Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

вторая

Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Collapse )
вторая

И пряников, кстати, всегда не хватает на всех

Евгений Ройзман, конечно, святой человек. Говорю это без малейшей иронии и какого-либо двойного смысла. Тем более, что в моих устах это отнюдь не комплимент и не безусловная похвала, я к святым отношусь с большой опаской и настороженностью. Но в данном случае оценка деятельности Ройзмана несомненна.

Он собирает 160 миллионов рублей на укол, который может спасти и даже очень вероятно, что спасет, жизнь маленького ребенка. Лично тоже участвует долей и немалой. Набрал пока только 66 миллионов, нужно успеть до Нового года найти ещё 94.

Если получится, то произойдет самое прекрасное чудо в мире. Обреченный на смерть человек останется в живых. Ничего не может быть изумительнее и выше. Но это не решит ни единой проблемы и не ответит ни на один принципиальный вопрос.

Это абсолютно нереальная и запредельная цена индивидуальной медицинской помощи. Для любой страны и любого государственного устройства. Исключение составляет лишь тончайшая прослойка реальных серьезных миллионеров. И в это время умрет огромное количество народу, которое не смогла найти не то, что 160 миллионов, но и 100 тысяч пусть даже наших деревянных. Множество людей, которые, понятно, ничуть не лучше того, который выживет. Но и не хуже. Просто потому, что тут подобные критерии не применимы. Здесь всего лишь примитивная двоичная система. Жизнь и смерть.

Естественно, это всё жуткая пошлость и банальность. На всех уровнях, от слезы ребенка до бесценности каждой человеческой личности. Но констатация уровня этой пошлости и банальности опять же ничего не отменяет, ни к чему не приближает и ничего не проясняет.

Просто давно идет постапокалиптический отбор, как в «Письмах мертвого человека» Лопушанского. И 160 миллионов здесь – это не цена человеческой жизни. Это цена нашей беспомощности и несовершенства.
вторая

Ну, и чё?

Вот здесь тот нечастый случай, когда я не могу сформулировать своего отношения. Вернее, даже дело не в формулировке, а в том, что само отношение никак не формируется. То есть совсем. Полностью отсутствует.

Имею в виду убийство иранского ядерщика. И лично для меня не имеет никакого значения, евреи ли его грохнули. При любом раскладе это вряд ли несчастный случай. Кто-то же всё-таки взорвал.

И не надо тут подробностей, оговорок и предположений. Представим себе идеальный и чисто гипотетический вариант. Останется этот человек жив, значит, будет у Ирана атомная бомба. А без него никак. Радоваться его смерти или сожалеть о трагедии?

Я не знаю. А обязан?
вторая

Golyamata skuka

Нет, не до истерики, клинической депрессии или малейших намеков на суицидальные синдромы. Без всяких излишеств, тупо просто скучно. Всё чаще вспоминается старинный, один из самых мною любимых, анекдот про Вовочку: «Это, конечно, трагедия, но ещё не беда».

Стало окончательно понятно, что беда не во всех этих всемирных катаклизмах и трагедиях. Не в вирусах, климатических изменениях, озоновых дырах и ядерном оружии. Истинная беда в том, что в результате эволюции произошел какой-то роковой сбой и на этой планете у вершины пищевой цепочки оказался некий странный якобы разумный биологический вид, разные особи которого категорически несовместимы в едином пространстве. Ни один другой самый страшный хищник не станет нападать на иное существо только потому, что ему не нравятся его идеи. Только человек, но человек всегда и обязательно.

Как же вы задрали всем этим своим христианством, иудаизмом, мусульманством, буддизмом, марксизмом, онанизмом и дебилизмом!

Ковид стал высшим и, возможно, последним намеком на единственный оставшийся способ выживания человечества. Сидите, уроды, по своим клеткам, не высовывайтесь и никого не трогайте. Поливайте друг друга самыми страшными оскорблениями, но только дистанционно. Наденьте намордники и не приближайтесь ни к кому ближе двух метров.

Но опять же в том-то и беда, что это принципиально невозможно. Вот только что в Барнауле, великолепный и нагляднейший пример. Люди готовы платить любые штрафы и даже сесть в тюрьму за свое право не соблюдать этой самой дистанции и не носить маску. На всё, что угодно, готовы, на любое унижение и притеснение. Но только не на это. В своей клетке страшно и невозможно. Нужно найти врага и отрезать ему голову. Иначе существование немыслимо.

