Category: отзывы

Category was added automatically. Read all entries about "отзывы".

вторая

Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Collapse )
вторая

Формальность

Один хоть и почти чисто технический, но довольно любопытный момент.

Я сам очень часто предпочитаю общение в письменном виде. Даже если хорошо знакомый человек хочет рассказать о какой-то хоть относительно сложной идее или проблеме с целью посоветоваться, тем более, сделать некое деловое предложение, я обычно прошу всё это записать и прислать мне на почту. Кстати, многие поначалу просто обижались, мол, старик, что за формалистика, я же по-дружески…

Но со временем почти все поняли преимущества такого способа. И преимущества эти обоюдные.

С одной стороны, и сам человек, когда излагает свои мысли условно на бумаге, то гораздо лучше и четче формулирует, избавляется от повторов и излишних не имеющих принципиального значения подробностей, проделывает ещё массу полезной для себя же самого работы и в конце концов, имея перед глазами полный результат своего труда имеет возможность более объективно его оценить. Бывали случаи, и нередко, когда после этого у человека просто отпадает необходимость советоваться, он и сам уже всё видит и понимает, или исчезает желание делать деловое предложение, поскольку становится самому ясно, насколько оно неубедительно.

С другой стороны, это очень удобно и эффективно для адресата. Гораздо более наглядно, внятно и в оптимальном объеме получаешь необходимую информацию. Можешь спокойно и не спеша её обдумать, рассмотреть аргументы, проверить факты, возвратиться к чему-то, что недостаточно хорошо воспринял с первого раза, то есть, все преимущества работы с текстом по сравнению с восприятием на слух. Короче, положительного тут масса, и я совершенно не собираюсь от этого отказываться.

Но, как и во всем, имеются свои нюансы и недостатки. Особенно, когда речь заходит об общении не между хорошо знакомыми или вовсе близкими людьми, а о полностью дистанционном, например, в том же интернете. При личной встрече обычно хватает буквально нескольких минут, чтобы понять, смогу ли я продолжать общение с этим человеком в принципе. Даже часто близкие меня упрекают, мол, ну, зачем ты так резко, может, он на самом деле умный и хороший человек, просто ситуация сложилась неудачная, надо познакомиться поближе…

Нет, тут меня чутье ещё никогда не подводило. То есть, естественно, я и сам далеко не подарок, и человек, действительно, возможно, и умный, и хороший, но дело же совсем не в этом. А в том, возможно или нет конкретно наше общение. Это штука и много более тонкая, о одновременно абсолютно примитивная. Она или работает, или нет. Тут мудрить бесполезно. Только нервы и время терять.

А, например, в сети всё устроено совсем по-другому. Опять же, о себе лично говорю. Могу годами общаться, ну, конечно, не особо подробно и пристально, а так, на уровне обмена мнениями и комментариями с кем-то, кто представляется вполне вменяемым и даже небезынтересным. И вдруг сталкиваешься с каким-то высказыванием, иногда совсем с краткой и далеко не самой значимой фразой, и в ужасе хватаешься за голову. Господи, а я-то, придурок, столько времени вел с человеком диалог, а это, оказывается, что-то совсем несусветное!..

Так что, нет в мире совершенства. Но я всё-таки не собираюсь отказываться от своих привычек. Конечно, звоните, ежели чего. Однако лучше, конечно, при необходимости, в службы экстренной помощи. А мне надежнее писать.
вторая

Прекрасный новый мир

Когда в самом конце прошлого века я переехал с Ленинградского проспекта из дома, стоящего во дворе за метро «Сокол», то есть района более, чем обжитого, в Крылатское, то поначалу было полное впечатление, что мы попали в глухую деревню.

