Category: философия

вторая

Рrivatus



Если кто захочет поговорить предметно, а не просто ответить отрывочной эмоциональной репликой, сначала всё-таки потратьте несколько лишних минут и прочитайте написанное далее «под катом».

Collapse )
вторая

Красивый мундир от Хьюго Босс

Есть темы, на которые бессмысленно не то, что дискутировать, а и вовсе вступать в какой-то диалог. Нелепо и тупо до пошлости. Однако именно эти темы нередко как раз и есть самые основные и принципиальные. Вот такая неудача. Достаточно безвыходная, остается только смириться.

И это относится не только к каким-то глобальным вопросам, типа религии или любви, но и порой к чему-то вроде очень простому и практическому. Тут недавно один читатель посетовал, что не может со мной толком поспорить по поводу моего утверждения, что для установки окон в каркасных домах требуется несколько меньше искусства, чем для такого рода работы в домах бревенчатых или брусовых. Честно говоря, мне и самому жаль, был бы лет на двадцать помоложе, посвятил бы с удовольствием этой проблеме вечерок под литр водки. Естественно, ни к каким выводам мы бы не пришли, но, возможно, узнали бы друг от друга какие-то любопытные профессиональные нюансы. Но сам по себе спор во всяком случае мало продуктивен, я просто не люблю каркасные дома и строить их не собираюсь.

Или вот совсем из другой оперы. Четыре года назад, когда только планировалось строительство Керченского моста, я прочел где-то, что это сооружении по предварительным подсчетам обойдется 150-200 миллиардов рублей. И возможно не слишком остроумно, но именно пошутил, что как профессиональный строитель могу заверить, это «обойдется России в Россию. Целиком. Без сдачи». И какой-то читатель сейчас, видимо, совершенно случайно наткнулся на ту старую запись, после чего счел своим долгом прокомментировать, что сегодня мои прогнозы выглядят особенно смешно, и это дает основания сильно сомневаться в моем профессионализме.

Имеет ли хоть какой-то смысл, не только мне, но вообще, в принципе обсуждать эту тему? Абсолютный бред и безнадежность. Мы существуем настолько в разных мирах, что нет даже теоретических точек соприкосновения. Это как мои кулинарные рецепты для существ кремниевой формы жизни.

Но, конечно, все эти бытовые мелочи меркнут, когда у кого-то возникает мистическое и рационально никак не объяснимое желание поговорить о предметах типа философии. Тема бесконечно, но изначально просто чисто технически невозможно определиться по самым базовым понятия, вроде того, а что это вообще такое. Великий инструмент познания мира или пустая трепотня хитрожопых лентяев, неспособных к иным видам действительно продуктивной деятельности? При этом в философии понимает каждый, лучше, чем в футболе и педагогике, а самым крупным философом человечества искренне считает исключительно себя. И, если уже совершенно серьезно, без малейшего даже оттенка балагана, то такого рода позиция не столь уж и глупа. В ней много больше внутреннего смысла, чем в подавляющем большинстве самых сложных и изощренных философских систем.

Однако отбросим пустое и попробуем на нашем нижайшем примитивном уровне, нет, не разобраться в чем-то, это совсем уже злостный идиотизм, а хоть выразить собственное частное отношения пусть только к словам, когда нет возможности к сущностям и смыслам. Я тут недавно услышал стандартную формулировку, которая, собственно и послужила поводом для данной реплики. «Великий философ Хайдеггер».

Не имея никакой возможности даже приблизительно и при этом однозначно сформулировать, что такое философия, мы тем более совершенно не имеем общего и единодушного представления, кто такой философ. Но если не мудрствовать лукаво, то в каждом самом незатейливом существе вроде меня существует определенный образ на самом низовом житейском уровне. Философ, это такой человек, который думает о каких-то базовых, фундаментальных проблемах миросуществования и пытается в них разобраться. Типа, кто такой человек и что такое человечество, куда и с какой целью всё это движется, имеется ли таковая цель, что есть добро и зло и, опять же, существуют ли они, ну, и тому подобная пустая дребень. Думает, думает, строит какие-то мыслительные конструкции, анализирует, систематизирует, обобщает, ещё всячески выпендривается и в конце концов приходит к каким-то выводам. С ними можно соглашаться или нет, подавляющее большинство обычных людей вовсе в них ничего не понимает, да что там понимать, и прочесть-то толком не может. Но какая-то часть особо высоколобых и сумевших разными иногда довольно экзотическими способами приобрести авторитет потом доносят до публики свое просвещенное мнение. Мол, этот философ хороший, этот так себе, тот любопытный, а вот несколько великих. Обоснования мнений широким народным массам тоже обычно по сути и смыслу недоступны, остается или доверять, или безнадежно махнуть рукой, что на самом деле самое мудрое, но зачастую мешает отсутствие истинного смирения.

