начинают истошно верещать, что тут не вытрезвитель и они такого пациента не возьмут. Но правоохранители вальяжны, самоуверенны и непреклонны. Предельно сухо, вежливо и категорично поясняют, что, во-первых, вытрезвителей уже давно не существует, во-вторых мужик нетрезв вполне в рамках приличий и никаких противозаконных действий не совершал, потому они к нему никаких карательных мер предпринимать не могут и не намерены, а, главное, в-третьих, привезли его потому, что у него нога, скорее всего, отморожена, даже стоять толком, не то, что ходить, он не может, сидел в сугробе, а в таких случаях они, согласно инструкции, должны, поскольку к тому же данный гражданин не просто называется в народе «бомж», но и реально им является, не имея официального места жительства, доставить его в ближайшую больницу, а дальше не их дело и знать больше ничего не хотят. После чего дружно откозыряли и, не обращая ни малейшего внимания на возмущенные протесты больничного персонала, с гордым достоинством удалились.

Бомж в бурной дискуссии никакого участия не принимал, смиренно сидел на откидном стульчике в коридоре недалеко от меня и только слегка постанывал. Когда менты уехали, врачиха, обреченно и зло хмыкнув, пошла в свой кабинет, а охранник начал вяловато, но непрерывно стараться всё-таки каким-то образом убрать всё более резко пахнущего бедолагу из учреждения. Через несколько минут я, наконец, не выдержал и в момент просветления попытался объяснить, что нельзя в таком состоянии выгонять человека в ночь на двадцатиградусный мороз. Охранник на меня слабо отреагировал, но пробурчал что-то вроде, всё равно нельзя оставлять такое безобразие в приличном медицинском заведении, не положено, ничего не знаю, в любом случае ему тут не место.

Я не очень был способен на какие-то внятные и разумные действия. Поэтому просто достал из кармана пару стодолларовых купюр, сунул стражу и сказал, чтобы сделали, что надо, а если мало, пусть потом подойдут, я доплачу. Мужик не проявил большой радости и энтузиазма, однако базарить тут же прекратил, пошушукался с врачихой, вызвонил кого-то на помощь, и бомжа потихоньку уволокли в недра больницы. Кстати, за доплатой потом не обращались и вообще дальнейшая судьба этого человека мне неизвестна, было сильно не до того.

Я, собственно, к чему. Это не в чистом поле и даже не в в какой-нибудь деревне под Рязанью. Огромная больница в нескольких сотнях метров от Кутузовского проспекта Москвы. Вы думаете, что, оказавшись там, вы уже в любом случае спасены? А пусть у вас есть и долларовая «котлета» в кармане, на ваше спасение тут же будут брошены все лучшие силы современной медицины? Особенно в пятницу вечером?

Увы, господа хорошие. За вами не пришлют самолет санитарной авиации из Германии. И местный не пришлют. И за мной не пришлют. И если я даже наскребу необходимые для подобного мероприятия несколько сотен тысяч евро. По моему, как, подозреваю, и по вашему поводу Меркель с Макроном не станут звонить Путину. Окажутся в кармане какие-то деньги или хотя бы просто вы прилично выглядящий человек по крайней мере с московской регистрацией и полисом ОМС, то, скорее всего, позволят перекантоваться в крайне убогой палате до утра понедельника, когда появятся какие-нибудь специалисты и откроются кабинеты с оборудованием. А нет, так больше всего шансов оказаться на улице. И дальше – как повезет.

Вам Зимин не оплатит эвакуацию. И мне тоже. А десятки высокопоставленных влиятельных людей её не организуют и не ускорят. Для этого нужно быть Кобзоном. Или Сечиным. Или, как в данном случае, Навальным. Вы ему завидуете? А кто вам мешает хотя бы попытаться стать кем-то подобным? Не получится? А вы пытались? Вот когда попытаетесь и не получится, тогда начинайте завидовать. Хотя, подозреваю, толку от этого будет мало.

Да, мир подл и несправедлив. Искусственный, замаскированный под естественный, отбор типа селекции постапокалипсиса, описанного в «Письмах мертвого человека», идет уже давно. Но и мы подлы и несправедливы.

Вы подлы и несправедливы.
вторая

Тот самый Мюнхгаузен

Я тут недавно обмолвился, что хорошо бы когда-нибудь поставить памятник курьеру. Не какому-то конкретному, а всем мальчикам и не очень, которые в минуту жизни трудную пришли на помощь, рискуя здоровьем и в какой-то степени жизнью, чтобы и себя со своими близкими прокормить, и многим окружающим сделать доброе дело.

А один читатель мне даже с каким-то неожиданно острым эмоциональным протестом ответил, что большинство этих курьеров меня в глубине души ненавидит и при случае с удовольствием поднимет на вилы по старинной народной традиции. И вы знаете, я с ним абсолютно согласен. Разве что, некоторое сомнение может вызвать слово «большинство». Но такие вещи вообще плохо считаются. Однако так-то, да. Могут и поднять. Даже очень вероятно и с удовольствием. Что отнюдь никак не противоречит моим мыслям и чувствам относительно и памятника, и их самих.

Тут несколько дней назад Аркадий Бабченко в свойственной ему несколько истерической стилистике написал про врачей. Мол, все их постоянно нынче благодарят и прославляют, а на самом деле многие из них полное дерьмо и слова доброго не стоят. И сами очень часто являются одной из основных опор, а то и создателями той самой системы, благодаря ошибкам или прямым преступлениям которой вынуждены потом совершать героические поступки. Написал, как обычно, в неприятной и чуждой для меня манере, но, как тоже чаще всего, полную правду. Отменяет или компрометирует всё сказанное им героизм огромного количества врачей? И сам Бабченко задается вопросом, а в принципе те ли это самые врачи и вообще врачи ли они? Думаю, что нет, не компрометирует и не перечеркивает, а врачи именно те самые.

Давно сложился такой уже, типа, шаблон начала многих славных биографий: «В таком-то году он ушел добровольцем на фронт». И складывается впечатление, что почти все шли добровольцами. А между тем подавляющее большинство никто не спрашивал, призывали без всяких разговоров. И дальше воевали по-разному вне большой зависимости от всяких привходящих. Последняя сволочь, мобилизованная из-под палки и совершившая до того в жизни множество самых пакостных поступков, мог до последнего патрона остервенело отстреливаться в окопе или поползти к вражескому танку с гранатой. А совестливый и добрейший человек мог не выдержать ужасов окружения с сдаться в плен, бессильно подняв руки. Да, конечно, многое определялось качеством личности, но ничто не давало абсолютной гарантии.

Есть такое существо. Называется человеком. В нем много чего намешано. Если разложить по мелким кусочкам на столе, то обычно зрелище получится более чем неаппетитное. А всё вместе как будто иногда и ничего страшного. Бывают вполне себе симпатичные особи. Изредка встречаются и вовсе красивые. Сам удивляюсь.