На весь в общем-то довольно приличный по размерам и населению жилой массив реально работал единственный магазин «Диета» у самого въезда, на углу Рублевки и улицы Крылатские Холмы. Понятия «выйти что-нибудь купить» просто не существовало, нужно было ехать на машине и набивать багажник. Но поскольку я тогда был ещё человеком работающим и проводящим большую часть дня в городе и «на колесах», то это меня не сильно напрягало. Хотя у семьи, естественно, определенные трудности возникали. Но все мы были моложе почти на двадцать лет, поэтому воспринималось это иначе, а если совсем серьезно, то по барабану.

Однако шли годы, и микрорайон преображался во всех смыслах, в том числе и торговом. Открылись супермаркеты самого разного уровня и ценовой категории. Но, главное, расцвела классическая уличная торговля, то, что во всем мире называется Street retail. И стало действительно в этом отношении очень удобно. Например, у того выхода из метро, который ближе к Рублевскому шоссе, и где я в конце концов обосновался, прямо в подземном переходе появился длиннющий ряд киосков со всякой всячиной. От книг и канцтоваров до пива с сигаретами и батареек с иконками и крестиками. Вкусно пахло свежей выпечкой и негромко лилась музыка из ларька с компакт-дисками.

Когда же ты поднимался из перехода, то перед тобой возникал первый в районе «торговый центр "Осенний"», то есть, конечно, никакой не центр, а просто такая длинная «железка», в которой разместилось множество маленьких магазинчиков. И продуктовые, и «Цветы», и «Евросеть», и фотосалон, и обувной, и постоянно ещё что-то новое менялось и добавлялось.

Заведение располагалось практически у входа во двор моего дома, потому, понятно, мы неизбежно были его постоянными посетителями. За полтора десятка лет сложились уже и какие-то личные взаимоотношения, в продуктовом для меня постоянно старались держать «Гиннесс», цветочницу можно было попридержать букетик посвежее, если завтра к корму-то на юбилей, сын подружился с хозяином фотомастерской, они частенько вместе там что-то колдовали в «фотошопе». Короче, место было почти домашним и родным.

Да, а рядом несколько лет функционировала ещё одна небольшая «железка», которую держали ребята из Белоруссии и постоянно поставляли туда свежее мясо, сало и всякие колбасные изделия великолепного качество и по очень лояльным ценам, с супермаркетовскими просто и сравнить нельзя.

А потом пришел Собянин и вот уже почти как с год снесли всё к чертовой матери. В метро стало пусто, чисто и светло, на месте торговых павильонов наверху ровное чёрное пятно свежего асфальта. А посреди этого пятна театральная касса и киоск по продаже билетов на общественный транспорт.

В кассе, честно говоря, я ни разу не видел, чтобы кто-то что-то покупал, да и это не странно, поскольку там сидит бабушка с ноутбуком и принтером и через всем известные сайты просто скачивает билеты из интернета, то есть делает то, что сейчас практически каждый театрал способен сделать сам и даже ещё проще через массу приложений на смартфоне, только бесплатно, в смысле без довольно значительной комиссии этой самой бабушке.

А вот билетный транспортный ларек просто роскошный. С навесом, праздничным освещением и даже кондиционером. Только он ни разу за всё время не работал ни единой минуты. Наглухо закрыт очень мощными и тоже весьма красивыми жалюзи.

Теперь за любой мелочью надо тащиться в «Перекресток». Большой, «зеленый» и вполне неплохой. И не так уже далеко, минут десять-пятнадцать ходу. Но почему-то бесит. Человек всё-таки удивительно неблагодарная скотина.
вторая

Эпоха очередного мерзавчика

Относительно происхождения, времени этого происхождения и глубинного смысла термина «мерзавчик» споры идут издавна, непрерывно, но бесперспективно столь же, сколь и по всем подобным сходным темам, от абортов и смертной казни, до ношения оружия и предлогом перед словом Украина.

Вариантов миллион. И все они не только имеют право на существование, но и в большинстве своем абсолютно верны. Однако я вам открою одну страшную тайну. К сути дела нечего из предполагаемого и высказываемого с самыми серьезными основаниями отношения не имеет ни малейшего.