Я биографию и уж особенно философию Мартина Хайдеггера пересказывать не буду. Хотя бы в этом проявлю уважение к читателям. Но только для того, чтобы стало понятно, о чем я вообще говорю, упомяну несколько фактов. В двадцать восьмом году уже вполне состоявшийся, известный и большинством профессионального сообщества признаваемый очень перспективным почти уже сорокалетний философ занимает место отправленного в отставку Эдмунда Гуссерля во главе соответствующей кафедры Фрайбургского университета. В апреле тридцать третьего, после прихода к власти нацистов, становится ректором этого учебного заведения. А через месяц вступает в НСДАП. Начинает заниматься активной политической деятельностью, произносит речи, пишет статьи, ведет общественную работу, короче, весьма эффективный и настойчивый проводник гитлеровской идеологии в жизнь. В партии остается до конца её существования, на похороны своего учителя Гуссерля в тридцать восьмом, естественно, не приходит, поскольку тот еврей, а с ними у Хайдеггера строго, и вообще, Мартин не сильно отклоняется от основной нацистской линии, «истинный ариец, характер — нордический, выдержанный, с товарищами по работе поддерживает хорошие отношения, безукоризненно выполняет служебный долг, беспощаден к врагам Рейха, в связях, порочащих его, не замечен».

Я, собственно, не против, и претензий лично к философу у меня никаких. Он после войны, оказавшись во французском оккупационном секторе, прошел формальную процедуру «денацификации» и было даже официальное судебное решение, что Хайдеггер был не просто каким-то «ослепленным», «обманутым» и «запутавшимся», а вполне себе сознательным и деятельным сторонником гитлеровского режима, за что получил страшное наказание, запрет на преподавательскую работу аж до пятьдесят первого года. И не мне, человеку из страны с собственной трагической и не менее сложной судьбой, в которой не то, что «декоммунизации», но даже и «десталинизации» толком не было осуществлено, сетовать на то, что с самим Хайдеггером поступили слишком мягко. У меня в семидесятых в институте прекрасно преподавали профессора, сделавшие свою научную карьеру на «Уничтожить классового врага!» и не имевшие по этому поводу за жизнь вообще никаких неприятностей. Я никого не пытаюсь натравить на Хайдеггера даже задним числом. Дело совсем в другом.

Ко всем прочим своим огромным достоинствам я ещё и абсолютно лишен мании величия. Потому прекрасно понимаю, насколько нелепыми выглядят мои попытки сунуться в калашный ряд со своим свиным рылом. И бесчисленное множество крупнейших изысканнеших специалистов, тончайших профессиональных философов походя, через губу с высокомерным презрением объяснят мне мою мелочную тупость. Что Хайдеггер отнюдь не сводится к нацизму, что высоты его интеллектуализма мне, как и подавляющему большинству быдла, просто недоступны, и какое он гигантское фундаментальное влияние оказал на всю философию двадцатого века, и ещё какое угодно количество самых убедительных аргументов.

А даже те, кто не столь высокомерен и снизойдет на мой пошлый уровень со своих сияющих горних вершин духа и мысли заметят, что я сам неоднократно говорил о величии и своей любви к Вагнеру, вне зависимости от его мировоззрения, и вот совсем уже конкретный пример, не стану же отрицать, что штурмбанфюрер СС Вернер фон Браун является великим и гениальным конструктором.

Нет, я вас умоляю, и не собираюсь спорить с первыми на их поле. Сам никогда философом не был и малейших претензий дискутировать на высокие темы не имею. Верю вам целиком и полностью, что вы лучше понимаете и относительно того, что к чему сводится, а что нет, и кто на что и кого оказал в какой степени. Я как раз только и пытаюсь высказать реакцию с пониманием стандартного свиного рыла, не способного подняться до ваших высот. Вот и по поводу вторых, то есть относительно, например, Вагнера, я же не пытаюсь что-либо прояснять или интерпретировать в его идеологических или морально-этических высказываниях. Хотя, между прочим, сам он категорически настаивал, что к его творчеству нельзя подходить как к работе других композиторов, что оно неотделимо от его взглядов и жизненной позиции. Но мне на это глубоко наплевать. Он для меня производил не эти взгляды и не эту позицию, а писал музыку, от которой я получаю наслаждение.