Тупее и пошлее такой жизни только дискуссии на подобные темы. Не то, что объяснить или, тем более, убедить, но и просто объяснять абсолютно невозможно и нелепо.

Четырнадцатый том озаглавлен так: «Может ли разумный человек, учитывая опыт прошедших веков, питать хоть малейшую надежду на светлое будущее человечества?» Прочесть Четырнадцатый том недолго. Он состоит всего из одного слова и точки: «Нет».
вторая

Последний герой

Я много раз говорил и писал, что смешны и наивны разговоры, мол, жив бы был сейчас тот или иной знаковый персонаж прошлого, вроде Высоцкого, Шукшина или ещё кто из подобных великих и истинно народных, он бы тем или иным образом прореагировал на происходящее сейчас. Полная чепуха. Нам этого знать не дано. И, может, это как раз к лучшему.

Жалко, конечно, что трагически и случайно погиб Гагарин. Но, как к нему не относись, однако в памяти людской он остался улыбчивым «простым советским парнем», который у очень многих ассоциируется с собственными приятными ощущениями от времени больших и добрых надежд. А дожил бы до наших дней, так, более чем вероятно, не Терешкова, а он выступил бы с инициативой увековечивания правления вождя и вошел бы истории этим не меньше, чем своим полетом.

Символ свободолюбивого протеста конца восьмидесятых Бананан-«Африка», он же Сергей Бугаев, стал доверенным лицом Путина и вообще очень ярко последние оды проявил себя как полный подонок. Гарик Сукачев скачет на фестивалях в Крыму, великий Костя Кинчев окончательно поехал на православном патриотизме, и таких примеров множество, я уже не упоминаю истинно нравственно-психологические катастрофы типа той, что произошла с гениальным Александром Зиновьевым.

Потому не нужно самих себя обманывать и искать себе союзников среди громких имен прошлого. Дочери того же Гагарина через суд добились от авторов великолепного, умнейшего и трогательнейшего фильма изменения названия на «Внук космонавта», поскольку посчитали, что «Внук Гагарина» в контексте, когда этот самый внук негр, оскорбительно для их отца. Да, согласен, Юрий Алексеевич не ответственен за это поступок своих дочерей, но так ли вы уверены, что он был бы с ним не согласен.

Я всё это, собственно, по поведу того, что сын Виктора Цоя написал по сути донос на Учителя, снявшего фильм об его отце. Причем написал прямо на самый верх, туда, куда дальше некуда. Сразу скажу, что к режиссеру Учителю я без малейшего пиетета, кино не смотрел и смотреть не буду, но дело ведь совершенно не в этом. Цой остался в истории своим требованием «Перемен!» Но это восемьдесят шестой. Кто знает, чего его сердце требовало бы сейчас.

Всё-таки настоящий герой должен:
А) Умереть;
Б) Вовремя.
вторая

На взрывной волне моей памяти



Прежде всего хочу поблагодарить всех, кто поздравил меня с днем рождения, и кому я случайно не успел или по невнимательности не сказал «спасибо» в ответ. Включая банки Сбер и Альфа. Их внимание трогает особенно.

Но я сейчас о много более серьезном и значимом. Мне тут какое-то время было немного не до того, поэтому я оперативно и подробно не смог отреагировать на некоторые значимые актуальные события. Да и сейчас нет сил и желания особенно углубляться. Однако очень надеюсь, что подавляющее количество ещё оставшихся у меня читателей, знающих мой образ мыслей, и сами прекрасно понимают, что я обо всем этом думаю, вне зависимости, согласны они со мной или нет.

Да и тут не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, что это Фургал взорвал Бейрут. Хабаровский след прослеживается уж слишком явно. Чуть более хитро, хотя и в своей стандартной традиционной манере действуют евреи. Да и Хезболла как-то очень странно и быстро повелась на эти жидовские разводки, практически мгновенно заявив, что, к великому своему сожалению, с прискорбием вынуждена сообщить, что это, судя по всему, всё-таки техногенная катастрофа по причине классического бардака, а не происки сионистов. Но любому здравомыслящему человеку совершенно понятно, что логические цепочки на Фургале и Хабаровске остановиться не могут. Там дальше сам собой выстраивается ряд из ЛДПР, Жириновского, Моссад, ну, и так далее, всем всё понятно. Нечего и объяснять. Слишком очевидно.