Для любого человека, имеющего опыт потребления спиртных напитков в СССР, а имеющих подобный опыт в Российской империи попросту уже не осталось, название «мерзавчик имеет одно единственное чисто просто конкретное значение.

Это всего лишь мельчайшая, поскольку сувенирных и «минибаровских» извращений тогда ещё не знали, стандартная бутылка, представляющая из себя половину от двухсотпятидесятиграммовых «чекушки» или «шкалика», то есть 125 граммов злодейки.

Порция была всегда отнюдь не самой распространенной, очень удобной, но, возможно, потому и редкой. Пользовалась спросом несмотря на то, что экономически, в пересчете, далеко не являлась выгодной. Но всегда востребованной по ряду практических, психологических, тактических и прочих подобных причин.

У «мерзавчика» была и ещё одна особенность. Он неизменно появлялся в свободной продаже исключительно перед судьбоносными историческими катаклизмами. С недавнего времени в Москве выкинут на полки супермаркетов в ассортименте и без дефицита.

Средняя стоимость в районе шестидесяти рублей. Иногда даже дешевле. Очень удобно. И многообещающе.
вторая

Смерть зовется Энгельхен

Нет-нет, никакой шизофрении, идиотизма, социопатии, ещё какой клинической экстремальной непоправимости опасного для окружающих уровня. Обычная бытовая психиатрия с неврастенией.

И всё-таки глубоко несчастный и столь же глубоко больной человек. Он борется, он хороший, он честный, он пишет мне и пытается вступить в диалог, ему тяжело без эха, эхо кажется ему спасительным, хоть сколько-то, и я понимаю, и полон сочувствия и жалости, но сил и эмоций уже никаких.

Пришел из очень хорошего ресторана, чудесно посидели под прекрасную музыку с любимой женой, потом прошлись по прохладной вечерней осенней Москве, подышали упоительной прелой листвой…

И вот сижу, страдаю, что так и не стать мне настоящим русским интеллигентом, не взрастить в душе своей уже истинного нашего, отечественного, всечеловеческого отклика на страдания народа моего в лице самых проникновенных и высокодуховных представителей его, не проникнуться, не начать истинно и искренне скорбеть, не приобщиться и не причаститься.

Там, где-то оставалось ещё четвертинка слёз Шаранты. Пойду, попробую утешить в своем лице хотя бы самую малую составляющую человечества.



(Музыка гениальная, играет девушка ужасно, но старается столь героически и отчаянно, что это и есть истинная эманация несчастной и неудачливой, бедной моей души).
вторая

Обогреватель для дракоши

Замечательное интервью дал Марк Анатольевич Захаров. Очень всем рекомендую прочесть, оно небольшое и весьма любопытное.

Многие скандалисты после этого накинулись на великого режиссера, по глупости не заметив, что он единственный не только нашел основную коренную и фундаментальную проблему отечественного бытия, но и указал конкретный действенный способ её решения:

«Мне очень нравится стремление руководства Москвы превратить некоторые центральные улицы в череду открытых кафе. Это будет напоминать очарование парижских бульваров. Главный камень преткновения здесь — наш климат. Я бы осмелился предложить руководству Москвы обратить внимание на появившиеся за рубежом уличные обогреватели, которые делают комфортным пребывание посетителей в уличных кафе в любую погоду».
вторая

Tu l’as voulu Georges Dandin

Вчера продолжили с супругой инспектировать предосенний город на предмет готовности к новому сезону. Выбрали согласно нашим субъективным критериям вторую по значимости московскую улицу, Арбат.

Ничего особо нового или неожиданного. Всё те же, что и на Манежной, ларьки, якобы имеющие отношение к предстоящему началу учебного года, такие же ларьки с филиппинскими сувенирами, там нынче эти ребята фестивалят и довольно зажигательно пляшут, народ толпится и веселится, не протолкнешься.

Художников и музыкантов поменьше, чем раньше, но какие-то остались, несмотря на все гонения и скандалы последнего месяца, то ли самые наглые и бесстрашные, то ли кому-то удалось договориться на индивидуальных условиях.