А Вернер фон Браун не занимался как основным своим делом строительством, организацией и функционированием структуры СС, а делал ракеты, которые летали в принципе, в том числе и в космос. У меня есть даже серьезные подозрения, что он был вообще единственным человеком, чьи ракеты летали, а всё остальное в той или иной степени у него украдено. Но это совсем другая тема. А если бы в результате всей своей великой гениальной конструкторской деятельности он произвел ракету, которая в результате, подпрыгнув, шлепнулась бы на Берлин или ещё куда со всей дури, а в космос так и не полетела, то тогда вряд ли кто-нибудь с пеной у рта стал доказывать, что деятельность этого гения нельзя сводить к такому единичному факту, и вообще он оказал слишком большое влияние на всё ракетостроение двадцатого века.

А продуктом деятельности Хайдеггера была не музыка или ракеты. А осмысление бытия в самом широком смысле, что он сам постоянно подчеркивал. И вот, если в результате этого осмысления он издает приказ по вверенному ему университету, что все преподаватели и студенты в определенных ситуациях должны вскакивать и кричать: «Хайль Гитлер!», то меня начинают обуревать сомнения в качестве результатов его деятельности и в величии и гениальность творца данного продукта.

Ещё раз, совсем уж примитивно. Ели бы Хайдеггер выпиливал лобзиком какие-нибудь совершенно уж уникальные произведения, то его нацистские взгляды никак не помешали бы мне считать его великим выпиливателем. Но он ведь не выпиливал.

Извините, если несколько путано получилось. Но это ведь Хайдеггер у вас великий философ. Я – нет.
вторая

…Да и я себя последнее время чего-то неважно чувствую…

Действительно умные и серьезные люди об этом не думают вовсе, а просто живут и потом столь же просто и, если очень повезет, достаточно безболезненно умирают.

Действительно глупые, вне зависимости от уровня серьезности, тоже об этом не думают, чем подтверждают абсолютную условность и относительность самих представлений об уме и глупости.

Лишь те, кто хаотично плавает между крайностями как дерьмо в проруби, время от времени задумываются о смысле жизни. Эти представители срединного мира вдруг обнаруживают в себе неодолимое желание сформулировать какие-то цели, определить реперные точки и направления движения своего существования. И для того начинают с придумывания именно смысла в целом.

Вот тут и возникают всяческие казусы. Иногда смешные, иногда трагичные, но чаще всего чрезвычайно скучные. Кто-то полагается на религиозные схемы и разработанные там ответы, кто-то пользуется гуманистическими шаблонами более позднего происхождения, типа, что смысл жизни в самой жизни или чего-то там высокое про бесконечную тягу к познанию, миссию прогресса, прочее подобное суесловие.

И лишь редчайшие истинные мудрецы не только знают истину, но готовы её смиренные признать, одновременно и не испортив себе настроения, и не пытаясь хоть каким-то образом своим пониманием морочить голову окружающим.
вторая

Израиль-на-Дону

Так исторически сложилось, что до двадцатого века в России, по сути, не было философов и философии, в её строгом и формальном понимании, как именно науки. Вообще-то, на этой фразе можно было остановиться и плясать вокруг неё сколь угодно долго. Потому что, во-первых, я вовсе не уверен в существовании философии как этой самой строгой и формальной науки в принципе, а, во-вторых, ещё совсем не бесспорный факт, что даже есть она есть, то действительно появилась в России и в двадцатом веке, несмотря на несколько лично для меня несомненно великих имен.

Collapse )
вторая

Можно ли с помощью Гугла найти смысл жизни

Часто обращаю внимание на такую, довольно странную для меня фразу, типа «в Интернете столько всякой чепухи написано…» или вот только что в одном из комментариев «в Интернете тоже далеко не вся инфа стопроцентно верная».

И поскольку часто звучит подобное из уст людей вполне образованных и далеко не глупых, думаю, тут не системная ошибка, а элементарное недоразумение от спешки и невнимательности.

Потому я прошу прощения, что далее напишу всего лишь несколько азбучных истин, которые предметом не то, что спора, но и обсуждения вряд ли могут быть, но о которые, видимо, чаще всего по рассеянности, многие постоянно спотыкаются.

В Интернете вообще ничего не написано. Это всего лишь пространство, такое же, как многие иные, разве что только несколько лучше прочих оборудованное достаточно удобными приборами и инструментами.