Или по поводу «вагнеровцев» в Белоруссии. Даже великая Юлия Леонидовна была вынуждена повиниться, что поначалу не поверила Батьке и клюнула на неуклюжее вранье относительно «транзита в третьи страны» и прочую дымовую завесу. Но ей простительно именно из-за её профессиональной искренности и желания разбираться в деталях с тонкостями. Нам же всего этого не надо. Не надо ничего особенно объяснять по поводу трех десятков отечественных мужиков определенного конкретного рода перед выборами в соседней братской стране. Нам легче, хотя, конечно, одновременно и много скучнее.

Я, собственно, исключительно о том, что знание и понимание общих принципов освобождает от необходимости разбираться в мелочах и технических подробностях. Главное, это иметь в голове стройную картину мира и не морочить себе эту самую голову. Жизнь не так сложна и интересна, как почти всем кажется.

Она много хуже.
вторая

Под рюмку

Перебрался, наконец, в деревню. Здесь ощущения «карантинности», понятно, несколько иные и вообще дышится иначе и вольнее не только в прямом смысле. Даже птицы стали петь иначе. Не просто громче и мелодичнее, но и практически без даже минуты ночного перерыва, как раньше, похоже, несколько ошалели от избытка новых чувств.

И я тоже слегка отпустил внутренние вожжи изоляционизма. Пожарил шашлык, положил стопку блинов с икрой и сметаной, выставил текилу, водку, пиво, украсил натюрморт зеленью, редиской и солеными огурцами. Подошли несколько приятелей, которые обитают поблизости. Хотя давно не виделись, но обошлись без объятий и даже рукопожатий, но сели без масок, хотя я закупил и положил рядом упаковку.

Сначала, естественно, приняли за всеобщее здоровье, потом отдельно за детей, ну, а далее, как обычно стандартный ленивый застольный треп. Я его более всего люблю за то, что он не пафосный и без особого напряга. Темы обычно выбираются не самые сложные, мудрые или интересные, а полегче, что сейчас на слуху и языках. Да, тут всегда явный недостаток глубины и оригинальности, но зато несомненная репрезентативность. Ну, то есть ни одну из великих теорем при этом не решишь и вечный двигатель не изобретешь, зато можешь без особого стеснения обсудить какую-нибудь насущную сплетню, говорить о которой в иной ситуации не стал бы просто из чувства приличия.

Так разговор сам собой после первой полулитры в какой-то момент зашел о Михаиле Ефремове. И мужики дружно начали его жалеть. Я тему особо не поддерживал, но, когда молчание по этому поводу несколько превысило пределы уместности, только обмолвился, что с огромным уважением и даже любовью отношусь к его творчеству, однако никакого и малейшего оправдания самому поступку с трагическими последствиями найти не могу.

И тут на меня накинулись. Мол, а кто из нас, и ты, Васильев, в том числе, за жизнь не садился за руль под дозой? И на этом основании кто из нас имеет право его осуждать?

И это правда. Но я ведь и не осуждаю и тем более не сужу. Слава Богу, не судья, не моя роль и задача. И действительно сам садился за руль нетрезвым, а уж в молодости просто довольно часто. Хотя должен отметить, что за тридцать три года за рулем (могу сказать сейчас уже без боязни сглазить, поскольку давно стал пешеходом) в любом состоянии не только никого не задавил и не сбил, не только не попал ни разу в аварию, но даже царапины на машине не поставил. Но прекрасно понимаю, что это меня никак не извиняет.

Потому как везение здесь тоже, скорее всего, имеет место. И вполне существует вероятность, что кто-то мог, пусть и по собственной глупости или неловкости, оказаться у меня под колесами, а я был бы при этом под градусом. Посчитал бы себя при этом виновен? Несомненно. Думал бы, что у меня есть оправдание? Нет, никакого.

Так что, без всяких мудрствований и пустых разглагольствований могу лишь покаяться. Да, был дурак и во всех отношениях неправ. Пофартило, что не взял смертного греха на душу. Пожалеть того, кто не стал столь удачлив и вправе и могу, и жалею. Оправдания же нет. Мой собственный идиотизм для этого не повод и не аргумент.
вторая

Боль на выдумки хитра

Только очень прошу понять, что я в данном случае ничего не критикую и даже не насмехаюсь, а лишь обращаю внимание с крайне доброжелательной улыбкой.

И действительно, народ уже подустал от депрессивной информации и угнетающих новостей. Когда я обычно перед сном последнее время смотрю или слушаю утренние шестичасовые новости по любому каналу, то они стандартно начинаются полным ужасом. Идет неумолимый и всё повышающийся вал. Начиналось с нескольких десятков, потом сотен заразившихся за сутки, теперь цифры перевалили за одиннадцать тысяч, конца этому, как и смертям, не видно.