Короче, никаких принципиальных новшеств или изменений. Единственное, что отметили, передвигаться стало совсем тяжело. Вся улица уставлена такими арками с цветочными горшками, как ниже на фото. Только это не я снимал, взял из интернета, там людей мало, потому выглядит довольно просторно. А мы гуляли в выходной, при большом стечении народу, очень оказалось тесно и неудобно. Ящики-подставки съедают непропорционально много места, народ в середине между ними постоянно задевает друг друга хорошо, если локтями, а то и подтаявшим мороженным.



По краям же с двух сторон вдоль домов постоянно ездит «малая дорожная уборочная техника», такие беленькие маленькие танки, в какой-то момент у меня возникло ощущение, что они лично за мной охотятся с нехорошими намерениями. Едва удалось приглушить собственную манию преследования.

Гуляли долго, так, что даже аппетит появился. Ужинали н веранде «Почтмейстера». Кстати, очень рекомендую любителям такого рода пивных заведений. Прекрасный темный разливной чешский «Zubr», несколько видов отличного шнапса, только вино не берите, они, по-моему, уж слишком там бодяжат. И вполне пристойные самые разные немецкие колбаски. Цены вменяемые. Рядом хорошая жена - что ещё надо человеку, чтобы встретить старость?

Сидел, вглядывался в фонари и арки, в людей, больше в прошлое и в память, мучительно сам себя умилял и всё ждал, когда же появится хоть намек на чувство сопричастности. Не дождался.

С месяц назад после своей заметки о перспективах «Живого Журнала» я получил комментарий давнего и обычно вполне благоволящего мне читателя:

«Подыхает ЖЖ, причем это особенно заметно по качеству статей блогера Васильева. Вместо былой остроумной и нетривиальной издевки приходится слышать его, извините, старческое брюзжание».

Я тогда даже реагировать никак не стал. Да и что, собственно, можно возразить на полную правду? Конечно, никакой издёвки практически не осталось, издеваться, испытывая при этом хоть какие-то эмоции, возможно только при наличии этих самых эмоций, но когда они закончились, то и скушно, и глупо. А старческое брюзжание — это столь же естественный способ коммуникации и обозначение своего существования для одного возраста, как детский лепет – для другого. Потому, например, «старческий лепет» можно было бы воспринять с обидой, а «брюзжание» - ничего более, как справедливая констатация. Ну, да, брюзжание, никуда не денешься.

И позавчера, на репортаж с Тверской, появились отклики почти в такой же стилистике:

«Просто Москвы, к которой Вы привычны, уже нет. Но переживать не стоит, московский или же петербургский обыватель начала 20 века был бы весьма удивлен и недоволен окажись он в этих городах середины того же 20 века. Банально, но все течет, все меняется».

«Александр Юрьевич, а может это просто возрастное? И школьный базар к 1 сентября - просто не ваша текущая сфера интересов?»


Ну, это уж совершенная правда. Даже более чем, поскольку школьные базары никогда не были в сфере моих текущих интересов, и когда я сам учился, и когда учились мои дети, и нынче, когда одна из внучек уже в пятый класс перешла. Осознаю свою ущербность, но так и не случилось вдохновиться такими базарами. А вот на счет Москвы, «к которой я привычен» …

Этой Москвы на самом деле никогда и не существовало в статике. Я как раз привычен к много более серьезным и резким метаморфозам. Ещё от коммуналок Харитоньевского с окрестностями до поначалу страшноватых бетонных бараков Новых Черёмушек, не говоря уже о несколько более поздних и вовсе поначалу апокалиптических пейзажей цивилизующегося Лианозова.

На моих глазах таинственная и великая Тьмутаракань Флотской улицы превращалась чуть не в Пятую авеню, и я ещё помню, когда метро «Проспект Мира» называлось «Ботанический сад», к путешествию куда надо было готовиться минимум с предыдущего вечера, проверяя термосы и нарезая бутерброды.