Слева и справа от моего письменного стола сейчас стоят два шкафа, в которых несколько десятков энциклопедических словарей. От многотомных «Брокгауза», «Граната», «Южакова», «БСЭ» и подобных, до всяческих порой чрезвычайно узкоспециальных небольших изданий типа «энциклопедии астрофизических терминов» или «именование горожан по названиям городов». Находятся они рядом со мной с юности, и их число до некоторого времени постоянно пополнялось. Хотя часто их и хватало, приходилось пользоваться библиотеками, но это был такой, основной корпус.

Потом добавились и диски с электронными энциклопедиями. А в последнее время я всё чаще ловлю себя на том, что могу и месяцами не открывать эти шкафы, и не дотрагиваться до дисков. В Интернете появилось подавляющее большинство мне требующегося. Если не в совсем свободном доступе, то уж в крайне умеренно платном – наверняка.

Это, кстати, не только к справочной литературе имеет отношение. Недавно мне потребовалось посмотреть текст чеховской «Чайки». И я уже привычно потянулся рукой к любимому своему академическому тридцатитомнику. Но тут сообразил, что мне нужно будет привести довольно обширную цитату и придется её выписывать. Так что предпочел открыть пьесу в Интернете и скопировать необходимый мне отрывок двумя кликами «мышки».

Это я к интернету обратился? Нет, конечно же, всё к тому же Антону Павловичу. И когда буду что-нибудь перечитывать на ночь, то всё равно сниму с полки томик. А супруга, например, уже и в подобных ситуациях пользуется или «ридером» или последнее время даже просто непосредственно «планшетом», ничего не скачивает, а читает прямо из «сети». Значит ли это, что она читает тексты худшего качества?

Так что, не надо валить лишнего на Интернет или жаловаться на качество находящейся там информации. Точно так же и в библиотеке можно взять труды Вернадского, а можно Лысенко. Даже так всеми постоянно критикуемая (и очень часто за дело) Википедия на самом деле является очень полезным инструментом при грамотном и аккуратном использовании. Так как через неё можно достаточно быстро выйти на большое количество первоисточников, к которым вполне каждый способен самостоятельно подойти критически, если того пожелает.

Короче, в Интернете, как и во всем мире, качество информации всё-таки в первую очередь зависит от того, кто эту информацию хочет получить. А абсолютной истины не содержится и в библиотеке Конгресса США. То есть, может, она там и имеется, но пока никому не удалось отыскать.
вторая

Силлогизм силлогизмов

Сын Медведева хочет стать юристом и подал документы в несколько вузов. (Из заголовков СМИ)

Всякий человек смертен.
Сократ — человек
Следовательно, Сократ смертен.

Самый известный сын юриста –Жириновский.
Сын Медведева хочет стать юристом и подал документы в несколько вузов.
Сам Медведев – якобы юрист.
Следовательно, сын Медведева – якобы Жириновский.
Либо, якобы Жириновский хочет стать уже настоящим юристом, чтобы родить истинного Жириновского.

Да, и самое главное, чуть не забыл. Сократ-то был совсем не юрист, если кто не помнит.
А вот среди наших юристов я особо сократов и не припоминаю...
вторая

По-бобриному

Это гениально! Случайно наткнулся на очередное творение Тинатин. Вообще-то оно называется " Лица с Академика Сахарова", но везде идет под «шапкой», цитирующей главный посыл текста основного нынешнего нашего философа и публициста:

«Позиции своей не изменила».

Ржал, честно говоря, минут десять. Уважаемая! Вас кто-то обманул. Смена позиции, это ведь отнюдь не недостаток. В Вашем возрасте можно было бы уже об этом знать. Так что, гордиться, поверьте, совершенно нечем. Скорее, стоит стесняться.

Какая-то абсолютная лингвистическая и стилистическая глухота. Женщина, ну, нельзя же так подставляться. Хотя, «подставляться», это тоже позиция…
вторая

Confucius Peace Prize

Ну, наконец-то!

Путин получил премию Конфуция. За «выдающиеся заслуги в области сохранения мира». Поскольку «Владимир Путин последовательно выступал против бомбардировок в Ливии, пока там шла гражданская война».

Жиды щурилиcь, щурились, но справедливость восторжествовала, и имена этих двух великих гениев человечества пересеклись. Ну, теперь оба уже никогда не отмоются.

Может, и напрасны все мои подозрения относительно того, что Бога нет?