Настроение это явно не улучшает. Вот уже и миллиардеры, похоже, ошалевшие от перспектив и заточения, начали стреляться на собственных искусственных катках из дорогущих Глоков. И даже я, при всем своем неувядающем оптимизме и редчайшей приспособленности до уровня наслаждения к режиму самоизоляции, не то, что, конечно, затосковал, но слегка заскучал по некоторым пустым и глуповатым, но слишком привычным вещам, которых оказался лишен.

Короче, возникла явная потребность что-то менять. Ну, в условиях безвыходности и невозможности реально повлиять на происходящее, менять хоть чуть-чуть и в областях, подверженных какому-то, пусть и крохотному, и виртуальному, но регулированию. И ребята-информационщики нашли подобие выхода.

Они провели какие-то хитрые арифметические вычисления и принципиально изменили тон новостных заголовков. Теперь, уже дня два, утро начинается не с «Количество выявленных случаев заражения и смертей снова увеличилось», а с «Прирост заболеваний оказался рекордно малым». Дальше, конечно, разъясняется, что нет, больных и умерших не стало меньше, но при определенном способе высчитывания процентов чего-то там к чему-то там, то процент этот будет сегодня несколько меньше, чем вчера, а вчера тоже быль чуть меньше, чем позавчера и потому это есть весьма положительная и обнадеживающая тенденция.

Но это уже малозначимые мелочи и подробности. Главное, что день начался с оптимистического заголовка. Прирост снижается! И, возможно, кто-нибудь выживет. Особенно, если в это поверит.
вторая

Вера, надежда, конец

Можете считать меня жестоким слабоумным дегенератом, но лично для меня самое милое и увлекательное во всем этом балагане отнюдь не вирус как таковой, не болезни, не смерти и даже не любые апокалиптические цивилизационные прогнозы и перспективы. То есть, занимательно, конечно, но уж слишком шаблонно и неоригинально.

Другое забавляет и веселит много сильнее. Насколько отчетливо и безусловно на этом фоне проявляется базовое и основное в естестве человеческом. И не в каких-то крайних формах, типа героизма или подлости, что характерно в обычных экстремальных ситуациях вроде войн или стихийных бедствий. А в самом обыденном и простейшем, без ужасов, выплесков адреналина и радикальных крайностей.

Вот, например, вчера журналисты совместно с полицейским патрулем делают репортаж с Красной площади. Народу действительно немного, но он есть. Кто-то идет даже в маске и явно, не знаю уж, в самом деле на необходимую обществу работу, но похоже и вправду по делам. А кто-то откровенно гуляет и особо этого не скрывает. Подходят к такой безмятежной группе и без всякого очевидного хамства, понятно, что присутствие телекамер тоже влияет, и так вежливо интересуются, чего людям дома не сидится.

И люди тоже без особого гонора или излишнего протестного выпендривания отвечают, что просто не верят ни в какую пандемию. Поскольку вируса сами не видели, близких и знакомых не хоронили, а СМИ доверяют не больше, чем обычно, то есть весьма мало.

Относительно молодые, ближе к среднему возраста, по виду вполне современные, цивилизованные и образованные ребята. Без заметных психических отклонений или вообще чего угодно хоть немного неординарного. Обычные. Нормальные. Основа и опора.

Они не верят в вирус. Не верят.
вторая

Вот он уж точно попытался

Уже давно, когда я, говоря о Майкле, называл его по привычке Дугласом-младшим, многие мои собеседники, особенно более молодые, смотрели на меня с некоторым удивлением. Кирка действительно подзабыли. А между тем для детей моего поколения Спартак стал событием на всю жизнь.

Он, лично мне представляется, не был великим актером. Но обладал каким-то фантастическим чутьем. Вовремя подружился с Кубриком, купил права на «Гнездо кукушки», когда никто и представить себе не мог кинематографического потенциала этого сюжета, обратил внимание на никому в мире ещё толком не известного Формана, разглядел, что, кстати, тоже не часто бывает, возможности собственного молодого сына...

И это же надо столько протянуть, будучи тяжело раненым на войне ещё в сорок третьем и пережив авиакатастрофу в восемьдесят. Да, нескучную жизнь прожил Изя Данилович, можно только с уважением позавидовать.