И тот же Арбат на моей памяти коренным образом менялся множество раз. Перед глазами встает «Кинотеатр Юного зрителя» со «Знание-сила» поблизости и «Зоомагазином» напротив, где за собственные, сэкономленные на завтраках деньги купил первую в своей жизни черепаху, а потом в соседнем «Овощи-фрукты» пил удивительно вкусный томатный сок за оставшиеся десять копеек, наливавшийся из огромного конуса, а рядом стояла банка совершенно бесплатной соли. По самой же улице преспокойно ездили машины, правда было их немного, потому никому особо не мешали.

Хороший был Арбат! Забуду ли я его когда-нибудь? Очень вряд ли. Жалею ли о нем? Нет, конечно. О том мальчишке жалею немного, но это уже совсем про другое. А тогда и у мальчишки, и у Арбата впереди было много чего интересного. Не всегда хорошего или приятного, часто даже совсем наоборот, но, несомненно интересного. А сейчас у мальчишки на седьмом десятке впереди, возможно, ещё самое интересное, но уже точно немного. А у Арбата, у всего города, у народа этой страны…

Народ, который частью сам спер у подвыпившего соседа из горящей избы сапоги, частью в той или иной степени содействовал грабежу, а самой большой частью всему этому радовался и всячески приветствовал под лозунгом «сапоги наши!», не то что потерял право, понятие «права» тут вообще не при чем, а просто перестал быть народом, превратившись в население. Но население никогда не жизнеспособно и в самом прямом, бытовом, и в самом высшем, духовном и сакральном смысле, хотя, если серьезно, духовности и сакральности во всем этом, как говна в пуле.

Люди с холодными, прозрачными и смотрящими исключительно внутрь себя, где идеальная пустота, глазами продолжают тотальный захват и опустошение.

У меня перед домом сносят последние во всем районе строения, не принадлежащие крупнейшим торговым сетям, несколько магазинчиков и всяческих лавочек самого разного назначения, очень удобных и крайне популярных среди местных обывателей, под общим когда-то гордо звучавшим названием «Торговый центр Осенний». Обыватели эти уныло и безнадежно матерятся, все без исключения, но стараются делать это потише и с оглядкой.

Полностью разрушили давнюю традиционную, кстати, весьма, хоть и в относительно зачаточном состоянии, существовавшую ещё с советских времен, систему «маршруток». Лень сейчас подробнее, но её по сути полностью уничтожили именно как отдельный, специфический и для многих не только более удобный, но и, порой, практически необходимый вид транспорта.

Скажем, в Очаково-Матвеевское был единственный маршрут, который объезжал все ихние закоулки и, главное, не только выйти, но и поймать его можно было в любом месте очень быстро. Теперь ничего подобно нет, топай на ближайшую остановку, которая часто вовсе не такая уж и «ближайшая».

Я не буду больше продолжать, ладно? Мне очень не хочется превращаться в жалобщика на действия начальства. По тысяче причин. И как-то противно, унизительно, просто мерзко и тошно. И, вообще-то, по большому счету наплевать, меня лично это по сути не касается, я давно «закуклился» по отношению к подобным мелочам. И население мне ничуть не жалко. Правда, был момент, когда слегка забеспокоился, осознав, что и самого себя перестал даже изредка и слегка жалеть. Не скрою, был. Но прошёл моментально, как и положено моменту.

… Сегодня споткнулся взглядом о слова одного из авторитетнейших отечественных мыслителей современности, написавшего о чем-то, сейчас не имеет значения, о чем конкретно, что это «по крайней мере не оскорбляет Бога». Ну, не знаю, у меня нет такой самоуверенности, чтобы столь категорично утверждать что-либо о реакции Бога. Впрочем, со своим Богом мыслитель, видимо, посоветовался и получил соответствующие полномочия.

Моего же Бога оскорбляет или нет только то, что и меня. Вот и в данном случае он со мной полностью солидарен. Не то, что оскорбленности, а и вовсе никаких обид. Но и малейшего сочувствия тоже.



А это просто на память. К выходным снесут.
вторая

Репортаж с места со бытия. Бытие

Нет, нет, ничего страшного и ужасного, в смысле, всё по плану, и в этом отношении вполне даже ничего, почти мило.

Просто решили вчера с женой собственными глазами посмотреть, что происходит в центре Москвы, ведь столько споров и самых различных мнений с эмоциями, а мы можем лишь глазами хлопать, давно не выбиралась, прямо неудобно настолько отдаляться от народа.



Вышли в сторону Манежной из метро «Площадь революции». Выяснилось, что там проходит какое-то сверхмассовое мероприятие перед началом школьных занятий, и всё пространство заставлено разрисованными киосками, какими-то аттракционами и экскурсионными автобусами.

Небольшой сумасшедший дом, но людям явно нравится, судя по их количеству и радостным лицам. Мы, правда, слегка шарахнулись от шеренги в человеческий рост, если не выше, ярких пластиковых друзей Незнайки во главе с ним самим, вдоль фасада бывшего музея Ленина. Но дитям, похоже, вполне себе забава.



Вид со стороны площади на Тверскую открывает и одновременно частично перекрывает арка размером почти как на Кутузовском. Только она фанерная, расписана какими-то цветочками, веселыми – обхохочешься, по бокам в вышине украшена двумя сооружениями, похожими на гигантские фаянсовые ночные вазы, а между ними полукругом красными буквами выведено «Москва». Красота, кто понимает!

Прошли через подземный переход и оказались на том самом широченном, вымощенном плиткой тротуаре главной улицы столицы, который, собственно, и вызвал, и продолжает вызывать самые большие споры. Ну, что вам сказать…

Однако первой успела сказать моя жена. Я вдруг услышал добротный площадной мат не слишком естественный в устах солидной интеллигентной дамы и еле успел поймать супругу уже в пикирующем полете. Она хоть и была во вполне удобной и приспособленной для пеших прогулок обуви, но умудрилась споткнуться о какую-то хитро выломанную и ещё более подло замаскированную под приличную, ту самую плитку, так что от серьезного увечья спасли только остатки нашей обоюдной, оказывается, ещё сохранившейся реакции.

Но, на самом деле, плитка как плитка. От трети до половины её, во всяком случае на том отрезке, что мы обследовали, то есть, справа и до Пушкинской, положено с нарушением всяческих строительных технологических норм и правил, швы не заделаны, так что к следующей весне всё вылетит к чертовой матери, но и это у нас более чем нормально.

Относительно малых архитектурных форм в стилистике бандитских аллей на престижных кладбищах вовсе нет охоты говорить, уже все порезвились, как могли. Пусть не очень удобно и дурковато, но тоже ничего страшного. Бывало и бывает сильно хуже.

Перед памятником Долгорукому практически такая же арка, что и в начале Тверской всё с теми же ночными вазами. Сильно же кого-то разобрало и кому-то приспичило!

Столешников забит изумительными верандами, на которых стоят иногородние экскурсанты и слушают лекции о величии окружающих мест.

По Большой Дмитровке передвигаться страшновато, там вверху километры каких-то проволочных шаров с искусственными цветами на проводах, хочется верить, что закреплены хорошо, однако моментами порывы ветра проверяют эту веру на прочность.

Камергерский выглядит несколько безопаснее, вообще чрезвычайно оживлен и оптимистичен, даже ароматы самого великосветского места – террасы «Чайханы №1» не умаляют духовного и нравственного очарования старинного театрального места.
Короче, всюду жизнь, и положительные эмоции преобладают без всяких сомнений.

Поужинать решили в «Арагви», расположенном почти там же, где и раньше. Веранда непосредственно на Тверской площади с соответствующим роскошным видом. Кухня приличная. Цыплёнок табака – тысяча. Штук шесть барабулек – тысяча. Долма, лобио и хачапури несколько дешевле и просто очень хороши. Ну, всё-таки, это какое-никакое, а «Арагви». «Гиннесс» только отечественный по пятьсот за бутылку, очень приличный полугар по той же цене за рюмку, Саперави – 660 за бокал 150 мл. Цена весьма посредственных импортных вин запредельна, но если без них, то на двоих вполне можно уложиться тысяч в восемь с чаевыми.

Возвращались тем же путем, когда уже начало темнеть. Развлекательные сооружения на Манежной с окрестностями опустели и были обтянуты красными лентами, как место преступления в кино.

А московское метро по-прежнему самое лучшее в мире. Получили большое удовольствие.

Ну, что вы, это не ад. Это чистилище. И даже вполне комфортное чистилище. И все получают что хотят и чего заслуживают. Очень удачно, поскольку всё чаще и больше одно с другим совпадает. У каждого своё понятие о прекрасном, и я никому не собираюсь навязывать собственное.

Слегка задевает лишь единственное. Не отпускает ощущение, что жители этой нынешней Москвы во главе с их передовым условно (крайне условно, но достаточно четко и определенно) собянинским отрядом под мощное восхищенное собчаковско-латынинское одобрение «красоты по беспределу» со странным упорством, так же, как и жители другого, в предыдущем тексте упомянутого города, хотят меня поиметь.

Но ведь я не Ангел. Далеко не Ангел…
вторая

К вопросу о некоторых побочных эффектов чрезмерного потребления

Я никак не хочу искать дополнительные оправдания и обстоятельства, смягчающие вину евреев на абсолютно не убедительных для меня основаниях захвативших землю Ханаанскую.

Но всё-таки не следует забывать лежащую в истоке всей этой истории пьянку Ноя, имевшую столь серьезные последствия для всего человечества.

Да, конечно, сам по себе сюжет с насмешкой над наготой пьяного папаши и особенно совершенно не мотивированным проклятием почему-то именно не самого Хама, а одного из его сыновей, Ханаана, чья причастность к проступку вообще не доказана никаким образом и является всего лишь плодом наветов, произросших из больной фантазии последующих толкователей, является слабым аргументом защиты всех тех безобразий, которые сотворили с хананеями те, что объявили себя потомками Сима.

Но это уже потом и как последствия. А изначально нужно было всё же думать главе семейства, когда он только собирался нажраться напитка с не до конца еще известными и проверенными свойствами. И, во всяком случае, стараться вести себя прилично, чтобы потом многим поколениям не пришлось отдуваться за твое похмелье и ещё худшее с него настроение.

А то, что евреи сволочи, это не обсуждается. Но, к сожалению, лишь данным несомненным фактом не объяснишь все глупости и гадости, совершенные и совершаемые человечеством.
вторая

Чей туфля

Прошу прощения за натуралистические подробности, но у меня уже старческие проблемы с ногами и туфли подобрать нелегко. Старые явно скоро развалятся, а весна наступает, мокро, решил, рока вообще босиком не остался, попробовать купить новые. Благо, у нас вокруг десятка полтора обувных магазинов в округе последнее время понаоткрывали.

Зашел в один, другой, как будто и есть что-то приличное и меня устраивающее, ценой от двух до двух с половиной тысяч, но ничего категорически не налазит. Уже думал плюнуть и отложить, но по дороге домой, заглянув в последний, наткнулся на почти идеальную и очень удобную пару. Однако пришлось заплатить больше четырех тысяч.

И вот до сих пор жаба душит. Отдал ведь на пару тысяч больше, чем рассчитывал. А это ведь хорошая бутылка более чем неплохой текилы!

На прошлой неделе за скромный ужин вдвоем в «Бирлоге» с женой заплатили пятерочку, и тени сожаления не промелькнуло, а тут жалко безумно, никак успокоиться не могу. Как-то, всё-таки, надо менять свою психологию, вместе с отношением к жизни.

Только опасаюсь, что поздновато…